Глава 16

Передышка, к сожалению, оказалась короче, чем я рассчитывала — разбудили меня через час с небольшим.

— Нари…

Теплая ладонь легко опустилась на лоб, погладила по щеке, и я, приоткрыв глаза, улыбнулась сквозь дремоту.

— Матушка… Пора вставать?

— Да. Наследник готов начать ритуал. В доме в это время находиться небезопасно, лучше держаться возле Дракона.

Вот ведь Фарн… неугомонный какой. Всю ночь глаз не сомкнул и уже опять на ногах. Или он совсем не ложился?

— Кроме того, это наш долг, как представителей клана Феникса: присутствовать и приветствовать, — в голосе Мьирры скользнули виноватые нотки. — Прости, что потревожила. Ты почти не спала. А перед этим только из Леса вернулась.

— Ничего. Надо, так надо. Высплюсь на том све… потом то есть. Когда искру разожгу, магию стабилизирую, испытания пройду, из клана выйду, жизнь налажу… В общем, когда-нибудь.

Я тряхнула головой, сбрасывая остатки сонного оцепенения, подхватила халат со стула и быстро поднялась. Главное, не оглядываться на кровать, чтобы не появилось искушения упасть еще секунд примерно на пять, не больше и… не вставать до вечера. Ведь правда же, не до этого сейчас.

— Тем более, у меня замечательный эликсир имеется, особый, учителем приготовленный. Он мертвого из могилы поднимет и бодрствовать заставит. Какое-то время. А что синяки под глазами… — я опустилась в кресло перед туалетным столиком, придирчиво изучая себя в зеркале. — Это к лучшему. Даже гримироваться не надо, вид и так натурально-болезненный получается, сам по себе. Как раз, чтобы потенциальных женихов отпугивать и в лордах сострадание будить. Может, они все, наконец, отстанут и оставят нас в покое.

Подмигнула Мьирре, и она грустно улыбнулась в ответ. Подошла, мягко ступая по старому, потертому ковру, ласково коснулась плеча.

— Завтрак готов. Ешь, а потом я помогу тебе одеться и уложить волосы…

Свежее платье, аккуратная простая прическа, неизменная вуаль на лице — собралась быстро, и четверти часа не прошло. Воробей появился, когда я была практически готова к выходу. Материализовался в воздухе, деловито чирикнул, вознамерился уже нырнуть в карман, но вдруг передумал: устроился на спинке стула и с интересом уставился на матушку. Я еще вечером успела сообщить домашним о приблудившемся загадочном подселенце. Но виделись они с Мьиррой впервые.

— Какой истощенный, — жалостливо вздохнула женщина. — Он ведь магией питается?

— Да. Учитель его кормил ночью… вернее, пытался. Еле уговорил хоть немного попробовать.

— Он выбрал тебя, не Даэрсина. Теперь это твой питомец, и ему нужна именно твоя искра, он ждет ее пробуждения. Так всегда происходит с магическими существами. Помню, зверь Зеона признавал только его энергию, больше ни у кого не брал ни капли. Мне позволял себя только гладить.

Матушка протянула руку, осторожно провела кончиками пальцев по голове воробья, тот довольно курлыкнул, вытянул шею, подставляя ее так, чтобы было удобнее перебирать перышки, и блаженно прикрыл глаза. Надо же, а меня клевал все время.

Несколько секунд эти двое наслаждались молчаливым общением друг с другом, а затем матушка нехотя оторвалась от птица.

— Пора…

Звонкий голос Кетры я услышала издалека — он ввинчивался в мой усталый от недосыпа мозг с неотвратимостью отточенного хирургического скальпеля.

— Огромная честь, эйрэ, присутствовать на ритуале, который вы проводите. Увидеть, как плетет чары избранный носитель дракона, сильнейший маг империи… это удивительно. Невероятная удача, — восторженно щебетала кузина, яркой бабочкой порхая вокруг Фарна.

Тот морщился, отворачивался, но отвязаться от девушки, всерьез решившей завоевать расположение первого наследника правителя, было не так-то просто.

— Не могу поверить, что мне так повезло. Я всю ночь не спала… от волнения и счастья. До сих пор сердце замирает, — закатывала она глаза, пристраиваясь то с одного бока то с другого. Хорошо еще, на руки не прыгала.

— От волнения не спала, как же, — тихонько буркнула Ольма, рядом с которой мы остановились. — От пауков она всю ночь бегала и визжала так, что уши закладывало. Братец-то ее и половины щелей магией не закрыл — силы не хватило или искру пожалел, — вот они и лезли. А утром подскочила ни свет, ни заря, и заставила платье в порядок приводить. Для этого даже бытовой шкаф у Озаса вытребовала. Видите, как расфуфырилась?

Я молча кивнула, рассматривая Кетру, соблазнительно закутанную в тончайшие тхиенские шелка, которые выгодно подчеркивали стройную, изящную фигуру, гибкую талию, высокую грудь. Оттеняли белоснежную шелковистую кожу. Красотка, что и говорить. Странно, но лорды почему-то не соблазнялись — все больше и больше хмурились, нетерпеливо поглядывали на дом, а когда я выступила из тени и склонилась в учтивом поклоне, заметно оживились. Василиск так уж точно.

— Госпожа Эннари, — радостно воскликнул он. — наконец-то.

Подошел, поймал мой взгляд, поинтересовался вполголоса:

— Надеюсь, вы хорошо спали?

— Более чем. До самого утра не открывала глаз. Я не такая утонченная и чувствительная, как сестрица, да и снотворное принимаю регулярно. По предписанию целителя, — потупившись сообщила я. Громко. Так, чтобы Фарн слышал. — Доброе утро, лорд Граэм… Эйрэ…

Кайден резко вскинул голову, стегнул меня взглядом, точно огненной плетью, но произнес церемонно и сухо:

— Здравствуйте, Эннари.

И тут же отвернулся.

Кетра зыркнула исподлобья, оценивающе и почему-то зло, попыталась снова притереться к Дракону, но он решительно отстранил ее.

— Раз все собрались, не стоит затягивать. Начинаем… Янт, мне нужно, чтобы вы, как единственный наследник действующего главы Фениксов, сняли клановую защиту с поместья. Иначе я не смогу провести ритуал, — приказал он застывшему неподалеку Эндеру.

И кузен побледнел — так сильно, что, казалось, вот-вот потеряет сознание. Словно его к смертной казни только что приговорили.

— Янт, — нетерпеливо повторил Фарн, кидая быстрый взгляд на белого, как мел, Эндера. — В чем дело? На это-то вы способны?

— Д-да, — проблеял братец, растерявший всю свою самоуверенность. — Разумеется.

В принципе, я понимала его сомнения, и, если уж совсем честно, даже разделяла их.

На всех старых поместьях четырех великих кланов стояли особые «охранки», созданные патриархами-основателями еще во времена первых мистических зверей. Легендарные чары, невероятно мощные, во многом сейчас забытые, они исправно действовали до сих пор, оберегая «родовые гнезда» от нападения и воздействия чужой магии.

Говорят, в сердце каждого древнего владения скрыта частичка Вечного Леса. Когда-то она незримыми узами связывала лидера клана с поместьем, помогала управлять им даже на расстоянии. Такая вот «умная усадьба», повинующаяся избранному главе.

Связи давно не существовало, дома уже много веков не откликались на зов хозяев, но защита осталась. Полностью убрать ее никому не удавалось — лишь временно ослабить, отключить ненадолго. Теоретически, Эндер, сын главы и его прямой наследник, мог это сделать, даже не имея зверя, древняя родовая магия должна ему подчиниться. А вот практически… Да, совет клана признал и утвердил его отца, но семейный алтарь все еще безмолвствовал — Лес так и не призвал к себе нового лидера, и феникс не спешил появляться.

Что если, с избранием Видана не все так чисто и очевидно, как кажется на первый взгляд? И в Блодж «опекун» не приезжает оттого, что боится опозориться, а вовсе не из-за нас с матушкой? Предусмотрительно держится на расстоянии от древней родовой магии. А то вдруг она его все-таки отвергнет? Это же позор на всю империю.

Эндер, судя по всему, считал так же. И колебался, медлил, гадая, как поступить. На что решиться.

— Я никогда прежде здесь не был, — наконец выдавил он. — Не применял клановые защитные заклинания. Мне не говорили… не показывали… Я не очень хорошо знаю, что нужно делать. То есть знаю, конечно… примерно. Может, леди Мьирра попробует? Она вдова бывшего главы и наблюдала, как это происходит. Уверен, у нее прекрасно получится.

Рядом возмущенно ахнула Ольма. Матушка же ни звука не произнесла — лишь выпрямилась еще больше и с силой стиснула прижатые к груди ладони.

— Леди Мьирра еще не восстановилась после болезни. Ее искра очень слаба, — сухо напомнил Фарн. — Кроме того, в ней нет крови Фениксов, ваша родовая магия на ее призыв не откликнется.

Эндер посмотрел на меня, открыл рот и…

— Надеюсь, вы не думаете, что Эннари сделает это за вас? — холодно осведомился Дракон, перехватив его взгляд.

Кузен помрачнел — осознал, видимо, что от меня требовать чего-то глупо, — сжал губы в тонкую полоску и покосился на сестру.

Та торопливо отступила назад, за спину Кайдена.

— Если лорд Янт сомневается в своих силах и считает, что магия Фениксов его не примет, мы не будем настаивать, — вкрадчиво протянул Граэм. — Уверен, Совет магов также сочтет эту причину уважительной и освободит лорда от непосильной ноши наследника.

Лицо кузена посерело, затем позеленело, да таким и осталось. Мне даже показалось, что он сейчас в обморок хлопнется.

— Эндер, — разъяренной кошкой зашипела Кетра, высунувшись из-за спины Дракона. — Ну же… Эндер! Чего ты ждешь?

И мне внезапно отчаянно захотелось к ней присоединиться.

Когда весть о несостоятельности единственного отпрыска Видана дойдет до повелителя, он обязательно устроит разбирательство, и в Блодж понаедут, набегут, налетят проверяющие — все, кому не лень. Меня, безусловно, порадует, если дорогие родственники прилюдно опозорятся, но пусть это случится чуть позже, когда я не буду иметь к ним никакого отношения. Сейчас шумиха совсем некстати.

— Янт?.. — недобро прищурился Кайден. — Мы теряем время. Вы отказываетесь?

— Что? Н-нет, естественно, нет, — придушено просипел Эндер. — Я только хотел напомнить, что мой отец… Но я, разумеется, тоже… Готов, так сказать, и уверен… полностью.

— Тогда приступайте.

Кузен понуро кивнул и с видом обреченного на казнь великомученика побрел к дому. Остановился перед центральным входом, вскинул руки. Фарн за его спиной повторил этот жест, готовясь сразу, как только защита немного ослабнет, перехватить силовые нити и вплести собственную магию.

Другая…

Эндер старался, я видела. Вытянутые вперед ладони дрожали, на лбу и висках от напряжения вздулись вены, из прокушенной губы сочилась кровь. Да, он очень старался, но ничего не происходило. Фарн хмурился, а кузен с каждым мгновением нервничал все больше и больше. Да и я вместе с ним.

«Давай же, давай, — если бы могла, кричала вслух, как болельщик на трибуне, но, к сожалению, приходилось подбадривать мысленно. — Соберись. Подними эту тхотову защиту, хоть на минуточку, а потом можешь с чувством исполненного долга и глубокого удовлетворения ехать к столичным красоткам. Восстанавливаться».

Дальнейшее произошло стремительно и совершенно неожиданно.

Из кармана, где квартировал птиц, словно горячей волной плеснуло, захлестывая с головой, почти сбивая с ног, — пришлось ухватиться за Ольму, чтобы не упасть. Но, что самое удивительное, ни один человек, кроме меня, этого даже не заметил. Не ощутил. Все смотрели на дом, а он вдруг вспыхнул, покрываясь, как сетью, огненной паутиной. Защита, наконец, проявилась. Ярко красные нити натянулись, зазвенели пронзительно, тревожно, затем поблекли, и тут же поверх них, повторяя структуру и плетение древнего заклинания, ажурной энергетической сетью заискрился иней.

Эндер, еле передвигаясь, отполз в сторону, и его место занял Фарн, сосредоточенный, погруженный в себя. Четкие, отточенные движения, вмиг изменившиеся хищно-резкие черты лица, аура окружавшей его силы, которую невозможно было не почувствовать. Кайден сейчас как-то странно, неуловимо походил на своего зверя. Такая же мощь, уверенность, величие. Показалось даже, я вижу за его спиной призрачные ветряные крылья — как у ящера в подземных пещерах под Озером Забвения.

Истинный драконорожденный.

Морозное кружево по молчаливому приказу наследника полностью оплело здание, превратило его в сказочный ледяной дворец, и медленно впиталось в стены, на глазах преображая их. Исчезли трещины и выбоины, начали уменьшаться, затягиваясь, многочисленные дыры.

— Все, — облегченно выдохнул Кайден, и присутствующие вмиг отмерли.

Василиск шагнул к наследнику, встал рядом, незаметно поддерживая явно уставшего друга.

Кетра тоже рванулась к Фарну, но ее перехватил Эндер, затормошил, восторженно лопоча:

— Сестренка, у меня получилось. Ты видела? Видела же? Получилось! Родовая магия приняла меня, послушалась. Значит, и феникс скоро откликнется. Обязательно.

Матушка, подозвав к себе Ольму с Бетхой, что-то быстро говорила им.

Все были заняты, и я, пользуясь царившей вокруг лихорадочной суматохой, осторожно отступила в сторону, за колонну. Огляделась, сунула руку в карман.

— Эй, с тобой все в порядке?

Извлеченный на свет птиц вяло пошевелился, чирикнул что-то, будто жалуясь, ткнулся клювом в ладонь. Маленькое, безобидное, беспомощное существо, сумевшее снять древнюю родовую защиту Фениксов.

Кто же ты такой, воробей?

Ладно, потом об этом подумаю, сейчас надо лечить пернатого.

— Идем, я лекарство тебе приготовлю. Специальное, восстанавливающее. Мэтр рецепт дал, а он плохого не посоветует, — шепнула я питомцу, и тот согласно прикрыл глаза…

Горицвет, снежные ягоды, семена пепельной травы, несколько кристаллов морозной соли… Фирменный восстанавливающий эликсир Хобба, несложный, но очень действенный. Главное, знать правильную дозировку и принцип соединения ингредиентов. Помедлила секунду и, повинуясь внутреннему порыву или чутью, добавила пару капель крови. Показалось вдруг, что для воробья так будет лучше. Во всяком случае, уж точно не повредит.

Поймала себя на том, что по привычке называю свалившегося на меня странного питомца воробьем и скептически хмыкнула. Теперь я вообще не уверена, что его можно считать просто птицей, пусть даже магической.

Стоит только вспомнить, как пернатый вел себя с самого начала, его неожиданное появление в подземных залах Озера Забвения, недалеко от гнезда дракона, «разборки» с ящером, похищение чешуйки, помощь мне на опушке леса и Хоббу с рецептом зелья, наконец, сегодняшний всплеск силы, то, как легко подчинилась ему родовая магия Фениксов…

Имелось у меня подозрение — невероятное, почти фантастическое, но многое объяснявшее. С каждой секундой, каждой минутой оно все больше крепло, постепенно перерастая в уверенность. Если я права, боюсь, ждут меня крупные неприятности, по сравнению с которыми прежние проблемы покажутся всего лишь невинными детскими шалостями.

Покосилась на притихший «карман», вздохнула, уменьшила огонь под большой металлической ретортой и, поколебавшись, решила приготовить еще одну порцию эликсира — для Фарна. Только на этот раз стандартную, без крови. Да, у наследника, наверняка, есть собственный запас снадобий, в придачу к личному целителю, но он помогал нам, выложился по полной — еле на ногах стоял, хотя и делал вид, что все в порядке, а лекарства мэтра самые лучшие, действенные… В общем, сделаю, а там пусть сам выбирает, пить или нет.

Через четверть часа все было готово, и я аккуратно разлила густую, маслянистую жидкость по флаконам. Вот этот захвачу с собой для воробья, а вон тот отдам Ольме. Пусть отнесет Кайдену и скажет, что взяла его из целительской лавки.

Дверь за моей спиной распахнулась быстро, беззвучно, и я вздрогнула от неожиданности. Склянки в руке предательски звякнули. Пришлось аккуратно поставить их обратно и, вцепившись похолодевшими пальцами в стол, мысленно сосчитать хотя бы до трех.

Фарн.

Оборачиваться не хотелось, но пришлось и обернуться, и склониться в вежливом поклоне.

— Эйрэ…

Каким ветром его сюда занесло? Что, скажите на милость, он здесь делает вместо того, чтобы отдыхать в своей спальне и тихо, мирно восстанавливаться? Кто ему вообще сказал, где я? Сомневаюсь, что Мьирра или кто-то из слуг сообщили чужаку о нашей домашней лаборатории. И дверь… Я прекрасно помню, что запирала ее.

Как он разыскал меня? Как вошел? Опять его тхотова интуиция или очередные проделки хитроумного ящера, для которого любой замок — не помеха?

И ведь не спросишь же.

Кайден между тем, не обращая внимания на мое замешательство, с любопытством оглядывался. Рассматривал шкафы, полки, с аккуратно разложенными пучками трав, рабочий стол с ретортами, колбами и прочими разнообразными склянками. Я не Хобб, у меня все гораздо скромнее, но чем занимаются в этой комнате, понятно даже непосвященному. А Фарн глупцом не был.

— Вы разбираетесь в снадобьях, Эннари? Умеете их готовить?

Закономерный вопрос, логичный и очень опасный. Особенно, если вспомнить, что Анна как раз травница.

— О нет, эйрэ, что вы, совсем не разбираюсь, — пискнула я, потупившись. — Это для Ольмы. Она работает в целительской лавке и учится травничеству, помните? А я… Я умею делать только несколько простых лекарств для нас с матушкой. Мэтр Хобб показал. Он не всегда успевает приехать, а нам порой очень нужно. Мы же болеем, вы знаете…

Нервно смяла в ладони подол юбки, изображая смущение.

Фарн шагнул к столу, взял один из пузырьков, покрутил в пальцах.

— Восстанавливающий эликсир, — произнес задумчиво. Не спрашивая, утверждая.

Отпираться было бесполезно.

— Да.

— Горицвет, снежные ягоды, пепельная трава, — медленно, с затаенной улыбкой перечислил мужчина, словно вспоминая нечто давно забытое.

— И морозная соль, — снова согласилась я. О крови, естественно, умолчала. А потом, не сдержавшись, добавила: — Смешать, но не взбалтывать.[1]

— Что? — Дракон, к счастью, не понял шутки, которую давно и хорошо знал Хобб, и я поспешила добавить, переводя разговор на другое: — Он очень помогает нам с матушкой, вот я и решила приготовить для вас, как мэтр учил… показывал. Вы так много сделали для нас сегодня.

Повисла пауза, во время которой я сосредоточенно изучала трещины на каменном полу, а Фарн не менее пристально рассматривал меня.

— Эннари, — наконец позвал он, и я настороженно вскинула голову, заинтригованная странными нотками, появившимися в его голосе. — Вы часто общаетесь с Хоббом, он приезжает в поместье чуть ли не каждый день, лечит вас и леди Мьирру. Скажите, вы знакомы с его помощницей, Анной? Знаете о ней что-нибудь?

Хорошо, что на этот раз у меня в руках ничего не было — могла ведь и уронить от неожиданности.

— Анна?.. — протянула, делая вид, что вспоминаю, и при этом лихорадочно размышляла, как извернуться, чтобы и правду утаить, и обманывать не пришлось.

Откровенно врать наследнику, да еще и интуиту опасно. Нужно самому верить в то, о чем говоришь.

— Ах, Анна… — растерянно, чуть виновато похлопала ресницами. — Простите, не сразу сообразила, о ком вы. Со мной после болезни такое случается. Разумеется, я с ней знакома…

Причем, давно и очень хорошо. Уже больше двадцати лет.

— Но мы редко общаемся…

Еще бы, кто ж с самим собой-то общается?

— Славная девушка, исполнительная. Мэтр Хобб ее хвалит.

Ну да, учитель в последнее время мной доволен.

— И Ольма хорошо отзывается.

Причем, всегда. Мы с ней давно нашли общий язык.

— Спросите их. Мне, к сожалению, больше нечего добавить. Анна довольно скрытная.

Фух, похоже, справилась — все честно сказала, ничем себя не выдала, даже взгляда не отвела. Голос, и тот не дрогнул. Я по праву могла собой гордиться: во мне жила и здравствовала великая актриса.

— А почему вы ею интересуетесь? — теперь хорошо бы в тон немного печали добавить. Совсем чуть-чуть, капельку. Как-никак Кайден — мой бывший жених. Даже если я ничего не помню, имею моральное право расстроиться из-за того, что он спрашивает о других девушках.

— Она… кое-что мне обещала, — в глазах Фарна сверкнул острыми гранями изумрудный лед. Всего лишь на миг, а потом мужчина отвернулся. — Если встретите, напомните ей о нашей договоренности.

— Хорошо, эйрэ.

Считайте, ваша просьба уже исполнена.

Некоторое время мы молчали. Дракон медлил, не уходил, а я так и не нашла повод, чтобы его выпроводить. Поэтому просто воспользовалась случаем и решила кое-что выяснить. Раз уж он все равно здесь.

— Вы сразу узнали восстанавливающий эликсир, точно назвали все ингредиенты. Пробовали его раньше?

— Доводилось. Не только пробовать, но и смотреть, как его готовят. В детстве я часто бывал в лаборатории Хобба, мне нравилось наблюдать за его работой.

Фарн неожиданно улыбнулся — открыто, тепло, немного мечтательно — и лицо его тут же преобразилось. Смягчилось, утратив властную, хищную резкость черт, стало необыкновенно красивым. У меня даже дыхание перехватило, а сердце забилось часто, неровно, горячо. И почему-то вдруг представилось, как эти губы — да-да, те самые, что улыбались сейчас — касаются моих. Сначала легко, почти невесомо, а затем…

Так, Аня, прекрати!

Качнула головой, прогоняя нелепое, абсолютно необъяснимое наваждение.

Я — иномирянка с целым ворохом смертельно опасных тайн и неотложных проблем. Он — наследник повелителя, будущий правитель, обязанный жениться по особому магическому расчету. У нас нет и не может быть ничего общего, кроме прошлого, да и то не моего, а девушки, в теле которой я живу. Так что нечего отвлекаться на всякую ерунду.

— Я сидел тихо-тихо, стараясь не мешать, — продолжал между тем Фарн, не подозревая, какие мысли меня посещают. — Ждал, когда мастер сам заговорит. В то время все было по-другому. Тогда они еще считались друзьями… Мэтр Хобб, мой отец и ваш…

— А что произошло дальше? — выдохнула я, потому что Кайден внезапно умолк.

— Мастер уехал, — сухо закончил мужчина, снова замыкаясь, становясь прежним, сдержанным, бесстрастным, непреклонным Драконом. Потом добавил, явно желая сменить тему: — Значит, вы приготовили этот эликсир для меня? Что ж, спасибо. От снадобий Хобба никто пока еще в здравом уме не отказывался.

И прежде, чем я успела его остановить, сгреб со стола флакон, предназначенный для воробья, резким щелчком сбил крышку и опрокинул в рот его содержимое. Все. Разом.

Замешательство, растерянность, ужас… Эмоции сменяли одна другую росчерками ослепительных грозовых молний, а я стояла, пытаясь справится с нахлынувшими чувствами, и просто не знала, что делать. Оставалась слабая надежда, что это ничего не значит. Пара капель на порцию — пустяк, мелочь, на которую не нужно обращать внимание. Но если вспомнить, что кровь в магическом мире считается важнейшим носителем информации, а Фарн — одаренный интуит, то…

Проклятье! Картина вырисовывалась самая что ни на есть неприглядная.

Видимо, я все-таки не сдержалась и чем-то выдала себя, потому что Кайден напрягся, подался вперед. Произнес встревоженно:

— Что случилось? Вам плохо, Эннари?

Его рука поймала мою ладонь — ту самую, пострадавшую во время ритуала, крепко стиснула. Травмированная конечность отозвалась острой болью, и у меня, помимо воли, вырвался короткий сдавленный стон.

Мужчина нахмурился, быстро перевернул ладонь внутренней стороной вверх.

— Что это? Вы ранены?

— Пустяк. Случайная царапина, — я вымученно улыбнулась и попыталась отстраниться. Но улизнуть мне не позволили.

— Для пустяка, царапины, тем более случайной, рана слишком глубокая и… странная, — Кайден продолжал хмуриться, разглядывая рассеченную кожу. Осторожно провел пальцем, словно искал подтверждение каким-то своим предположениям. — Обычно такой след оставляет ритуальный кинжал.

— Может, и ритуальный, не интересовалась. У Ольмы много… разных. Он вон там лежал, — неопределенно указала куда-то в сторону. — Я схватила и порезалась. Такая неловкая стала в последнее время. Это все моя болезнь.

Я вздохнула и усиленно заморгала, чтобы собеседник уж точно заметил, как несчастная Нари расстроена своим плачевным состоянием. К сожалению, Фарна мое представление не остановило.

— Давно это произошло?

— Вчера.

— Рана выглядит совсем свежей, — зеленые глаза оценивающе сузились.

— У меня так бывает. Долго восстанавливаюсь. Мэтр говорит, из-за того, что внутренние энергетические каналы повреждены, — вдохновенно соврала я и услышала в ответ решительное:

— Я помогу.

— Нет-нет, не стоит. Само пройдет… скоро. Ольма уже лекарство необходимое сделала, — попробовала сжать руку в кулак, потерпела очередное поражение и почувствовала, что начинаю терять терпение. — Эйрэ, вы ведь не целитель.

Ну почему он ко мне привязался?

— Не целитель, — согласился Фарн. — Боевой маг. И умею пользоваться сырой силой для того, чтобы залечить «царапину». Очень необходимый навык, знаете ли, особенно в полевых условиях. Потерпите немного, я сейчас закончу.

Длинные, сильные пальцы опустились на ладонь, обжигая мгновенным, пронизывающим до костей холодом. Наши сплетенные руки окутал голубоватый туман, по ране пробежали сотни острых ледяных иголок и… ничего не случилось.

Да и не могло случиться — порез исчезнет только после того, как зелье будет полностью готово. Но Дракону об этом знать не обязательно.

— Отпустите… Отпустите же! Вы делаете мне больно.

Высвободилась резким рывком, пока он не уверился окончательно, что со мной что-то не так, отступила на несколько шагов и спрятала руки за спину.

— Но…

— Нужно особое лечение, я же говорила. У меня все есть: мази, настойки… Мэтр позаботился. Спасибо вам за помощь и беспокойство, но я сама справлюсь. Позвольте мне уйти, вернуться к себе. Устала очень. Пора принять лекарства и отдохнуть.

— Хорошо. — Фарн склонил голову в знак согласия и тут же резко выпрямился — Идемте, я вас провожу.

— Как угодно.

Я кивнула, смиряясь, взяла со стола вторую бутылочку и пошла к двери. Дам воробью эликсир без добавки и попрошу Мьирру вызвать Хобба. Самой готовить лекарство, пока в доме Василиск с Драконом, небезопасно — лорды, как выяснилось, способны разыскать меня в любом, даже самом отдаленном уголке поместья. Быстро и особо не напрягаясь.

До моей комнаты добирались в полном молчании, благо идти было недалеко. Кайден больше не делал попыток ко мне прикоснуться — просто шел рядом. Пересекли увитую хмелем террасу, потом крохотный садик и, не доходя до двери, остановились.

— Еще раз благодарю, эйрэ. За помощь с домом и участие… За все, — пробормотала торопливо, мечтая лишь об одном: поскорее оказаться в собственно спальне. — Извините, не смогу вас сегодня проводить, придется принять снотворное и…

— Хотите, чтобы я уехал? — дернул уголком губ мужчина.

«Да, да, — так и подмывало закричать в ответ. — Не просто мечтаю — отчаянно жажду, чтобы вы поскорее убрались из поместья, а потом из Блоджа. Очень меня этим обяжете».

Но вслух, разумеется, сказала другое.

— В этом доме всегда рады принимать наследника повелителя. Ваш визит — честь для любого Феникса. Но мы с матушкой давно уже живем уединенно и отвыкли от посетителей. Да и здоровье не позволяет подолгу общаться.

— Что ж, в таком случае заранее прошу прощения, что вынужден злоупотребить вашим гостеприимством, — лицо Фарна превратилось в непроницаемую маску, оставалось лишь гадать, что за ней прячется. — Нам придется задержаться в поместье, необходимо удостовериться, что магическая подпитка прошла успешно. На это потребуется несколько дней. Постараюсь не докучать вам лишний раз своим обществом. Всего хорошего, — сухо закончил он, развернулся и пошел прочь.

Проследила, как Дракон, заворачивает за угол, облегченно выдохнула и уже собиралась нырнуть в комнату, но меня остановил раздраженный окрик:

— Эннари.

С противоположного конца сада неслась Кетра. Глаза сердито сверкали, щеки раскраснелись — кузина явно злилась и не скрывала этого. Подлетела и, не успев остановиться, зашипела разъяренной коброй:

— Наследника соблазняешь, да? Совсем стыд потеряла?

— О чем ты? — опешила я.

— Надеешься, что он польстится на твои сомнительные прелести и возьмет с собой в столицу, да? Или назовет своей каари? По старой памяти.

— Кем назовет?

«Каари — официальная фаворитка правителя», — услужливо всплыла в памяти информация, вычитанная в каком-то справочнике.

Так Кетра решила, что я планирую стать любовницей Фарна?

— Я видела, как ты на него смотрела, — кузина продолжала наседать, обвиняюще наставив на меня палец. — Так вот, даже не мечтай. Ты и раньше Кайдену не особенно нравилась, а теперь он на тебя даже не взглянет. Думаешь, я не поняла, почему ты лицо за вуалью прячешь? Чтобы скрыть какой страшной стала, а вовсе не из-за обета, данного отцу. Лучше не позорься. Забейся в какую-нибудь дыру и уступи дорогу более достойным претенденткам.

Кетра торжествующее хмыкнула, повела плечами, красуясь, и я не выдержала.

— Я не намерена становиться чьей-то каари или любовницей. Наследник мне не нужен, можешь забирать его себе, — отчеканила холодно.

— Конечно, заберу, — ничуть не смутилась кузина. — А что касается тебя… Ты все равно скоро замуж выходишь. За Озаса. Торговец и лишенка — достойная парочка. Папа, между прочим, тоже так считает. Подожди, дай только отцу приехать, он быстро напомнит, где твое место.

— Глава собирается в Блодж? — насторожилась я. — Когда?

— Не знаю… скоро. Он передо мной не отчитывается, а уж перед такими неудачницами, как ты, и подавно.

Кетра подхватила юбки, окинула меня напоследок презрительным взглядом и гордо удалилась, а я обессиленно прислонилась к стене.

Дракон и Василиск, буквально преследующие меня, загадочный воробей, эликсир с кровью, который случайно выпил наследник, сватовство Озаса, возможный приезд Видана… Столько всего успело произойти. А ведь еще первые сутки не закончились. Что же дальше будет?

Мне бы ночь простоять, да пару дней продержаться[2], а там и зелье будет готово. Но прежде необходимо выспаться как следует. Стимуляторы Хобба — вещь, конечно, хорошая, но полноценный сон они не заменят.