29 Дамир

После ухода Мии, меня отвели обратно в камеру. При всей непохожести на наши изоляторы называть это место просто комнатой язык не поворачивается. Решеток не видно, но уйти отсюда я не могу… И сколько это продлится – неизвестно. Пока я здесь, а Паоло-сволочь в бегах, документацию фирмы перекопают столько раз, сколько понадобится, чтобы найти все что угодно. Платил налоги? Не нарушал закон? Докажи! Правда, это сложновато, лежа на узкой кровати и пялясь в маленькое окошко под потолком. А если совсем откровенно, то я не очень-то разбираюсь в бухгалтерии и финансах. Это Мия считает меня чуть ли не всесильным, а на самом деле у меня средне-техническое образование. По специальности не отработал ни дня – в то лето, когда получил диплом, отец перевез нас с мамой в Италию. Я начал помогать ему в бизнесе. Поначалу бегал с бумажками по этажам, учился руководить персоналом, вникал в процессы. Потом мне выделили отдел, кабинет, должность и зону ответственности. В работе фирмы я, конечно, со временем разобрался, реальный сектор все-таки. А вот в тонкости денежных потоков и отчетности так и не изучил. Да и не собирался, в общем-то. А зря… Иначе всего этого можно было бы избежать. Если ни прекратить своевременно темные делишки финдира, то хотя бы сказать «стоп» после оглашения завещания. Учитывая обстоятельства, сам у себя я ничего кроме жалости не вызываю. А ведь от меня зависит куча людей – не только семья, но и сотрудники. А я даже не знаю, получат ли они очередную зарплату. Я вообще не понимаю, что происходит за пределами этого здания. Юристы обсуждают со мной только обстоятельства дела, полицейские без необходимости даже рот не открывают. Только гособвинитель Дарио Романо более-менее многословен со мной. Снова закашлялся, зажав рот ладонью. Да что такое?! Когда уже это прекратится?! Адвокат считает, что нужно настаивать на госпитализации, но я против. Это еще больше затянет разбирательства и переполошит маму. Возможно, и Мие добавит головной боли. Из-за этого скрыл, что перенес достаточно серьезный вирус. С высоченной температурой, и прочими прелестями ОРВИ. Не знаю, выжил бы тогда, если бы не сеньор Романо… Не звал никого сам, лежал уже в бреду практически. А он пришел зачем-то поздно вечером и поднял всех на ноги. Врача вызвали, уколом температуры сбили, напичкали таблетками. Через пару дней отпустило, а кашель до сих пор мучает. При всем этом ясно чувствую, что гособвинитель меня недолюбливает. Сильно. За что? Кто его знает… Может, негатив к приезжим, может, к казнокрадам. Не знаю и знать не хочу – его дело не помогать мне, а наоборот. Наверняка, планирует вытрясти все возможное из моего бизнеса и запереть надолго. Но за помощь я благодарен. Хотя она и касалась только моего здоровья – на все прошения об общении с семьей ответил отказом. Как и прежде, разрешена встреча раз в неделю и запись голосовых. Мне же юристы имеют право передавать что-то только словесно. И это очень странно… Общаться, не получая ничего взамен. Записывать короткие аудио и представлять, как мама и Мия будут их слушать. Вчера зачем-то сказал, что люблю их всех. Маму и сына само собой, поэтому для Мии проговорил отдельно. – Мия… Я люблю тебя… И очень скучаю, – собственный голос до сих пор звучит в голове. К чему я это? Никогда раньше не говорил ей ничего подобного. И она не говорила, но девчонка же совсем – по глазам все понятно было. Через неделю пришла мама. Я надеялся, что Мия… Но приглашать ее повторно не стал. Матушка у меня властная и ревнивая – не хочу дополнительно стравливать их. Особенно когда сам не в состоянии контролировать ситуацию. Мама вошла, и сразу же стало понятно, что хороших новостей нет. Прямая, бледная, губы сжаты. Мия как-то сказала, что у меня такое же лицо, когда злюсь. Возможно… – Здравствуй, мам, – заговорил, как только она села напротив. – Что еще стряслось? А сердце тревожно стучит – вдруг дело в Мие или Тимуре? Может, обиделась на меня, сбежала? – Ферри требуют развода, – проговорила тихо. – Это как раз вполне ожидаемо, – облегченно выдохнул. – Зять под следствием им ни к чему. Инес как? – Страдает. Ей, видимо, еще не сказали… Но не думаю, что будет активно протестовать. Она иначе представляла себе замужнюю жизнь. Шляется по дому, скучает, постоянно висит на телефоне. Не знаю, – мать раздраженно дернула плечом. – Я тоже по-другому невестку и ее поведение представляла. – Но она что-то говорит? Как-то озвучивает свое разочарование? – Мы практически не видимся. Поэтому нет – понятия не имею, что у нее в голове. – Понятно. Не беспокойся об этом. Я уже дал юристам задание подготовить документы. Развода не будет, будет аннуляция брака. Ферри ничего не получат, если собрались отказаться от своих обещаний. – А мы как же? – мама чуть не плачет. – Или ты забыл условия завещания? Тебе нужно не только жениться, но и быть в браке, чтобы владеть и управлять бизнесом. – Не забыл. С этим тоже проблем не возникнет. Отец нигде не уточнил, что женат я должен быть на столь же идеальной женщине, как Инес. В общем, юристы смогут протащить эту цепочку событий через все инстанции. Свадьба – аннуляция – заключение брака с другой женщиной. Ответ от нотариальной конторы получен – мы ничего не нарушим в этом случае. – С какой другой женщиной? – мама посмотрела на меня так, что мне жарко стало. – Нет, Дамир, пожалуйста! Не надо запутывать все еще сильнее! – И не собираюсь. Женюсь на матери своего ребенка. Что может быть проще? – Проще чем убедить Мию выйти за тебя после всего? Что угодно может быть проще, сынок… Матушка саркастично усмехнулась. – С Мией я уж точно сам разберусь. Главное, молчи, будто не в курсе. Боюсь, она разнервничается и натворит дел. – Ага, – неопределенно кивнула мама. Я в очередной раз закашлялся и поспешил хлебнуть воды из стакана. – Тебе лучше? Может, в больницу? – Видишь же, что лучше. Приступы стали реже. Не надо в больницу. Лишнее время для следователей. – Хорошо, – расстроенно покачало головой. – Отправить к тебе Мию на следующей неделе? Хочешь? – Конечно, – удивился маминой проницательности. – Как там ее съемки? – Нормально. Еще не закончились. Работает. Вот, кстати, просила тебе передать. Мама вытащила из сумочки фото и протянула мне. Улыбающийся Тимур тянет к камере какую-то игрушку. Мордаша вымазана в чем-то, рядом баночка с детским пюре. – Подрос опять, – улыбнулся, рассматривая карточку. – Да. И все больше не тебя становится похож. Красивый мальчик… – Спасибо, мама, – фыркнул от смеха. – Дамир, – матушка сделала серьезное лицо. – Надеюсь, ты все правильно делаешь… – Я тоже очень надеюсь на это… Передавай привет Мие и Тимуру. Скучаю по всем вам. Скорее бы все это закончилось… Проводив маму, приготовился вернуться в камеру и еще неделю провести практически в полной изоляции. Но после ужина меня снова повели в переговорную. Мои юристы о встрече не сообщали, значит, новости вряд ли будут приятными. За столом меня ждал Дарио Романо. Поздоровался с ним, но ответа не получил. Сел на свое место и приготовился внимательно слушать. – Мой офис собрал информацию о вашей личной жизни, сеньор Шакиров. – Зачем? – Ну как зачем? Скрытые траты, превосходящие доходы. Дорогая недвижимость, оформленная на родственников и не только. Ищем, куда могли подеваться неуплаченные налоги. – Не найдете. – Вы правы, пока не нашли. Но обнаружили нечто интересное… Женаты вы на одной женщине, а фактически жили с другой. А ваш сын по документам и вовсе матери не имеет. – И что? Думаете, именно мать моего ребенка – владельца дорогой недвижимости? – Нет, не думаю. Я знаю, кто мать вашего ребенка. И знаю, что положение ее, как бы помягче, незавидное… – Все, что я сделал относительно моей личной жизни, было по закону. Все документы есть у юристов, можете ознакомиться. – Уже проверил. Все так, все так… – Чего вы хотите? Я не понимаю. Ничего не нашли, касательно неуплаты налогов. Прочих нарушений тоже. Полагаю, что и перелопачивание документов фирмы не дало никаких результатов. Тогда почему я до сих пор здесь? Так разозлился, что привстал со стула и навис над гособвинителем. – Сядьте! – рявкнул он. – Нашли или не нашли вы узнаете в соответствии с принятыми процессуальными процедурами. Но мы можем искать дальше. Если официально матери у вашего ребенка нет, то мои люди прошерстят всех ваших подружек за последние пять лет. – Замаетесь, – зло усмехнулся. – И почему именно за пять? – Потому что это тот срок, в течение которого вы управляете спорным семейным бизнесом. – С чего он спорным стал? – недоуменно посмотрел на этого шутника. – С того, что государство в соответствии с завещанием вашего отца тоже вполне может претендовать на него. Зачем заниматься только вопросом неуплаты налогов, если можно получить такую приличную компанию в государственную собственность? Целиком и полностью. Не могу поверить, что он говорит это на полном серьезе. Но улыбки на его спокойном, уверенном лице я что-то не вижу… – Я выполнил все условия завещания. Бизнес мой, – упрямо сжал губы. – Верю. И могу не лезть туда и не проверять. Хотя слышал, что семья Ферри крайне недовольна положением своего недавно обретенного зятя… Почувствовал себя так, будто меня за яйца взяли и сдавили как следует. Да что ж такое-то??? Только я все продумал в соответствии с новыми обстоятельствами, как очередные сложности вылезли! Если нотариус согласился закрыть глаза на расторжение брака с Инес и заключение нового, то совсем не факт, что получится, если Романо сунет туда свой любопытный нос… Точнее, очевидно, что не прокатит скорее всего. – Чего вы хотите, сеньор Романо? – спросил устало. Голова начала раскалываться, в горле запершило. И очень захотелось прилечь и отключиться. Ни о чем не думать и не беспокоиться хотя бы недолго. – Я? Ничего. У меня все отлично. Выполню хорошо свою работу, получу премию. Может, а отпуск съезжу… Он еще и издевается. Точно что-то личное… – Хорошо, – нервно забарабанил пальцами по столу. – Могу ли я что-то сделать, чтобы упростить нам обоим жизнь? Учитывая, что я действительно ничего не знаю о налоговых нарушениях, а мои люди, так же, как и ваши, ищут моего финдира, который точно в курсе. – Думаю, можете, сеньор Шакиров. Знаете, если вы наведете порядок в личной жизни, то существенно облегчите мне жизнь. – О чем конкретно речь? – нервно дернулся от обилия предположений в голове. – Оформите все документы в соответствии с реальным положением дел. Чтобы было понятно, кто кому кем приходится. Кто мама, кто папа, чей сын. Тогда необходимость ковыряться в ваших постельных приключениях за текущую пятилетку отпадет сама собой.