Глава 23
Стукнул засов, впуская в темницу их парковых знакомцев, уже переодевшихся во все черное. Короткие плащи и широкие мечи за поясом заставили Таню удивленно вздохнуть.
Все такие же неразговорчивые, они поволокли Лену на выход. Хлопнула дверь.
— Если я не вернусь считайте меня коммунистом, если я вернусь, считайте коммунистами их! — воодушевленно заорала Лена, распяленная между сопровождающими. Озадаченное эхо развешивало странные лозунги под сводами коридора. Наконец, она получила подзатыльник от типа с музыкальными пальцами и замолчала, прикусив язык, и радостно улыбаясь. Жизнь налаживалась.
Перед тем, как за их спинами захлопнулась дверь, Лена увидела, как Кощей открыл глаза, и обвел темницу мутным, но вполне осмысленным взглядом.
* * *
Высокий мрачный зал с узкими окнами-бойницами, куда девушку привели, производил впечатление нежилого. На черном кресле, с видом уставшего от почестей правителя, расположился тот самый жутковатый тип со шрамом, сменивший деловой костюм на черный камзол, расшитый лиственным орнаментом, и оттого сделавшийся еще бледнее.
Перед ним в воздухе растеклась плоская радужная клякса, поначалу принятая девушкой за огромный мыльный пузырь.
— Я вызываю тебя на поединок, Велириан Второй, Сын Мегрена.
Лену подвели поближе, и она разглядела в кляксе знакомые уже до зубовного скрежета черты.
— Поединок? — Велир искривил в усмешке тонкие губы.
— Да, пришло время ответить. К тому же, в этот раз победителя ожидает ценный приз. У меня гостит твоя жена.
Девушку вытолкнули к кляксе, но хватки не ослабили. Паучок, не найдя лучшего места и времени, пополз по Лениной ноге, осваивая новые просторы. Лена шарахнулась и оттоптала ногу типу, одарившему ее подзатыльником. Парень булькнул, скривился, но предпринимать какие-либо действия, в прямой видимости шефа не отважился.
— Искренне сочувствую, Инор, — едва слышно хмыкнул Велир, но в глазах его мелькнуло беспокойство.
— Думаю, в ближайшее время она станет вдовой, и я смогу достойно заменить ей тебя.
Лена, споткнулась, позабыв про паука.
— Не думаю, что замена понадобится, — прорычал Велир, — я принимаю вызов!
— Завтра вечером на Ратной Поляне, надеюсь, ты еще помнишь, где это, — широко осклабился бледнолицый, — до встречи, Велириан.
Мужчина взмахнул рукой, радужная клякса лопнула, и расползлась несколькими струйкам зеленоватого дыма.
Инор задумчиво понаблюдал, как дымок растворяется в воздухе, и обернулся к охранникам.
— Уведите ее.
Девушку дернули за руку.
— Подождите, — слова Инора нагнали их у самого выхода, — я тоже кое-кого проведаю.
Таня встретила подругу так, словно уже не чаяла увидеть ее живой. Клещом вцепилась Лене в запястье и испуганно уставилась на шагнувших следом за Леной, Инора со свитой. Инор неторопливо подошел к девушкам. С интересом осмотрел Танин наряд. Подруга залилась краской и поспешила скрыться за плечом Лены. Задумчиво тронул толстую решетку и только потом перевел взгляд на скованного колдуна.
— Ну, здравствуй, Кощей, — прошелестел его вкрадчивый голос, — ты ошибся. Где же твое знаменитое чутье⁈
Со щек скованного колдуна исчезла пугающая синева, сменившись восковой бледностью. Взгляды колдунов встретились. Усталый Кощея, и торжествующий Инора. Пленник вновь опустил взгляд, не испуганно, а скорее не видя необходимости более рассматривать собеседника.
— Не след девиц из мира людей сюда впутывать, — наконец заговорил он, его хриплый голос едва был слышен, словно слова давались ему с трудом.
— Ах, вот оно что? — господин Инореан оглянулся на подруг. — Неужто ты, Советник Повелителя Приграничья помыслил себя равным Колдовскому Роду? Как смог ты даже подумать об этом?
— Не об этом, — Кощей теперь смотрел Инору в глаза, — Тринадцатый Род важен для Верволока. Он может принести спасение всему Приграничью.
— Так ты забыл, Кощей, — Инор дробно расхохотался, — я беглый преступник, и таковым меня сделал Велир. Так что девица Велиру не достанется. Впрочем, если она сумеет меня ублажить, может я и оставлю ей жизнь. — Господин Инореан довольно потер шрам на щеке. — Тебя же завтра на рассвете казнят, — буднично продолжил он, обращаясь к Кощею, — а чтобы не было скучно, можешь прихватить с собой на тот свет подружку, — господин Инореан кивнул на ахнувшую Татьяну.
«Ёжик» довольно осклабился.
Если охранники и ожидали бунта, то не с той стороны. Именно поэтому Лена оказалась быстрее. Буквально на полвздоха. Но этого было достаточно. Охранники отшвырнули девушку в угол, а господин Инореан медленно провел по щеке, и с изумлением посмотрел на ладонь, окрасившуюся кровью.
— Вот теперь симметрично и красиво, — мстительно пробормотала Лена, лелея отбитый бок и хватая ртом воздух. Инореан в зловещей тишине обернулся к девушкам. Царапины алели на неестественно бледном лице.
— Что ж, — прошипел он, — ты сама выбрала свою судьбу. Завтра на рассвете составите компанию своему дружку на эшафоте.
Хлопнула дверь, лязгнул железный засов. Шаги прошуршали и затихли вдалеке.
Кураж сходил на нет, только теперь Лена заметила, что в их темнице прохладно. Между прутьями оконной решетки посвистывал ветер. Ее стало заметно познабливать. Завтра на рассвете их казнят.
— Ну и что ты натворила? — презрительно спросил Кощей.
— Организовала себе развлекательную программу назавтра в приятной компании, — мгновенно взъерошилась Лена, а привычное раздражение помогло сглотнуть подступающий к горлу комок.
— В прошлый раз не нагулялась? — ласково уточнил колдун и бессильно сжал кулаки, звучно лязгнув цепями.
— А… — Лена вздрогнула, когда неслышно подошедшая Таня, взяла ее за плечо. Ее пальцы холодили даже сквозь ткань футболки. Лена вспомнила обжигающий лед руки Кощея там в подвале и рассеянно замолчала. — Извини. И спасибо. — Торопливо добавила она, полагая, что еще одна колкость колдуна и она снова примется ругаться с этим раздражающе невозмутимым типом.
— А… — Кощей, видать, тоже поймал за хвост, рвущееся с языка, очередное язвительное замечание и уже совсем другим тоном спросил, — так зачем ты приехала в Петрозаводск?
— По глупости, — покаянно вздохнула Лена, — сначала не знала, куда еду. А потом на авось понадеялась — кулон есть, год уже прошел, авось обойдется. И не успела уехать.
— Ну и как? — ехидно переспросил Кощей. И тут же, опасаясь разрушить хрупкий мостик взаимопонимания, уже мягче добавил. — Почему ты оказалась без кулона, Алена?
— Я же уже говорила, Кощей, — устало вздохнула Лена и села на каменный пол, боком прислонившись к холодному пруту решетки, разделяющей их с Кощеем темницы, — он во сне слетел, я только утром заметила. А потом было поздно, Велир уже нашел нас.
— Вы что тут все с ума посходили⁈ — Танин голос за ее спиной прозвучал так неожиданно, что Лена, уже успевшая забыть о подруге, вздрогнула. — Какой Кощей, какая казнь? Что происходит вообще⁈ Это что, розыгрыш⁈
Судя по звенящему голосу, Таня уже и сама не верила в подобный исход, но ей очень хотелось надеяться, что подруга сейчас улыбнется и хлопнет ее по плечу — конечно розыгрыш, какой вопрос! Но Лена только печально покачала головой.
— Нет, Тань, это длинная история. Добро пожаловать в Верволок.
И тогда подруга заплакала, по-детски размазывая по лицу крупные слезы.
* * *
Таня уже успела наплакаться на Ленином плече, выслушать укороченную версию прошлогодних приключений подруги в исполнении автора (Кощей только скептически хмыкал, но с комментариями не влезал) и уснуть, свернувшись калачиком на лавке, а Лена все сидела в оцепенении на полу. Бок уже занемел от упирающегося в него прута, а она не шевелилась, словно боясь спугнуть хрупкую тишину, поселившуюся под сводами темницы.
— Может, тебе стоит поговорить с Инором? — неуверенно спросил Кощей. Запекшаяся кровь все еще покрывала пол-лица пугающими разводами, но скулы колдуна порозовели.
— Нет, Кощей. — Вздохнула она, покосилась на сопящую подругу. И почувствовав, как к горлу опять подступает комок, торопливо сменила тему. — Лучше расскажи, как ты нас так быстро нашел?
— Это меня Инор нашел. — Кощей переступил с ноги на ногу, цепи негромко звякнули. — И предложил разыскать тебя для него. Не знаю, как, а видимо не без его участия вы здесь оказались.
— У него совершенно случайно очень щедрой туристической фирмы в Медвежьегорске нет? — раздраженно фыркнула она, злясь на свою жадность.
— Не ведаю, — равнодушно пожал он плечами, — да только не так, так иначе, а все равно заманил бы он тебя сюда. Инор сейчас в силе, да и злобности в нем на Велира хватает. Ты думаешь, откуда у него такая роспись на щеке имеется⁈
— От Велира?
— От него самого, — кивнул Кощей. — Я уж думал, не увижу его больше. А ты гляди-ка, отлежался где-то, раны зализал, соратников собрал и снова решил удачу испытать.
— А что они в прошлый раз не поделили? — хриплый голос колдуна, раньше неприятно царапавший слух, перестал раздражать и она с удовольствием слушала, как негромко и неторопливо он говорит, словно обдумывая каждое слово, прежде чем произнести.
— А замок один, — равнодушно поморщился Кощей. — Тут давняя вражда, да только зря тогда это Инор затеял.
— Так вот значит, почему Инор меня схватил, чтобы Велира найти⁈
— Не найти, а выманить, да на поединок вызвать. Велир многое отдаст, чтобы ты Инору не досталась. Найти-то его несложно. Да в замке охрана, амулеты. А на Ратную Поляну он один должен прийти один. По-другому не пустит его Поляна.
Таня недовольно завозилась и повернулась на другой бок, подложив ладони под щеку.
Лена вздохнула и задумчиво оглянулась на подругу. В свое первое и невольное посещение Верволока, она не плакала. С другой стороны, и казнить ее сразу же не пытались. Только выдать замуж.
В соломе что-то шуршало и потрескивало. Где-то в другом конце коридора замирающим эхом похрустывали шаги охранника.
— А зачем вдруг я так занадобилась Велиру? — не то, чтобы это было ей так уж интересно, но подземельная тишина тут же наполнялась неприятными шуршанием, где-то мерно капала вода. Контуры прикованного к стене человека едва различались в сгустившейся темноте. Кощей пожал плечами, звякнув цепью.
— Скажем так — ты принадлежишь к очень древнему роду. Помнишь, я рассказывал тебе о колдуне, не пожелавшем переселяться в Верволок?
— Из сибирской тайги? Постой! — Лена попыталась ухватить едва оформившуюся мысль и сама испугалась, — Нет, не может быть!
— Твой дед был последним из этого Рода, — добил Кощей.
Лена привстала, но потом передумала и снова плюхнулась на холодные камни. — Ты хочешь сказать, что я колдунья? Да нет, погоди, — она окончательно запуталась и помотала головой. — А почему тогда последний из Рода?
— Колдовские способности не передаются напрямую по наследству. Твой Род потерял колдовскую силу в мире людей. Но если бы ты жила в Верволоке…
— Угу. — Возможно, новость о своей избранности, а потом и об отсутствии способностей, она встретила бы более эмоционально, будь они в другом месте и в другое время. А сейчас она лишь вяло помахала рукой, даже не увидев ее в темноте и с сомнением покачала головой. — Тогда тем более не понимаю Велира.
— Род, породнившийся с тобой, станет самым сильным из существующих здесь и сможет безоговорочно претендовать на управление всем Верволоком, а не только Приграничьем. Одно время Велиру достаточно было факта вашего обручения. Поэтому, когда ты сбежала в мир людей, он не стал разыскивать тебя. Но вскоре Совет стал задавать вопросы. В Верволоке фиктивные браки не законны. И все началось по новой.
Тишина разбавилась шагами охранника снаружи — сначала в одну, а потом и в другую сторону. Лена с вялым интересом посмотрела на черный квадрат окна — не начинается ли рассвет. Мозг, переполненный информацией и таким количеством эмоций, уже отказывался воспринимать новые сведения. К тому же, какой смысл говорить о том, чего уже не произойдет. В темноте зазвенел цепями Кощей, перенося вес на другую ногу.
— Не знаю как Велир, а вот Инора теперь вполне устраивает моя казнь.
— Инор — преступник. Он не может претендовать на власть. Поэтому ему достаточно было выманить Велира на поединок. Дальше ты не представляешь для него особого интереса.
Разгоняя сгустившуюся тишину, у зарешеченного окошка ухнул филин. Вдалеке молодой волчок вывел высокую ноту, но не удержал, сорвавшись в конце на вульгарное тявканье. Стихший было ветер вновь нехотя пригладил траву, и плеснул в темницу горсть влажного воздуха, пахнущего дождем и тиной.
— Алена, может быть… — Кощей не договорил, но Лена поняла, что он имел ввиду.
— Нет, Кощей.
Кощей не стал настаивать, хотя, судя по всему, очень хотел. Ветер стих и тишина в темнице вдруг стала совершенной, слышно было даже ровное дыхание подруги и то, как она едва слышно всхлипывает во сне. На стене обрисовались контуры окна — то ли вышла луна, то ли рассвет уже приближался.
— А зачем ты хотел нас увезти подальше, когда мы бежали из гостиницы? Какая разница, где бы нас схватили? — особого интереса это не вызывало, но хотелось слышать хоть чей-нибудь голос, раз уж ничего другого в этом угольно-черной пустоте нет.
— Способности колдунов ослабевают в вашем мире по мере отдаления от точек перехода. Если бы вы встретились у тебя в городе, их способности не отличались бы от способностей обычных людей. А Велир, привыкший пользоваться колдовством, не будет уверенно себя ощущать, не имея за собой силы. Поэтому вряд ли они стали бы за тобой охотиться в твоем городе.
И снова тишина, даже мыши перестали возиться в сене, на которое Лена так и не рискнула пересесть.
— А на тебя Инор за что так ополчился? Погоди, — девушка снова привстала осененная внезапной догадкой, — так ты и тут как у Вольга… — Лена схватилась за кулончик, подаренный ей Серым Оборотнем.
— Нет, — поспешил откреститься колдун.
— Так чего же Инор на тебя зуб наточил⁈ — Лена пересела спиной к решетке, продолжая перекатывать камешек Вольгова оберега в пальцах.
— Нашел он меня недавно, уж не знаю, как ему это удалось. Пришел, предложил против Велира объединиться. — Кощей задумчиво чему-то улыбнулся.
— А потом? — поторопила девушка, видя, что Кощей и не думает продолжать.
— А потом у меня оказались свои планы, — внезапно сухо закончил колдун.
Серенький рассвет незаметно просочился сквозь окошко, все четче прорисовывая контуры предметов.
— А как Велир так быстро нашел меня, ведь оберега не было на шее всего одну ночь?
Кощей вздохнул.
— Он почувствовал тебя сразу, как ты в Карелии очутилась, и искать начал. Его кольцо позвало. Только вот точное место ему кулон определить не давал. А тут вдруг такая удача.
В замке скрежетнул ключ. Таня вскочила, как распрямившаяся пружина, сонно щурясь.
— Удача, говоришь? — Лена еще на мгновение задумалась, а затем решительно стянула оберег с шеи, — Таня, ты, кажется, хотела примерить кулончик⁈
— Ну, как вы провели ночь в приятной компании? — темноволосый «ежик» видимо был здесь за старшего, а потому вел себя по-хозяйски.
— До того, как вы вошли, компания была действительно приятной, — неожиданно резко ответила Татьяна.
Кощей и Лена удивленно переглянулись. Взъерошенная подруга с отпечатком досок на щеке, то ли еще не окончательно проснулась, то ли уже махнула на все рукой и решила напоследок испортить настроение своим палачам. Улыбочка сползла с лица охранника.
— Не волнуйся, девица, — процедил он, — скоро ты избавишься от моего общества самым радикальным образом! — «ежик», вероятно, получил вполне определенные указания, а потому рук не распускал и даже убрал их за спину от греха подальше. Собеседники прожгли друг друга неприязненным взглядом. Больше не церемонясь, мужчины схватили девушек, и потащили в коридор. Из соседней темницы двое крепких конвоиров вывели Кощея. Цепи с него так и не сняли, и их продвижение по коридору сопровождалось мелодичным позвякиванием.
Неяркий свет пасмурного утра после полумрака темницы заставил Лену зажмуриться. Ветер хозяйничал в кронах сосен, и как усердный, но неумелый дворник, подметал землю, поднимая клубы желтоватой пыли. Лена огляделась. Их вывели во двор небольшого замка из черного, замшелого камня. Кладка была старой потрескавшейся, в трещинах давно и плотно обосновался мох, а молодая нахальная елочка вольготно расположилась в щели между камнями в метре над землей. Вокруг шумел и постанывал стволами сосновый лес. Инор, в темно-зеленом, почти черном камзоле, расшитом позолотой и черном плаще уже был здесь в окружении своей свиты. Недалеко от кромки леса был сбит деревянный помост. Свежесрубленная колода на нем еще сочилась темным тягучим соком, бисеринками застывающим в ложбинках годовых колец. Огромный изогнутый топор, воткнутый в нее, притягивал взгляд, и гипнотизировал.
До последнего момента Лене удавалось убеждать себя, что всего этого просто не может быть. Только вот проснуться до сих пор не удавалось. Обстановка была на редкость реалистичной, а противники были настроены решительно. Их потащили к помосту. Таня споткнулась и упала, расцарапав о камень колено, но даже не обратила на это внимания, широко раскрытыми блестящими глазами оглядывая окружающих. На ее бледных щеках полыхали красные пятна. Из толпы вышел крупный рыжеволосый детина, скидывая по дороге плащ. Под плащом оказалась черная вязанная безрукавка. Бугристые мышцы комьями перекатывались под кожей. Он равнодушно окинул взглядом Лену, чуть дольше задержал взгляд на Танином платьице, вытащил из-за пазухи красную повязку, повязал ее по-пиратски назад, закрывая спадающие на лоб волосы. Инор оперся о ножны, и устроился поудобнее. Лена тревожно оглянулась на остальных. Ужас, юркой змейкой скользнул под сердце и свернулся там, холодя пальцы и сбивая дыхание.
— Ее первой, — прозвучал голос Инора.
Ветер взметнул пыль перед девушкой, унес слова и поаплодировал листьями деревьев.
Но палач все понял правильно. В плечо Лены впились жесткие пальцы.
Она упиралась изо всех сил, но весовые категории были слишком разные. Палач не сбавил темп, не сбился с размеренных шагов, а она обнаружила, что просто плывет в паре сантиметров над землей, сжатая в экскаваторных ладошках палача. Лена затрепыхалась пойманной птицей. Слишком поздно. Ветер разметал волосы на ее лице. Где-то позади бешено рванулся в цепях Кощей, сдавленно заскулила Таня. Перед носом оказалась деревянная колода. Плечо вдавило прессом, она плюхнулась на колени, а потом, не в силах противиться давлению, и щекой на пахнущий горьковатым соком сруб. Лязгнул, вынутый из колоды топор. Колени дрожали, так, что если бы даже палач и убрал свою мозолистую ладонь, пришпилившую ее к колоде, у Лены все равно не хватило бы сил вскочить. В глазах уже все плыло. И, наверное, уже в последний раз Лене в лицо дохнуло… морозом⁈ На двор опустилась оглушающая тишина. Хватка палача сначала ослабла, а затем и вовсе исчезла. Первым делом девушка, по-кошачьи изогнувшись, отскочила-таки от страшной колоды, едва не упав, так дрожали ноги. В глазах плавали темные пятна. Лена завертела головой. Велир во всем своем мрачном великолепии, с десятком стражей в арьергарде стоял позади помоста. Сработало! Велир все же сумел отследить ее, после того, как она сняла в темнице оберег! Впервые в жизни Лена до слез обрадовалась ему.
— Ну, здравствуй, Инореан, я принимаю твой вызов, — прозвучал в мертвой тишине голос колдуна.
— Ты немного рано, Велириан, — с небольшой заминкой ответил Инор, — я еще не закончил свои дела.
Сторонники Инора бесшумно и быстро перегруппировались, полукольцом окружив хозяина. Возле пленников остался один охранник. Палач тоже занял место в рядах своих. Безнадзорная Лена поднялась и неловко перевалившись через край, нырнула за помост.
— Ты хотел поединка, Инор, — ласково уточнил Велир.
Свистнувший в воздухе нож заставил колдуна нетерпеливо отмахнуться. Свиту Инора «веером» разметало по сторонам. Оружие, едва заметным глазу росчерком кувыркнулось в воздухе, и разъяренной осой впилось в ладонь незадачливого метателя. Белобрысого парня из свиты Инора. На ногах остался только сам Инор. Остальным тоже досталось. Пленников прокатило по земле, их конвойный, приложился виском к стволу дерева. Лена изучила плечом все неровности досок помоста. Всхлипывающий крик резко оборвался. Белобрысый выдернул из ладони нож, и теперь зажимал сквозную рану.
Лучшего момента девушка решила не ожидать и, прижимая болезненно пульсировавшее плечо, начала под прикрытием помоста пробираться к Татьяне.
— Ты зря оставил меня в живых, Велир, — Инора, казалось не только не смутило, но даже обрадовало такое развитие событий.
— Да это была моя ошибка, — задумчиво согласился колдун, — в этот раз я ее не повторю.
От несоответствия спокойного тона разговора о погоде, хищности лиц, и настороженности движений, пробирала дрожь. Шелест меча, вынимаемого Инором, все выслушали в глубочайшем почтении. Лена бросилась к подруге. Острие клинка, уткнувшееся ей в нос, ясно давало понять, что пришедший в себя охранник относится к идее освобождения пленников крайне отрицательно. А выражение его лица о том, что если он и не пускает оружие в ход, то только потому, что на это не поступило прямого указания хозяина. Зато он тут же попытался схватить Лену. Девушка увернулась, отпрыгнув вправо, ей сразу пришлось повторить тот же трюк, и юркнуть в другую сторону. Пленников охранник отпустить не смел, а потому его подвижность значительно ограничивалась. С десяток секунд замороченный конвоир, и не менее ошалевшая Лена прыгали вокруг связанных Кощея и Татьяны, пока шепот Кощея не отрезвил девушку.
— Ты что творишь, беги отсюда!
— А вы⁈ — Лена отскочила от протянутой пятерни охранника, споткнулась, и чуть не упала.
— Спятила! Беги! — Кощей произнес это таким страшным голосом, что девушка шарахнулась, и чуть не угодила в лапы рано возрадовавшемуся конвоиру, — беги на восток, в часе ходу избушка Вольга, проси о помощи!