Глава 34

В обзоре оказался кусочек бревенчатой стены с маленьким окошком. За которым брошенным щеночком поскуливала метель. Возле окошка, вполоборота к ней сидел тот самый страж, на которого был израсходован драгоценный авангардный пирог. Спиной к ней стояла девушка в черных джинсах, зябко кутающаяся в серый пуховый платок. Судя по отблескам на стенах и характерному потрескиванию, где-то за Лениной головой, по которой так некстати пробежалось стадо мамонтов, топилась печь.

— Между прочим, мне твоя подруга с манией преследования, тоже чуть голову своей туфлей не разбила!

После этого разговор резко перестал Лене нравиться.

— На себя посмотрите, — протестующее буркнула она.

И попыталась гордо вскочить. Потом сесть. Потом злобно сопя и перебирая руками по лавке приняла полусидящее положение, облокотившись на стену. И двоящейся рукой (Это где ж они нашли такую кувалду на ее бедную голову⁈) со второй попытки поймала и перехватила поудобнее железную кочергу.

Спорщики замерли, как два дворовых воришки, которые залезли в дом генерала полиции, и обнаружили это, только когда хозяин деликатно похлопал их по плечу. Только что рук не подняли. Лена облизнула пересохшие губы и огляделась. Они находились в небольшой комнате. Пламя в печи давало весьма тусклое освещение, поэтому на рассохшемся колченогом столе посреди комнаты горело с десяток свечек в двух разномастных подсвечниках. Около двадцати различных по величине огарков перемигивались огоньками на большом металлическом подносе. Капельки пламени отражались в Таниных глазах и глазах светловолосого стража, придавая их лицам хитрое выражение, дробились о морозный узор слюдяного окошка и окрашивали печной бок в нежно-персиковый цвет. Противоположный конец комнаты терялся в темноте, но, судя по желтым искоркам, иногда пробегавшим по темной стене, там тоже было окно.

— Как ты себя чувствуешь? — Таня неуверенно шагнула к лавке.

Кочерга свистнула, очерчивая территорию, на которую Лена не рекомендовала покушаться. Таня понятливо попятилась.

— Лен, ты чего? Это же я! — подруга больше не пыталась приблизиться, и даже отошла за плечо стража.

— Откуда я знаю, что это ты!

— Я же говорила, что нельзя было так сильно бить!

— Точнее, — поправилась Лена, — откуда я знаю, что это настоящая и незаколдованная ты!

Подруга потеряла дар речи и беспомощно посмотрела на парня в ожидании поддержки.

— Алена, — медленно начал светловолосый, — мы хотим тебе помочь…

— Побыстрее упокоиться, — закончила за него Лена, — придумайте что-нибудь поубедительнее.

— Алена, ты можешь нас просто выслушать? — тихо спросил он.

Девушка растеряно уставилась на него, такая разумная мысль ей почему-то в голову не пришла.

— Хорошо, — она опустила кочергу и поерзала на лавке, устраиваясь поудобнее, — для начала, мне бы хотелось услышать, какая… ну ладно… кто навел Велира на нашу квартиру⁈

Светловолосый мужчина молчал, водя ладонью над огоньками свечей, наконец он решился, и виновато взглянув в глаза девушки, серьезно ответил, — я.

В комнате повисла тишина, потрескивания дров в печи, еле слышимые ранее, звучали теперь как одиночные выстрелы.

Впрочем, на этот раз страж не стал дожидаться развязки. Он отскочил, отгораживаясь от обеих девушек столом. Подруги проводили его далеко не ласковым взглядом.

— Пять минут без перелетов тяжелых предметов в мою сторону, — умоляюще сложил он руки, едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться.

Потому что девушки в этот момент синхронно схватились Лена за испытанную кочергу, а Таня за подвернувшийся ухват. И не дожидаясь ответа, он заговорил, обращаясь преимущественно к Лене:

— Меня зовут Ренер, я Глава Охранной Сотни Повелителя Приграничья Мегрена. (Таня мрачно кивнула — эту часть рассказа она уже знала.) А Кощей, покуда в опалу не попал, Главой над всеми Стражами Приграничья стоял. Сдружились мы крепко, а после одного случая, больше, чем друзьями стали — побратимами. И доверяли друг другу, как самому себе. Уж после того, как Кощей в ваш мир ушел, Кмерт на его место заступил. Не буду говорить как, да удавалось нам с Кощеем встречаться иногда. Так что. — Ренер хитро улыбнулся. — Я с вами немного раньше познакомился, чем вы меня узнали. — Парень убедился, что ухват и кочерга ему пока не угрожают, подошел поближе, присел боком на край стола, и продолжил, легкомысленно болтая ногой. — Охранная сотня, она ведь не только охраной Повелителя, да дворца занимается, но и другого много выполняет. Особо, если требуется что-то в людском мире. Тут ведь, когда в защите сквозная прореха появилась, я с моими ребятами и офис снимал, и всю защиту от любопытных глаз ладил. А потому-то не удивился я, когда Кмерт меня к себе вызвал, велел с десяток стражей отобрать, да в мире людском дело сладить… Не удивился. — Задумчиво повторил он, раскатывая между пальцев капельку воска. — Встревожился. Потому что велено нам было к Переходу дальнему в мир людей подготовиться, да двух девиц оттуда привести. А место, Кмерт сказал, им в точности известно, да и Заклинание Дальнего Перехода теперь найдено. И Книгу мне подсунул, заклинание указал. — Ренер соскочил со стола и прошелся по комнате.

— Девушки, а давайте чайку попьем, — внезапно сменил он тему, кивая в сторону печи.

Лена наконец-то вычленила и опознала шум, который последние несколько минут мешал ей слушать Ренера. В печке возмущенно кряхтел и плевался котелок. Рен просительно глянул на Лену и двинулся в ее сторону. Та упрямо сжала губы и демонстративно передвинулась на противоположную к печке сторону лавки, не выпуская кочергу из рук. Подруга покрепче перехватила ухват, всем видом показывая, что у нее еще будет пара вопросов к рассказчику, и ухват является незаменимым аргументом, при получении ответов на них. И отдавать его девушка не собирается. В результате Рену пришлось довольствоваться рукавами куртки, которые он стянул на ладони и, шипя, перенес дымящийся котелок на стол. Быстро разлил жидкость по деревянным кружкам, схватил одну из них и, с трудом сдерживая улыбку, попятился, указывая воинственным подругам, что путь к столу свободен. Лена сдалась первой. Конечно же это был не чай, а травный отвар, на поверхности крутилось несколько брусничных листьев и пара неопознанных ягод. Но самое главное он был горячим! Все-таки легкое платье — не самый лучший наряд для зимней стужи. Рен между тем продолжил, прерываясь, чтобы поднести кружку ко рту.

— Решил я Кощея предупредить поскорее, а тут меня в ваш мир на следующий же день по делам и отправили. Встретились мы с побратимом. Рассказал я ему, все, и заклинание показал, что в памяти отпечаталось. Да только не знал Кощей где вас найти. Закручинились мы, стали думать как вас предупредить, но мыслей путных так и не образовалось, а срок мне отпущенный уже вышел. Возвращаться была пора. Вернулся я в Верволок, отобрал стражей с десяток, да себя во главе поставил, чтобы коли предупредить не сумеем, так хоть при встрече беду от вас отвести. А тут и весточка от Кощея подоспела, мол письмецо он получил, и знает теперь где вас искать.

Лена метнула на подругу испепеляющий взгляд.

— У нас получилось все. Почти… Кощей рассчитал привязку к вашему дому, мы нашли необходимую площадку, заклинание сработало. Вот только… поняли мы, что все это подстроено было, когда увидели выходящих из-за деревьев стражей с Кмертом во главе…

Лена закрыла глаза и откинулась, облокотившись спиной на бревенчатую стену. Слова сплетались в образы, образы в картинки, картинки таяли, сменяя друг друга.

На утоптанном снегу горел костер, разгоняя плотный туман, и то, только на несколько шагов вокруг себя. Стволы деревьев, проступающие то тут, то там в тумане, казались приведениями. Тишина. Только меланхоличное потрескивание костра, да плавный напевный речитатив Кощея. Заклинание он читал с бумаги, которую держал перед ним Рен. Так и не успел заучить, слишком мало времени было. Легкая рябь над костром, чуть сильнее, чем от нагретого воздуха. Шалица — заклинание дальнего перехода сработало. Проход был открыт. Друзья облегченно вздохнули — получилось.

Едва заметный скрип снега под чужой ногой услышали они оба, и вместе выхватили мечи. Добрых гостей здесь ждать не стоило, но настолько недобрых не ожидал никто. Стражи, совсем не те, которых отбирал Рен, окружили их. Смутная тень отделилась от такого же нечеткого ствола, и двинулась к костру, все больше приобретая знакомые черты. Рен сквозь зубы выругался — Кмерт!

Новоявленный Глава Стражей Приграничья паскудно улыбнулся.

— Вот так улов! Какие знатные птицы к нам залетели!

Кольцо стражей неумолимо сжималось. Друзья замерли спина к спине, вычерчивая мечами фигуры, и не подпуская стражей. Впрочем, шансов все равно не было. Мерцающий квадрат перехода рябил прямо перед носом Рена, мешая ему сосредоточиться на подходящих противниках.

— Ты не успеешь уйти, Кощей, сдавайся, — Кмерт надвигался спокойно и неторопливо, как кот к попавшей в мышеловку мышке, формируя между ладоней заклинание. Полыхнула вспышка. Заклинание сорвалось с пальцев Кмерта, и сверкающей сетью опутало опального колдуна. Но он успел. За долю секунды до этого втолкнуть Ренера в нечеткий подрагивающий контур, и носком сапога подцепить котелок.

Костер обиженно зашипел и угас. В тишине раздался звук лопнувшего мыльного пузыря.

Туман начал распадаться на клоки. Через минуту рассеялся, не оставив после себя и следа, и открывая еще одно действующее лицо этих событий. Прислонившись к кривой сосне и скрестив руки на груди, с непонятной усмешкой за развитием событий наблюдал Кемач.

— Н-неплохо, — Кемач подошел к опутанному мерцающей сетью обездвиженному человеку, — зачем т-тебе все это, Кощеич? — колдун произнес все это спокойно и даже сочувственно.

— Вы все равно опоздали, — Кощей улыбнулся кончиками губ.

— Мы п-пришли как раз вовремя, — это не было блефом, в его словах звучала странная уверенность и торжество. Кемач вынул меч из онемевшей руки пленника, — хорошее оружие, н-не п-правда ли?

— Та-а-ак, а почему ты не сказал мне, что это ты навел Велира на нашу квартиру?

Лена открыла глаза. Худенькая и невысокая Татьяна, наскакивала на Рена с ухватом наперевес. Тот, на полторы головы выше и раза два шире в плечах, пятился, осторожно огибая стол.

— Ну-у… не успел. Да и потом не пришлось тебя упрашивать со мной идти. А так ты сама захотела, еще и напрашивалась, уговаривала, — парень мерзко захихикал.

Свистнувший ухват не причинил ему никакого вреда. Страж шутя уклонился.

— Гад! — прошипела подруга, осознав бесполезность своих попыток, по-простому метнула ухват в довольно скалящееся лицо. На этот раз Рен просто перехватил орудие возмездия и аккуратно прислонил его к печке. Татьяна кинулась в рукопашную.

— Это еще не все!

Драчуны остановились, и обернулись к Лене.

Я хочу знать, какой гад стукнул меня во дворце по голове, и пусть этот гад сознается, что сделал это нарочно, в отместку за пирог!

Пристыдить Рена не удалось. Мало того, у Лены появилось смутное подозрение, что ему вообще неизвестно такое понятие, как совесть. Свою вину за шишку на Лениной голове он упорно отрицал, приписывая ее острым углам коридора, камню, вывалившемуся из кладки потолка, и даже Велиру, подло подкравшемуся во тьме.

— Да и потом думаете легко было вас двоих тащить⁈ Эта халтурщица даже не помогала!

Судя по возмущенному Таниному воплю, в переноске не очень-то и воздушного Лениного тела, она принимала самое непосредственное участие, а потому, оскорбленная в лучших чувствах, снова кинулась мстить.

Но Лена уже перестала обращать внимание на весенние игры этих двоих, всматриваясь в сумрак у дальней стены, куда показал Рен.

На широкой лавке под окном лежал человек, укрытый плащом. Лена обошла, перетягивающих друг у друга кочергу друзей, и подошла к лавке. Она рассматривала бледное лицо Кощея с закрытыми глазами и испытывала только легкую печаль. К ней неслышно подошел Рен.

— У стражей мы его отбили, когда его к Велиру вели. Не опознал нас видать сразу, драться полез, пришлось его того… — Рен смущенно потупился, — приласкать немного.

Лена провела рукой по своему затылку — шишка еще немного саднила.

— Слушай, а ты другие способы ведения переговоров знаешь?

Рассказывать осталось не так-то много. Таня сбежала от шумных деток своих родственников, под благовидным предлогом, уехав на пару дней раньше. Мечтая только о том, чтобы поспать спокойно, не рискуя быть разбуженной в шесть утра двумя непоседливыми пацанятами ангельской внешности, использующих ее кровать, как батут. И обнаружила дома опрокинутый пакет с продуктами. Кошку, подъевшую из него вареную колбасу, и подгрызшую булочки, и теперь голодно и обиженно перекатывающую металлическую банку с кошачьим кормом. Разбитое балконное стекло, и отсутствие подруги. И седьмым чувством поняла, что отоспаться не удастся.

Звонок в дверь через пару часов обнадежил и обрадовал ее. Таня ринулась к двери, полагая, что вернулась Лена, и наконец-то ей все прояснит. И открыла дверь. Даже не глянув в глазок. Замешательство подруги, и отсутствие в ее руках тяжелых предметов и дало Рену несколько драгоценных секунд, за которые он успел донести до нее информацию, что пришел он с миром.

Досказывала Таня. Рен рыскал по полкам в поисках съестного. После побега, аппетит разыгрался у всех. И нешуточный. Еды не нашли. Решили с горя выпить еще чаю. Страж взялся приготовить. Девушки расселись за столом, прикладывая тряпочку со снегом к Лениной шишке (проделке потолочного камня, или на худой конец Велира, как не преминул напомнить от печки Рен).

— А как вы сюда попали? Рен знает переход? — Лена морщилась и поводила плечами, ощущая, как капельки от растаявшего в тряпочке снега щекочут ей шею, — слушай, давай снег новый возьмем, а то у меня уже вся спина мокрая.

Таня вернулась с новой порцией.

— Да нет, мы через офис Мегрена прошли. Рен же там всю защиту устанавливал, каждый камень знает. А Мегрен где-то в Верволоке, на какой-то Совет уехал.

— Значит, Рен может провести нас обратно домой?

— Может, наверное… но… как?… Уже? — Таня умоляюще взглянула из-под челки. Впервые ей хотелось остаться в Верволоке. Может быть даже и насовсем.

— Я устала, Тань, — Лена зашипела. Кусочек снега отвалился от компресса, и теперь, никуда не торопясь, медленно сползал по спине, — я устала, что меня гоняют здесь все кому не лень. И почему, как только я попадаю в Верволок, я только и делаю, что от всех убегаю⁈ Я скоро так себе комплекс набегаю, от людей начну шарахаться!

— А кто виноват, что как только ты попадаешь в Верволок, ты тут же начинаешь наступать на мозоли колдунам, обладающим властью⁈ — передразнил ее голос Рен.

— А пусть не подставляют, — огрызнулась Лена.

— И после этого, ты еще спрашиваешь⁈ И потом, что ты можешь противопоставить хотя бы Велиру, не говоря об остальной семейке? — философски вздохнул страж и снова отвернулся к печке.

«Ничего», — мрачно промолчала она.

— Что с тобой, Лен, — Таня изумленно посмотрела на подругу, ты же никогда раньше не жаловалась.

— Да?! — заинтересовался Рен, — а что же она в таких случаях делает?

— Обычно ругается.

— Ничего, — Лена подошла к столу, и принялась бездумно скатывать из оплывшего воска палочки, складывая их на столе в фигуры, — просто зря вы Кощея привезли сюда. — Рен и Таня одинаково недоуменно уставились на нее. — Он уже и без нас прекрасно нашел там общий язык.