Двадцатая глава

Утро было на удивление ярким. Солнце, в последнее время редко баловавшее нас своим присутствием, сегодня ярко и весело светило, играя лучами в чистом стекле окна. Я проснулась минуту назад в прекрасном настроении и сейчас просто лежала, любуясь игрой солнечных лучей. Мне было хорошо. Просто хорошо и спокойно, как давным-давно. Потянулась и, бодро соскочив с кровати, полетела в душ! Вернулась с упаковкой больших мешков под мусор, которые я приобрела, собираясь на дачу свёкров для прошлогодней листвы. Сегодня для них у меня есть иное применение! Начала со шкафа в спальне. И, постепенно продвигаясь по квартире к выходу, собирала все вещи бывшего мужа. В процессе опустошения моего жилья от ненужного, я пришла к еще одному решению. Мне необходимо выкинуть и ненавистные офисные юбки, так полюбившиеся Кроту! Всё – в мешок для прошлогодней листвы! Ничего не хочу видеть, что привязывало бы меня к прошлому! В новую жизнь без старого хлама! Управилась на удивление быстро, и когда в дверь зазвонил Макс со свежим капучино из кофейни в руках, в моем коридоре стояла батарея черных мешков. Открыла, улыбаясь. – Марк! Я совсем вчера забыла сказать, – заговорила, впуская его в квартиру и с упоением вдыхая аромат кофе из отобранного стаканчика. М-м-м-м… Какое счастье – солнце с утра и кофе! Или эта радость только после того, как сложишь и вещи бывшего, и свои из прошлой жизни в большие мусорные пакеты? – Что ты не сказала вчера? – улыбнулся мне Марк, присвистнул, глядя на черный эшелон в моем коридоре, и спросил: – Ты вовсе не спала, что ли? Мы переезжаем? – Во-первых, я уволилась. Или меня уволили… я еще не решила точно, – ответила я, прямо в коридоре с удовольствием делая глоток восхитительного капучино, и зажмуриваясь от удовольствия, добавила, – но я однозначно не вернусь на прежнюю работу, а во-вторых, я собрала ненужный хлам с утра. Марк покосился на один из пакетов, замечая свернувшийся змеей Женькин галстук, и улыбнулся. – Это нужно отпраздновать, я считаю! – произнес он важным тоном и поднял вверх указательный палец. Я засмеялась, как девчонка, ловя себя на том, что смеюсь открыто и без смущения, и пригласила Марка на кухню. – Поехали смотреть, как тает лёд на Клязьме? – предложил он совсем иным голосом, переведя на меня загоревшиеся детским восторгом глаза. – Поехали! – согласилась, не раздумывая! О чем думать? Нужно ловить момент! Мы стояли рядом, практически плечо к плечу, и смотрели в окно кухни на наш двор. Вроде всё, как всегда, и ноздреватый грязный весенний снег по газонам, темнеющий асфальт дорог, черные голые ветки деревьев. Но под ярким солнцем деревья поблескивают лаком, а лужи на асфальте отражают облака. Вездесущие воробушки оживленно пересвистываются между собой, и даже умудренная московская ворона бодро и весело перепрыгивает с ветки на ветку, выискивая одной ей известное положение или приглядываясь к происходящему во дворе. Я так давно не замечала жизни вокруг себя! Марк допил свой кофе и предложил: – Я пошел одеваться и вернусь минут через пять-десять. Тебе помочь с мешками? – Ну их к лешему! – махнула рукой и направилась в комнату. – Надень что-нибудь потеплее! – проговорил мне вслед Марк и добавил – Это в городе сыро и не холодно… – А за городом зима-зима-зима, – перебила я его, подпевая и засмеялась. Буквально через десять минут мы уже ехал по третьему кольцу. Марк улыбался, поглядывая на меня, а я щурилась на солнечные зайчики, отражающиеся от мокрого асфальта и от стекол машин. И что удивительно, меня совсем не раздражала ни весенняя грязь вокруг, ни пробки, ни гомон большого города. В моем сердце как с самого утра поселилось чувство праздника, так и не отпускало до сих пор радостное предвкушение, уверенность, что все будет хорошо! К Клязьминскому водохранилищу подъезжали со стороны пансионата. Затем Марк уверено свернул в один поворот, другой и остановился напротив ворот в сплошном заборе. Нашарил брелок и, нажав на кнопку, освободил проезд. Я затихла. Честно сказать, не представляла, когда Марк предложил, что мы попадем в дом на озере. – Это дом моего деда. Обычно я оккупирую его. Только этой весной я удачно решил пожить в квартире и встретил тебя, – он сверкнул улыбкой в мою сторону. Я отмахнулась от неприятного чувства, что щекотало меня. Решила отложить на потом выяснения, кто здесь внук какого олигарха. Если мы приехали наслаждаться сегодняшним солнечным днем пробуждающейся весны, то ни к чему устраивать разборки! Успеется еще… Добротный дом. Современный. Много техники. Прекрасно оборудована система отопления и водоснабжения, это понятно с первого взгляда. Марк после того, как пригласил меня и велел обживаться, словно дома, предсказуемо направился в технические помещения. А я вышла на террасу. Деревянный настил широким языком выходил к берегу и нависал над рыхлым и ноздреватым льдом. Серый, всех оттенков. От темного, почти антрацитового до нежно-жемчужного он сверкал на солнце подтаявшими лужами. Зеленоватый у берега, лед становился почти синим вдали. И над всем этим великолепием высокое яркое небо и пьянящий запах пробуждающейся природы. Только ради этого зрелища стоило бросить все и приехать сюда! Чтобы прикоснуться к вечной юности весны.