Глава 48. Анна

Глава 48. Анна

- Анна, рекомендую взять себя в руки, - улыбается Рыжов. - Сейчас не до эмоций. Ваша персона в эпицентре событий. Тут либо вы поставите мужа на колени, либо он вас. Снова.

Я не отвечаю.

В голове — каша. Пустота, и одновременно — гул.

- Романенко вас публично опозорил, - резко добавляет. - Напоминаю, если забыли. Сделал из жены публичное посмешище, выставил терпилой. Сколько еще таких Алл он имел за спиной за годы брака? Об этом можно только догадываться. Но уверяю, любовниц было много.

- Это не ваше дело! - бросаю с вызовом, поднимая глаза на адвоката. - И тем более не имеет отношения к бизнесу. Я планировала развод, а не месть.

Сжимаю зубы, приказывая себе не дрожать.

Говорю чётко, стараясь держать голос уверенным, несмотря на кошмарную панику:

- Я проконсультируюсь с другим адвокатом. Не обязана принимать решение прямо сейчас.

Он чуть прищуривается.

Улыбка не исчезает, но становится пустой — как у человека, который знает, что загнал жертву в угол, и ей некуда бежать.

Нужно позвонить Филиппу. Срочно!

Возможно, Рыжов ведет грязную игру, пытаясь просто припугнуть, манипулируя. Но если это не шутки?

Если мужу и правда угрожает опасность?

Достаю телефон, набираю супруга. Внутри бешеное отчаяние.

В случае ошибки — просто покажусь глупой.

Однако, если заявление адвоката не выдумка — Фил может умереть.

На кону слишком многое.

Гудок.

Второй.

Третий.

Муж не поднимает.

В висках болезненно пульсирует один и тот же вопрос: неужели опоздала?

- Анна, выдохните. Паника — плохой советчик. У вас красивый дом, - произносит, указывая на документы. - Всё, что мы делаем — пытаемся сохранить то, что вы построили.

- Я хочу закончить нашу встречу, - дрожу. - Мне пора, нужно идти...

В руке вибрирует мобильный.

Фил! - облегченно выдыхаю.

Но на экране — незнакомый номер.

- Анна Романенко?

- Да, - собственный голос кажется неузнаваемым.

- Вашего мужа, Филиппа Романенко, доставили в тяжёлом состоянии одиннадцатую больницу на Тверской. Он получил несколько огнестрельных ранений. Сейчас — в реанимации.

Я не дышу. Мир гаснет. Стены плывут.

- Он… жив? - от услышанного готова расплакаться.

- Пока да. Но состояние критическое. Мы делаем всё возможное.

Отключаюсь, все еще не веря, что на Фила покушались, что урод, сидящий передо мной, не солгал.

Рыжов внимательно смотрит, будто бы зная, о чем я говорила со звонящим. В его взгляде — ледяное спокойствие.

- Полагаю, вы получили новость, которая многое меняет?

Хочется выть. Бежать к Филу.

А как же дети? Они сойдут с ума, если с их отцом что-то случится.

Люда... она этого не переживет.

- Так вот. Романенко — вне игры. Даже если выползет — будет парализован или ослепнет. А, может, и вовсе не доживёт до утра. Поэтому, Аня… - открывает папку с бумагами. - Это наш шанс.

Я не понимаю. Он спятил?

- Пошел вон отсюда! - взрываюсь. - Какой еще шанс? Я сейчас же позвоню в полицию. Ты и твой Корольков — натуральные аферисты! Человек между жизнью и смертью, а вы под шумок подсовываете мне сомнительные бумаги?

- Вы — не наивная девочка, Анна. Прекратите истерику. Разве не ваша мечта была избавиться от мужа?

- Нет! НЕТ! - выкрикиваю. - Кто вы вообще такие, судить о моих мечтах? - задыхаюсь.

- Пока вы рыдаете о несправедливой судьбе Романенко, прокуратура уже готовит ордер на арест его активов. А вас, как жену, попросят объяснить происхождение ваших квартир, счетов, переводов. Будете ныть и скандалить, раздавят вместе с изменщиком — если не отстранитесь. Тимофей — реальная возможность все сохранить. В будущем — приумножить.

- Хватит врать! Филипп не поджигал Аллу, виновник уже в тюрьме. Все свои деньги мы заработали честно!

Рыжов пару секунд молчит, затем усмехается — сухо, словно я только что сказала нечто глупое и забавное.

- Вы правда верите, что это имеет значение? Кто сидит, кто щелкнул зажигалкой? Важнее, кто будет крайним. Евгений в любой момент может изменить показания. Я уверен, что Алла, нуждающаяся в спонсорстве для реставрации своего уродливого лица, согласится отойти от правды. Их было трое в квартире: истина на стороне большинства.

- И вы думаете, я соглашусь на ваше «спасение»? На это предательство? Пошел отсюда вон! Быстро! - еле держусь.

- Это не предательство, а стратегия, - говорит так, будто объясняет дуре таблицу умножения. - Вы — мать. Выбор простой: либо вы держитесь за честь мужа, который, к несчастью, уже не сможет вас защитить… либо думаете о детях. И себе.

Я смотрю на него, как на чудовище.

- С меня хватит! - достаю телефон, собираясь позвонить в полицию.

- Не стоит никого беспокоить. Знаете почему? Потому что у вас нет никаких доказательств. Никаких. Ни аудиозаписей, ни видео, ни свидетелей. Только эмоции.

Рыжов делает шаг в мою сторону, и почти шепчет:

- Сейчас не время быть идеалисткой, Аня. Вы остались одна. И если полезете с криками и обвинениями — размажут. Вас и детей. Подписывайте, - настойчиво тычет папкой у носа. - Корольков отличный мужчина, с огромными перспективами. Он уже несколько лет любуется вами издалека, советую сделать ставку на этого человека. Получите все и сразу: финансовое изобилие, семью, отмщение за измены. Живите и радуйтесь!

В его глазах появляется нечто зловещее, тёмное.

В этот момент четко осознаю: я имею дело не с адвокатом, а с хищником.

Эти люди решили отобрать у меня деньги, дом, свободу, а главное — мужа...

- Пошел к черту! Слышишь? К черту! - воплю на весь дом.

- Что здесь происходит? - появляется Люда.

Слава Богу, у нее имеются ключи, которые оставила, когда уезжала в Италию...