Глава 9

– Мам, а что за срочность? – Глеб вошёл на кухню с чашкой, зевая. – Ты с утра вся на нервах.

Я не могла смотреть на него.

Не могла.

Потому что каждый раз, когда он произносил «Макс», я чувствовала, как будто меня выворачивает изнутри.

– Мы должны поговорить, – сказала я, чуть тише, чем хотелось бы. – Про Макса.

Он насторожился сразу.

– А что с ним?

Я сделала глоток воды, лишь бы оттянуть момент.

А потом выдохнула:

– Я не хочу, чтобы он больше жил у нас.

Молчание повисло мгновенно. Глеб замер.

– Что? Почему?

– Я просто… Я подумала. Это была ошибка. Нам нужно личное пространство. Ты взрослый, у тебя учёба, у меня работа… Мы оба… устаём.

– Мам, ты сама же разрешила, – он повысил голос. – Он не мешает. Он спит у себя, учится, работает, ты его почти не видишь!

Я стиснула зубы. Хотела сказать: «Я вижу его слишком близко».

– Я передумала. Это мой дом.

Он уставился на меня так, будто не узнаёт.

– Что за бред? Он мой друг! У него сейчас нет другого жилья. Ты хочешь просто выставить его на улицу?

– Я не говорила – на улицу. – Голос предательски дрогнул. – Просто… не здесь. Не со мной.

– С ТОБОЙ? – Глеб резко поставил чашку. – Что значит – с тобой?

Я отвела глаза.

– Всё. Решено. Я поговорю с ним сама.

Он ушёл, хлопнув дверью.

А я осталась. Одна.

Я опустилась на стул, дрожа, как перед допросом.

И поняла, что не могу сказать ему всё. Но не могу и жить, как сейчас.

Макс должен уйти.

Я сама ему это скажу. В лицо.

Поэтому через двадцать минут я уже сидела в машине.

Напротив – знакомый адрес. Гараж, в котором мне не следовало появляться.

Но я приехала.

Чтобы стереть. Разорвать.

Я не должна была сюда ехать. Не должна была заходить в этот гараж. Не должна была стоять напротив него, пока он смотрит на меня этими ледяными синими глазами, в которых горит не лёд, а огонь.

– Юля… – он растерянно обернулся ко мне.

Я стояла, замерев на месте, не в силах оторвать взгляд от его горящих глаз. Я знала, что это должно было закончиться. Я должна была сказать ему, что всё, что между нами было, – это ошибка. Но каждое его слово, каждое его движение вызывали во мне такую бурю, что я не могла выбраться из этого кошмара.

– Ты не можешь так просто… – его голос звучал низко, угрозой, но я не собиралась сдаваться.

– Можешь уходить. Уходи прямо сейчас. Ты больше не можешь жить здесь. И да, я заплачу тебе за всё, что хочешь. Всё, что между нами было – это ошибка.

Его лицо мгновенно исказилось от ярости. Он сделал шаг ко мне, и я почувствовала его дыхание на своём лице, но не отступила. Я знала, что это конец, но он не собирался легко сдаваться. Он схватил меня за лицо, как будто это был единственный способ вернуть контроль, а его пальцы зажали мои щёки. Я пыталась дышать, но не могла.

– Ты… ты не понимаешь! – он зарычал, как зверь, и его пальцы больно вцепились в мою кожу. – Ты думаешь, что я просто уйду? Просто так?

Он взял меня в свои руки, как если бы я была игрушкой, и с силой привлёк к себе. Я не успела осознать, что он делает, когда его губы опустились на мои, сдавливая, принуждая. Его поцелуй был диким, страстным, полным гнева и отчаяния, как будто он хотел вырвать из меня все те эмоции, что я пыталась скрыть. Я ощущала, как его жёсткие губы разрывают всё вокруг, как будто меня разрывают на части, но я не могла оттолкнуть его.

Я была как в аду, и, возможно, я заслуживала это. Но я не могла остановиться, когда его тело прижалось к моему, а он продолжал целовать меня, не давая мне даже секунды на раздумья.

– Скажи мне, что ты этого не хочешь, – его голос был низким, почти рычащим.

Я открыла рот, но слова застряли где-то в горле. Я хотела сказать, что он ошибается. Хотела остановить этот безумный разговор. Но ничего не смогла.

– Ты молчишь, – сказал он, наклоняясь ближе. – Потому что ты знаешь, что я прав.

– Макс… – попыталась я, но мой голос предал меня.

Его губы впились в мои снова.

Это был не поцелуй. Это был взрыв. Его губы были жадными, настойчивыми, требовательными. Я чувствовала, как он забирает у меня всё: контроль, страх, здравый смысл. Его язык пробрался внутрь, и я не могла остановить себя – я отвечала на этот поцелуй с той же жадностью, с тем же отчаянием, будто это был мой последний шанс почувствовать себя живой.

Мои руки упёрлись в его грудь, но я не отталкивала его. Наоборот, я притягивала его ближе, чувствовала, как его тело напрягается, как жар от него разливается по мне, заставляя забывать обо всём.

Он резко развернул меня, и моё тело ударилось о капот машины. Холодный металл встретил мою кожу, контрастируя с его горячими руками, которые жадно исследовали каждую линию моего тела.

– Ты даже не представляешь, как ты сводишь меня с ума, – прошептал он, его дыхание обжигало мою шею.

Его руки схватили меня так резко, что я едва успела упереться ладонями в капот. Холодный металл резко контрастировал с жаром, который излучало его тело.

– Ты до сих пор отказываешься признать правду? – его голос был хриплым, как будто он уже переступил точку невозврата.

– Макс, нет… – выдохнула я, но мои слова звучали так же убедительно, как жалкий шёпот.

– Хочешь, чтобы я остановился? Скажи это, – прошептал он у моего уха, и я почувствовала, как мурашки пробежали по моей коже.

Я молчала. Не могла говорить. Моё дыхание стало прерывистым, в висках гудело, а тело предательски сжималось в ожидании.

Его ладони скользнули вверх по моим бокам, к груди. Когда он сжал мои соски сквозь ткань, я резко вдохнула. Это движение было уверенным, настойчивым, и мой стон вырвался раньше, чем я смогла его остановить.

– Вот так, – прошептал он, склонившись ближе. – Я хочу, чтобы ты перестала притворяться.

Его пальцы сжали мою грудь сильнее, а потом внезапно стянули с меня футболку, оставляя меня оголённой. Развернул к себе, усадил на капот. Воздух обжёг мою кожу, но тут же его губы оказались на моих сосках. Он обвёл один языком, а затем нежно прикусил, заставляя меня выгнуться.

– Макс… – мои слова утонули в стоне, когда его руки начали опускаться вниз.

Его взгляд был обжигающим, словно он собирался разорвать меня на части. Его пальцы нашли путь к моему бедру, затем выше, поднимая юбку, пока я не почувствовала его прикосновение там, где всё уже горело от ожидания.

– Ты мокрая, – сказал он с хриплой усмешкой, его пальцы начали двигаться по моему клитору, вызывая у меня новый стон.

Я пыталась ухватиться за остатки разума, но его движения были слишком точными, слишком уверенными.

– Хватит, мы не можем… – попыталась я, но мои бедра сами подались навстречу его руке.

– Мы уже можем всё, – сказал он резко, двигая пальцами быстрее.

Я закрыла глаза, чувствуя, как волна удовольствия нарастает, пока мои ноги не задрожали, а стоны не стали громче.

– Смотри на меня, – его голос прорезал тишину, и я открыла глаза, встретив его взгляд.

Когда оргазм накрыл меня, я закричала, выгибаясь так сильно, что мои руки соскользнули с капота. Его пальцы продолжали двигаться, помогая мне прийти в себя, но в его глазах я уже видела дикий бешеный огонь похоти.

Он развернул меня, мои руки снова упёрлись в машину.

– Я слишком долго ждал этого, – прошептал он.

Я почувствовала его горячую плоть, когда он вошёл в меня резко и глубоко.

– Чёрт! – выдохнула я, мои ногти скребли по металлу.

Он двигался быстро, жёстко, толчки были сильными, заставляя меня терять остатки контроля. Я чувствовала его полностью, его напряжение, его жадность, его силу.

Его руки снова потянулись к моим соскам, он сжал их, вызывая у меня новый стон. Он двигался всё быстрее, не давая мне возможности отдышаться.

– Ты чувствуешь это? – прошептал он, склоняясь к моему уху. – Ты моя, Юля.

– Нет… – попыталась я возразить, но моя дрожь, мои стоны, мои движения говорили обратное.

Я чувствовала, как его толчки становятся всё глубже, всё быстрее. Моё тело снова начало дрожать, и я знала, что ещё одна волна приближается.

– Кричи, – приказал он, его голос был низким и резким.

Я не смогла сдержаться. Второй оргазм захлестнул меня, мои ноги подкосились, а он только крепче держал меня за талию.

Его дыхание стало рваным, он толкнулся несколько раз, прежде чем замер, его горячая кожа прижалась к моей спине.

Тишина в гараже была оглушающей. Только наше тяжёлое дыхания наполняло пространство.

Я закрыла глаза, чувствуя, как дрожь всё ещё бьёт моё тело.

– Это была ошибка, – прошептала я, когда смогла снова заговорить.

– Нет, Юля, – его голос был твёрдым. – Это было то, чего ты хотела… Пришла ко мне сама… моя девочка. Ещё раз предложишь мне деньги и я выпорю тебя ремнём.

От его слов, точнее шёпота возле моего уха, по телу пошли мурашки.

– Макс! Эй! Ты здесь!

Голос Глеба – и у меня сердце ухнуло вниз от ужаса.