30. Николай

Больно. Слишком больно, блядь, думать, куда она бегает с довольной улыбкой по выходным.

Три недели я не нахожу себе места, избегаю встреч с сыном, чтобы ненароком не узнать, как продвигаются его наполеоновские планы по возвращению моей женщины.

Зря я пустил всё на самотёк. Решил поиграть в благородство, получите и распишитесь. Решил, что неправильно давить на неё. Пусть решит сама, чего хочет. И теперь не нахожу себе места, провожая её фигуру взглядом из окна.

— Николай, а мы пойдём гулять или будем ждать маму? — Прижимается к моей ноге Лёшка.

— Нет, малыш, маму мы ждать не будем. Пойдём в музей.

За эти три недели мы трижды посетили «Экспериментаниум», но Лёшке очень нравится.

Как сомнамбула передвигаюсь за мальцом, автоматически отвечаю на его вопросы и улыбаюсь.

— Николай Петрович? — Вырывает меня из мыслей смутно знакомый голос.

— Здравствуйте, Надежда, — удивлённо перевожу взгляд на вдову своего первого партнёра.

Сопливыми юнцами мы с Костиком Ольшанским начинали поднимать империю, потом наши пути в бизнесе разошлись, но друзьями мы оставались до самой его смерти. К сожалению, рак поджелудочной коварен и быстротечен.

— Здравствуйте, Николай, а я думаю, вы-не вы?

— Как вы поживаете? — Участливо спрашиваю.

— Спасибо, всё в порядке. Не жалуюсь. Фёдор хорошо справляется с делами. Как вы, как Стас?

— Всё хорошо, Надежда. — Собственно, на этом можно и прощаться.

— Это ваш?.. — С любопытством смотрит она на Лёшку.

— Да, мой. — Мягкая улыбка против воли возникает как по щелчку.

— Я тоже с внуком, Фёдор уже второго ждёт с супругой, — её глаза полны материнского счастья.

Меня коробят её слова. Неприятно. Потому что я даже мысленно уже давно не называю Лёшку своим внуком. Какой он, к чёрту, внук, когда я сплю с его матерью и хожу на все утренники в детском саду?

— Надежда, — тихо смеюсь я. — Это мой, младшенький.

Она смущённо улыбается и смотрит на очевидное внешнее сходство.

— Простите, Бога ради, никоим образом не хотела невольно вас обидеть. — Торопливо произносит она и бегло смотрит на мою правую руку. — Не слышала, что вы повторно женились.

— Живём во грехе, — поясняю женщине. — Всё руки не доходят, сами понимаете, дела.

— Понимаю, — кивает она. — Рада была узнать, что у вас всё хорошо, Николай Петрович.

— И я, Надежда. Берегите себя!

Домой мы не торопимся, бесцельно гуляем на свежем воздухе, кормим уток в каком-то сквере, а когда возвращаемся, дома уже ждёт Полина. Счастливая до невозможности. И на сердце снова так тяжело, что выпить хочется.

Она кидается раздевать Лёшку, попутно целуя меня, и я понимаю, что мне нужно немного пространства. Иначе не сдержусь. Слишком велик соблазн.

— Поль, мне по делам отъехать нужно, — её взгляд становится серьёзным. — Сегодня не жди.

— Что-то случилось? — Напряжённо спрашивает она. — Какие-то проблемы?

— Ничего такого, о чём тебе стоит переживать, — легонько целую её губы.

На душе скребут кошки. Паршиво и противно, что всё происходит именно так. Что мы так близки и, между тем, словно живём в разных галактиках. И между нами — огромный, беспросветно-чёрный космос.

— Ты уверен? — Настойчиво цепляется она за мою руку.

Уверен ли я? Я уже ни в чём не уверен. Кроме того, что наговорю много лишнего, если останусь.

— Может, ты хочешь о чём-нибудь со мной поговорить? — Предпринимает она очередную попытку.

Поговорить. Это то, в чём мы отчаянно нуждаемся. И то, чего я боюсь. Нелегко признать, что в свои сорок пять вверил своё сердце девчонке на двадцать лет моложе. И, кажется, она с лёгкостью может его растоптать.

— Поль, не сегодня, — посылаю ей вымученную улыбку. — Не бери в голову, обычная рутина.

— Ладно, — обречённо выдыхает она. — Я всё равно буду ждать твоего возвращения. Ты же знаешь?

Знаю. Именно поэтому должен сейчас уйти. Потому что боюсь, что в противном случае уйти придётся уже навсегда. Поля, Поля, на тайные свидания бегаешь, а сама меня ждёшь!

— Я знаю, Поль. Всё в порядке. Вернусь, как смогу. Просто дела, обещаю.

В конце концов, живой я человек или нет? И то, что слепая ревность впивается в мои внутренности острыми когтями, вполне естественно.

Я не сажусь за руль, просто кочую из бара в бар с вполне определённой целью. Переночую в своей квартире. Мне не нужна для этого машина.

Потому что я всё равно не смогу долго держаться в стороне. Всё равно вернусь. Всё равно буду молчаливо ждать исхода.

Рано или поздно она разберётся в себе и сделает выбор.

Мне остаётся лишь надеяться, что в мою пользу.