Глава 37

– Что вы думаете о мистере Блаквэлле? – поинтересовалась Хелен у мужа, когда они, под руку, прогуливались по их небольшому саду позади особняка. Ей было необходимо мнение мужа, и то, что он скажет, будет иметь цену и важность.

Утро было погожим и теплым, и было так приятно вдыхать аромат цветов и слушать шелест зеленой, полной жизни листвы высоких, немногочисленных, но все же дававших приятную, довольно плотную тень деревьев. На Хелен было надето скромное утреннее платье, которое она все же скрыла под легкой летней накидкой. Ее ладонь, спрятанная под тонкой бежевой перчаткой, покоилась на локте ее супруга.

Это утро, близость Бьорна-Магнэ и воспоминание о проведенной ночи в его страстных объятиях, заставляли Хелен улыбаться и не верить своему счастью. Но она все же имела свои сомнения: была ли эта ночь праздником мира, или просто временным перемирием? Она попросила у него прощения… А ведь еще вчера утром она была уверенна в том, что никогда не произнесет эти слова, что они не нужны, что они лишние. Но оказалось, что те слова были именно тем, что желал услышать от нее муж. И ведь, он тоже просил у нее прощения за то, что так трусливо, как юнец, сбежал от конфликта с ней и ее матерью в Лондон… Значит, все же между ними настал мир… Но как она может быть уверенной в этом?

– Мистер Блаквэлл слишком быстр в своих решениях и весьма импульсивен. Но, как ни странно, его торговый бизнес от этого только процветает. Я нашел его надежным, верным человеком, – ответил Бьорн-Магнэ. – Приятно видеть, что его и миссис Сольер связывают такие теплые отношения. Но что же вы и ваша сестра? Она здесь, в Лондоне. Я ни разу не беседовал с ней, но наслышан о ней. Не желаете ли нанести ей визит?

– К сожалению, мои отношения с Луизой далеки от той благодати, что царит между Мэри и ее братом, – чуть насмешливо сказала на это Хелен. – Поверьте мне, у меня нет желания встречать ее, а у нее – встречать меня.

– Расскажите мне, что стало причиной такой сестринской нелюбви? – с удивлением спросил Бьорн-Магнэ, взглянув на жену.

– Моя сестра очень схожа по характеру с моей матерью, и из-за нее я пролила много глупых слез, – тихо сказала Хелен и поморщилась от больных воспоминаний. – Но теперь ваша очередь открыться мне насчет вашей холодности к вашей сестре.

– Вибеке старше меня на пять лет. Она рано вышла замуж за богатого местного буржуа, промышляющего продажей леса. Наши родители умерли одновременно: утонули при кораблекрушении. Позвольте, я не буду вдаваться в подробности их смерти и похорон, – начал свой рассказ Бьорн-Магнэ, и Хелен заметила на его лице тень и проскользнувшую по нему боль. – В тот день мне было пятнадцать лет, и я, как сын, был наследником моего отца. Я должен был унаследовать его верфь и весь его кораблестроительный бизнес… Здесь я хочу подчеркнуть, Хелен, что я безумно люблю море и корабли. Я не могу жить без них. Но мне было пятнадцать, и я был несовершеннолетним, поэтому Вибеке и ее муж стали моими опекунами и могли распоряжаться за меня моим наследием и бизнесом. Не могу жаловаться: они дали мне прекрасное образование, я мог беспрепятственно проводить дни на верфи, но я с нетерпением ждал того дня, когда стану совершеннолетним и свободным хозяином верфи. К сожалению, мужу Вибеке тоже понравилось быть хозяином верфи, и он не желал отдавать мне то, что принадлежало мне по праву. Это был долгий, изнурительный бой, на который я потратил много денег и душевных сил. Когда все это началось, я был рад тому, что имею на своей стороне мою старшую сестру, но как я ошибся – она поддержала не меня, а своего мужа, который пытался лишить меня моей верфи. В тот день она сказала, что я слишком молод, чтобы нести на моих плечах такую ответственность. Наши пути с Вибеке разошлись в тот самый день. Два года судебных заседаний. Два года бессильной ярости и понимания, что я остался совершенно один в этом мире.

Хелен машинально сжала локоть мужа крепче: наконец-то… Наконец-то он делится с ней своим прошлым! Целый год он не позволял ей заглянуть в это его прошлое, но сейчас он доверяет ей. Доверяет ей свою боль. Слушая его рассказ, который он вел спокойным тоном, Хелен чувствовала, как с каждой секундой наполняется злостью к Вибеке. Но не только злостью к сестре брата, которая предала его, но и к тому, как она посмела приехать сюда и находится здесь, в их особняке!

– Ваша сестра поступила очень жестоко по отношению к вам, – тихо сказала Хелен и покачала головой: – Чем же мы так провинились перед Господом, что он дал нам таких сестер? Но ведь при этом со мной всегда был мой любящий отец, а вам пришлось стоять в этом шторме совершенно одному.

«Должно быть, поэтому он стал таким закрытым и кажется довольно бесчувственным. У него есть чувства, но он так успешно скрывает их!» – подумала Хелен. Она представила Бьорна-Магнэ восемнадцатилетним юношей, стоящим у могилы, со слезами в глазах… И он был таким одиноким и израненным…

Глаза Хелен повлажнели.

– Но я не пойму: если Вибеке так поступила с вами, и, если ваши пути давно разошлись, почему вы приняли ее в ваш дом? Зачем она приехала? Почему вы позволили ей остаться? – все-таки твердо спросила она.

Так это из-за Вибеке он сбежал в Англию!

– Потому что пять лет назад она стала вдовой. Ее дети на тот момент были довольно маленькими, и им требовалась отцовская забота. Я простил мою сестру, и мы уже пять лет… Нет, уже шесть, имеет довольно сносные отношения. Но она приехала без приглашения. Она узнала, что я женился. На вас, – спокойно сказал Бьорн-Магнэ.

– Я думала, что она все еще замужем? Но мне печально слышать, что ваши племянники остались без отца. И все же, он весьма недовольна вашим выбором супруги, – понимающе кивнула Хелен. – Моя не фарфоровая кожа ей по нраву, и она высказала мне это честно и прямо в лицо.

– Не принимайте ее глупое поведение близко к сердцу. На самом деле ее мало волнует ваша внешность. Мы никогда не лжем друг другу, и, поверьте, ее дурное отношение к вам вызвано другой причиной, виновницей который вы совершенно не являетесь.

– Так расскажите мне, – настойчиво попросила Хелен. – Прошу вас, не скрывайте это от меня. Я желаю, чтобы наши беседы с вами были также наполнены только правдой и взаимным доверием. Вы ведь сами стали свидетелем того, что доверие…

– Вы правы, Хелен, абсолютно правы, – перебил он жену. – Но я не желаю ранить ваши чувства.

– Думаю, Мэри тоже не желала ранить чувства своего брата, и вот, вы сами увидели, к чему это привело, – несколько сердито бросила на это Хелен, недовольная его неожиданной скрытностью.

– Что ж, я скажу вам, но обещайте, что на этом вы будете довольны и больше не будете любопытствовать по этому вопросу, – холодно сказал Бьорн-Магнэ и взглянул на Хелен своим проницательным, внимательным взглядом.

Хелен была более, чем недовольна таким шантажом с его стороны… Ведь это был шантаж! «Я расскажу тебе самую малость, и ты уймешь свое любопытство навсегда, или я не расскажу тебе ничего вообще.» Хелен недовольно смотрела в лицо мужа и размышляла, что ей выбрать.

– Скажите мне одно: эта ваша тайна может повлиять на наш брак в негативном ключе? – спросила она.

– Нет. Все, что было в прошлом, я навсегда оставил в прошлом. Как я уже говорил, Хелен, вы – мое настоящее. Когда-то вы услышали от меня, что наш брак был ошибкой, но теперь я считаю, что поступил мудро, послушав совет герцогини Найтингейл и выбрав вас. Волнения между нами прекратились, и наш корабль может двигаться дальше.

Хелен невольно улыбнулась.

Он улыбнулся тоже, а затем наклонился к ее уху и попросил ей разрешения поцеловать ее.

– Сперва расскажите мне хоть что-нибудь, и, обещаю, я дам вам поцеловать меня и больше никогда не задам вам вопрос о вашем прошлом… Но вы ведь не были преступником в Норвегии? – игриво прошептала Хелен.

– К сожалению, я не был удостоен подобной чести, – шепотом ответил он в ее ухо, и от этого у Хелены побежали мурашки наслаждения.

– То есть, вы никого там не убивали?

– Никого, хотя порой мне очень этого хотелось.

От его шепота тело Хелен воспламенялось огнем желания. Она желала его прямо здесь и прямо сейчас.

– Тогда вы можете поцеловать меня, мистер Нордстранд, – томно сказала она и подставила ему свои губы для поцелуя.

Его голубые глаза тоже блестели желанием.

– Только поцеловать? Или вы желаете подняться в ваши покои и заняться кое-чем еще, миссис Нордстранд? – Он провел пальцами по ее шее.

– О, вы желаете изучить вместе Библию? – усмехнулась Хелен.

– Вы читаете моим мысли, – тоже усмехнулся он и поцеловал ее губы.

Хелен с готовностью ответила на его поцелуй.

Супруги находились в своем собственном саду, скрытые от чужих глаз, поэтому позволили себе такое возмутительное нарушение правил этикета с легкими сердцами.

– Herregud! – вдруг послышался недалеко от них полный возмущения женский возглас, заставивший Хелен и ее мужа тотчас прекратить свое интересное занятие.

Это была Вибеке. И она выглядела недовольной, даже сказать, ошарашенной. Она обратилась к брату довольно строгим тоном, по-норвежски, и тот ответил ей твердо, с усмешкой.

– Моя сестра слишком сильно печется о правилах и считает, что целоваться мы должны в нашей спальне, а не в саду, – шепотом объяснил Бьорн-Магнэ Хелен.

В ответ Хелен лишь пожала плечами и подумала, что мнение Вибеке ей совершенно не интересно. К тому же она была полна желания плотских утех, и появление этой наглой норвежки несколько разозлило ее.

– Тогда пойдемте в нашу спальню читать Библию, – улыбнулась Хелен мужу.

Он ответил ей похотливой улыбкой.

– К вам, мадам, пришла гостья. Не заставляйте ее ждать! – вдруг строго бросила Вибеке на английском.

«Мэри! Она желает побеседовать со мной!» – пронеслось в разуме Хелен, и она тотчас позабыла обо всем: о своем желании, о муже, об их разговоре… Мэри была здесь. Мэри, которая лгала ей в лицо и заставила ее принять участие в жестоком, несправедливом мщении мистера Блаквэлла.

У Хелен не было никакого желания беседовать с Мэри. Ни беседовать, ни видеть ее. Обида на нее все еще сжигала душу Хелен, и она мудро считала, что ей требовалось время, чтобы прийти в себя и решить, что теперь станется с ее дружбой с этой лгуньей.

– Должно быть, это миссис Сольер, – тоже догадался Бьорн-Магнэ. Он с беспокойством взглянул на лицо жены и ее несколько нахмуренные брови. – Ступайте, Хелен. Вам есть о чем побеседовать с ней.

– У меня нет желания встречать ее, – честно призналась ему Хелен. – Не сейчас… Мне нужно время.

Они говорили тихо, чтобы Вибеке не услышала ни слова. И та стояла с недовольным видом, глазела на них, но словно не собиралась уходить.

– Она раскаялась. Это дорогого стоит, – сказал Бьорн-Магнэ.

– Это раскаяние пришло слишком поздно. Жизнь бедного мистера Смитона уже разрушена! – с чувством выдохнула Хелен.

– Хелен… Моя дорогая Хелен. Найдите в себе прощение. Вы ведь простили меня за мой глупый побег в Лондон? – улыбнулся он.

– Только, если вы простили мне мое поведение, зависимость от матери и мои прошлые заблуждения, – тоже улыбнулась Хелен.

– Я простил вам. Простите и вы. Думаю, миссис Сорель нуждается в вас. Но выбор за вами. – Бьорн-Магнэ вновь тепло улыбнулся, поцеловал ладонь жены и направился к своей сестре. Он взял Вибеке под руку и повел ее вон из сада… И Хелен поняла, что он успешно ушел от того, чтобы поведать Хелен о том, почему Вибеке не переносит ее. Это был не цвет кожи Хелен… Но что тогда?

У Хелен не было желания видеть Мэри, но она мысленно согласилась с мужем: он простил ее, так почему же она с такой силой цепляется на свою обиду на Мэри? Мэри могла бы дальше все отрицать и играть роль невинной жертвы, но она призналась и принесла свои извинения всем, кого затронула эта трагедия. Нужно побеседовать с ней. Это ведь самая малость того, что Хелен может сделать для нее после того урагана, который прошелся по жизни миссис Сорель.

Когда Хелен вошла в холл особняка, она обнаружила его пустым: никакой гостьи там не было. Насмешливо усмехнувшись, Хелен уже было подумала, что Вибеке нарочно выдумала эту гостью, но вдруг тихий, удивленный голос, раздавшийся с лестницы и назвавший ее имя, заставил ее вздрогнуть и широко распахнуть глаза.

– Луиза? – Хелен не верила своим глазам: ее сестра? Здесь? Что за колдовство? В ее душе закружился смерч чувств, в котором особой нотой слышались радость и боль.

– Хелен! – вновь, уже радостно повторила Луиза и быстро спустилась в холл. – Я думала, ты в твоих покоях. Миссис Скугхайм сказала, что я могу подняться к тебе.

– Миссис Скугхайм здесь всего лишь гостья, – несколько холодно бросила на это Хелен. Она смотрела на Луизу пустым, равнодушным взглядом.

Значит, гостьей была не Мэри, а ее сестра. Сестра, которая отреклась от нее и не желала иметь с ней никакого контакта. Так что же она делает здесь? Ищет ее? Зачем? Что ей вдруг понадобилось?

– О… – Луиза пожала плечами, но на ее лице отчетливо отражалось волнение. Она была одета в светлое утреннее платье, и выглядела нежным ангелом.

– Зачем ты приехала? – прямо спросила ее Хелен.

С нее хватит непрошенных гостей! Особенно таких, как Луиза, которая еще два года назад с такой радостью поливала ее грязью и насмешками. Которая не пригласила ее на свадьбу. Которая не писала ей эти два года.

– Вчера, на приеме у графини Крэнфорд, миссис Скугхайм рассказала всем о тебе и твоем муже…

– Что я слышу? Графиня Крэнфорд приняла под свою крышу буржуа? – насмешливо перебила ее Хелен, помня о том, какой избирательностью в гостях славилась эта популярная местная звезда аристократии.

– Миссис Скугхайм была приглашена потому, что она стала диковинкой для нашего маленького лондонского общества, – ответила Луиза. – Она сказала, что ты не посещаешь балы и другие мероприятия из-за болезни. Когда я узнала, что ты в Лондоне, и что тебе нездоровиться, я решила навести тебе визит… Конечно, твое молчание и твое некрасивое поведение в мою сторону причинили мне боль, но я…

– Мое молчание? Мое некрасивое поведение? – вновь перебила ее Хелен, а затем тихо, насмешливо рассмеялась.

– Да! Твое поведение! Ты отказалась приехать на мою свадьбу! Ты не ответила ни на одно мое письмо! И ты не писала мне! Я хотела вновь сблизиться с тобой, попросить у тебя прощения за прошлое, снова стать твоей сестрой! Снова получить назад мою Хелен! А ты… – Луиза сказала все это с чувством, высоко поднятым подбородком и сжатыми кулаками. – Ты даже не сказала, что приехала в Лондон!

– Я не получила от тебя ни одного письма, – тихо сказала Хелен, не понимая, зачем Луиза придумала все это.

– Как не получала? Я отправила в твое поместье в Йоркшир не менее дюжины писем! – недовольно бросила на это Луиза. – Но ты стоишь передо мной и говоришь мне в лицо, что не получила ни одного из них! Ха!

– Луиза, я не живу в Йоркшир! – беспомощно всплеснула руками Хелен.

– Как не живешь? Но наша мать сказала мне, что ты переехала туда, в поместье, которое называется Малборн-Манор, – прищурила глаза Луиза.

Хелен была настолько изумлена, что не могла найти слов.

– Наша мать сказала тебе это? – наконец, вымолвила она, чувствуя в груди неверие.

– Мы жили с ней вместе целых полгода. Она была против того, чтобы я пригласила тебя на свадьбу и писала тебе, но я уговорила ее. Но ты прислала отказ! Невероятно сухой отказ, как старое полено! Я писала тебе. А ты не ответила… – Луиза сжала губы. – Зачем ты пытаешься обмануть меня? Ты переехал в графство Йоркшир! Не желаешь, чтобы я знала, где ты живешь? Что ж, как тебе будет угодно! – Луиза быстро направилась к выходу, но Хелен поспешно остановила ее, загородив ей путь.

– Наша мать сказала, что я живу в Йоркшир? Это она дала тебе адрес для писем? – требовательно спросила она сестру.

– Да, она, – коротко ответила на это Луиза. На ее лице читалась обида.

– Луиза, я даю тебе мое слово: ни я, ни мой супруг не имеет никакого отношения к графству Йоркшир, – тихо сказала Хелен, вдруг осознав, что ее мать солгала своей младшей дочери. – Мы живем в графстве Дэвон, в поместье Мидскуг-Манор… Разве ты не помнишь? Отец рассказывал нам о нем, еще до того, как я должна была отправиться к моему жениху?

Брови Луизы взлетели вверх.

– Я, признаться, запамятовала… Поэтому я спросила адрес у нашей матери, и она сказала, что ты живешь в Йоркшир… – Она прикусила губу и задумалась. – Возможно, она сама перепутала… Значит, я писала письма в никуда?

– Луиза, послушай меня внимательно, – тихим, низким тоном сказала Хелен и робко взяла ладонь сестры в свою. – Наша мать не перепутала адрес. Она дала тебе неправильный адрес нарочно.

– Как ты можешь это знать? – тихо, недоверчиво спросила Луиза.

– Потому что в октябре прошлого года она навестила меня. Она знала, где я живу. Знала и приехала, без приглашения.

Луиза молчала, но не вынимала своей ладони из ладони сестры.

– Но я не понимаю… Зачем ей все это? Почему она солгала? – наконец, пробормотала она после короткого молчания. – Зачем ей все это, Хелен?

– Я не знаю, – покачала головой Хелен. – Но она приехала ко мне и сказала, что это ты не пригласила меня и моего мужа на твою свадьбу. Она сказала, что ты не желаешь больше знать меня, ведь я вышла замуж за буржуа…

– Неправда! – возмущенно воскликнула Луиза и схватила Хелен за плечо. – Это неправда! Хелен, ты веришь мне? Я послала тебе приглашение! Но я получила письмо с твоим отказом!

– Я не получала твоего приглашения, и я не писала никакого отказа, – с нажимом сказала на это Хелен.

– Она подделала его! – Рот Луизы округлился. – Хелен, она написала его сама! Твоим почерком! Но я должна была догадаться! В нем было слишком много завитушек, а ты ведь так не пишешь… Но тогда я лишь начала читать, но сильно разозлилась и в чувствах бросила этот отказ в горящий камин!

Хелен удивленно хмыкнула.

Кажется, только что она и Луиза раскрыли мрачный, тайный материнский план.

Не дать им помириться?

Рассорить их еще больше?

О, миссис Валент это умеет!

– И она была у тебя в октябре? Когда именно? – спросила Луиза. Ее лицо было полным злости.

– В конце октября, – быстро ответила ей Хелен.

– В конце октября? Теперь я понимаю! – Луиза высвободила Хелен из своей хватки, отошла на шаг и задумчиво, но с насмешливой улыбкой приложила палец к подбородку. – Именно в это время я и мой супруг насильно выпроводили ее из нашего дома…

– Что? Как? – широко усмехнулась Хелен, с трудом веря тому, что слышала и узнала.

– Она не рассказала тебе об этом, правда? – Луиза подмигнула сестре и протянула ей руку. – Проведи меня в твои покои и вели принести чаю, и я расскажу тебе все, что знаю, а ты расскажешь мне все, что знаешь ты. И еще… Я благодарю тебя за твою жертву… – тихо добавила она с нежной улыбкой на устах. – Ты вышла замуж за этого буржуа, и именно благодаря этому я смогла выйти в свет и найти любовь всей моей жизни!

– Я тоже рада, что вышла замуж за этого буржуа, Луиза, – с улыбкой ответила на это Хелен, добавив про себя: «Но любовью моей жизни он не стал и никогда не станет.»