Глава 38

Хелен и ее супруг сидели в его кабинете. Полчаса назад, приняв мистера Смитона, Бьорн-Магнэ с приятным удивлением увидел Хелен, вошедшую в его кабинет с такой радостью на лице, что он невольно удивился тому, как успешно прошел ее разговор с Мэри. Однако, когда он услышал о том, что гостьей была не миссис Сольер, а виконтесса Монтгомери – сестра его жены, он был скорее изумлен, но это было неприятное изумление, ведь он помнил, что сказала Хелен о своей сестре. Хелен едва ли не насильно усадила мужа за стол, а сама, расхаживая по кабинету, с чувством рассказала ему обо всем, что узнала от Луизы об их матери.

– Только представьте! Наша мать не только выдала Луизу замуж за этого виконта, но и решительно, даже не спросив их, въехала в его дом вместе с его женой! – возмущенно сказала Хелен и тут же увидела сострадательную улыбку на лице Бьорна-Магнэ. – Да, да! Она жила у них, на его деньги, развлекалась, диктовала им, что надевать и как обставить дом… – Бьорн-Магнэ хмыкнул, а Хелен поморщилась от воспоминания того, сколько потратила денег семьи на всю ту новую мебель… Которую позже она сама же отдала на благотворительность. – Луиза была слепа от любви к мужу и мало обращала внимания на запросы нашей матери. Но она насильно навязывала им свое общество, не оставляла одних. Ни одного бала, ни одного ужина не прошло без ее присутствия. И знаете, что? Потом эта женщина стала ласково требовать от мужа Луизы купить ей новых платьев… Или новые перчатки… Или шляпку! Ах, мой дорогой виконт, вы ведь не обидите ту, что родила вам этого ангела? Ха! – Хелен недовольно покачала головой. Злость на мать, которую она чувствовала, слушая сестру, вернулась к ней с двойной силой. Бедная Луиза! Сколько ей пришлось пережить из-за материнской любви! Раньше Хелен считала себя обделенной, но теперь понимала, что была просто счастливицей! – И он покупал. Он тратил на нее деньги, но, это, конечно, не понравилось моей сестре. Луиза, хоть и всегда была любимицей нашей матери, никогда не отличалась робостью характера… В отличие от меня… – Хелен сложила руки на груди, подошла к окну и задумалась.

– Продолжайте, моя дорогая, – послышался за ее спиной голос мужа, и только тогда Хелен поняла, что вновь слишком глубоко ушла в свои мысли.

Она обернулась к мужу: тот сидел за своим рабочим столом и читал какие-то документы.

– Бьорн-Магнэ, вы меня хоть слушаете? – усмехнулась Хелен, подойдя к нему. Она похлопала ладонью по столу. – Положите пока эти бумаги вот сюда, а когда я закончу свой рассказ, вы можете со спокойной душой выпроводить меня и заняться работой.

Бьорн-Магнэ тоже усмехнулся и положил документы на стол, в то место, на которое указала ему жена.

– Я все слышал, Хелен. Открою вам секрет: я могу читать и слушать одновременно. – Он подмигнул ей, и она невольно улыбнулась. – Так что, прошу, продолжайте. Она стала просить подарков у супруга вашей сестры, но Луизе это явно не понравилось, как я понимаю.

– О, Луиза очень рассердилась! – Хелен вновь зашагала по кабинету. – Она высказала нашей матери свои мысли на этот счет, и подчеркнула, что у миссис Валент имеется свой собственный муж, который и должен содержать ее. Наша мать ответила ей слезами. Бедная, несчастная! Родная дочь не желает ей хорошей жизни! А ведь она сделала все, чтобы отправить их обеих в Лондон и стать частью местного высшего общества! – Хелен ходила, как маятник. Ее утреннее платье красиво колыхалось вокруг ее ног. – Но Луиза не смягчилась и стояла на своем. И что же? Наша мать принялась писать письма нашему отцу с требованиями прислать ей денег на новый гардероб! При этом заметьте, Бьорн-Магнэ, что она и Луиза отправились в Лондон в июне, с сундуками, полными гардероба по последней английской моде. Но миссис Валент посчитала, что ей нужны именно лондонские платья. Они и только они! Наш отец прислал ей отказ. Он посчитал, что новые платья ей не будут нужны до весны… – Хелен вновь задумалась. – И еще я думаю, что у отца просто не было на это лишних средств, – тихо добавила она. – Бедный мой отец…

– Хелен, подойдите ко мне. – Бьорн-Магнэ протянул к ней руку, словно приглашая.

Хелен подошла к нему. Он мягко схватил ее ладонь, и через миг Хелен уже сидела у него на коленях, полная удивления.

– Как я понимаю, платья очень важны для дам, поэтому вы завтра же возьмете с собой миссис Сольер или мисс Хопс, найдете ателье и потратите в нем столько денег, сколько вам того захочется, – с улыбкой сказал он и потянулся ее губам.

Но Хелен увернулась и взглянула на него с возмущением и неприятием.

– Должна признаться, я люблю моду, но накупать множество платьев каждые полгода желания не имею! – пылко, честно сказала она.

– Лондонские платья пригодятся вам, моя дорогая, – уверенно сказал он, будто умиляясь ее нахмуренными бровями.

– Для чего? – уточнила Хелен.

– Для Лондона. Мы останемся здесь надолго.

Хелен почувствовала холод, вдруг разлившейся в ее душе.

– Бьорн-Магнэ, я не останусь здесь. Я приехала, чтобы помочь Мэри, – тихо, с болью в голосе сказала она, положив ладонь на его грудь. – Я не люблю Лондон и Лондон не любит меня. На днях я соберу вещи и поеду обратно в мой любимый Мидскуг-Манор… С вами или без вас.

Бьорн-Магнэ был застигнут врасплох: он удивленно приподнял брови и задумался. Хелен поняла: он не ожидал ее решимости. Он посчитал, что после их примирения она останется здесь, с ним… И ей нужно было бы, ведь она его жена, а жена должна быть рядом с мужем… Но Хелен понимала, что не вынесет жизни в этом жестоком городе, среди этих камней, бульваров, домов, множества людей. Ее манили лес и морской берег Мидскуг-Манора. Ее манили тишина и покой.

– Не могу не признаться, что это ваше решение мне по нраву. Я считаю, что вам необходимо остаться здесь, со мной, – тихо, но твердо сказал Бьорн-Магнэ. – Вы нужны мне. Вы моя супруга, и я… – Он несколько помедлил. – И я рад, что вы приехали. К тому же, если вы уедете, я останусь наедине с моей сестрой, и она склюет меня как чайка все, что плохо лежит на пирсе.

– Что ж, будьте мужчиной и не позволяйте ей этого, – только и смогла ответить на это Хелен, но все же улыбнулась его занятному сравнению. – Но вы сказали, что я нужна вам? – В ее груди появилось какое-то странное, томное чувство… Которое она чувствовала ранее, этим утром, в саду, наедине с ним.

– Нужны, Хелен, – с печальной улыбкой ответил он. И добавил: – Очень. Останьтесь со мной.

– Тогда выполните свое обещание и расскажите мне причину, по которой ваша сестра имеет ко мне такую большую нелюбовь, – сдалась Хелен: как она могла отказать ему? Этим голубым сияющим глазам? Этому вкрадчивому красивому голосу? Он нуждается в ней, и она будет для него поддержкой и лучшей супругой в целом мире. И ведь его контракт с королевским двором не будет длиться вечно, и тогда они смогут вернуться в Мидскуг-Манор вместе.

– Как я уже рассказывал вам, Вибеке – вдова и мать двоих детей. Когда ее супруг умер, я стал часто бывать в ее доме. Я люблю моих племянников и интересуюсь их жизнью и времяпровождением. Я брал их с собой на мои верфи, на конные прогулки, в парк, на берег моря…

«Он будет прекрасным отцом для наших детей!» – невольно, с умилением подумала Хелен.

– …и все это заставило Вибеке решить, что я никогда не должен жениться. Она желала сделать меня едва ли не отцом своих детей, и других детей, моих собственных, мне не нужно, заявила она. Но я так же отличаюсь решительностью, как и ваша сестра Луиза. Ее желания мне не важны. Я желал свой дом. Я желал себе верную жену и моих собственных детей. И я нашел все это в Англии. Конечно, детей у нас с вами все еще нет, но они обязательно будут. Наши дети и наши наследники. И когда они родятся, Вибеке будет вне себя от злости от того, что ее ненаглядный сын не сможет унаследовать мой бизнес и мое имущество, а ведь ей так этого хочется.

– Если вы желаете, чтобы я осталась в этом доме, с вами, вы должны отправить вашу сестру обратно в Норвегию. Или просто вон. Не думаю, что после того, что она причинила вам, и как вела себя со мной, я смогу быть великодушной и простить ей, – после минутной молчании, за которые Хелен успела пережить сотню чувств, сказала она.

– В некоторых случаях просто необходимо оставить великодушие в стороне, – тихо сказал Бьорн-Магнэ. – Она уедет завтра же.

– Прекрасно… Просто прекрасно… – Хелен потянулась к его губам, но он с улыбкой увернулся. Она взглянула на него с непониманием: он не желает ее поцелуя? Как так? Ведь еще минуту назад он сам пытался поцеловать ее!

– Закончите ваш рассказ про вашу мать, Хелен. Он забавляет меня, – с хитрой ухмылкой сказал Бьорн-Магнэ.

– Ах, да… – С души Хелен спал огромный камень. – Она стала устраивать скандалы и слезливые сцены. Обвиняла Луизу в неблагодарности и черствости… А потом миссис Валент принялась флиртовать с другими мужчинами высшего общества, и по Лондону тотчас поползли неприятные слухи о нашей матери и насмешки над нашим бедным отцом, Луиза тотчас, без сожаления, собственноручно собрала ее вещи и отправила мать в Брайстед-Манор, назад к ее собственному мужу. Она даже дала ей своих лошадей и карету, но что из этого случилось, вы знаете сами: вместо Брайстед-Манор она поехала ко мне! Думаю, слухи о ее недостойном поведении уже дошли и туда, и она побоялась показываться на глаза своему мужу и свои подругам…

– Бог с ней, с вашей матерью, море видало и похуже, – перебил ее Бьорн-Магнэ и хотел было поцеловать жену, но она торопливо закрыла его рот своей ладонью.

– О, это не все! Она нарочно дала Луизе неправильный адрес, чтобы та не могла писать мне! А она писала! Она пригласила нас на свою свадьбу! Но эта злая женщина сделала все, чтобы мы не имели контакта. Она сказала Луизе, что я не желаю знать ее, а мне сказала то самое о ней! Но зачем это нужно?

– Потому что одна ее дочь стала золотым яйцом, а вторая – обычным. Но неожиданная любовь к вам вашей сестры кажется мне неискренней, – признался Бьорн-Магнэ. – Что вы решили?

– Я решила дать ей еще один шанс. Она попросила у меня прощения. Она изменилась, я вижу это, – тихо сказала на это Хелен, а затем положила ладонь на его щеку и решительно добавила: – Но я не позволю разбить мне сердце еще раз. Ни ей, ни моей матери, ни кому-либо еще.

– Миссис Нордстранд, вы восхищаете меня, – тихо, но с гордой улыбкой сказал Бьорн-Магнэ.

– Я пригласила ее и ее супруга на наш бал, – тоже, с улыбкой сообщила ему Хелен. – Мы устроим большой прием. И я буду там, с вами.

– Пригласите и чету Сольеров с мистером Блаквэллом.

– Обязательно. И семейство Хопсов мы пригласим тоже. Но знаете что? Я пойду проведаю Мэри и скажу ей, что не сержусь на нее. И я правда не сержусь! – Хелен впилась в губы супруга страстным, коротким поцелуем, а затем вскочила на ноги. – Я иду к Мэри! А вы, мой дорогой, ступайте к вашей сестре и сообщите ей о том, что завтра ее ждет корабль в Норвегию!

– Хелен, постойте! – Бьорн-Магнэ тоже поднялся на ноги, открыл один из ящиков своего рабочего стола и протянул жене белоснежный, дорогой конверт. – Вам все же придется посетить ателье и заказать хоть одно новое платье. Сделайте это даже не завтра, а сегодня. Несомненно, миссис Сольер поможет вам в этом с большой радостью.

Хелен удивленно приподняла брови, но приняла конверт. В нем имелся лишь один белый лист, с несколькими строчками.

Прочитав это короткое письмо, Хелен невольно ахнула, а затем еще раз изучила подпись в конце строк и печать на конверте.

– Это написал вам… – неуверенно начала Хелен, взглянув на мужа с изумлением на лице.

– Да, Хелен, именно он, – спокойно ответила н это он.

– Король… Вам написал сам король!

– И пригласил нас на королевский бал.

– Это… Это так… Это льстит мне, но… – В один миг радость в сердце Хелен исчезла: королевский бал. Все эти гордые, разряженные дамы и господа, когда-то пускающие в ее адрес реплики и распускающие слухи о ее происхождении. Нет, она не хочет вновь встречать их – ни на обычном балу, ни на королевском.

– Я думал, вы будете рады, – тихо, грустно сказал Бьорн-Магнэ.

– Как я уже сказала вам, Лондон не любит меня и одаривал меня лишь жестокостью и дурными сплетнями, – уверенно ответила на это Хелен. – Но как так случилось, что мы получили приглашение самого короля?

– Думаю, он впечатлен моими кораблями и моей работой. Но, если вы не желаете идти на это бал, я сейчас же напишу наш вежливый отказ…

– Но что вы? Желаете ли вы?

– Нисколько, но показаться рядом с королем пошло бы моему бизнесу на пользу. Я буржуа, и никакие акулы не заставят меня робеть и сменить курс корабля, – с иронической улыбкой ответил Бьорн-Магнэ. – Но если моя супруга не желает идти туда, туда не пойду и я.

– Ваш бизнес – это наше общее имущество, и мы, как настоящие буржуа обязаны использовать каждую возможность обогатиться еще больше, – тоже улыбнулась Хелен. – Если там со мной будет мой капитан, я не боюсь никаких акул и никаких волн.

– Миссис Нордстранд, вы заговорили, как настоящий моряк. – Он поцеловал ее в губы. – Но теперь плывите в гавань Сольеров.

Вместо ответа Хелен страстно поцеловала его, а затем покинула его кабинет.

«Он… Он флиртует со мной? А я с ним? – вдруг пронеслось в ее разуме. И эта мысль настолько поразила ее существо, что она невольно, тихо рассмеялась. – Но разве его флирт мне не по душе? Разве мне не нравится флиртовать с ним? Еще как!»