Глава 23. Илья

Издалека они услышали глухой гул колокола, узнав сигнал. Нечисть на улицах немного приободрилась, а после третьего звона и вовсе ринулась на звук. Дороги вокруг опустели вдвое, и этого стало достаточно для рывка. Будучи верхом, они преодолели расстояние быстро, игнорируя заметивших их мертвецов. Лишь часть бросилась за ними, когда остальных больше привлекал пожар и устроенный Агатой грохот. Взгляд Александра то и дело устремлялся в направлении колокольни, судя по звукам, обрушилась как минимум пара зданий. У Ильи тоже всё сжалось в груди, но он был твёрдо убеждён, что Агата в порядке.

По крайней мере, пока.

Потоку бегущей к колокольне нечисти, казалось, не было конца. Ладони Ильи вспотели, но он крепче обнял Лелу и дёрнул поводья на скаку, огибая двух дерущихся упырей.

– Быстро! Вы первые! – бросил Александр, спрыгнув на землю у ворот.

Как Агата и говорила, трещина была, не хватало целого куска широких дверей, а с другой стороны, судя по всему, те были заперты цепью на замке. Александр обнажил меч, чтобы убить тех, кто бросился в погоню, а Илья спустил Лелу и, вытащив топорик, за несколько мощных ударов увеличил дыру, чтобы не пострадали кони. Юноша оттянул одну створку ворот, чтобы на длину цепи расширить проём.

Хоть Лела и мучалась от слабости, но она постаралась как можно быстрее провести лошадей одну за другой. Александр убил с десяток мертвецов, когда Илья потянул его за собой; наставник покорно попятился, добивая преследующих покойников, и сваленные друг на друга тела удачно прикрыли хоть какую-то часть пролома.

– Это не княжеский двор, – выдал очевидное Илья, бегло осмотрев территорию.

Широкая, удобная для торговли улица, вдалеке справа виднелась площадь, вероятно, для местного базара. Дома были выше, большинство из дерева и в идеальном состоянии, словно город оставили месяц назад. Точнее, он вымер: то тут, то там лежали тела. В основном старики, несколько мужчин, женщин почти не было. Все тела не тронуты временем, как если бы умерли только вчера, даже одежда не сгнила.

– Морана хранит это место, – тяжело опёршись плечом на коня, пояснила Лела. – Она хранила весь город, но магия исчезает. Она хотела целиком сберечь Сечень.

– Спрячьтесь, я приведу Агату, – сказал Александр, проверив кинжал на бедре и в сапоге.

Илья открыл рот, чтобы вызваться помочь, но закрыл, опомнившись. Он не может оставить Лелу и лошадей, а в одиночку Александр будет двигаться быстрее.

– Мы пойдём к княжескому двору, – затолкав своё желание подальше, предложил Илья. – Встретимся там.

Александр коротко улыбнулся, сжал плечо своего ученика, дольше, чем нужно, задержав прикосновение, надел маску Морока и вернулся на ту сторону через щель.

Позади стоял шум, но здесь время, казалось, застыло в краткосрочном моменте перехода от жизни к смерти. Тишина и внешняя целостность зданий была до мурашек неправильной и нереальной, а неподвижные, идеально сохранившиеся мертвецы ужасали сильнее тех, что остались за воротами.

Илья помог Леле забраться в седло, сел сам, крепко привязав поводья коней Агаты и Александра. Скакать галопом он не решился, но направил животных умеренным шагом, надеясь побыстрее добраться до Мораны и покончить со всем этим путешествием. Чем скорее он поможет богине, тем быстрее она разберётся со здешним скоплением нечисти.

– Ворота княжеского двора, должно быть заперты, но я знаю другой путь, – подала голос Лела и завертела головой. Она торопливо проглотила скопившуюся во рту кровь со слюной. Илья заметил окровавленный язык, пока она попыталась облизать пересохшие губы. Не спрашивая, он положил ладонь ей на лоб. Горячий.

Русалка замерла, прижавшись затылком к его плечу.

Илья медленно убрал ладонь, не сказав ни слова. Не было смысла ругать её и ссориться из-за лжи. Возможно, её ребра заживали, но состояние ухудшал жар и распространившаяся сыпь.

– Тогда как нам пройти? – спросил Илья, сделав вид, что не заметил перемен.

Лела заметно расслабилась. Илья невольно улыбнулся её наивности, что такие очевидные симптомы кто-то может не понять.

Лела указала влево, и стоило им сойти с основной дороги, как со стороны княжеского двора Илье почудился свет. Знакомое золотое свечение вспыхнуло сотнями коротких нитей и вновь погасло. Он не видел ничего подобного, но ощутил намёк на ударную волну, которая прошла сквозь его тело мгновением позже.

– Ты видела это? – спросил Илья, стараясь удержать перепуганных лошадей. Те, встревоженные чем-то, попытались разойтись, но связанные поводья не давали и нервировали их ещё больше.

– Что «это»? – переспросила испуганная Лела, но её взгляд был направлен на лошадей.

– Свет. С княжеско…

Илья не договорил, прерванный неясным предчувствием. Он задержал дыхание, скорее ощущая надвигающуюся волну, чем действительно её слыша. Пять ударов сердца, Илья сосредоточился на окружающих звуках, заставляя коней свернуть в ближайший переулок. Они дёргали поводья, трясли головами, но покорно пятились вглубь, скрывая себя и всадников в тенях ближайших зданий. Жуткий грохот проломанного дерева не стал для Ильи неожиданностью, но Лела всем телом вздрогнула и юноша крепче обхватил её талию. Удар был мощным, и земля под ногами задрожала. Кони испуганно заржали. Илья не успел подумать о произошедшем, как мимо по улице, на которой они только что были, пронёсся огромный бес, а за ним целый поток мертвецов. Илья задержал дыхание и схватился за рукоять меча, готовый к драке, но ни одна из тварей не замедлилась, кажется даже не замечая его с Лелой. Кони издали предостерегающее фырканье, но нечисть неслась мимо, привлечённая чем-то более значимым.

Новый треск проломанных ворот заставил вздрогнуть. Бес с невообразимой лёгкостью прорвался на княжеский двор. Лела обернулась и, с ужасом округлив глаза, задёргала Илью за одежду.

– За-защита! З-защиты нет! Морана г-говорила, что ворота княжеского двора крепки! Они защищают п-плетущую, говорила, что её не т-тронут! Т-там плет-тущая!

– Указывай, где другой путь! – скомандовал Илья и развернул коней, когда Лела ткнула в северо-восток.

Было тяжело управляться с тремя связанными лошадьми на узких переулках, но Илья старался, моментально реагируя на подсказки Лелы. Не только бес, но и десятки следовавших за ним упырей прорвались на ранее защищённую богами территорию. Лела вела вдоль охранной стены, то и дело вздрагивая от криков и звуков ломающегося дерева, доносящихся с княжеского двора. Илья сам перестал дышать, расслышав какое-то обрушение, в воздух поднялось облако пыли. На обход масштабной территории потребовалось время. Несмотря на желание поторопиться, Илья внимательно проверял путь и сдерживал коней от бега, чтобы случайно не оказаться в ловушке. Покойники прорвались с одной стороны, и нет никакой гарантии, что другие ворота выстояли.

– Сюда! – крикнула Лела, указывая на амбар.

Илья спрыгнул и завёл в просторное помещение лошадей, потом снял трясущуюся Лелу. Ей бы двигаться аккуратнее, но, побледневшая и перепуганная увиденным, она бросилась вглубь. Илья запер амбар изнутри, догадавшись, что лошадей временно придётся оставить.

– Здесь! – позвала Лела, стараясь поднять тяжёлую деревянную крышку в полу, но та не шелохнулась.

Илья ухватился за металлическое кольцо. Лишь на третий резкий рывок расширившаяся от влажности древесина всё-таки поддалась. Внизу было темно, но Лела принялась спускаться по узким ступенькам.

– Тут недалеко. Я помню дорогу, – заверила она, схватив Илью за руку.

Внизу было сыро и затхло, запах плесени ударил в нос, но Илья крепче сжал ладонь Лелы, доверяя ей вести. Второй рукой он шарил по стене, вдоль которой они шли. Никаких ответвлений он не ощутил: к счастью, туннель прямой, с одним входом и выходом. Он понял, что они пересекли охранную стену, когда над головой распространилась вибрация десятка ног. Крики звучали, но очень глухо. Они не так уж глубоко, и Илья понадеялся, что туннель прослужит ещё хоть пару нужных им минут и не обвалится.

В темноте Илья не видел Лелу, но слышал шаги и затруднённое дыхание, чувствовал её ладонь и болезненный озноб. Он нестерпимо хотел уберечь её от этой боли и страха: со времени их знакомства он мог по пальцам одной руки пересчитать, сколько раз видел её радостной, всё остальное время она либо болела, либо защищалась, либо боялась, борясь со временем и необходимостью как можно скорее привести Илью к Моране. Юноша нащупал ступеньки под ногами и остановил Лелу.

– Ты пойдёшь за мной и в драки не полезешь, поняла? – Он развернул её к себе, нашёл лицо, пальцами погладил щёки. Илья ощутил, как она замерла, не привыкшая к ласке, это вдвойне расстроило. – Ты сделала всё, что надо, Лела. Ты привела меня к Моране. Твоя задача на этом закончена. Ты молодец, но дальше я сам, ясно? – Он смягчил голос.

– Но… я… мы ещё не встретили… – Она сбилась, неловко подбирая слова, пока Илья опять нашёл губами её лоб, следом щеку, а затем губы, оставив абсолютно невинный, короткий поцелуй.

Несмотря на жар, русалка продолжала пахнуть травой, но исходящий металлический запах смерти сжал сердце.

– Дальше я сам, – твёрже напомнил Илья, отпустил Лелу и пошёл вверх.

Уперев руки в схожую деревянную крышку, напрягся и толкнул её. Не сразу, но деревянная преграда поддалась, дав себя поднять. Они оказались на каком-то складе. Он почти пустовал, но Илья не успел его толком осмотреть, прислушавшись к странной тишине снаружи. Ещё недавно там стоял грохот и вопли, теперь же – пару далёких голосов. Он помог Леле выбраться, но после приложил палец к губам, призывая к тишине, напомнил не вмешиваться и всегда искать либо укрытие либо прятаться за его спиной. Судя по насупленному виду, Леле идея не нравилась, но она покорно кивнула.

С мечом в руке Илья аккуратно приоткрыл дверь. Солнце клонилось к закату, но света было достаточно, чтобы оглядеть устроенный погром. Просторный княжеский двор определённо был величествен в период своего расцвета, может, был красив даже минуты назад, до того, как нечисть прорвала ворота, но сейчас часть главного терема была разрушена, где-то виднелись дыры, крыша покосилась, выбитые окна и разломанное крыльцо выглядели тоскливо. Деревья на самом дворе либо поломаны, либо вырваны. Остались стоять несколько мощных исполинов, но страннее всего были тела. Десятки упырей валялись без голов, а те, кто ещё мог двигаться, лишились либо конечностей, либо внутренностей. Илье была знакома подобная картина, Мороки могли так работать, но пребывая в отчаянии, когда главное – прорваться через толпу. Илья осмотрелся в поисках Александра, но сомневался, что наставник каким-либо образом мог подоспеть быстрее них.

– Где была Морана с плетущей? – спросил Илья, но понял ответ уже по выражению лица русалки. Та, дрожа, глядела на полуразрушенный терем.

Лела дёрнула Илью за рукав и побежала куда-то за здание. Илье ничего не оставалось, кроме как рвануть за ней, по пути добивая упырей. Только некоторые из них были в состоянии ходить. У других он заметил вырванные нити, прожжённые тонкие линии у позвоночника. Нет… Агата с Александром не могли попасть сюда раньше них. Может, это Морана?

Лела вскрикнула и отшатнулась, увидев что-то за поворотом. Бес выдернул голову из разломанного окна, он что-то искал, но русалка привлекла его внимание. Илья вовремя оттолкнул её к стене, убрав с пути нечисти. Бес пробежал мимо, снеся Илью с ног. Раздались крики Лелы, треск дерева и шум соединились в единый гул при ударе о землю. Игнорируя головокружение, Илья перекатился и встал. Намеренно взмахнув мечом, юноша вернул внимание нечисти к себе. Бес выглядел потрёпанным, сквозь распоротый живот виднелись блестящие внутренности, одного глаза не было. Густая кровь покрывала большую часть головы.

Илья протяжно вдохнул, стараясь приспособиться к медленной качке под ногами: последствия падения ещё не до конца прошли. На пару мгновений сменив зрение, он нашёл нити: привычные в спине, две в животе и три спутанных в руке.

Первыми он расправился с теми, что были в животе. Проскочив мимо массивных рук, он ударил в уже имеющуюся рану, но глубже. Нечисть недовольно заревела и рухнула сверху, намереваясь придавить юношу весом, но перепачканный в крови Илья вовремя отпрыгнул и перекатился по траве. Удара рукой ему опять удалось избежать лишь чудом. Бес приподнялся на четвереньки и почти встал, как неожиданно с грохотом рухнул обратно, придавленный чем-то… кем-то со спины.

Незнакомец в чёрном плаще взмахнул огромным мечом. С пугающей лёгкостью он отрубил бесу голову. Илья уставился на массивное тело, рухнувшее после одного удара. Немного опомнившись, он отсёк руку с оставшимися нитями, но сомневался, что без головы бес сумеет хоть кому-то серьёзно навредить.

Илья застыл, встретившись взглядом с золотыми глазами незнакомца, накатило странное ощущение, словно он должен его знать.

– Видящий, – с тенью усталой улыбки кивнул мужчина.

Голос был Илье знаком. Не найдя слов, он кивнул в ответ.

– Илья!

Из-за угла первой появилась Агата в крови и пыли: красный кафтан был порван на рукаве и подоле, она прихрамывала, но была жива. Илья с облегчением вздохнул, когда она оказалась в его объятиях. Следом появился Александр.

– Алай! – раздался сзади голос Лелы.

Алай? Она смотрела на незнакомца.

– Морана! Там что-то случилось. Илья… видящий сказал, что заметил вспышку света.

– Света? – переспросил Алай, взглянув на Илью.

– Нити. Много нитей вспыхнули и пропали. – Он указал в направлении терема, прикидывая, что именно оттуда была вспышка.

Алай спрыгнул с тела беса и рванул к зданию, но неожиданно замер на пороге. Он растерянно ощупал косяк выломанной двери, будто не мог что-то отыскать.

– Нет-нет… не может быть…

Встревоженные его словами, все подошли ближе. По полу и лестнице откуда-то сверху тянулись окровавленные следы.

Алаю понадобились мгновения, чтобы справиться с потрясением от увиденного, он заставил себя двигаться и побежал вверх по ступеням. Только Илья заторопился за ним, Александр остался помочь раненым Леле и Агате. Юноша взбежал на второй этаж, голова немного кружилась от произошедшего, от обилия деталей в незнакомом тереме разбегались глаза. Это определённо княжеская усадьба: стены украшала изысканная роспись. Илья хватался за крепкие деревянные перила, в воздухе стоял запах трав и даже выпечки, как если бы хозяева бросили свой дом лишь вчера. От этого ощущения стало неуютно, будто Илья ворвался в дом, полный призраков, не знающих, что их время давно прошло.

И всё казалось нетронутым, кроме тел упырей на втором этаже и крови, часть которой была слишком насыщенно красной, чтобы принадлежать мертвецам. Здесь был человек? Если да, то он либо ранен, либо мёртв. Но ещё ужасала реакция Лелы и Алая, словно вся эта кровь могла принадлежать Моране.

Алай пробежал несколько коридоров. В здании было сумрачно, свет заката пробивался в редкие окна, и Илья ускорился, стараясь не упускать мужчину из виду. Алай резко свернул в одни из распахнутых дверей и исчез. Илья рванул за ним, но тут же замер, попав в ту самую наполовину обрушившуюся часть терема. Помещение напоминало просторный зал с колоннами, часть которых обвалились вместе с крышей; справа не хватало куска стены, и тусклый оранжево-алый свет озарял груду обломков. В глубине полуразрушенного зала послышался стон.

Илья обогнул провалившуюся крышу и нашёл Алая, стремительно разгребающего балки, куски дерева и камней. Заметив окровавленную руку, Илья принялся помогать. Золотой взгляд Алая перестал ужасать. С широко распахнутыми глазами и тревогой на лице он выглядел не менее человечным, чем сам Илья или Александр с Агатой. Они аккуратно сдвинули массивный обломок, и женщина с каштановыми волосами буквально выпала из завала. Алай подхватил её и бережно усадил у стены.

– Мокошь. Мокошь! – настойчивее позвал Алай, встряхнув её.

Та самая богиня-пряха? Илья не то чтобы не верил, скорее не мог смириться с тем, насколько реальность разнится с представлениями в голове.

Он ожидал мощи, свечения, может, собственного страха перед божественным величием и бессмертием, но насчёт последнего уже не был так уверен. На деле, Мокошь напоминала привлекательную женщину средних лет, она не светилась, не заставляла воздух вибрировать, а мир вокруг искажаться.

Она была ранена и истекала кровью.

Слишком реальной и слишком человеческой, чтобы производить впечатление богини.

Не удержавшись, Илья сменил зрение и оторопел, узрев её настоящую. Позади хрупкого тела, одновременно с ним существовала вторая Мокошь. Илья запрокинул голову, чтобы увидеть возвышающуюся фигуру из золотого света. Она, будто призрак, витала позади, заполнив собой большую часть помещения. Но пугали не размеры, в оцепенение приводили десятки рук, которые ни на секунду не переставали плести нити жизни, сотнями лучей распространяющиеся в разные стороны. Скорость движения рук и пальцев ужасала, они не останавливались ни на миг, сплетая всё новые и новые нити. Богиня-пряха напоминала чудовищного паука с человеческим телом, который не переставал множить свою паутину. Внезапно огромная голова обернулась к юноше, её глаза светились, но взгляд безошибочно остановился на Илье. Губы растянулись в пугающем подобии довольной улыбки.

– Не всю правду стоит видеть. Не смотри, если не готов. – Голос напоминал шипение и звон одновременно. Илью прошиб озноб, и он торопливо сменил зрение на обычное, как раз чтобы увидеть, как Алай встряхнул покалеченное тело богини, которое на фоне её настоящего образа было неестественно хрупким.

– Мокошь! Где Морана?!

Богиня застонала, зашипела и схватилась за раненую голову, там кровь застыла, но рука продолжала кровоточить. Мокошь распахнула веки, далеко не сразу сосредоточила внимание, бегло осмотрела своё тело, как поломанную телегу, которую надо как-то починить.

– Мокошь! – Богиня наконец подняла взгляд на Алая. – Где Морана?

Женщина округлила глаза и осмотрелась.

– Она… она ушла с Рокелем, ей пришлось. Я тоже собиралась, но завал. Он её заставил.

– Рокель? Как это произошло и почему нет защиты?

Мокошь зажала ладонью самое обильное кровотечение на предплечье, и её рана немного затянулась. Илья разинул рот от увиденной магии, будничной для них, словно в этом нет ничего особенного. И всё же Мокошь не залечила травму до конца, а об остальных даже не стала заботиться. Богиня попыталась подняться, Илья подал ей руку, и стоило богине прикоснуться, как она перевела внимание на юношу. Во взгляде не было узнавания, словно её чудовищный дух не запоминал лиц, а лишь чуял нутро. Она будто впервые действительно его увидела. Слабая, усталая улыбка тронула её губы.

– Видящий.

Это прозвище прозвучало с надеждой и облегчением, которое почти моментально потухло в её глазах. Богиня тяжело поднялась на ноги при поддержке Алая и Ильи.

– Всё начало разваливаться после твоего ухода, – хрипло пояснила Мокошь, бросив недовольный взгляд на разруху. – Сперва очнулся Рокель, Морана не сумела удержать его сон, перенеся остаток сил на Ену. Придя в себя, Рокель начал угрожать, приказывая вернуть её. Моране пришлось подчиниться, и со снятием кокона плетущей обрушилась защита.

– Это и привлекло нечисть?

– Да, – кивнула Мокошь и улыбнулась глядя куда-то вдаль.

Илья обернулся на подошедших Агату, Александра и Лелу.

– Русалка, – ласково позвала Мокошь, и Лела ответила ей схожей вымученной улыбкой, – ты справилась. А я сомневалась.

Лела тихо фыркнула, но не оскорбилась.

– Рада, что ты жива, – искренне добавила Мокошь.

– Кто разделался с упырями? – встрял Александр, бегло осмотрев разрушенный зал.

– Скорее всего, Рокель.

– Кто такой Рокель? – не выдержала Агата, заставив Алая и Мокошь умолкнуть.

Они переглянулись, обмен взглядами был осуждающий и длительный.

– Рокель сеченский или же Рокель Волчий брат, младший брат Зорана сеченского – князя этого города, – медленно пояснила Мокошь. – Он же возлюбленный плетущей Витены и, можно сказать, первый из тех, кого вы теперь называете Мороками.

– А ещё он ненавидит нас за предательство, – мрачно добавил Алай.

– Не только за это, – поправила Мокошь.

Алай выглядел недоумевающим, что усилило дурное предчувствие. Мокошь кивнула своим мыслям.

– Витена не проснулась.

– Что значит «не проснулась»? – ошарашенно переспросил Алай.

– После снятия кокона. Она не очнулась, даже не начала дышать.

У Ильи всё внутри сжалось, он бросил торопливый взгляд на Агату, Лелу и Александра, не в силах поверить, что всё пережитое могло быть напрасным.

– Рокель забрал её и Морану. Она пообещала всё исправить, – объяснила Мокошь, сжав руку Алая, на которую продолжала опираться.

– Она сможет? – не сдержался Илья, а длинная пауза от Мокоши не внушала доверия.

– Я не знаю, никогда не видела, чтобы у неё не получалось. Рокель был в бешенстве, Морана заверила, что сумеет её вернуть в определённом месте.

– Она тянет время, – понял Алай.

– Да, и нам надо поторопиться, потому что одолеть Морану сейчас легче лёгкого. Если Рокель поймёт, что мы погубили Витену, то никакие обещания Моране не помогут. Он её убьёт.