Глава 11

Глава 11. Пропажа.

Поднявшись на этаж, я решительно постучал в дверь комнаты Павла.

— Кто там? — донёсся до меня его настороженный голос.

— Вик, — бросил я, изрядно нервничая.

— Сейчас открою! — крикнул парень. И мне в его голосе послышалась толика радости. С чего бы это?

Между тем скрежетнул ключ в замочной скважине, а затем распахнулась дверь и Пашка протараторил:

— Скорее заходи. Нам надо поговорить.

Я вошёл в комнату и увидел раскрытый потрёпанный кожаный чемодан, который лежал на кровати. И в нём уже покоились кое-какие вещички парня.

А сам он быстро захлопнул дверь, прислонился к ней мускулистой спиной и возбуждённо пробасил:

— Вик, меня заставили! Я не хотел подставлять тебя! Это всё Громов! Его сучий дядя накопал на меня всякую грязь из прошлого. И этот пёс пригрозил мне тюрьмой. Поэтому мне пришлось подкинуть тебе тот чёртов кисет.

— И что ты намерен делать дальше? — спокойно спросил я, не став обвинять Ежа в предательстве. И его это явно удивило.

Он выгнул брови и недоумевающе произнёс:

— Ты даже не обзовёшь меня? Ты же из-за меня чуть не влип в скверную историю.

— Нет, не обзову. Смысл? Я понимаю, что тобой двигало. На твоём месте так же поступило бы девять человек из десяти. Такова уж наша природы. Своя рубаха ближе к телу. Да и кто мы друг другу? Никто. Знакомы без года неделю, — рассудительно проговорил я, уселся на стул и закинул ногу на ногу. В моей душе действительно не было ярости. Скорее, меня обуревало лёгкое разочарование. — Так что ты намерен делать дальше? Бежать с острова?

— Ага. Я же не дурак. Понимаю, что Громов захочет от меня избавиться, — выдал он на одном дыхании и стал метаться по комнате, собирая свои вещи. Он швырял их в чемодан, не заботясь об аккуратности.

— А ты много знаешь о его делишках? Чего ему бояться? — уточнил я и обхватил коленку сцепленными пальцами обеих рук.

— Если честно, то ни черта я не знаю. Он подошёл ко мне намедни, передал кисет и всё разложил по полочкам. Так мол и так. Ежели откажешься, то добро пожаловать в тюрьму. А если всё сделаешь тип-топ, то будешь учиться дальше, словно ничего и не было, — лихорадочно протараторил парень. — Но ты переиграл меня. И теперь я Громову не нужен. Ты ведь больше не будешь доверять мне. Так на кой я ему сдался? Я стал для него опасен. Вдруг, выболтаю, что он заставил меня подбросить наркотик? Конечно, мне мало кто поверит, но мои слова точно подмочат репутацию Громова, учитывая, какие между вами отношения. Кто-то да и поверит в то, что барон пытался таким способом выиграть пари.

— Логично, — кивнул я, раздумчиво хмуря брови. — Но ты, конечно же, ничего не выболтаешь? Предпочтёшь тихонько свинтить с острова, а потом и из города?

— Верно, — нервно усмехнулся здоровяк и стал застёгивать ремни чемодана. — Авось мне где-нибудь в другом месте удастся попасть на учёбу. И уж там я буду тише воды, ниже травы. Даже не стану ни с кем дружбу заводить, а то попадётся вот такой же персонаж, как ты. И всё — попал Пашка в очередной переплёт. Ведь ежели бы не ты, то я бы спокойно учился в академии, а не бежал отсюда, поджав хвост.

— Хм, — весело хмыкнул я, дёрнув головой. — В чём-то ты может быть и прав. Я как-то не смотрел на данную ситуацию под этим углом. Но с другой стороны — не греши ты в прошлом, то хрен бы Громов взял тебя в оборот.

— Тоже верно, — осклабился парень и попросил меня: — Поможешь незаметно чемодан вытащить?

— А как ты хочешь выбраться с острова? На дневном пароме? А вдруг его караулят прихвостни Громова? Барон же может смекнуть, что ты в ближайшее время изволишь по-английски покинуть академию, — вполне логично выдал я.

— Да я знаю. Но рискнуть придётся, — нахмурился анималист и взял чемодан за потёртую ручку.

— Присядь, у меня есть идея получше, — произнёс я.

— Какая? — навострил полтора уха здоровяк и послушно уселся на жалобно скрипнувшую кровать.

Я оценивающе посмотрел на парня, холодно взвешивая, что для меня выгоднее: его поимка или свобода. Ежели юный барон добьётся своего и Пашку схватят, то Ёж ничего не будет говорить о наркотиках. Он понимает какие возможности у дяди Громова. Ему непременно устроят весьма паршивую отсидку, если он распустит язык. Посему мне нет выгоды в его поимке. А вот если я спасу Ежа, тогда заимею должника в его рябом лице. К тому же мне ничего не стоит вытащить его с острова.

Тем временем Пашка шумно сглотнул и нервно выпалил:

— Чего ты молчишь?! Говори уже. Не томи душу.

— У меня есть знакомая магичка. Она может открыть для тебя портал.

— Правда? Ты не шутишь? — взволнованно прохрипел парень, точно его горло сдавили железными клещами. — Если ты поможешь мне, то я век не забуду! Клянусь.

— На то и расчёт, — цинично усмехнулся я и встал со стула. — Жди меня здесь. Я пойду телефонирую ей.

— Ага, ага, — истово закивал здоровяк, точно китайский болванчик. Но вдруг он сощурил глаза и подозрительно спросил: — Ты же не кинешь меня?

— А какой в этом прок? Месть? О-о, она мне не принесёт никакой выгоды, — насмешливо проговорил я и вышел из комнаты.

Добрался до лифта и на нём спустился на этаж с переговорной комнатой. Тут обнаружилась очередь из студентов. И мне пришлось минут десять ждать, прежде чем я подошёл к освободившемуся телефонному аппарату. После этого я сказал в трубку отработанный до автоматизма текст, и телефонистка соединила меня с особняком барона Артура Люпена.

— Дом его милости… — начал было дворецкий Владислав.

Но я перебил его, потому что торопился поговорить с магичкой:

—… Это Виктор…

—… Ох, как хорошо, что вы позвонили, — уже слуга перебил меня. И это был нонсенс.

— Что-то случилось? — тотчас насторожился я, уловив нешуточное беспокойство в обычно выхолощенном голосе старого дворецкого.

— Лучше я приглашу к аппарату сударыню Веронику. Она вам вернее обо всём поведает, — торопливо изрёк Владислав и оставил после себя в трубке лишь шорох удаляющихся шагов.

А я изрядно напрягся в ожидании дурных известий. У меня даже в груди что-то сдавило, а вдоль спины стал азартно бегать противный холодок. Правильно люди говорят, что нет ничего хуже ожидания. Эти две-три минуты, которые я простоял с трубкой в потной ладошке, показались мне вечностью.

Благо, что спустя обозначенное время помехи сменились напряжённым голоском Вероники:

— Привет, Вик. У меня для тебя новость. Перевертыш Люпена украл Эдуарда.

— Фух-х-х, — облегчённо выдохнул я. — Это всё? Барон шампанское уже заказал?

— Нет. Он желает вернуть его домой.

— Слишком он у нас добрый, — пробурчал я и полюбопытствовал: — Как вы поняли, что Эдика схватил именно перевертыш? Может, его в свою крысиную нору упёрли родственники?

— Перевертыш просунул конверт под входную дверь особняка. А в нём было послание, в котором говорилось, что через три дня, вечером в среду, некий мистер Икс, а может Хэ, ждёт нас в катакомбах под городом. И ждёт не с пустыми руками, а с… Рукой. Той самой Рукой, красавчик. Смекаешь?

— Угу, — мрачно угукнул я. — И что дальше? Если мы отдадим ему Руку, то он убьёт Эдуарда?

— Наоборот. Отпустит.

— Жаль, — цыкнул я и испустил разочарованный вздох. — Хотя нам рано отчаиваться. Я всё равно не знаю, где Рука. Так что, похоже, нам пора готовиться к празднику. Мы не отыщем Руку, и перевертыш кокнет Эдуарда. Все счастливы.

— Вик, завязывай. Порой твоё юродство даже меня раздражает. Ты понимаешь, что Эдуард не последний? Перевертыш не остановится. Если в среду он не получит Руку, то в четверг в его лапах могу оказаться я… хотя, лучше, конечно, Марк.

— Да, ты права, — посерьёзнел я, отринув чёрный юмор. — Что по этому поводу говорит Люпен? У него есть какие-то идеи?

— Он собирается устроить семейный совет, посему через полчаса тебе нужно быть на той полянке возле берега. Я создам портал.

— Ладно. Только я буду не один. Мне надо помочь одному… э-э-э… знакомцу. Он очень хочет вернуться в город, — предупредил я девушку.

— Хорошо, — бросила она и положила трубку.

Чёрт. Час от часу не легче. И пусть Эдуард мне так же дорог, как пыль на ботинках, но Вероника права. Перевертыш не успокоится. Кажется, у меня есть три варианта: или найти Руку, или убедить перевертыша в том, что я не знаю, где она, или убить его. И последний вариант мне виделся самым перспективным. Я принялся размышлять над ним, двинувшись на восьмой этаж.

А когда я вошёл в комнату Пашки, тот сразу же вскочил на ноги и тревожно выдохнул, лупая глазами:

— Ничего не выйдет? Твоя подруга не согласилась?

— С чего ты взял? — бросил я.

— Дык у тебя такая физиономия, словно беда какая стряслась. А ты же ходил телефонировать магичке.

— Так беда тогда бы стряслась у тебя. А мне-то что? Думаешь, я бы сильно переживал, если бы магичка отказалась создавать для тебя портал? — желчно проговорил я.

— Ну да, — промычал Ёж и тяжело вздохнул богатырской грудью.

— Ладно, чего вздыхаешь? Я сейчас покину башню. А ты выходи из неё минут через пять после меня и топай в лес. Там практически на берегу есть полянка…

Я как мог описал парню место встречи и выскользнул из комнаты. Потом зашёл в своё логово, вытащил увесистую стопку денег из ящика с нижним бельём, а затем спустился в холл и вышел из башни. На улице оказалось довольно прохладно и ветрено. Я пожалел, что не захватил котелок. Пришлось поднять воротник пиджака и налегке двинуться в сторону леса.

Благо, когда я очутился среди деревьев, ветерок перестал донимать меня. Он затерялся среди стволов и ветвей. Лишь над моей головой шумели кроны, да порой сыпались одинокие листья.

Я расправил плечи и двинулся дальше по неприметным тропинкам. Преодолел их и вышел к нужной полянке. Тут же мне в нос ударил запах океана, а в уши проник грохот прибоя. Кажись, вода в заливе сейчас весьма неспокойна. И есть вероятность того, что дневной паром не пойдёт к острову. Посему Пашке вдвойне повезло, что я решил спасти его предательскую жопу. Только бы он нашёл полянку, а то придётся искать его в лесу.

Но Пашка справился. Спустя минут пять я увидел среди деревьев его бледную от волнения потную рожу.

— Сюда, Иуда! — окликнул я его и помахал рукой.

Тот вздрогнул от неожиданности, а затем отыскал меня нервным взглядом и быстрыми шагами двинулся ко мне.

— Кто-нибудь видел, как ты вошёл в лес? — спросил я у него, когда он подошёл, сжимая в руке чемодан.

— В башне меня много кто видал, а вот потом — нет, — отчитался он, воняя крепким потом.

— Отлично, — кивнул я, заложив руки на спину. — Громову, наверное, уже доложили, что ты куда-то отправился с чемоданом.

— Угу, — поддакнул здоровяк, пригладив широкой рукой взъерошенные волосы. — Но он, слава богу, будет искать меня у причала, а не здесь.

— Верно, верно, — пробормотал я. — И уж явно он никогда не подумает, что именно я помог тебе бежать. Попахивает стокгольмским синдромом.

— Чем? — не понял парень и стал принюхиваться. Его широкие ноздри с шумом втягивали воздух.

А мои губы искривила кривая усмешка. И тут вдруг посредине полянки вспыхнуло зеркало портала. Я указал на него рукой и проговорил:

— Прошу, Павел, вот путь к твоей новой жизни.

Тот покосился на портал, нервно дёрнул щекой и с неестественной улыбкой выдал:

— Он же точно ведёт в Велибург? Твоя подруга нигде не напутала?

— Думаешь, что я всё-таки решил тебе хитро отомстить? — понял я его опасения. — И в кого ты такой недоверчивый?

Я сделал несколько шагов и вошёл в портал. Он переместил меня к чёрному ходу особняка Люпена. На меня сразу навалился густой белёсый туман, который словно много лет варили с приправой из вонючих сточных вод, сажи и тухлятины. Я мигом закашлялся, а затем прикрыл сморщенный нос ладошкой.

— Может, тебе дать мой надушенный платочек? — ехидно сказала Вероника.

Девушка стояла подле влажной стены дома и на ней красовалась простое домашнее платье, перехваченное на тонкой талии вышитым бисером ремнём. К слову, шнуровку на груди платья она распустила, дабы виднелась верхняя часть её прелестной груди. И появившийся из портала Пашка мгновенно прикипел жадным взглядом к полушариям магички.

А я проворчал, кивнув на парня головой:

— Вот ему дай платочек.

— Кто это? — спросила Вероника, скользнув по здоровяку оценивающим взглядом. И её оценка закончилась тем, что она поджала губы и презрительно хмыкнула.

Пашка услышал её хмык, обиженно насупился и холодно произнёс, пытаясь подражать манерам великосветских хлыщей:

— Павел Круглов, к вашим услугам, сударыня.

— К моим услугам? И что ты можешь? Ограбить меня или научить готовить помойных крыс? — саркастично выдала Вероника, сложив руки на груди, из-за чего её «девочки» стали смотреться ещё аппетитнее.

— Кхам… — кашлянул Ёж, которого явно выбил из колеи такой «тёплый» приём. Но на титьки девушки он пялиться не прекратил. У него, по-моему, даже слюна потекла.

— Так, ладно, Пашка, смотри сюда. Ау… — я пощёлкал пальцами перед его носом, и он перевёл взор на меня. — Мне недосуг с тобой болтать. Дела у меня. Да и тебе надо поспешить. Но прежде скажи мне, как я смогу тебя найти, дабы стребовать долг. Ты же помнишь, что теперь мне по гроб жизни обязан?

— Помню, — вздохнул парень, поскрёб толстыми пальцами в затылке и пробасил: — На границе с Австро-Венгрией есть городок Цорг. А в нём имеется трактир Золотой кабан. Так вот ежели ты захочешь со мной связаться, то оставь письмецо хозяину этого трактира. Рано или поздно оно дойдёт до меня, и я его прочитаю. И не переживай — я долги отдаю. Честные долги. Ты мог обозлиться на меня и кинуть, но помог. Так что вот тебе моя рука.

Я пожал её и услышал притворно растроганный голосок Вероники:

— Ох, мальчики, я сейчас слезу пущу.

— Она не твоя родственница? — тихонько прошептал анималист, наклонившись ко мне. — Вы будто в одном террариуме выросли.

— Есть такое, — усмехнулся я и добавил: — Ну, удачи тебе, Ёж.

— Спасибо. И пока, — кивнул парень и скрылся в тумане города.

Магичка поглядела ему вслед и сказала:

— Вот мужик с нормальными повадками. Он же за секунду меня взглядом раздел и мысленно использовал во всех позах. А ты, Вик… Эх.

— Пошли уже. Люпен поди ждёт, — раздражённо сказал я и открыл дверь в дом.

— Ты обиделся, что ли? — прощебетала девушка, сделав большие глаза. — Так на правду не обижаются. Её принимают к сведению.

— Приму к сведению, — иронично бросил я через плечо, потопав по коридору.

— Прими, прими, — проговорила девушка.

Она закрыла дверь и торопливо нагнала меня. И мы вместе вошли в холл, а потом преодолели коридор и проникли в гостиную. Тут обосновался облицованный красным гранитом камин, а на стенах красовались полосатые обои с часто повторяющимися уменьшенными копиями герба рода Люпенов.

Сам барон восседал на одном из двух глубоких кресел с закруглёнными подлокотниками. А на другом кресле покоился толстый зад Марка. При этом оба дивана с парчовыми подушками и изогнутыми ножками оказались свободным. И вся эта мебель окружала стол из отполированного дуба. А на нём уже покоился серебряный поднос с хрустальной вазой с песочным печеньем и четырьмя фарфоровыми чашечками с чаем.

Барон оторвался от газеты, глянул на нас с девушкой умными карими глазами и заметил:

— Добрый день, Виктор. Ты вовремя. Присаживайтесь, молодые люди.

— Здравствуйте, ваша милость, — поздоровался я, прошёл по персидскому ворсистому ковру и устроился на диване. — И тебе не хворать, Марк.

Некромант ответил мне приветственным кивком.

Вероника решила усесться на тот диван, который располагался от меня по ту сторону стола. Она сразу же цапнула чашку с чаем и стала мелкими глотками поглощать напиток, не забывая закусывать его печеньем.

— Что ж, — начал барон, отложив газету и подкрутив мощные усы. — Вы все знаете, почему мы тут собрались. Давайте же поразмыслим, как нам помочь Эдуарду. Лично мне видится лишь один выход из ситуации — мы должны разыскать этот артефакт, именуемый рукой.

— А если попробовать убить перевертыша? — предложил я. — Уж больно давно потерялась Рука. У нас нет шансов. Мы не найдём её. Она может быть где угодно.

— Шансы есть всегда, голубчик. Но кое в чём ты прав, — кивнул Люпен, проведя рукой по тронутым сединой чёрным волосам с глубокими залысинами. — Артефакт действительно пропал давно, но его можно отыскать. Не без труда, но можно. А идею с убийством перевертыша Люпена я предлагаю оставить на крайний случай. Ежели мы не отыщем артефакт, тогда и будем думать, как лишить жизни это любопытное существо.