Глава 7

Глава 7. Вода, кровь и другие жидкости.

Я пулей выскочил из дома и быстрым шагом пошёл по улице, держась в тени домов.

Васька поспешил за мной и на ходу стал возбуждённо тараторить:

— Эк тебя забирает. Сбросил балласт и теперь мчишься на всех парах. А что там за мумия лежала в доме? И на кой чёрт мы шли к этой башне? И почему теперь так поспешно удаляемся от неё? Ты что-то темнишь, Вик. Расскажи, что к чему.

— Василий, я тебя с собой не звал, — напомнил я ему, поправив импровизированный шейный платок. — И отчитываться не должен.

— Ну мы же друзья… — протянул парень и обнажил в улыбке тридцать один зуб.

— Ты чего это так широко лыбишься? Укусить меня хочешь? Вырвать кадык? — съязвил я и шмыгнул за угол дома с провалившейся крышей.

В конце улицы в жарком мареве обнаружился стройный девичий силуэт с золотистыми волосами, собранными в длинный конский хвост.

— Маркиза! Ваша светлость! Сударыня! — проорал я, приложив рупором руки ко рту.

Меццо поспешно обернулась. И её хвост описал полукруг. А я увидел сосредоточенное, блестящее от пота знакомое девичье лицо со строгими глазками. Нашёл!

— Ого! — удивлённо выдохнул Васька, выгнув брови дугой. — Вот это встреча. Как тесен полигон.

— Пошли, — нетерпеливо бросил я ему и энергичной походкой двинулся к Меццо.

А та недвижимо застыла в ожидании меня. Крепыш-то вряд ли её интересовал. Но она и ему приветливо кивнула, когда мы подошли к ней.

— Сколько у вас осталось энергии? — сразу же спросила девушка, не став никак комментировать то, что мой план всё-таки удался. Мы ведь встретились.

— Я почти полный, ваша светлость, — покорно ответил Васька, вытащил фляжку из кармана и сделал шумный глоток. — Ах-х-х, красота. Вода — это жизнь.

Аристократка бросила на алюминиевую тару парня едва уловимый жадный взгляд и сглотнула.

— У меня тоже почти полный резерв, сударыня, — вторил я товарищу.

— А у меня где-то половина. Пришлось отгонять хищных двуногих птиц, — хмуро выдала аристократка, шмыгнув алебастровым носиком.

— Ваша светлость, могу я осмелиться предложить вам свою воду? — галантно произнёс я, протягивая девушке фляжку. — Мне столько воды не требуется. Я привык обходиться практически без неё.

Васька удивлённо воззрел на меня и даже икнул. Мол, когда это ты обходился без воды? А потом он глянул на Меццо, снова на меня. И в его взгляде мелькнуло некое понимание, которое быстро сменилось плохо скрываемым сочувствием. Так обычно смотрят на дурачка, готовящегося по собственной воле сунуть голову в петлю.

Девчонка же немного помялась и проговорила надменным тоном, словно делала мне великое одолжение:

— Раз тебе вода не нужна, то я приму её. Благодарю.

Маркиза с деланной неторопливостью взяла фляжку, точно она ей не больно-то и была нужна. Но всё впечатление смазало то, что девица сразу же открутила крышку, запрокинула голову и поспешно отправила в рот немного воды. При этом аристократка побрезговала касаться горлышка. Она держала фляжку на небольшом расстоянии от губ.

И пока девушка пила, Васька подался ко мне и яростно прошептал в ухо:

— Теперь я понял, почему ты шёл именно к башне. С маркизой хотел встретиться? Вы договорились, да? Одумайся. Она же тебя использует и имени не запомнит. А ты готов ради неё жизнь положить. Вспомни, скольких хороших ребят потопил шторм неразделённой любви.

Я смолчал и лишь мрачно глянул на встревоженную физиономию парня. А тот несколько секунд глядел на меня тяжёлым взглядом, а затем обречённо махнул рукой. И вид у него был такой, будто мне уже пора заказывать плакальщиц и покупать место на кладбище.

Между тем маркиза напилась, сунула фляжку в карман и повеселевшим голосом проговорила:

— Значит, идём втроём. Что ж. Правилами это не запрещено, так что следуйте за мной.

— А наш путь можно скрасить коротким, но очень интересным рассказом, — приподнято сказал я и глянул на хмурого крепыша. — Васька, поведай её светлости то, что ты недавно рассказывал мне.

Парень вздохнул и весьма сухо пересказал маркизе историю с лишним студентом.

Меццо тревожно выслушала его и добела закусила нижнюю губу. Кажись, она смекнула, что этот лишний человек может идти за её прелестной головкой, которая, наверно, так мило смотрелась бы на моём плече… Так, стоп, Вик! Тебя куда-то понесло совсем не туда.

Я тряхнул дурной башкой и продолжил сосредоточенно топать возле Меццо. И даже перестал коситься на её грудь, вздымающуюся под блузой с тёмными пятнами пота. А потом мне уже стало не до посторонних мыслей. Всё-таки мы шли по опасному городу, а не к тётке на блины.

Наше трио обходило паутины, а вот с небольшими стаями птеростраусов и выбравшимися на свет божий пауками нам приходилось сражаться. Благо, что их оказалось не так много, поэтому мы довольно быстро продвигались к центру города.

По пути мы встретили двух студентов-аристократов из другой группы. Но не стали с ними объединяться. Они не горели особым желанием вливаться в команду, в которой верховодила девушка. А маркиза не захотела кому-то подчиняться. В итоге мы разошлись как в море корабли. И практически тут же наткнулись на первый труп. Он лежал в пыли возле хаты с обвалившейся стеной. Мертвец уткнулся физиономией в потрескавшуюся из-за жары землю. Его колени оказались прижаты к животу, а окровавленные пальцы были скручены судорогами.

Глядя на тело, Васька проговорил сдавленным голосом:

— Смотрите, у него ногти сорваны. Похоже, он изрядно мучался. И в агонии царапал землю. Вон следы рядом, будто курица лапой шоркала.

— Почему же он не воспользовался браслетом? — задалась вопросом аристократка, брезгливо морща носик.

— Вероятно, его разум помутился из-за боли, — предположил я, вертя головой на все триста шестьдесят градусов. — Интересно, что же убило его? И где оно?

— Сейчас поглядим, — решительно выдал крепыш и потёр ладони. — Заодно и фляжечку заберём, а то у меня уже вода подходит к концу. А мне, в отличие от некоторых, пить надобно.

Васька наградил меня насмешливым взглядом, подошёл к трупу и без смущения сильным рывком перевернул его на спину.

Мы все увидели дыру в груди мертвеца. Майку, кожу и даже кости будто бы разъела кислота. Я сразу же вспомнил Чужого из знаменитой серии фильмов. Но их же тут нет?

Между тем крепыш торопливо обыскал карманы и извлёк из них фляжку и нож. Этого ему показалось мало. И он ещё решил завладеть портальным браслетом мертвеца. Ловко снял его с одеревеневшей руки трупа и сунул в свой карман.

— Может пригодиться, — по-крестьянски обстоятельно пояснил он свои действия и отошёл от трупа.

— Ой, смотрите! — вдруг удивлённо воскликнул аристократка, глядя в сторону от трупа. — Какая гадость.

Меццо с отвращением смотрела на тридцатисантиметрового серого жука, который выполз из соседнего дома.

— Согласен, — промычал под нос Васька. — Мерзость.

— Давайте-ка уйдём отсюда, — напряжённо произнёс я, подозрительно глядя на жука.

А тот неожиданно стал тереть друг об друга жёсткие крылья, из-за чего эту часть улицы огласил скрежет. Он заставил меня скривиться. Но это всё херня. Главное, что следом за этим звуком из дома выскочил пяток метровых жуков с ярко-жёлтыми жопами. И эти самые жопы они торопливо повернули в нашу сторону и стали пулять из них какой-то водянистой слизью.

— Бежим! — истошно заорал я, но было уже поздно.

В солнечное сплетение Меццо угодил один из зарядов слизи. И девушка практически тут же упала на землю и стала выгибаться самыми невероятными образами. Я даже услышал треск её позвонков. Глаза девушки мучительно расширились, а изо рта пошли слюни и пена.

Меня охватил ужас. Но я взял себя в руки, схватил маркизу за запястье и втащил в тот дом, рядом с которым лежал труп студента.

— Вася, отвлеки этих уродов! — лихорадочно выкрикнул я, торопливо снимая с выгибающейся девушки блузу. На ней ещё осталась часть слизи, которая не успела прожечь материал. Однако в одном месте слизь жуков проела дыру, попала на кожу маркизы и стремительно разъедала её.

— Хорошо! — отозвался крепыш.

Он на несколько секунд скрылся в противоположном доме, а потом снова появился на улице. Но теперь вокруг него красовалась шарообразная защита, имеющая бледно-голубой цвет. Жуки сразу же стали стрелять в парня. Но их слизь не достигала его тела. Она встречалась с защитой, падала на землю и там бессильно шипела.

Вот только после каждого попадания защита Васьки становилась всё более бледной. Она теряла силу. И если так будет продолжаться, то она быстро пропадёт. Парень прекрасно это осознавал, поэтому он схватил обломок песчаника, запустил им в жуков и помчался по улице. А те ринулись за ним следом. И я мельком насчитал уже не пять штук, а все двадцать. Похоже, у них тут гнездо.

Параллельно со всеми этими событиями, мне удалось сорвать с девушки блузу, после чего показалась её упругая молочно-белая грудь, скрытая кружевным лифом. Но мне сейчас было не до любования девичьими сиськами.

Я сорвал с головы свой «тюрбан» и стал им судорожно стирать капли слизи, которые шипели на теле маркизы. А та уже прекратила бесноваться и неподвижно замерла. Но к счастью, Меццо не померла и даже не потеряла сознание. Её наполненные ужасом глаза смотрели на меня с горячей мольбой. И я в этот миг сделал то, что посчитал жизненно необходимым. Повернул камень её портального браслета.

Девушка тотчас исчезла в голубой вспышке. А я ринулся в дальнюю часть дома, там вылез через окно и поскакал прочь отсюда.

Внутри меня жила отчаянная надежда на то, что Меццо выживет. Со своей стороны я сделал всё, чтобы она не умерла. Избавил её от большой части яда. И теперь слово за лекарями академии. Господи, пусть они сохранят ей жизнь!

Я даже неуклюже перекрестился и молитвенно возвёл к небесам глаза. За Ваську я тоже замолвил пару словечек. Он показал себя молодцом. Надеюсь, он благополучно доберётся до храма.

А потом я принялся мысленно костерить жуков. Вот это, мать их, уроды! Что у них за жопная слизь такая? Она действует и как кислота, и как яд. Маркиза была в сознании, но не контролировала своё тело. Кажись, слизь жуков творит что-то нехорошее с нервами. И она чрезвычайно быстро распространяется по телу. Буквально мгновенно. Стоит только ей попасть в кровь. Не дай бог, я ещё раз наткнусь на подобное гнездо!

Наверное, стоит подстраховаться и проверить «радаром», кто затаился поблизости от меня. А то будет крайне обидно сдохнуть на финишной прямой. Главный храм уже совсем рядом. Вон из-за домов виднеется его купол.

Руководствуясь этой здравой мыслью, я осторожно проник в ближайшую халупу, взлетел на второй этаж и стал творить пассы. Но что-то пошло не так. Руки двигались как-то странно, дёргано. И только тут я заметил, что кончики моих пальцев кровоточат, а кожу разъело. Я будто слегка прикоснулся пальцами к серной кислоте. Но боли при этом не было. Похоже, её заглушало нешуточное нервное возбуждение.

Повезло, что яда оказалось мало. Он не вырубил меня, как маркизу. А вляпался я в него, когда стирал его с тела Меццо.

Недолго думая, я сорвал с лица импровизированный шейный платок и стал им протирать пальцы. Они отозвались пощипыванием, которое постепенно нарастало. И вскоре я уже чувствовал боль, словно мои пальцы плескались в кипящем масле. Но наверное, боль означала то, что яд покинул меня.

Надо проверить, как теперь будут вести себя мои шальные ручки.

Я снова принялся исполнять пассы. И сейчас они вполне сносно удавались мне. Руки ещё подрагивали, но в целом вели себя прилично. Поэтому мне удалось соорудить «радар». Он показал мне на соседней улице множество особей с еле заметной ментальной активностью. Наверняка, это были жуки. А вот в доме напротив затаился кто-то посообразительнее. Но не человек. Скорее всего, крупное насекомое. Вероятно, паук или ещё какая-нибудь тварь. Что же касается студентов, то мне удалось засечь лишь двоих. И один из них оказался Васькой. Живой! Он шустро топал в сторону храма. И довольно скоро покинул зону видимости «радара». А вот другой студент приближался к дому, в котором я засел. Он почему-то остановился неподалёку и замер. Хм… какого хрена он делает?

В этот миг пустота разлилась внутри моей грудной клетки, вызвав у меня недовольную гримасу. Я тут же развеял «радар» и помассировал солнечное сплетение.

Дальше я не стал выходить из дома, а поднялся на крышу и оттуда попытался разглядеть студента. Меня насторожило то, что он остановился. Да ещё так остановился, что я не смог заметить его с крыши. Кажись, он буквально прилип к стене соседнего дома, а может уже успел проникнуть в мой.

Я резко обернулся, едва не сломав поясницу. Но зато заметил вылезшего на крышу потрёпанного Пашку в порванных на коленях трико.

Он тотчас обрадованно прохрипел, глядя на меня маленькими глазками:

— А я тебя срисовал там, на улице. И дай, думаю, догоню. Вместе-то оно безопаснее. А то я вон уже…

Парень демонстративно потрогал окровавленные, слипшиеся волосы, кои торчали словно иглы рассерженного дикобраза.

— Острый у тебя глаз. Орлиный, — натянуто похвалил я его и изобразил улыбку.

— А то, — самодовольно усмехнулся анималист, громко сглотнул и с надеждой спросил: — У тебя вода есть? Дашь?

Не дожидаясь моего ответа, он широкими шагами двинулся ко мне. И под его грязной майкой с разводами пота играли здоровенные мышцы, опутанные канатами вздувшихся вен.

А я расслабленно запустил руку в карман, будто хотел достать фляжку. Но когда парень подошёл на расстояние метра, стремительно выпростал руку из трико и ударил зажатым в ней ножом точно в правый бок Пашки. Туда, где должна находиться печень. Но клинок не погрузился под диафрагму парня. Он даже не пропорол его кожу. Я ударил словно в очень-очень плотную резину. Кончик ножа всего лишь немного оцарапал Пашку. А вот он нанёс невероятно стремительный удар кулаком в мою грудную клетку. Меня аж отбросило на метр. Я повалился на спину, задыхаясь от боли. Внутри моей грудной клетки, словно бомба взорвалась, едва не разметав ребра. Лёгкие судорожно сжимались, а изо рта вылетали надсадные хрипы.

— Узнал, стало быть? — жёстко усмехнулся перевертыш Люпена и поставил ногу на мою многострадальную грудь. — А чего же не убежал? Неужели ты забыл, что меня нельзя убить этой зубочисткой? Или ты стал настолько храбрым, что всё же решил попытаться?

— …Попытка — не пытка, — просипел я и ощутил металлический привкус во рту. — Чего ты хочешь? Руку? У меня её нет. Я ничего не помню о ней. Мой… кхам… разум повредился, когда мне было пятнадцать лет. Память напрочь отшибло. Клянусь… кха…

— Врёшь, падаль! — люто прошипел урод, резко нагнулся и пригвоздил меня к крыше свирепым взглядом прищуренных глаз. — Где Рука?! Где она?! Отвечай, грязный вор, иначе я настругаю тебя на тонкие-тонкие ломтики. И начну я с твоих мерзких пальцев. Ты хочешь этого? Подумай хорошо, иначе потом будет поздно. Без пальцев ты не сможешь творить магию. А она тебе очень дорога. Хм… забавно, что такое ничтожество, как ты, оказался бастардом. Интересно, от кого Ингрид нагуляла тебя? Она была известной потаскушкой, но лечь под дворянина, да ещё понести от него… Это она прыгнула выше головы. Надеюсь, она сейчас из Ада наблюдает за тобой, ублажая чертей. Говори, отребье! Где Рука?! Или, может, выколоть тебе глаз, а?!

Он подобрал мой нож и молниеносным движением ткнул им в моё лицо. А я рефлекторно дёрнулся и пронзительно заорал:

— Не-е-ет!