Глава 21

Виктор Вейран

Я слабо понимал, что происходит. А главное – суть предъявленных мне обвинений. Подстрекательство к мятежу? Это когда, интересно? Тогда, когда попросил магистров ввести комендантский час? А заговор против магистрата? С кем я «сговорился», с Анжи? Безумие какое-то! Но я не задавал лишних вопросов. Сами спросят, сами расскажут.

Здание городской тюрьмы было хорошо знакомо каждому обитателю Альсенбурга. В какой-то степени это была местная достопримечательность: среди ровненьких беленьких домиков эдакая серая громадина, которая нависала над ними и будто говорила: «От меня не скрыться». Правосудие… Я верил в него совсем недавно и, увы, не верил теперь. Снова вернулась головная боль, но рядом не было Анжи, чтобы мне помочь. К демонам магистрат! Вот и все, что мог сказать на любые вопросы дознавателей. К демонам магистрат…

Экипаж въехал во внутренний двор тюрьмы и остановился. Мне тут же сковали руки и повели внутрь. Только вместо верхних этажей – куда-то вниз. В узких серых коридорах воняло крысами. Одну я даже видел. Жирный бурый зверь покосился на меня острыми маленькими глазками и облизнулся. Мне стало смешно. Дожил! Раньше я отдавал преступников в руки правосудия, а теперь преступником объявили меня.

Камера оправдала ожидания. Она была крошечная и сырая, без окон. Я сел на узкую лежанку, прибитую к стене, а дверь с лязгом закрылась, оставляя наедине с мыслями, страхами и ожиданиями. Значит, темный магистр решил перестраховаться. Что ж, я бы на его месте тоже так поступил, если бы был преступником. Но в том-то и дело, что я им не был.

Прислонился лбом к холодной, чуть влажной кладке стены. Стало легче. Анжела, наверное, в ужасе. Мало того, что она разрывалась между мной Анри, так еще и будет разрываться между тюрьмой и домом. В то, что жена опустит руки, я не верил. Она была такой же неугомонной, как и я. Значит, из кожи вон вылезет, но найдет непутевого супруга. Главное, чтобы не впуталась во что-то опасное. А я справлюсь, у меня нет выбора.

Впрочем, долго мне скучать не дали. По моим ощущениям прошло около часа, когда двери распахнулись с лязгом и меня пригласили в кабинет дознания. Ну как пригласили… Снова заковали руки в кандалы, протащили по коридору и втолкнули в еще одну комнатушку. Знакомые все лица! За столом сидел лично главный дознаватель Тайлен.

– Оставьте нас, – приказал он охране, и мы остались в комнатушке вдвоем. – Присаживайся, Виктор. Побеседуем.

Не хотелось мне беседовать с бывшим начальником, но выбора не оставили. Поэтому я сел напротив него и приготовился к долгому продуктивному разговору.

– Рассказывай, Вейран, – потребовал Тайлен.

– Что именно рассказывать? – спросил прямо.

– Что с голосом? – нахмурился дознаватель. – Да и выглядишь ты, уж прости за прямоту, краше в гроб кладут. Куда ты уже влип?

– Сюда.

Хотелось окинуть рукой помещение, да руки были связаны, поэтому неопределенно качнул головой.

– Вейран, я зачем тебя отправил в отпуск? Чтобы ты и дальше создавал проблемы? Неужели так трудно было понять, что надо сидеть тише мыши?

– И смотреть, как гибнут люди? – нахмурился я. – Это не для меня, месье Тайлен.

– Собрался умереть сам?

– Суд решит. А я ни в чем не виноват. Разве что в порче нервов высочайшего сословия. Вы ведь понимаете, что я не заговорщик.

– Тем не менее магистрат утверждает, что ты очень опасен.

– Для них – да, – недобро усмехнулся. – И в чем меня обвиняют? С кем я уже состою в заговоре?

– Вик, сейчас не время для глупой бравады. – Тайлен устало потер лоб. – Ты сам знаешь, как я работаю. И мне не хотелось бы работать с тобой в подобном… ключе.

Я прекрасно помнил допрос Цикория. Эти жуткие щупальца под кожей, бр-р-р. Но мне нечего было сказать дознавателю.

– Вейран, это правда, что ты используешь запрещенную магию? – спрашивал дознаватель.

– Нет.

– То есть ты отрицаешь, что призывал души жертв?

Кто мог рассказать? Из тех, кто знал – никто. Значит, за мной следили? Что вообще здесь творится?

– Это не запрещенная магия, – повторил Тайлену то, что говорил уже много раз. – А зеркальная. И это всего лишь отражения, но никак не некромантия.

– Можешь доказать?

– Конечно. Только мне нужно мое зеркало. И доказать, и показать, но жертвы все равно ничего не видели. Те, кого получилось спросить.

– Вейран, – вздохнул Тайлен, – если ты призываешь души умерших, это уже некромантия.

– Нет.

Мне не хотелось продолжать этот спор. Что бы я ни сказал, меня не оправдают. А если заговорю о Тейнере – вот же она, клевета! Цветет ясным цветом.

– Ладно, Вейран, давай сейчас ты прямо мне расскажешь, почему здесь оказался. – Тайлен сменил тактику.

– Если я расскажу, вы или убьете меня, если не поверите, или сядете рядом со мной, – ответил я. – Магистрат хранит свои тайны, правда, месье Тайлен?

– Сдался тебе этот магистрат, – вздохнул дознаватель. – Что ты можешь сказать о заговоре против магистрата?

– Ничего, – ответил спокойно. – Дались они мне, эти магистры. Хотя, наверное, стоило бы.

Тайлен хмурился все больше. Голова болела все сильнее.

– Слушайте, мы оба знаем, что магистрат избавится от меня, – сказал, закусывая губу от боли. – Так к чему эти разговоры? Напишите, что я молчу. Просто молчу – и все. Это будет не так далеко от истины.

– Тогда я должен буду тебя разговорить.

– Не выйдет.

– Хорошо. Но я попытаюсь. Скажи, Вейран, правда, что у тебя два вида магии?

– Гейлен? – поинтересовался спокойно.

– Гейлен – что? – уставился на меня дознаватель.

– Рассказал.

– Нет, магистр Тейнер. А кто уж поведал ему, я не знаю. Так это правда?

Я кивнул. Что толку скрывать? Здание тюрьмы поглощало магию, да и у меня её осталось, как у котенка. Ничего не смогу сделать, если он решит убедиться сам.

– Но как такое возможно? – уставился на меня дознаватель. – Или… Слушай, магистр Тейнер говорит, что ты призывал людей восстановить королевскую власть…

– Зачем? – уставился на Тайлена.

– Может, из-за слухов, что в жилах Вейранов течет королевская кровь?

– Я никогда не призывал восстановить монархию, – ответил устало. – Но с радостью бы отправил к демонам магистрат.

– Вик, думай, что говоришь.

– Не могу. Голова раскалывается. Можно мне обратно в камеру? Там хотя бы холодно, не так болит.

И закрыл глаза, потому что видел уже не Тайлена, а пляску алых точек. Они то собирались в образ главного дознавателя, то разбивались на стайки, разлетались, рассыпались…

– Виктор?

– Что? – спросил, чувствуя, что комната вокруг тоже начинает кружиться.

– Ты болен?

– А это меняет дело?

Тайлен выругался и, кажется, применил магию, потому что в следующую минуту выругался куда «вкуснее» и громче, поминая моих предков до десятого колена.

– Вик, ты с ума сошел? – налетел на меня. – Как такое вообще возможно? Что произошло?

– А на что похоже? – поинтересовался я. – От меня пытались избавиться очень… экзотичным способом. Не вышло. Вот он я. Поэтому решили применить другой метод, куда более верный.

– Но ведь такая же картина с магией…

– У жертв нашего преступника, – договорил за него. – Да, я знаю. Интересно, если бы я умер, они получили бы больше магии или нет?

– Кто – они?

Тайлен вцепился в волосы.

– Магистрат. Магов убивает магистрат. Точнее, один конкретный магистр. Но сделай вид, что ты этого не слышал, иначе гарантированно окажешься в соседней камере. Так что пиши там в своих бумагах, что я не признаю себя виновным. Ни сегодня, ни потом. И можно мне идти?

– Стража! – крикнул Тайлен. – Уведите его.

Наконец-то… Камеру воспринял как родную. Лег, чтобы прекратилось кружение, и закрыл глаза. Странно было осознавать, что на этом все и закончится. Но после событий последних дней – все равно. Больнее уже не будет.

* * *

Анжела Вейран

Я металась по дому, не зная, что делать. Сама ситуация была ясной, как белый день. Меня собрались лишить мужа. Навесить на него все возможные обвинения и по-тихому казнить. А может, и не по-тихому, как знать. В любом случае я не верила в то, что магистрат выпустит Виктора из своих лап. Его не для того арестовали. Интересно, как Тейнер объяснил Таймусу и Верхарду необходимость избавиться от Виктора? Вряд ли так: «Господа магистры, я тут слегка перестарался и убил десяток магов. А Вейран узнал об этом, так давайте убьем Вейрана». Но что-то ведь он придумал.

Я едва пережила ночь, а утром поняла: если не сделаю чего-то прямо сейчас, сойду с ума. Написала короткую записку для Эда – пусть хоть кто-то знает, куда я пошла и что с Виком, затем отправила Жерара в «Черную звезду», а сама поехала в темную башню. Я пока не знала, что буду говорить Тейнеру, и понимала, что он – чудовище. И не погнушается убить меня, даже не особо скрываясь. Значит, надо действовать мудрее. Надо найти выход. Но какой?

Экипаж уже остановился у башни, а я все еще не знала ответа. Больше всего боялась за Виктора. Его здоровье оставляло желать лучшего, а заключение могло только усугубить состояние мужа. Ничего, сейчас все решится. Либо я получу мужа назад, либо окажусь с ним в соседней камере.

У ворот башни дежурили парни в форме темного магистрата.

– Чем можем помочь, мадам? – спросил один из них.

– Мне нужно срочно увидеть магистра Тейнера, – ответила я.

– Увы, сегодня неприемный день, приходите послезавтра, – качнул головой мой собеседник.

– Это вопрос жизни и смерти! – попыталась достучаться до них.

– Мадам, – вмешался второй, – мы все понимаем, но не собираемся терять работу. Приходите послезавтра, вас примут.

– Тогда я не сойду с этого места!

– Ваше право.

Мое? Вот и хорошо. Я замерла рядом со стражниками и не собиралась уходить. Рано или поздно Тейнеру придется меня принять! Или я не Анжела Вейран. Закусила губу, стараясь справиться с внутренней дрожью. Ничего, все обязательно наладится. Я должна быть сильной – за всю мою семью.

– Мадам Вейран? – услышала знакомый голос и обернулась.

– Здравствуйте, месье Тайлен, – ответила начальнику мужа, который тоже направлялся в темный магистрат.

– Что вы здесь делаете? – Дознаватель рассматривал меня с пристальным интересом.

– Хочу добиться ответа, что происходит, – ответила я. – Вы знаете, что Виктора арестовали?

– Конечно, – кивнул Тайлен. – Я лично проводил его допрос.

– Вы видели Вика? – вздрогнула я. – Как он?

– Я бы сказал, скверно, – откликнулся мой собеседник. – Мне показалось, он немного болен.

– Не так уж немного.

Мы покосились на стражу, прислушивавшуюся к нашему разговору.

– А давайте побеседуем вон в том сквере? – предложил Тайлен, указывая на ближайшие скамьи.

На самом деле я не надеялась, что Тайлен сумеет мне помочь. Он не станет ради Виктора совать голову в петлю, а я стану. И помощь мне нужна лишь одна: попасть в темный магистрат. Сегодня же. Но я покорно села на скамью, движимая смутной надеждой.

– Расскажите мне, что произошло, мадам Вейран, – попросил Тайлен. – От Виктора ничего не добьешься.

– Я расскажу, а вы потом используете мои слова против Вика? – покачала головой. – Нет, месье Тайлен. Так не выйдет.

– Я клянусь, что ни слова из нашей беседы не повредит вашему мужу, мадам Вейран. Но чтобы хоть чем-то помочь, мне надо что-то знать. Из-за чего заболел Виктор?

– Это долгая история. – Я все еще не решалась.

– У нас обоих есть время. Только у Вика его нет.

– Хорошо. – У меня все равно не было выбора. – Где-то три недели назад Виктор познакомился с некой мадмуазель Варне.

– Любовницей темного магистра? – удивленно взлетели брови Тайлена.

– Да. Он был уверен, что эта девушка знает, кто убивает магов, или может вывести на след убийцы. Я не знаю в точности, что тогда происходило. Мы с Виком поссорились, а увиделись, когда с его магией уже случилось неладное. Знаю только, что это сделала Лиана. И Вик уверен, что она собирает магию для магистра Тейнера. Может, одна. Может, с кем-то. В любом случае она смогла изуродовать магию Виктора и каким-то образом забрать большую её часть.

– Вик восстановится? – угрюмо спросил Тайлен.

– Надеюсь. Удивлена, что за ним не пришли раньше. Наверное, рассчитывали, что он умрет и без посторонней помощи. Для этого были все шансы, но Вик сильнее, чем считает темный магистр. Пожалуйста, месье Тайлен, помогите мне попасть в темный магистрат.

– И что вы скажете Тейнеру, Анжела?

– Я… не знаю. Но я не позволю, чтобы он избавился от Виктора. Или пусть избавляется от нас обоих.

– А вы подумали о сыне? – устало спросил Тайлен.

Да, подумала. Только о нем и думала. Если бы не Анри, примчалась бы в темную башню еще вчера.

– Я написала письмо отцу Виктора. Если с нами что-то случится, он позаботится о внуке.

Увы, после моего скоропалительного брака между мной и моей семьей пролегла пропасть. Они так и не простили мне свадьбу без отцовского благословения. Даже едва здоровались при встрече. А вот с месье Грегори у нас были достаточно теплые отношения. Он часто писал и интересовался делами Вика и Анри. Только сам Виктор общаться с отцом совсем не желал.

– Что ж, тогда мне остается только проводить вас, мадам Вейран, и пожелать удачи, – сдался Тайлен. – Обещаю, что со своей стороны я сделаю всё возможное, чтобы Виктора отпустили. Но мой вам совет: если выйдете отсюда целой, готовьтесь к отъезду.

– Я услышала вас, – склонила голову. – И благодарю, что не пытаетесь обвинить Вика во всем на свете.

– Идемте.

Мы снова подошли к воротам. На этот раз стража почтительно расступилась, и Тайлен провел меня в башню.

– Кабинет магистра Тейнера на третьем этаже, – подсказал на ухо, а сам свернул в другой коридор.

Я поспешила по ступенькам вверх. Замерла перед дверью, перевела дыхание и постучала.

– Войдите, – донесся холодный ответ.

Сердце замерло. Но я должна была это сделать. Ради Виктора. Ради нашего сына. Ради себя самой, в конце концов. Переступила порог.

Магистр Тейнер сидел за столом. Перед ним лежало несколько документов. Он поднял голову… и замер.

– Мадам Вейран?

– Здравствуйте, магистр Тейнер, – ответила я. – Прошу прощения за беспокойство.

Он даже не предложил мне присесть. Только смотрел мрачно и молчал. А я вглядывалась в этого молодого еще человека, который на деле был хладнокровным убийцей. Сколько щитов! Спрашивается, зачем?

– Мой муж был арестован накануне, – заговорила, так ничего и не дождавшись.

– Я знаю. И зачем вы пришли?

– Затем, чтобы вы отпустили Виктора. Вам лучше меня известно, что Вик ни в чем не виноват.

– Почему это должно быть мне известно?

Темные глаза магистра пригвождали к месту. Я тоже осторожно подняла щиты.

– Думаете, вам здесь что-то угрожает? – насмешливо спросил он.

– Я уверена в этом, – ответила прямо. – Магистр Тейнер, я пришла не для того, чтобы ходить вокруг да около, и прекрасно осознаю, что есть все шансы сегодня же оказаться с Виком в тюрьме. Только давайте поговорим начистоту. Мы оба в этом заинтересованы.

– Допустим, – хмыкнул магистр.

– Вик раскрыл убийство магов, и вас это не устраивает.

– Что вы несете, мадам Вейран? – нахмурился Тейнер.

– Только то, что Лиана Варне выдала себя. И магия Виктора тоже пострадала в результате их… общения. Я не знаю, зачем вам нужна чужая магия, но я готова взять на себя эту вину и молчать. И даю слово, Вик будет молчать тоже. Отпустите его, и мы в тот же день уедем.

– Угрожаете? – Теперь Тейнер не смеялся.

– Нет. Пытаюсь, чтобы меня услышали, магистр. Виктор всегда был предан своему делу. Да, мой муж – излишне прямой и принципиальный человек, но разве из-за этого нужно приговаривать его к смерти? Я готова дать магическую клятву, что буду молчать. Возьмите такую же с Вика, и больше о нас не услышите. Мы уедем к его отцу и будем жить своей жизнью, а вы живите своей.

– А если я откажусь?

Тейнер так пристально на меня смотрел, что становилось не по себе.

– Я оставила письма, которые ровно через час попадут во все возможные организации, лягут на стол двум магистрам, дознавателям, кому угодно. Да, возможно, вас прикроют другие, но сомнения в силе и справедливости магистрата возникнут у людей. Нам проще договориться.

– А вы смелая женщина, мадам Вейран, – хрипло рассмеялся Тейнер. – Хорошо, если ваш муж согласится дать клятву о неразглашении, я его отпущу. У вас будет час, чтобы уехать из столицы. И минимум год вы сюда не вернетесь. Потом поглядим.

– Но вы тогда тоже должны поклясться, что ни один из Вейранов не пострадает.

– Я поклянусь.

Тейнер поднялся и подошел ко мне. Из рукава в его ладонь скользнуло лезвие.

– Я, темный магистр Гарандии Тейнер, клянусь, что не нанесу вреда никому из рода Вейран и обеспечу свободу Виктора Вейрана, если Анжела Вейран и её супруг Виктор будут сохранять молчание об убийствах магов в Альсенбурге.

Прости, Виктор… Я знаю, ты этого не одобришь. И знаю, что никогда не смиришься, но…

– Я, Анжела Вейран, клянусь, что буду молчать о том, что знаю об убийствах магов в Альсенбурге, если магистр Тейнер обеспечит безопасность моей семье.

Две капли крови – алая моя и почти черная, фонящая болью Тейнера – смешались, вспыхнули и исчезли. Клятва принята и будет действовать, пока один из нас не умрет.

– Что ж, я отдам распоряжение отпустить вашего супруга после принесения клятвы, – сказал Тейнер. – Прощайте, мадам Вейран.

– Прощайте, магистр.

Я вышла из кабинета, не чувствуя пола под ногами. Тейнер не знает главного – что я уже все рассказала Тайлену и написала Эду. Поэтому мы с Виком не единственные, кому известна правда. Но я заставлю мужа уехать, чего бы это ни стоило.

Уже почти дошла до выхода, когда столкнулась лицом к лицу с эффектной блондинкой. Я узнала её, хоть никогда и не видела – по полному высокомерного торжества взгляду. Думала, сможет меня смутить? Я расправила плечи. Не тут-то было.

– Доброе утро, мадам Вейран, – не удержалась мерзавка. – Как поживает ваш супруг?

– Доброе утро, мадемуазель Варне, – ответила ей. – У нас все прекрасно. Увы, не вашими молитвами. Надеюсь, вы заплатите за все, что сделали.

– Нет, вы, – хмыкнула Лиана. – Думаю, вам будет интересно узнать, что я жду ребенка от Виктора.

– Врите дальше, – ответила я. – И будьте прокляты.

И пошла прочь. Можно было проверить, говорит ли она правду, но я была уверена, что лжет. Что ж, рано или поздно каждый получит свое.