Глава 14. Первые потери

Мысли в моей голове кружились точно опавшие листья, подхваченные шаловливым ветерком. Но ничего особо гениального мой мозг выдать не сумел. Он предложил всего одну банальную идею — валить отсюда на хрен! Впрочем, я не стал воротить нос и решил воспользоваться этой мыслью.

Подскочил к зарёванной дворянке и взволнованно выдохнул:

— Сударыня, позволите прикоснуться к вам?!

— Позволяю, — робко сказала она.

Я взял её на руки, прижал к груди и ломанулся в ту сторону, в которой, как мне помнилось, существовал «коридор», свободный от зверей.

Благо, девица весила всего–то килограммов сорок и вроде как не отличалась дурным нравом. Некоторые дворянки на её месте могли бы выбрать смерть, чем вот такие покатушки на руках у простолюдина.

Правда и эта вдруг просительно пропищала:

— Ежели мы наткнёмся на какого–нибудь студента, то сразу же отпустите меня. Нельзя, чтобы я предстала перед людьми в таком положении.

— Хорошо, — раздражённо хмыкнул я и покосился на её небольшую грудь.

Она часто–часто вздымалась под перепачканной кофтой, будто бежала девчонка, а не я. Но — нет. Это я мчался, как лось, а дворянка молча ехала на моих руках, хлопая невинными глазками.

И лишь спустя минут десять она задала закономерный вопрос:

— Как тебя зовут?

— Виктор… — прохрипел я, начиная уставать.

Мышцы постепенно наливались свинцом. А пострадавшая от когтей правая рука стала изрядно ныть. Боль была не очень сильной, но офигеть противной.

— Грета фон Браун, — гордо представилась девица, элегантным движением убрала со лба прилипшую прядь волос и озабоченно заметил: — Ты устал, Виктор. Тебе надо отдохнуть.

— Ещё немного. Я уже вижу просвет между деревьями. Там горячее озеро. Ежели оно достаточно большое, то мы сможем по его берегу пойти в сторону руин.

— А как же скорпионы? — выдохнула девчушка, нахмурив светлые бровки. — Они же живут в этих озёрах. Я точно знаю. Читала.

— Видимо, вы не дочитали, — хмыкнул я и принялся объяснять: — Рядом с горячей водой скорпионы становятся медлительными и вялыми. Потому–то они предпочитают охотиться вне озера. Так что на берегу мы сможем по–геройски удрать от них, ежели они заинтересуются нами.

— Правда? — озадаченно мяукнула Грета и хмуро глянула на меня. Похоже, ей не понравилось то, что я ляпнул про не дочитали.

— Ага. И ежели всё получится, то мы попадём в зону относительной безопасности. Например, те же волколаки опасаются подходить к озёрам, в которых обитают скорпионы, — просипел я, хватая распахнутым ртом холодный воздух.

— Виктор, а может… ты просто продашь мне свой браслет? Это будет выгодно для нас обоих. Я хорошо заплачу! — жарко произнесла Грета и умоляюще посмотрела на меня.

А я задумался… Но взвесив все за и против, решил отказаться от предложения дворянки. Зачем деньги мертвецу? Если продам ей браслет, то потом мне самому тут могут жопу откусить. Местечко–то опасное. А у меня магический резерв уже использован наполовину.

Поэтому я отрицательно покрутил головой и решительно прохрипел:

— Нет… Со всем уважением, сударыня, но нет.

Та недовольно поджала губки и усиленно засопела, точно обиженный ребёнок.

Надеюсь, у неё хоть хватит ума не угрожать мне? Хватило. Она лишь печально вздохнула и ещё сильнее прижалась ко мне. Я почувствовал идущий от девушки приятный запах. А ведь она тоже бегала по лесу, но от неё не пахло взмыленным лосем, как от меня. Колдовство прям какое–то.

Тем временем я наконец–то выскочил из леса и оказался на берегу озера. И уже тут мои уставшие руки сами собой отпустили девчонку. Она чуть не упала от неожиданности. Но всё же Грета сумела избежать падения. Встала на ноги и болезненно поморщилась. Распухшая лапка явно причиняла ей боль.

Я же смахнул мутные капли со лба, рухнул на одно колено и лишь потом начал зорко исследовать местность. К счастью, озеро оказалось довольно большим. Мы действительно сможем прогуляться по берегу в сторону руин. Воздух же здесь и правда был заметно теплее, нежели в лесу. Однако тут наличествовали и свои минусы… И первой их заприметила Грета.

Она вдруг резко указала рукой на чёрную воду, над которой клубился белёсый пар, а потом встревоженно спросила:

— Виктор, что это?

— Местный обитатель. Не показывайте на него рукой, сударыня, а то он может обидеться и выползти на сушу, — быстро проговорил я, заметив над водой пару крупных мутно–зелёных глаз навыкате.

— А вон ещё, — бросила зоркая девица, углядев парочку таких же буркал. Они возникли в пяти метрах от предыдущих.

— Угу. Многовато их. Авось, не нападут, — понадеялся я, выпрямился во весь рост и посмотрел на дворянку. — Вы сможете пройтись самостоятельно?

— Постараюсь, — вымученно улыбнулась Грета и признательно глянула на меня.

Кажется, девчонка прекрасно осознавала какая она обуза.

Хм… а может, мне стоит её бросить? Нет, так нельзя поступать. Мы в ответе за тех, кого приручили.

Поэтому я обхватил девушку за тонкую талию и мелкими шажками двинулся вместе с ней по берегу озера. Земля под нашими ногами мягко пружинила, а короткая зелёная трава покорно пригибалась. Грета ступала по ней и каждый раз морщилась от боли в повреждённой ноге. А я со всё возрастающим раздражением косился на неё. Медленно! Очень медленно! Мы двигались чуть быстрее черепашьего бега.

И спустя пару десятков метров я не выдержал:

— Нет, так не пойдёт, сударыня. С такой скоростью мы никуда не успеем. Давайте я снова понесу вас. Но вы при этом будете внимательно следить за окрестностями. Договорились?

— Хорошо, — с облегчением кивнула она и неожиданно тепло добавила: — Спасибо тебе.

— Не благодарите. На моём месте так бы поступил любой мужчина, — пафосно изрёк я, взял её на руки и потопал на юг.

— А ты точно не из дворян? — с затаённой надеждой спросила она, глядя на меня большими глазами.

— Нет. Я стопроцентный простолюдин. Хотите, в качестве доказательства громко испорчу воздух? — попытался я разрядить обстановку грубой шуткой.

— Фу, не надо. Я тебе верю, — с весёлым смешком сказала Грета, но в её взгляде возникла лёгкая печаль.

А я перевёл разговор на более животрепещущую тему:

— Какой у вас уровень, сударыня? И что с вашим магическим резервом?

— У меня пока десятый уровень. А энергии сейчас не хватит даже на один мыслеобраз, — грустно вздохнула она, крепко держась лапками за мою натруженную шею.

Хреново. Выходит, дворянка в случае боя — мне не помощница, а скорее помеха. Поскольку я из–за её присутствия даже не смогу включить «радар» или использовать другие менталистские умения.

В это мгновение Грета бдительно ткнула лапкой в сторону скорпиона. Тот лежал на мелководье в десяти метрах от нас. Я кивнул и принял решение обойти его по широкой дуге. А для этого мне пришлось подойти к кромке леса. И оттуда нежданно–негаданно выскочили…

— Слепыши! — заверещала Грета, испуганно дёрнувшись всем телом.

Твою мать! Эти–то откуда тут появились?! Они же не живут так далеко на севере! Но тем не менее из–за деревьев выскочили три сгорбленные полутораметровые фигуры. Они были похожи на уродливых, мускулистых кротов, которые в процессе эволюции сумели встать на задние лапы.

А что самое отвратительное — от этих чудищ не сбежать. А значит, надо действовать. И в первую очередь стоит освободить руки…

Мне сейчас было не до сантиментов, так что девчонка полетела на траву без всяких предупреждений. И она упала, издав что–то вроде болезненного кошачьего мявка. А я в мгновение ока провалился в транс, выполнил несколько пассов и послал мыслеобраз самому крупному слепышу со здоровенными жёлтыми передними зубами.

Мыслеобраз продемонстрировал чудовищу вероломное нападение — будто бы на него со спины набросились два его же соплеменника. После этого слепыш–здоровяк резко развернулся и с яростным визгом набросился на своих корешей. А те хоть и оказались удивлены таким нападением, но не бросились наутёк, а стали рьяно отбиваться, орудуя загнутыми когтями.

Между тварями завязалась ожесточённая драка. В воздухе начал раздаваться пронзительный писк, режущий барабанные перепонки. И ясен хрен, что клубок катающихся по траве слепышей привлёк внимание лежащих на мелководье скорпионов. Они стали шустро выбираться на берег. И явно не с целью разнять драчунов.

Ну а я поспешно подхватил с земли перепуганную Грету, перекинул её через плечо и громадными прыжками помчался прочь отсюда. При этом моя пятерня фривольно лежала на упругой девичьей попке, уберегая её от падения. Однако дворянка оказалась слишком взбудоражена и не обращала внимания на мою распутную ладонь. Её больше интересовало другое…

— Как? Как ты так быстро послал мыслеобраз? — изумлённо протараторила она из–за моей спины. — Многие опытные маги и те не могут показать такую скорость пассов! Вжух, вжух, вжух! А твоё вхождение в транс?! Уму непостижимо! И ведь вокруг были враги! Божечки, да я чуть сознания не лишись от страха! А ты… ты… действовал так, будто находился в тренировочном зале!

— Жить захочешь и не такое исполнишь! — на одном дыхании выпалил я, рыща взглядом по сторонам.

Новые неприятности вроде бы не спешили обрушиваться на мою многострадальную голову. А старые оставались позади с каждым новым преодолённым метром.

Но вскоре я заметил какую–то подозрительную тушку. Она затаилась в кустах под берёзой, облепленной коричневыми горбами древесных грибов. Сперва мне показалось, что тушка принадлежит очередному земноводному чудовищу. Но потом я отчётливо разглядел, что это был человеческий труп. И судя по одежде, принадлежал он студенту–анималисту из нашей академии.

Подбежав ближе, я увидел, что помер парень от того, что кто–то разворотил его грудную клетку. Кровь блестела на переломанных рёбрах, торчащих из грудины, а левая рука бедолаги — и вовсе отсутствовала. Твою мать! Похоже, на ней–то и был браслет–портал! Поскольку магической цацки не оказалось на уцелевшей правой руке. И рядом с телом студента тоже ничего не блестело. Хреново, очень хреново!

Мне пришлось не солоно хлебавши пробежать мимо трупа. И спустя всего несколько секунд я услышал возглас Греты:

— Там тело студента! Он умер?

— Нет, он просто крепко спит. Конечно умер, сударыня. С такими ранами не живут. А его браслет сейчас в желудке какой–то твари.

— Вот зачем, зачем я решила поступить в эту мерзопакостную академию? — плаксиво выдала она, шмыгнула носом и зло добавила: — Хотела проверить себя. Дура! Допроверялась. Ей–богу, отчислюсь, если выживу.

— Выживете, сударыня, — прохрипел я, снова порядком запыхавшись. Надо передохнуть.

Я с облегчением поставил девчонку возле границы густого ельника. Достал фляжку и жадно приник к ней. Мой кадык заходил вверх–вниз, пока я глотал холодную воду. И попутно в мои ноздри проникал аромат хвои, который шёл со стороны разлапистых ёлок.

Напившись, я предложил фляжку девушке:

— Будете?

— Нет, благодарю, — отказалась дворянка и с ненавистью посмотрела на протянутую тару, словно она была во всём виновата.

— Ну и зря, — хмыкнул я, убирая фляжку обратно в карман.

И тут вдруг из ельника внезапно вылетел дикий крик, из–за которого я едва не выронил фляжку.

Девчонка же вцепилась острыми коготками в мою руку и испуганно выдохнула:

— Кто это?..

— Вероятно, парень. А вот крик был точно предсмертным, — протараторил я и следом услышал отдалённое сочное чавканье и грозное рычание. — Кажись, его сейчас активно и с аппетитом поедают волки.

— Точно отчислюсь, — простонала девица и позеленела лицом.

На миг мне показалось, что она блеванет. Но — нет. Дворянка справилась с собой и умоляюще посмотрела на меня. Дескать, вытащи меня отсюда, добрый молодец.

Я криво усмехнулся, подхватил её и снова понёсся по берегу озера.

Однако мне недолго пришлось бежать без приключений. Спустя несколько минут из ельника донёсся треск веток. И мне наперерез выскочил… тот самый рябой громила, которого я вырубил в душевой. В его волосах запутались еловые иголки, а из носа шла кровь.

Он скользнул по мне диким взглядом, а затем вымученно помчался на пару метров впереди и хрипло бросил через плечо:

— Приятель, перемирие!

— Согласен! — нехотя откликнулся я, покосившись на Грету.

На её физиономии отражалась внутренняя борьба. Она же давеча просила меня отпустить её, ежели мы наткнёмся на какого–нибудь студента. И вот мы наткнулись на него. Так что Грета решала, как ей поступить дальше. Продолжить кататься на моих руках или пойти самой?

Всё же голос разума в её голове восторжествовал. Она промолчала, не став напоминать о своей просьбе. Лишь бросила неприязненный взгляд в широкую спину здоровяка, ставшего свидетелем её слабости.

А тот внезапно резко остановился, задрал голову и яростно прошипел:

— Да когда же это всё прекратится?

— Синие гарпии, — ахнул я, глянув в небо.

Там в свете луны и звёзд носились четыре силуэта. Угловатые и крылатые. Они зорко высматривали свою добычу, готовясь всей бандой наброситься на неё. И в роли этой добычи рисковала выступить наша троица.

Что же делать? Свалить с открытой местности в ельник? Но и из него доносится рычание зверей и крики студентов. Похоже, там идёт настоящий бой. Твою мать! Куда бежать–то?!

Благо мне пришла в голову одна любопытная мысль. И я решил поделиться ею со здоровяком, замершим в тяжких раздумьях:

— Эй, громила. Нам безопаснее пробежать по берегу.

— Но как мы прошмыгнём мимо этих? — возбуждённо выдохнул он и метнул взгляд на гарпий. — У меня кончилась магическая энергия. А у вас?

— И у нас, — торопливо ответил я за себя и дворянку. — Однако у меня есть гениальная идея! Гарпии не нападают на тех, кого считают сильнее себя и крупнее! Нам надо бежать вместе! Пусть они думают, что мы одно большое страшное существо, уверенное в своих силах!

— А это сработает? — нахмурился парень. И в его маленьких глазах отразился здоровый скептицизм.

— Сработает! — твёрдо рыкнул я, покосившись на гарпий.

А они в эту секунду с пронзительными визгами полетели к нашему трио. И у нас тупо не осталось выбора.

Я торопливо поставил на землю бледную от страха Грету и выхватил из кармана мешок. Стал крутить им над головой и издавать воинственные крики.

Хорошо хоть девчонка и парень додумались повторить мои действия.

И вот мы уже втроём с истошными воплями гарцуем по берегу озера, размахивая над головой мешками.

Гарпии от подобной картины впали в лёгкий шок. Они шумно забили крыльями в ночном небе, но снижаться, вроде бы, не думали. А потом летающие твари заметили пару израненных студентов, которые вывалились из ельника позади нас. Гарпии тотчас всей стаей метнулись именно к ним.

А мы облегчённо вздохнули и по мере сил побежали вперёд. Даже Грета сумела перейти на вихляющий бег. Она вскрикивала, шипела сквозь зубы, но бежала, точно вымотанная лошадь, почуявшая родное стойло.

Я помчался рядом с ней, хрипло подбадривая её:

— Ещё немного, сударыня. Уже и озеро закончилось. Скоро покажутся руины…

Девушка ничего мне не ответила.

А вот верзила с нотками похвалы просипел через плечо:

— Это ты здорово придумал с горгульями. Котелок у тебя варит. Проклятье!..

Он с яростным возгласом нервно подпрыгнул, углядев под ногами ветку изогнутой форму. Наверняка, верзила принял её за змею.

Я тут же разразился истерическим, каркающим смехом. И его раскаты огласили опушку леса, спугнув какую–то ночную птицу. Она с недовольным уханьем пронеслась над нашими головами, заставив Грету нервно поёжиться.

А затем мы выметнулись на залитую лунным светом равнину. Она оказалась покрыта редкими зонтиками заиндевевшей травы. А метрах в ста от опушки обнаружились руины: две полуразрушенные угловые башни, остатки крепостной стены и первый этаж донжона.

Я не смог сдержать облегчённого вздоха:

— Кажись, добрались…

— Угу, — радостно поддакнул здоровяк и перешёл на шаг.

По его виску стекала струйка пота, мощная грудь тяжело вздымалась, а глаза с умилением смотрели на стоящие возле руин фигуры в полушубках. Похоже, это были наши разлюбезные преподаватели. Чёрт бы их побрал. Могли бы и пойти нам навстречу, дабы помочь. Мы же сейчас сдохнем от усталости. Да и холод снова накинулся на нас, точно оголодавший пёс на аппетитные кости. Но главное — я всё–таки прошёл свою первую полевую тренировку.