Глава 4

«Разобраться в их технике оказалось не сложнее, чем печатать на компьютере. Только температура воды в душевой не регулировалась. Она была постоянной и довольно прохладной, но этому я была даже рада. Все, что мне хотелось и требовалось в этот момент — охладиться. Как следует! Потому что… потому что я влюбилась! С первого взгляда. Вернее, с первой встречи с его взглядом, с этими черными гляделками! На лице этой чертовой статуи! Которая считает себя высшим созданием! Не выношу таких парней!!!

Господин Элдор дождался, когда я вышла из душа, проверил за мной, что ничего не попортила и отключил воду. Несмотря на результаты тестирования, в моих умственных способностях он определенно сомневался. Потом кинул коротко:

— Жди.

В ответ я состроила гримаску. Персонально для высшего создания: «Привет от блондинки!». Иронии он не понял.

Пока его не было я исследовала каюту, отмечая про себя и средства связи (интересно, как они свой комп называют?) и все, до чего могла дотянуться глазами и руками без риска сломать.

А потом хозяин вновь появился.

И попытался меня покормить!

Господин Элдор Ларт принес квадратную миску с подозрительным на вид содержимым и положил на пол.

— Еда, — сказал он, ткнув в стороны миски пальцем.

Вторую господин водрузил на стол, вместе с вилкой — трезубцем и занял единственный стул. Видимо, предполагая за трапезой развлечься представлением со мной в главной роли. Он действительно думал, что я буду есть на полу, из миски, руками?

Я была в бешенстве. Нет, в бешенстве — не то слово! Даже эта статуя заметила мое состояние.

— Эта еда тебе не подходит? — спросил он.

— Не подходит! — Ответила оправданно резко.

Игнорируя корм на полу, я прихватила стул от пристенного столика и устроилась рядом. Позаимствовала у господина местный аналог вилки и подтянула к себе его тарелку. Строго говоря, такую же миску, но не с пола же! Квадратную, с несколькими разноцветными кубиками. Отважно подцепила один.

— Присоединяйся, — сказала, кивая одиноко стоящей на полу посудинке, — раздели со мной трапезу.

И перестала обращать на него внимание.

Питательные кубики удобно накалывались и удерживались крючочками трезубца, и размокали, соскальзывая на язык, где уже начинали играть переливами вкуса. Сладость, легкая горечь и жжение. А потом накрыло волной — кислой и сладкой одновременно. В плену разнообразия вкусов я забыла даже про оставленного без столового прибора господина. Он сам напомнил о себе:

— Тебе нравится эта еда?

Я кивнула, не в силах и не желая прерываться. Оставался один кубик, зеленый с оранжевыми вкраплениями. Мой трезубец уже нацелился на него.

— Йуми еще не проверил, насколько эта пища тебе подходит. Неоправданный риск.

Соглашаясь с ним, я радостно улыбнулась. Еда очень даже подходит, а то, что ты беспокоишься, на свой манер, тоже неплохо.

Зелененький кубик оказался бесподобным! Он напомнил мне ролл «Филадельфия классическая» и это было как привет из дома. Проглатывая, я чуть прослезилась. В душе.

— Благодарю, — я решила быть вежливой и вернуть свое внимание, а заодно и пустую посуду хозяину апартаментов. Миску с пола он прибрал сам. И удалился. Даже не сказав ничего пакостного».

Из дневника Виктории Орловой.

Зверушка, вернее, теперь — госпожа Виктория, была великолепна. Она быстро совладала со своими негативными эмоциями и погрузилась в удовольствие от приема пищи. Элдор наслаждался вместе с ней игрой ее вкусовых рецепторов, и даже взгрустнул, когда зитка закончилась. Было приятно, что еда ей понравилась, но насколько она подходит ей, вместо рекомендованной питательной смеси? «Надо уточнить», — решил он для себя. К тому же Йуми хотел о чем-то поговорить. Поговорить…

«Она сама представилась мне», — вспомнилось вдруг.

— Ты сказала ему свое имя? — не выдержал Элдор.

В ответ Виктория посмотрела с удивлением и непонятно мотнула головой, словно это пустяк и обсуждать нечего. Вручила ему опорожненный контейнер. Второй, уже гневаясь, Элдор взял сам и поспешил выйти.

Цензор нашелся у себя, при его появлении, свернул дисплей и встал.

— Ты хотел говорить со мной?

Стоило успокоиться свой гнев перед разговором. Но предчувствуя, что тема беседы будет ему неприятна, Элдор решил не облегчать ситуацию для Йуми.

— О брачном контракте с госпожой Викторией.

— Госпожой?

— Она наследница своего дома Орлов. Следовательно — госпожа.

— Пусть так. Но ты делаешь одну существенную ошибку. Планета Синяя числится в реестре как собственность Лартс. А так же все, что на ее поверхности и в недрах. Она всего лишь мое имущество. Как и весь ее род и дом.

— Именно поэтому я прошу у тебя позволения заключить с ней брачный контракт.

— Ребенок, рожденный ею, твой первенец будет наследником. Какие сюрпризы грязных генов будут подстерегать его?

— Если станет достойным моей гордости — будет наследником.

— Ты упорствуешь, почему? Ты относился к ней как к объекту для исследования, продолжай и впредь ее так воспринимать. Иначе проще будет отпустить ее, пока мы не снялись с орбиты.

— Раздражительность, резкая смена настроения, агрессивность… Ты тоже все это испытываешь? Моя мужская сущность пробудилась и реагирует на нее.

— И все же — брачный контракт? Повторюсь: неизвестно как скажутся ее животные гены на ребенке. К тому же — она не воспринимает эмоции.

— Так даже проще. Не придется контролировать свои.

— И невозможно будет ее научить контролю, манерам.

— Не нужно, ее чувства мне интересны, живой букет радужных оттенков бытия.

— Избавь меня от подобного суесловия. Ты и думаешь и говоришь, как самец откликающийся на самку. Ребенок в любом случае будет дефектным! Отговаривать тебя бесполезно?

На ручной комм пришло сообщение: «Срочно возвращайся. Отец плох. Мне этого не выдержать!» Зигст! Даже на расстоянии умудряется быть неприятно навязчивым.

— Господин Элдор, — прервал его размышления Йуми, — ты одобришь мой брачный контракт с Викторией Орлов?

Ответить он не успел.

Сигнал тревоги и голос пилота прозвучали одновременно:

— Попытка нападения с поверхности планеты.

— Меняй орбиту, сейчас буду. Полог невидимости, почему не сработал?

— Они нас засекли. Обстрел интенсивный.

— Уходи в прыжок. Курс на Ореол.

Ситуация решилась сама собой, какова ирония. Дикари оказались весьма сообразительными, впору гордиться этим нечаянным довеском к семье.

— Йуми, я склонен обдумать твою просьбу. Но подумай: может ли мой цензор пренебречь своим долгом и сосредоточиться на личных делах?

— Торгуешься?

— Всего лишь упрощаю тебе и себе жизнь. Брачный контракт не гарантирует результат. Придется постараться, чтобы твое стремление к обладанию стало взаимным. Как известно, женщины бояться близости и возможной боли. И сняв с себя бремя моего цензора, отправив консулу положительную рекомендацию, ты потратишь свое время с большей пользой, сконцентрировавшись на желаемом. Неужели ты ее хочешь?

— А ты, Элдор?

Неуместный вопрос. Очередная вспышка злости и резкий ответ:

— Я рассмотрю твое предложение, Йуми Оливе.