Глава 14

— Изи, Изиии, — тихий голос из-за стены заставил меня вынырнуть из зыбкой полудремы.

Я резко села, мгновенно стряхнув с себя остатки сна, словно пытаясь успеть на последний, ускользающий поезд возможностей.

— А?! Что такое? — выдохнула я дрожащим голосом от внезапного пробуждения и непонятной тревоги.

— Подойди сюда, — с настойчивостью, граничащей с отчаянием, прошипел Тарун.

— Куда? — не поняла я.

Он бредит что ли? Мы ведь заперты в разных камерах и между нами глухая стена!

— Просунь руку меж решеток в мою сторону.

Тяжело вздохнув, попыталась выполнить его просьбу. Протянув здоровую кисть, я боялась того, что он может с нею сделать. Одну ведь он уже успел повредить! Боялась и того, что его могло переклинить от перенесенных пыток, как и то, что он оторваться на мне. Не стоило, однако, доверять всем подряд, какие бы отношения нас не связывали. По крайней мере, в этом меня убедила Лейла, а теперь и печальный опыт предыдущей ночи.

Я почувствовала, как в руку мне вложили что-то маленькое и холодное.

— Не пролей, — произнес мужчина.

Я разжала пальцы и увидела, что это был лист бананового дерева, искусно свернутый в подобие кулька. Внутри него плескалась темная, густая жидкость. Фу-у-у!

— Эмм… это же не кровь? — вырвалось у меня от

— Ты не ошиблась, — без тени сомнения подтвердил Тарун.

Я поморщилась, пытаясь скрыть нарастающее отвращение.

— И не говори, что мне надо ее выпить. — пробормотала я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Тебе придется, — его ответ был категоричен, лишен всяких сантиментов.

Наш диалог, казалось, превратился в абсурдный фарс, разговор двух людей, потерявших связь с реальностью.

— Но зачем? — с отчаянием задала вопрос.

— Потом расскажу. Пей.

Но я уже не была той наивной дурочкой, что верила каждому слову.

"Ага, как же! — мысленно фыркнула я. — Больше меня на свои удочки не поймаешь."

— Разбежался. Рассказывай.

Я, возможно, и наивна, но не настолько же. В прошлый раз, когда я отключилась в его присутствии, потом дошло до того, что меня использовали для удовлетворения мужских нужд.

— Наша кровь обладает определенными свойствами. Я не могу загипнотизировать другого нага, но в сочетании с твоей кровью, есть шанс, что получится.

"Шанс… — я скептически прищурилась, не отрывая взгляда от подозрительного напитка. —   Звучит не слишком убедительно."

— Не очень убедительно звучит, — засматриваясь на напиток, тихо произнесла я.

— Мы в королевской тюрьме. Поверь, здесь лучшая стража со всего региона и все они беспрекословно служат королю. То, что мы сможем выбраться отсюда целыми и невредимыми — это скорее из области нереального, — подытожил Тарун.

— То есть мы будем держаться за любой призрачный шанс в надежде, что что-то да выстрелит?

— Иного нам не дано.

Я задумалась.

— Я не умею гипнотизировать, — понимаю, что мне рано или поздно, если выпью, придется с этим работать, стоило бы построить дальнейший план действий.

— Будем импровизировать, — ухмыльнулся Саагаши, покашливая.

— Славно. То есть плана у нас нет, я правильно понимаю, — одновременно смешав и сарказм в голосе, и желание помочь ему с травмами.

— Мы могли бы остаться здесь на месяц и выяснить график работы охраны, посмотреть, кто из них возможно подкупен. Найти его слабое место и договориться. Или дождаться, когда мы сможем найти ложку и начать делать подкоп и вероятно через год-два вылезти наружу. А можно сидеть и ждать, когда меня благополучно добьют, а мой брат придумает еще более изощренную игру с тобой. Выбирай…

Это была, возможно самая длинная реплика в его суждениях, но она вполне меня уверовала, что надо действовать. И в правду, ждать не имеет смысла. Кто знает, что нас ждет в ближайшем будущем.

Сдерживая рвотные порывы, выпила кровь нага. На вкус она ничем не отличалась от человеческой, по крайне мере вкус собственной крови я еще помню, на губах ведь еще не успели зажить ранки.

Да ничего особенного я не почувствовала, кроме, может быть, отвращения.

— Сколько времени должно пройти до его действия и что во мне должно измениться?

— Главное, чтоб хвост не вырос, — откашливаясь также тяжело, как и вчера, ответил с усмешкой Тарун.

Я аж поперхнулась от его слов. Вот же дура наивная! Опять попалась в его силки!

Как же я не подумала об этом?! Ведь и вправду может быть побочный эффект. Как было умно с его стороны не упомянуть об этом раньше. Говорила же, что не стоит ему доверять. Меня замутило и закружилась голова.

— Ты как? — заботливо спросил сосед по камере, видимо, услышав, как я схватилась за стену.

— Хвост отращиваю! — рявкнула не сдерживаясь. — Не мешай мне превращаться в рептилию.

Я постаралась абстрагироваться от реальности и глубоко дышать, сосредоточившись лишь на внутренних ощущениях. Напиток словно разливался по моим венам, покалывая нервные окончания, усиливая мои органы чувств. Так я почуяла запах канализации, что проходила рядом, услышала, как буркнул один из стражей где-то в конце коридора, странные звуки из дальних камер. Пальцы прочувствовали каждый выступ неровностей каменной стены, в которую я уперлась спиной, а открыв глаза я увидела паучка на противоположной стене. Впечатляет.

— Что дальше? — прошептала я, зная, что слух Таруна уловит вопрос.

— Сейчас принесут завтрак. Я отвлеку охранника, ты должна будешь загипнотизировать его.

Мое сердце забилось быстрее. От возмущения.

— Как?!

— Просто посмотри в глаза, пристально, долго и прикажи открыть дверь камеры.

М-да! Как все у него легко! Но мне нужны гарантии или хотя бы план Б

— Что, если не сработает?

— Постараемся его вырубить и выбраться из камер самостоятельно.

Радует, что Саагаши не сказал «я не знаю», либо «война план покажет», но и план Б мне не нравился тоже. Вырубить! Как же?! Чем же? Едким словом? Сногсшибательным взглядом? Стоило бы помолиться, чтоб план А не провалился.

Время текло так медленно, что казалось, каждая секунда растягивается в вечность. Я начала испытывать тревогу, опасаясь, что даже самые могущественные силы, что сейчас бурлили в моей крови, могут иссякнуть, прежде чем наступит развязка.

Внезапно тишину коридора нарушил нарастающий шум. Где-то вдалеке зазвучали звонкие удары кастрюль о тарелки, а затем к этому хаосу присоединилось характерное, приглушенное шуршание, сопровождаемое специфическим шарканьем змеиного хвоста нага-охранника.

Тарун, стоявший рядом, не произнес ни слова. Его молчание было красноречивее любых предупреждений. Мы оба понимали, что наш противник, обладающий, вероятно, столь же острым слухом, как и мы, уже настороже и готов дать отпор, если почувствует угрозу.

С замиранием сердца я ждала, когда он приблизится. Наконец, спустя одну минуту, он встал напротив меня. Глаза усача блеснули. Это был тот же мужчина, что вчера выпустил короля из моей камеры. 

— Прости, крошка, но это всего лишь я, — сказал он, криво улыбнувшись, а поняв по моему лицу мое недопонимание, продолжил: — Я слышу, как стучит твое сердце. Ждешь не дождешься небось, когда тобой вновь воспользуются по назначению?

«Сволочь», — хотелось выпалить мне, но, с другой стороны, я рада, что за моим беспокойством он выявил ложное предположение.

 - А когда он меня порадует? — пришлось мне подыграть нагу, растягивая время, на всякий случай. Я понятия не имела, как Тарун собирается его отвлечь.

Охранник тем временем наливал в тарелку из кастрюли странное месиво зеленого цвета. Увы, он стоял слишком далеко, чтоб я смогла на него воздействовать. Ну как далеко… я же не знала на каком рассеянии начинает действовать гипноз.

— Когда сочтет необходимым. Думаешь, ты одна у него? — подтолкнув мне тарелку в нишу под дверью, произнес он.

Внутри меня клокотала ярость, окрашенная всеми оттенками самой черной ненависти. Я метнула на охранника взгляд, полный такого презрения, что, казалось, мог бы испепелить, но это лишь вызвало новую, еще более едкую усмешку на его лице.

— Кипи сколько хочешь, ничтожество. В этом мире ты всего лишь разменная монета, дешевая шлюха, которую можно использовать как угодно... Например, чтобы досадить вам, о великий принц Саагаши.

Его усатое лицо изогнулось в нарочито подобострастном поклоне, а смех, вырвавшийся из его груди, был полон издевательства. Каждое его слово было ударом, призванным сломить, унизить, напомнить о нашем положении.

— Харун, подойди сюда, — поманил его Тарун. — Мне нужно тебе кое-что сказать, однако благодаря твоей вчерашней дубинке, я все еще слаб, — мужчина смог создать тот самый голос умирающего, от которого пробивались слезы.

— Приказ короля, господин, — пожал плечами охранник, но таки сделал пару шагов в сторону Саагаши.

— Харун, — шептал еще тише принц, — мой славный друг…

Если бы не мой острый слух, то я бы его уже не услышала.

— Ты долгие годы служишь нам, и мое последнее желание пред встречей с самой смертью, это…

Резкий удар об мою решетку, отчего ошеломленное лицо Харуна чуть ли не в половину влезло промеж железных прутьев.

Вот он, единственный шанс, и я обязана им воспользоваться. Ради себя. Ради Таруна. Ради нас.

Посмотрела в глаза охранника настолько пристально, что чуть не ли не пересчитала все капилляры в них. Это одновременно меня и отвлекало, как и его искривившийся рот, который пытался что-то сказать.

— Приказывай, Изи! Не вечно же мне этого осла держать, — прикрикнул Тарун.

— Открой мне дверь. Открой мне дверь, — пропищала я, пока не осознала всю важность ситуации, и что сейчас не время паниковать и вести себя как загнанный кролик. — Откроооой мнеее двееерь, — прошипела я, имитируя акцент нагов, ясно понимая, что приказ исходит не только с моих губ, но и в целом от сознания, откуда-то изнутри. Глубинная материя проходила по моим венам, как некое подсознательное желание. И я действительно верила тому, что говорила, даже если бы несла бред о том, что миром правят насекомые.

Охранник застыл, слегка обмяк в руках Таруна. Не прошло и десяти секунд, как усатый наг выпрямился, подобно марионетке, подошел к замку камеры. Звук металла, щелчок и дверь едва слышно отварилась.

Я понимала, что это мое время. Не стоило ждать какого-то чуда. Надо было чудить самой. Пулей вылетев из помещения, чуть не сбив застывшего Харуна, я повернула налево, к камере Таруна.

Он сидел, прислонившись к стене и мило улыбался мне, словно это максимум, что он мог на тот момент сделать.

— А говорила, что не сможешь.

На его лице были кровоподтеки, губа разбита. Но я знала, что самое страшное скрывает его помятый, местами порванный костюм, в котором он будто бы вечность назад встретил меня в номере отеля.

— Как открыть твою камеру? — перешла я к делу, выискивая замок.

Но не тут-то было.

— Беги! — раздался приказ по ту сторону решетки.

— Что? — не поняла я, все еще в поисках устройства.

— Беги, Изи. Прям сейчас. Другого шанса у тебя не будет, — смотря на меня снизу произнес Саагаши.

— Что ты несешь? Вставай, помоги мне!

Я разозлилась на него. Нашел время болтать! Будто у нас вся жизнь впереди, а не считанные минуты.

— Изи! — попытался привлечь к себе внимание Тарун. — Изи! — и когда понял, что цель его достигнута, продолжил. — Тебе надо бежать. Тебя не будут искать. Ну может быть уж отправят пару солдат для формальности, не более.

— А ты? — попыталась поймать я ход его мыслей.

— А если убегу я, то Агни костьми ляжет, но будет искать и найдет. И тогда это будет неминуемая смерть. Предположим, расчленением. Я бы выбрал этот метод, как самый суровый.

— И что? Ты предлагаешь мне бросить тебя здесь и бежать самой?

— Да, именно так, — поняв, что до меня дошло, он расслабился. — А теперь беги, — и принц отвернулся от меня, словно пытался скрыт всю грусть момента.

— Держи карман шире, ясно! — прикрикнула я, осознав, что стоило бы говорить тише. — Быстро встал и вышел оттуда!

— Похоже ты ни черта не поняла, — рассердился Тарун, вновь посмотрев в мою сторону. — Я не могу бежать.

Я осознавала, что времени спорить с ним не было, как и доказывать свою точку зрения, поэтому я прибегнула к хитрости.

— Встань и скажи, как открыть дверь, — впилась я в его глаза, за одно схватившись за его лацканы, чтоб он не понял моих помыслов и не начал сопротивлялся. — Встаааань и покажииии, как открывается двеееерь.

Как и полагалось, Тарун поднялся и указал на невидимый замок сбоку.

— Харун может открыть.

Я подошла к охраннику и шепнула.

— Открой дверь принца!

Повторять, слава богу, не пришлось. Усач поплелся к камере Саагаши и открыл ее, проведя ладонью вдоль крайней решетки. А я-то думала, что у особ королевских кровей более замысловатые замки.

— Скажи, куда нам пойти, чтоб ни с кем не столкнуться?

Изначально я хотела задать этот вопрос Таруну, но в последний момент поняла, что охраннику это было куда более известно.

Харун указал влево.

— Проведи нас, — приказала я, чтоб однозначно выйти без проблем из сей тюрьмы. Тарун возможно и был принцем, но отсутствовал в этих землях сколько лет? Где-то семь, скорее всего, учитывая, что заселился он на следующий день после меня. За это время могло многое произойти.