25. Переговоры

На следующее утро я подскочила ни свет ни заря, затребовала завтрак, умываться, одеваться, а потом спустилась, подхватила господина Фабиана и потащила в кабинет.

— Рассказывайте, господин Фабиан, что мы можем предложить принцу. И что вообще за отношения были с ним у нашего господина Гаспара.

Накануне мы вернулись домой уже хорошо так во второй половине дня, и весь дом поджидал нас, затаив дыхание. Берта и прочая компания с нижнего этажа тихонько оплакивали Шарло, потому что уже не надеялись увидеть его живым. Тереза со всеми нашими камеристками строила догадки, насколько суровым окажется ко мне принц. А появившийся в обычное время господин граф засел в столовой с господином Валераном — тоже в ожидании. Им подали арро и закуски, и они успели всё съесть и выпить, пока дожидались нас.

— И что же, вам всё удалось, судя по вашему сияющему лицу? — спросил господин граф, когда мы с господином Фабианом ввалились в столовую.

Шарло отстал внизу, его там передавали из рук в руки, и я надеялась, что в итоге не разберут на сувениры. Ну да он опытный, справится. Господин Фабиан бурчал, что такое потрясение надобно запить. Тереза прибежала и радостно командовала — нести арро, нести булочек, нести вина и закусок.

— Я очень на это надеюсь, — ответила я графу. — Его высочество оказался весьма разумным человеком.

— Главное, не упирайтесь ни в чём, когда возьмётесь продолжать, — усмехнулся граф. — Роганы сами те ещё упрямцы и не терпят, если им возражают.

— Я пока готова разве что взяться и предложить ему вино для экспедиции и что там ещё ему нужно, — мне тоже очень хотелось упасть и перевести дух.

— Рассказывайте, Викторьенн. Нам очень любопытно, — господин Валеран не сводил с меня глаз.

Ну я что — я рассказала, заодно и сама будто ещё раз пережила. Конечно, местами было страшновато, но в целом-то ничего себе, и мне всё удалось, да? Мысль о том, что здесь вообще ещё не додумались до идеи о ценности каждой отдельной человеческой жизни, и какая-нибудь ретивая охрана могла меня случайно убить, якобы ради спокойствия принца, а потом сказать, что так и было, я отодвигала подальше. Пронесло — и ура.

— Что ж, удачи, Викторьенн, — медленно произнёс граф. — Полагаю, детали этих самых поставок вы обсудите с Фабианом позже, а пока идёмте в кабинет и извольте показать, какие воздействия вы использовали во время вашего безумного предприятия.

И я пошла, потому что — всё правильно, так и надо. И ещё Шарло позвала тоже — пускай тоже рассказывает.

Шарло, судя по всему, оказался героем первого этажа. Там его накормили и напоили, и был он благостен и счастлив.

— Ну что, я ж не знал, что ко мне маги подойдут, вот и не прикрылся, чего силу-то зря тратить, — вещал он. — Вот они и подошли, да как схватят за ухо! Двое солдат и офицер при них. И повели во дворец. А там ещё один офицер — тот, что потом пришёл, и его высочество велел ему найти де ла Порта — сказал посадить меня в подвал, ибо нечего. И если бы не госпожа Викторьенн, я там бы и остался.

— Вот и береги госпожу Викторьенн, — строго сказал ему господин граф.

И дальше мы снова занимались разными случаями ментальной магии, и я даже не скажу, кому удавалось больше — мне или Шарло.

А вечером ещё и принесли приглашение на следующий день — на музыкальный вечер к господину королевскому наместнику. Вообще, приглашения нам с Терезой приносили исправно, и я никогда не упускала случая напомнить о себе здешнему сообществу и поддержать знакомства. И тут тоже написала в ответ: благодарю вас, непременно будем. Сбросила на Терезу вопрос подготовки платьев и всего прочего и упала спать.

А утром насела на господина Фабиана.

— Понимаете, госпожа Викторьенн, господин Гаспар был скрытен и до конца не доверял никому. Я так думаю, ему посчастливилось где-то быть представленным его высочеству, и он попытался предложить ему что-то из того, что имел. Но поставки короне — это всегда выгодно, за них всегда грызня, поэтому, думаю, он и молчал, даже мне ни словом не обмолвился. Вероятно, был устный договор о том, что господин Гаспар встретится с его высочеством здесь, в Массилии, и поставит всё, что надо.

— А его убили по дороге не из-за этих ли дел? Вдруг ещё кто-то тоже захотел заработать на поставках короне? Кто там больше всего хотел купить наши виноградники?

— Вам о том лучше знать, вам же предлагали.

— Была пара предложений, ни одно мне не понравилось, — усмехнулась я.

Например, блохастый барон де Сен-Сов. Только ещё не хватало — если он сам такой, он и в производстве антисанитарию разведёт. А если господин Гаспар был принципиально против блох, то, наверное, у него и на винодельне порядок.

— Будьте осторожней, госпожа Викторьенн. Если господина Гаспара убили из-за этого дела, то вы тоже в опасности.

— Я была в опасности ещё до того момента, как поговорила с принцем. Кто-то же прислал ко мне домой убийцу. Поэтому… буду везде ходить с Шарло, господин граф недурственно его натаскивает и говорит, что парень справляется.

— Вот и славно, пускай отрабатывает всё, что вы для него уже сделали, — проворчал господин Фабиан. — А что до поставок, то мы можем предложить вино, свежие овощи, вяленое мясо, муку. Нужно только знать, сколько нужно.

— Его высочество обещал прислать своего представителя.

В дверь поскреблись и осторожно спросили снаружи:

— Госпожа Викторьенн, тут к вам человек пришёл, пускать?

— Кто ж вас докладывать-то учил, — вздохнула я, открыв дверь.

— Ну так он же не представился, сказал — вы его ожидаете, а Берта говорит: не просто так, а маг! — сообщил Длинный Тибо, был ещё Короткий.

— Отчего не спросили, кто таков и по какому вопросу? — нахмурилась я.

Нужен мне секретарь, ой, нужен!

— Госпожа, я от генерала Монтадора.

Тибо был бесцеремонно отодвинут, и передо мной оказался вчерашний сподвижник принца. Высок, круглолиц, черноглаз, глаза так и впились в меня. Как его зовут-то? Полковник…

— Полковник Жак Трюшон к вашим услугам, госпожа де ла Шуэтт. Генерал велел нам с вами договориться о поставках.

— Что ж, раз генерал велел, будем договариваться, прошу, — я с улыбкой пригласила его пройти в кабинет. — С господином Фабианом вы вчера уже встречались, он был правой рукой моего супруга и осведомлён обо всех его делах. Расскажите, что именно вам нужно и в каких количествах.

— Эм-м-м… мне нужно, — сверкнул улыбкой Трюшон. — Впрочем, мне дали с собой некоторые записи.

Он достал из поясной сумки — отличная, кстати, сумка, кожаная, с тиснёным рисунком — свёрнутый в нескольких местах лист, развернул его на столе и тщательно разгладил.

— Позвольте? — господин Фабиан придвинул лист к себе, пробежал глазами.

— И что там? — Мне-то тоже интересно, между прочим!

— Смотрите, госпожа Викторьенн. Как я и говорил — вино, мука, мясо. Сделаем, да.

— Господин полковник, какие у нас сроки? Как скоро вы собираетесь отправляться? — спрашиваю, нужно же знать.

— Так вот чёрт его знает. Даже если мы нашли провиант в достаточном количестве, это ещё полдела, потому что с нами должен был отправиться граф де Мармон, а его никак не отпускает его величество.

— Простите, я совсем не разбираюсь в придворной жизни. Чем знаменит граф де Мармон?

— Это один из лучших дипломатов его величества, — раздалось от дверей.

Проходной двор, а не кабинет, честное слово. Впрочем, я была рада видеть господина графа.

— О, рад вас видеть, граф, — наш гость явно обрадовался.

— Здравствуйте, полковник. Как здоровье его высочества?

— Да что с ним сделается? То есть всё хорошо. Будет, когда несравненная госпожа де ла Шуэтт и ещё некоторые люди помогут нам с припасами, а король отпустит наконец Мармона.

— Новый договор с султаном османов? — поинтересовался граф.

— Всё-то вы знаете, — усмехнулся полковник.

Но граф только пожал плечами.

— Господа, — строго сказала я, — давайте так. Я скажу, чтобы нам подали арро и что-нибудь к нему на перекус, и мы дообсудим дела. Потом пообедаем… а дальше будет видно.

— А дальше, Викторьенн, у вас занятия, — тут же отреагировал граф.

— Конечно. Это важно, ничуть не важнее, чем поставки для армии. Скажите, господин полковник, что вы вообще знаете о договоре моего покойного супруга с его высочеством?

— Я знаю, что он был, — пожал тот плечами. — Анри говорил, что часть потребностей в провианте закроет де ла Шуэтт, а часть — ещё кто-то из здешних.

— А потом мы отправились сюда из столицы, и господина Гаспара убили, — я не сводила с полковника глаз.

— Госпожа де ла Шуэтт едва выжила, а после к ней ещё раз подослали убийцу уже здесь, — дополнил картину господин граф.

Полковник посмотрел на меня особенно внимательно. Потом на графа, потом ещё раз на меня.

— И… в чём же ваша ценность, госпожа де ла Шуэтт? Вы знаете великую тайну и вас нужно заставить замолчать? Вы владеете несметными богатствами и они кому-то достанутся после вашей смерти? — озадачился он.

— Я бы знала. Если я и владела какими-то тайнами, после покушения я их не вспомнила. А богатства… вот тут мне как раз и требуется помощь его высочества, потому что на богатства точат зубы вздорные родственники господина Гаспара.

— Граф, и вы не доискались? Со всей вашей проницательностью? — не поверил полковник.

Граф только пожал плечами.

— Увы, нет. Мне и в голову не могло прийти, что супруга господина де ла Шуэтта окажется… с такими сюрпризами.

Ну да, ему можно и плечами пожимать, и усмехаться — он-то знает мою тайну. Но обещал ведь не выдавать, так?

— И господин де Ренель ищет, но никак не может найти, — добавила я. — Давно уже ищет.

— Ренель та ещё пиявка, — кивнул с усмешкой полковник, — должен доискаться. А насчёт деталей договорённостей с де ла Шуэттом вам лучше спросить Анри, они договаривались без свидетелей. Анри просто сказал тогда, что нашёл хорошего поставщика, и он не должен поставлять нам тухлое мясо и муку с жучками и не станет драть втридорога. И честно, я даже и не подумал, что мне и придётся потом искать кого-то ещё, когда оказалось, что де ла Шуэтт отдал концы.

— А отчего сразу не пришли, как приехали в город? — спросила я. — Сразу бы и договорились.

— Сегюр рассказал Анри, что де ла Шуэтт убит, а его наследство делят родственницы, и никто пока громко не объявил, что продолжает его дело.

— А где об этом нужно объявить? Я готова, — я только что не подскочила. — Объявление в газету? Предприятие господина Гаспара де ла Шуэтта продолжит свою работу под управлением его вдовы, претензии, вопросы и предложения о сотрудничестве принимаются по адресу Морская, дом восемь, с девяти до одиннадцати?

— Ловко вы, — рассмеялся полковник. — Не торопитесь пока. Раз кто-то точит на вас зуб, то чем меньше он будет о вас знать, тем вам же лучше.

— Но мне нужно бывать в городе, встречаться с людьми, которые могут помочь, думать о делах моего предприятия, закупки там разные и что ещё бывает, — пожала я плечами.

А сама лениво думала — если корона заплатит за участие в обеспечении экспедиции, то деньги можно будет куда-нибудь вложить. Нужно понять, каких немедленных расходов требуют виноградники и что там у меня ещё есть? Стадо, раз мясо? Или даже стада? Ферма? И навестить рудники.

— И как договорились о ценах? — продолжаю я расспросы. — Каким образом выплаты? Наличкой, ну то есть монетами, или…

Я снова чуть было не спалилась, потому что хотела сказать «картой или переводом».

— Или, — закивал полковник. — Я ничего о финансах не решаю, но Анри сказал — будет вклад в банк на имя де ла Шуэтта, теперь, значит, на ваше имя.

— Господин Фабиан, в каком банке у меня вклад?

— Да в нескольких, — живо откликнулся тот. — У Паскаля в столице, у Штрассбергера в Видонии и у Ринальди в Фаро. Только надо будет дать знать, что вы унаследовали всё. Но раз вы теперь маг, то свяжетесь, у них там тоже сплошь маги.

Ого, магический, значит, бизнес. Любопытно. Чем он отличается от обычного?

Но расспрашивать об этом господина Фабиана я буду позже, без свидетелей. А пока мы договорились, что визит на виноградники и ферму случится в ближайшие дни, и я позвала всех гостей обедать. Больше всех обрадовался полковник — и дело решено, и ещё накормят.

Я посмеялась про себя, а полковник с поклоном предложил мне руку.