28. Что я знаю о принце

Нас с господином Фабианом и господином Паланом проводили в небольшую столовую на этом же этаже. Шарло отвалился где-то по дороге.

— Не притесняйте моего юношу, пожалуйста, — с нервным смешком сказала я полковнику — он оказался ко мне ближе прочих.

— Вашего юношу не так просто притеснить, — усмехнулся тот. — Не беспокойтесь о нём, не пропадёт. Его тоже накормят, конечно же.

— Благодарю вас, — кивнула я.

— Где вы нашли этого молодого человека? — поинтересовался принц.

А перед тем, я слышала, он отправлял кого-то проследить за тем, чтобы Эдмонда и её сын покинули город до заката.

— В своём саду, — усмехнулась я. — Рассказать?

— Обязательно, — улыбнулся он мне.

За круглым столом я оказалась между принцем и полковником, и слуги понесли еду. Еда оказалась простой и сытной: наваристая похлёбка, запечённое мясо, свежий хлеб. Принц не ест трюфеля, паштеты и пирожные?

— Госпожа де ла Шуэтт, вы обещали нам историю о том, как нашли юношу в саду. Он там рос? Или служил статуей? — посмеивался принц.

— Нет, его наняла баронесса Клион, чтобы похитить меня из дома и чтобы я в итоге не пришла на заседание суда. И без моих ответных действий судья де ла Порт принял бы решение в её пользу, так они думали. Но мне удалось стреножить молодого человека, он посидел в моём подвале и подумал о своей жизни, мы с господином графом расспросили его и сошлись на том, что маг в хозяйстве — это на пользу.

— А откуда его взяла баронесса Клион?

— Нашла через третьи руки. Кажется, она не слишком хорошо представляет себе возможности магов, или же, наоборот, решила, что раз Шарло — маг, то я не смогу ничего с ним сделать.

— А вы смогли, — принц смотрел заинтересованно.

— Да, но неосознанно. Господин граф Ренар потом ещё выговаривал мне за это, говорил, что я в каждый момент времени должна осознавать, что именно делаю.

— Верно он говорил, — согласился принц. — Господин граф — весьма опытный преподаватель, вам с ним повезло.

— Я понимаю и весьма благодарна ему, — согласилась я.

— А откуда у вашего юноши магические способности? — продолжил расспрашивать принц.

— Этого я не знаю. Предполагаю, что от кого-то из родителей, но он не знает о них ничего. Он сирота, вырос в добрых людях и на улице, и с очень юных лет сам заботится о своём пропитании и о крыше над головой. Магии его учил какой-то человек, живший разбоем, его уже нет в живых. Теперь тоже учит граф Ренар.

— Я надеюсь, вы взяли с него клятву? — спросил полковник.

— О да. Свидетелями были господин Фабиан, господин граф и ещё господин де Ренель. Господин дознаватель хотел наказать Шарло, но мы с господином графом убедили отдать его нам на поруки. Зато теперь у меня в штате есть маг.

— У вас… где? — переспросил принц.

— Среди моих людей, — ну вот опять едва не прокололась. — Я кормлю пятьдесят восемь человек, ещё один меня никак не объест. А польза от него несомненна.

— Это с вашей подачи он распевал песенки про де ла Порта? — рассмеялся полковник.

Я потупилась.

— Он помог мне в этом деле. Заодно привлёк внимание к насущному вопросу.

— Де ла Порт страшно ругался, когда увидел всё то, что написали на его заборе, — усмехнулся Жислен.

— Да, Шарло говорил, что укрепил магически, — кивнула я. — Скажите, что будет с де ла Портом? Просто если он останется, а вы отправитесь в ваше непростое путешествие, то мы же с ним снова схлестнёмся.

— Не останется, — ответил принц. — Я сам извещу кардинала Фету, что его протеже не оправдал возложенных надежд. Пускай поищет кого-нибудь получше. Или же сразу скажу его величеству, что нужен чиновник, пускай распорядится найти. Его величество предпочитает людей приличных, которые служат не только за жалованье, но и на совесть. Тем более в Массилии — как-никак, южные ворота. Кого здесь только нет, и что только не привозят.

— Да, мне вот удалось купить пряностей, — брякнула я. — А то соль и ту жалели.

— Пряности — это отлично, — согласился принц. — Возможно, я попрошу у вас небольшую часть нам в дорогу.

— Почту за честь поделиться, — улыбнулась я. — Я ещё не привыкла, что у меня… есть чем поделиться. Но я вхожу во вкус.

— Человек, у которого есть достаточное количество провизии для себя и сколько-то излишков, всегда должен хорошо себя чувствовать, — усмехнулся полковник.

— Я стараюсь, — улыбнулась я и ему тоже.

— Вы знакомы с нашими остальными поставщиками? — спросил принц.

— О нет, — покачала я головой. — Но могу познакомиться. Кто это такие?

— Старый Брассье уже не впервые оказывает подобные услуги короне, в этот раз он порекомендовал молодого Курби, тот недавно унаследовал от отца дело и рад стараться, — пояснил Жислен.

Я взглянула на господина Фабиана, тот кивнул — мол, знает, кто это такие. Надо подумать, вдруг эти люди мне для чего-нибудь нужны? Пригласить их на обед и обсудить объёмы, сроки и прочее? Подумаем.

— Завтра мы прибудем к вам, например, к девяти часам, — сказал полковник. — Вы уже будете готовы отправиться?

— Да, конечно, буду готова, — закивала я.

Если они готовы сопровождать нас с господином Фабианом и дают охрану, то и пускай. Но всё равно нужно взять с собой того же Шарло — пускай смотрит, что и как, и привыкает к роли моего телохранителя.

Принц в течение всего обеда время от времени поглядывал на меня с интересом, вот прямо с интересом. Я пару раз поймала его взгляды, улыбнулась в ответ. А потом подумала — сначала нужно узнать, что там у него с семьёй, а потом уже улыбаться, а то мало ли?

И когда обед плавно подошёл к концу, я поблагодарила хозяина и попросила дозволения откланяться.

— Да, госпожа де ла Шуэтт, отправляйтесь домой, конечно же. Я благодарю вас за содействие нашим делам.

— Это я благодарю вас за помощь, потому что без вашего высочества мой вопрос не решился бы никак. Господин де ла Порт придумал бы что-нибудь и присудил наследство баронессе Клион.

— И мы остались бы без припасов, а я никак не мог этого допустить, — усмехнулся принц. — Всё к лучшему, госпожа де ла Шуэтт. Буду рад ещё с вами увидеться.

Мы поклонились и отправились вниз, там поджидал Шарло, сообщивший, что его накормили вместе с солдатами принца. А дальше — экипаж, и домой.

Дома нас встречали всем коллективом.

— Рассказывайте, Викторьенн, — едва ли не с порога потребовал господин Валеран.

Тереза вторила ему — мол, что там вышло-то?

— Вышло то, что госпожа баронесса вместе с Симоном поедет в свои владения, а господин де ла Порт взят под стражу. И наш вопрос исчерпан, — сообщила я.

Моё заявление встретили восторженными воплями — все, от Терезы и до слуг с кухни. И дальше госпожа Сандрин объявила, что сегодня — праздник.

— Праздник, полагаю, вечером, — ворчливо сказал подошедший граф Ренар. — А сейчас — занятия. Жду вас, Викторьенн, и Шарло прихватите тоже.

Вот я у него сейчас всё и узнаю, подумала я.

Я поднялась к себе — переодеться во что попроще. Там на меня налетели Мари и Жанна.

— Госпожа Викторьенн, как только вам это удалось!

— Госпожа Викторьенн, вы и вправду как господин Гаспар — взяли и всё решили!

— Ещё не совсем всё, я должна выполнить то, что обещала его высочеству за помощь, — пожимаю плечами. — Мари, подай домашнее платье. Заниматься магией с господином графом в нём удобнее.

И если что, не жаль — искры там какие или что-то ещё. А платье из серии «Вика производит впечатление на всех» у меня пока одно.

Снаружи снова слышен какой-то шум, что там опять? Жанна открывает дверь, и я слышу Терезу.

— Здесь? Сюда пошла? Момент, я сейчас!

Она врывается ко мне и заявляет:

— Там пришёл господин Дешан. Он, наверное, сидел в засаде и ждал, пока ты вернёшься.

— Ты не против побеседовать с ним и выслушать его коммерческое предложение? — мне-то идти к господину графу, это без вариантов.

— Его — что? — смеётся Тереза.

Да что это со мной сегодня! То и дело говорю то, чего говорить не следует.

— Когда кто-то предлагает какие-то товары или услуги за деньги — это называется «коммерческое предложение», — говорю и сама тоже смеюсь. — Вот так прямо и спроси его — что он может нам предложить. Не нужно говорить, что мы тут обносились совсем, последние столичные наряды донашиваем. А спросить — что он может.

— Да, госпожа генерал! — звонко рапортует Тереза. — Выспрошу всё и доложу!

Я обнимаю её, и она убегает вниз — говорить с господином Дешаном. А я подумываю про себя, что, даже если мы с ним договоримся, то всё равно нужно бы найти ещё какого-нибудь портного. Существуют же они в природе, правда? Нужно просто отыскать.

И дальше я сразу же иду в кабинет, где меня уже поджидают господин граф и Шарло.

— Викторьенн, Шарло рассказал мне о вашей сегодняшней встрече, — с ходу говорит граф. — И я говорю вам совершенно серьёзно: будьте осторожны. Его высочество уедет, а вы останетесь. Баронесса Клион сможет вернуться — и ей скорее всего слова никто не скажет, — и снова будет плести заговоры против вас. А господин судья… хорошо, если его лишат должности и тоже отправят в свои владения.

— А тюрьма по нему не плачет? — усомнилась я.

— Я удивлюсь, если кардинал Фету не примется вытаскивать своего ставленника. Потому что вся эта история бросает тень и на него самого. Поэтому тюрьма — вряд ли.

— Может, его того, убить? — подал голос Шарло.

— Разбежался, — кивает господин граф. — Только бы убивать. А отвечать за убийство ты готов?

— А чего сразу отвечать? — не понимает Шарло. — Несчастный случай, мало ли их бывает!

— Это должен быть очень грамотный несчастный случай, — покачал головой господин граф. — И насколько мне известно, де ла Порт не убивал. Брал деньги за нужный исход судебного процесса — да, тут и доказывать особо не нужно, все это знают. Но и только.

— Так, значит, и с него нужно денег взять, — не унимался парень.

— Если я что-то понимаю, то и возьмут, — сурово кивнул господин граф. — А сейчас — извольте держать пламя на раскрытых ладонях обеих рук, десять ударов сердца.

Мы держим, стараемся… в общем, идёт обычное нормальное занятие. И хорошо. Тренируем огонь, свет, мысленные приказы, защиту — от всего, от нападения и от подслушивания. Что-то выходит лучше, что-то хуже. Но когда господин граф говорит, что на сегодня достаточно, я уставшая до дрожи в ногах и мокрая от напряжения.

Наверное, во мне говорит усталость, когда я дожидаюсь, чтобы Шарло убежал, и напрямую спрашиваю господина графа:

— А что вы знаете о личной жизни его высочества?

Он смотрит на меня с большим изумлением.

— Отчего же я должен что-то знать об этом предмете?

— Нет, я, наверное, неточно выразилась. Что знают все? А я не знаю… потому что никак не могу этого знать. Но должна.

Граф задумался.

— Вы о том, на ком он женат и сколько у него детей? — и, видя мой кивок, продолжает: — Детей у него трое, два принца и принцесса, они ещё малы. А супругой была принцесса Видонии Тереза, дочка тамошнего императора. Видония на востоке от нас. Вы видели карту, Викторьенн?

— Нет, но хочу. И карту моих владений, — теперь уже совсем моих, вот диво-то! — и карту Франкии и окрестных земель.

— Я принесу, — кивает граф.

— И вы сказали — была супругой?

— Да. Умерла в родах, где-то год тому. Поговаривали, что его величество хотел найти брату новую супругу, но тот наотрез отказался. Сказал — есть кому оставить имя, и этого достаточно. И надо сказать, что сплетни его ни с кем не связывают, в отличие от его брата.

— А что с братом? — тут же реагирую я.

— А у брата официальная фаворитка, несмотря на супругу, отец которой правит дружественным нам королевством.

Я только пожимаю плечами — в нашей истории у королей тоже были фаворитки, сплошь и рядом.

— И кто она, та фаворитка? — Наверное, это тоже все знают?

— Маркиза Женевьев дю Трамбле, её муж — друг детства его величества. Она же — дочь графа де Рьен, это древний магический род, но маркиза отчего-то не маг. С другой стороны, такое случается, и в древних родах рождаются дети без способностей.

— Господин Гаспар не спешил водить жену и сестру ко двору, так что никого не удивит тот факт, что я их всех в глаза не видела. Один раз были, и то, по словам Терезы, король появился на том балу ненадолго, один, и вскоре ушёл, и всё. Но не слышать я не могла.

— Теперь слышали, — веско говорит господин граф. — Идёмте, Викторьенн, там вас, кажется, уже поджидают.

Точно, там же портной. Интересно, до чего они с Терезой договорились? Сейчас узнаем.

А то, что у принца нет принцессы… нет и нет. Не знаю, для чего мне эта информация, но пускай будет. А пока… пойдём в люди, там призрак нового платья и праздник по случаю нашей победы.