30. Поездка

Наутро мы выехали, как и договаривались, в девять утра. Незадолго до назначенного времени прибыл Жак Трюшон и с ним пяток солдат, а мы с господином Фабианом и с Шарло уже поджидали их внизу. Тереза тоже попросилась с нами — сказала, что очень хочет развеяться. А я что, разве против?

Утром нас навестил господин Дешан. Он был ровно такой же шумный, как и вчера, орал на троих своих подчинённых, которые несли наши частично сшитые платья. Что же, мне досталось полосатое платье в цветочек, то есть мелкие цветочки располагались между полосками, я видела подобные на местных дамах. Очевидно, полоска в тренде. Этот наряд состоял из лифа и юбки, под него не нужно было надевать фижмы, а горло можно было оставить открытым, а можно — прикрыть кружевной косынкой. И ещё мне обещали шляпу из той же ткани.

Тереза тоже осталась довольна нежно-лиловым лифом и более тёмной юбкой. Ей тоже должны были доделать шляпку и косынку для шеи. Ладно, поглядим, что будет вечером, а пока — поедем смотреть имущество.

Мы с Терезой и господином Фабианом разместились в экипаже. Шарло тоже звали в экипаж, но он выпросил у полковника Трюшона запасную лошадь. А я задумалась — а не нужно ли мне попробовать сесть в седло? Вообще, я немного умела, дома мы с подружками учились, некоторые прямо в дамском седле, я-то в обычном. В дамском один раз фотографировалась, и только.

— Тереза, а у нас есть дамские сёдла? — спросила я, когда мы уже разместились.

— Ты что, Гаспар и сам не любил ездить верхом, и нам никогда не давал, — рассмеялась она по обыкновению. — У нас нет подходящих верховых лошадей.

Купить лошадь? В экипаже было душновато…

— Сколько стоит лошадь? — спросила я их обоих.

— Смотря какая, — ответил господин Фабиан. — Хорошая для выездов — недёшево.

— Насколько недёшево? Я не смогу купить лошадь? Или двух? — Терезе ж, наверное, тоже надо.

— Ты же боялась лошадей, — изумилась Тереза.

— Я много чего и кого боялась, — спокойно кивнула я. — Но если продолжать бояться, то как жить-то дальше? Раньше я бы ни за что не поехала на ферму, и в дом его высочества не рискнула проникнуть так, как я в итоге это сделала. Но кто, если не я?

— Ты права, — кивнула Тереза. — Если бы я осталась без тебя, то не знаю, как бы справлялась. Я никогда бы не рискнула пойти к его высочеству в дом. И на ферму бы тоже не поехала, что я там буду делать?

— А сейчас что будешь делать? — усмехнулась я.

— На тебя посмотрю. Ты покажешь.

А я про себя подумала, что будь я верхом, можно было бы ехать рядом с полковником и разговаривать о чём-нибудь. Пока же…

— Господин Фабиан, как долго нам ехать?

— Недолго, менее часа. Я с рассветом отправил гонца, нас будут ждать.

Значит, внезапной проверки не выйдет. Но, наверное, сегодня она и не нужна? Убедиться, что все продукты для принца готовы, и договориться о том, кто, как и когда будет их забирать. Вообще посмотреть, как всё выглядит и на что это похоже.

Мне доводилось бывать на экскурсиях в винодельни, и уж конечно, я и подумать не могла, что сама стану владелицей чего-то такого. Но с другой стороны, оно ж работало без меня? Значит, и со мной не пропадёт. А дальше я уже разберусь.

Господин Фабиан дремал, Тереза тоже. А я вспоминала наш с ней вчерашний разговор.

Я же рассказала ей о словах Жироля — сразу же, как он убрался, а я поднялась к себе. Тереза хотела обсудить платья, а я вывалила на неё всё, что сама услышала.

— Знаешь, а ведь он прав, — сказала Тереза. — Потому что никто так не делает. Говорят, давным-давно господа садились за стол вместе со всей прислугой, ну так когда это было, никто уж и не упомнит. Сегодня, конечно, тебя послушались, но меж собой говорили, что ты стала странная.

— Если странная я им не подхожу, они же могут найти себе другой дом, так? — пожала я плечами.

Вообще, мне не нужен такой большой штат прислуги. Поэтому…

— Могут, но не захотят. У нас дом большой и сытный. Просто не испытывай их терпение, да и всё.

— Хочешь сказать, вот прямо всех не порадовал сегодняшний ужин? — Надо же знать, правда?

— Они не привыкли есть вместе с нами. Да и нам было неловко. Ты могла просто поблагодарить их за то, что держались тебя. А могла и не благодарить, а дать по паре монет, это было бы действеннее. И вообще, тебя, конечно, уважают за то, что ты отстояла наследство, но меж собой говорят, что ты слишком добрая и тебя будет легко обмануть.

— Это ещё почему?

— Ты ведь со всеми вежлива, не кричишь ни на кого за оплошности, ещё не велела никого высечь.

О, а нужно было, да?

— Ладно, я поняла. Подумаю.

Вообще, если я всё правильно поняла и эту страну ждёт впереди революция, то как лучше держаться? Не отступать от принятых правил поведения или, наоборот, показать, что видишь в служащих тебе людях именно людей? Революция не на пустом месте выросла, вообще, нужно приглядеться хорошенько, что тут и как. Пока я ничего не поняла насчёт возможных притеснений третьего сословия, но, может быть, я просто слишком занята своими делами и ничего не вижу?

Во всех тех людях, что живут в моём здешнем доме, я видела скорее штат сотрудников, чем прислугу. Поэтому всегда здоровалась первой, благодарила за всё, что для меня делали, и вообще не подозревала, что это может быть как-то не так истолковано. Никого не высекла, значит. А высечь может кто-то другой, не я, или нужно собственноручно? Ладно, спрашивать не буду, и так уже тут про меня думают всякое.

— И зачем нам ехать на ферму, люди тоже не понимают, — говорила тем временем Тереза.

— Ну вот расскажешь, значит, или пусть Франсин твоя расскажет, что мы здесь делали. И что если бы не этот заказ, то с продуктами пришлось бы поужаться. Пряностей бы точно не купили, а может, и колбас каких приличных.

— Конечно, ты всегда жалела несчастных нищих и обездоленных, — улыбнулась Тереза и взяла меня за руку. — Нужно было догадаться, что, когда тебе в руки попадут деньги, ты не перестанешь это делать.

— Да ладно, я ещё и не начинала. И мои люди не должны быть несчастными и обездоленными, ясно? Они будут сыты и довольны, и раз они мне служат — моя обязанность заботиться о них.

— Ты права, да, — вздохнула Тереза. — Гаспар был жёстким и не всегда соглашался позаботиться о тех, у кого пусто в тарелке и кто не смог сам себе её наполнить. Среди арендаторов есть такие, кто ненавидит его, потому что он всегда заставлял выплачивать все налоги до самой мелкой монетки — и королевские, и его арендную плату. Так что…

— Налоги и выплаты — это святое, — согласилась я. — Только из-за этого нам ещё не хватало никуда встрять.

— Ничего, господин Фабиан не даст тебе увлечься, — улыбнулась она.

Сейчас же оба они спали, а я думала о том, что вообще ничего не знаю о здешнем налоговом кодексе, и что надо будет об этом разузнать. А пока я раздумывала, снаружи закричали, что мы приехали.

На ферме нас ждали. Управляющий господин Жером Бове, представительный и солидный, в сером суконном наряде и такой же шляпе, с тросточкой, а с ним пара человек — спросил, как дорога, не желаем ли мы чего-нибудь с дороги и вообще. При том он смотрел на господина Фабиана и кланялся преимущественно ему же.

— Госпожа де ла Шуэтт, вы желаете осматривать всё сразу или чуть погодя? — господин Фабиан поклонился мне немного преувеличенно.

— Благодарю вас, господин Фабиан, я думаю, прямо сейчас.

— Но как же, а перекусить с дороги и освежиться, — пробормотал Бове.

— Буду благодарна за обед немного позже, — улыбнулась я уже предметно ему. — Нас с господином Фабианом сопровождают сестра господина Гаспара госпожа де Тье, полковник Жак Трюшон и его люди и мой человек Шарло. Полковник, вы отправитесь с нами? Тереза?

Тереза пришла в очевидное замешательство, но сказала: да, мне любопытно. Полковник кивнул: мол, ему же велели осмотреть всё.

И пошли мы осматривать всё.

Вообще, мне доводилось в некоторые моменты домашней жизни бывать на некоторых сельскохозяйственных производствах, чтобы делать о них материалы — моё ток-шоу возникло очень не сразу, до него было всякое и разное. Поэтому я невольно сравнивала то, что видела, с опытом прежней жизни. И знаете, тут всё выглядело очень неплохо. Если честно — намного лучше, чем я ожидала.

Конечно, никакой автоматики, никакой техники и никакого электричества, но — внимание — магическая подача воды в стойла к животным. И питьевой, и для уборки. Сейчас помещение пустовало, потому что коровы паслись где-то на лугах, и, прямо скажем, показалось мне достаточно чистым.

— Господин Гаспар не поскупился, и когда два года тому получил предложение от одного мага из самой Академии, то решился вложиться. Магу нужно было место, где бы он попробовал своё изобретение, и они с господином Гаспаром договорились, — рассказывал господин Бове.

Что же, значит, в каких-то вопросах господин Гаспар был весьма прогрессивен, и это приятно. Я сначала только смотрела, а потом начала и спрашивать — кто обеспечивает подачу воды, вентиляцию и прочие магические услуги? Оказалось, помощник управляющего, господин Жиго, немного маг, нет, не настолько маг, чтобы вот прямо в Академии учиться, но умеет пользоваться магической связью. Он-то и вызывает изобретателя всей этой системы, тот пользуется порталом Академии, приходит и осматривает систему — раз в три месяца. Следующий визит ожидается через три недели.

— Господин Жиго, позовите и меня, — говорю парню чуть постарше моего Шарло. — Я тоже хочу посмотреть, как работает вся эта магическая начинка. Кстати, сколько стоит такого рода обслуживание?

Сначала на меня посмотрели откровенно косо — мало того, как я понимаю, что баба, так ещё и внезапно маг, и суёт везде свой нос — но потом вроде бы убедились, что я никуда чрезмерно не лезу, откровенных глупостей не говорю и осложнять им тут жизнь не собираюсь. Господин Бове, поначалу поджимавший губы и говоривший главным образом для господина Фабиана и полковника, немного оттаял и стал реагировать на мои вопросы.

Он рассказал, что для господина Гаспара обслуживание производили с серьёзной скидкой, потому что — первый опыт, и господин Гаспар потом ещё просто дал этому человеку денег на опыты.

— Я хочу познакомиться с ним, — сказала непреклонно. — И если мы договоримся, то тоже дам денег на опыты.

Тереза смотрела с некоторым ужасом, а полковник посмеивался.

В общем, мы осмотрели запасы вяленого мяса и муки, пронаблюдали за работой мельницы — тоже с некоторым магическим усилением, прогулялись вдоль грядок с овощами и по немалому саду. Кстати, овощей нам упаковали с собой, господин Фабиан кивал, глядя на корзины с капустой, морковью и луком и на ранние яблоки, и говорил, что Сандрин будет рада.

А полковник сверился со своими записями и тоже кивал — мол, всё верно, оговорённое количество мяса и муки, и теперь бы ещё посмотреть вино, так?

Смотреть вино отправились после обеда. К счастью, обед оказался весьма деловым — нас покормили вкусно, сытно и просто. Похлёбка, тушёные овощи и то самое вино — позапрошлогоднего урожая, как сказал Бове. А после мы снова загрузились в экипаж и поехали на те самые виноградники, которые находились близко, но не рядом.

Что ж, холмы, усаженные ровными рядами винограда, оказались очень похожими на те, что я знала по прошлой жизни. Здесь уже не было никакой магии — только ручная работа. Все кусты выглядели отлично — ухоженные, красивые. Нас провели в подвал, показали бочки, выразили готовность начать отправку в город хоть завтра и предложили выпить — вино с водой, вино без воды. Мне понравилось и так, и так — с водой в качестве прохладительного напитка в жару, а без воды — как нормальное вино. Я хвалила, мне тут же запаковали корзинку с бутылками и отнесли в экипаж. Мол, госпожа, смотрите, что вам больше понравится, а вот тут вся раскладка по урожаю, сколько чего есть и сколько ожидается в этом году.

Мне прямо понравилось ощущать себя богатой женщиной. Одно дело, когда ты бьёшься неизвестно, за что, а совсем другое — когда видишь, чем владеешь, так ведь?

На виноградниках мага не было, ни одного. Я сделала себе мысленную пометку — найти, определить сюда, будет связь.

И мне прямо уже было интересно, что там у меня на рудниках и как проще всего туда попасть. Ладно, отправим принца, потом подумаем.

А пока полковник радостно подсчитывал бочки и даже связался с принцем и рассказал ему обо всём, что увидел. Принц остался доволен и передал мне свою благодарность. После чего уже только и оставалось, что отправиться домой.

Теперь уже и я уснула в дороге — а что вы хотите, после долгого времени в четырёх стенах вдруг оказаться на природе. Кислородное отравление, как мы дома говорили. И разбудили меня уже возле дома.

— Госпожа Викторьенн, тут портной пришёл, вас дожидается, — сообщили мне прямо с порога.

Точно, нам же обещали дневные платья сегодня к вечеру. Вот сейчас и посмотрим, на что способен здешний господин Дешан.