Глава 32

После этого знаменательного понедельника практически незаметно пролетели полтора месяца. Я слила информацию по рабскому рынку, инквизиция провела весьма успешную операцию по изъятию и перехвату, но… ни один из взятых живым исполнителей не прожил и суток. Об этом мне сообщил Тео, когда мы увиделись в пятницу. Я предполагала нечто такое, но сам он был весьма раздосадован. Нет, они, конечно, их допросили и теперь имели довольно крепкие нити, ведущие как к поставщикам, так и к покупателям, но на распутывание всего этого клубка, который накрутил ректор, уйдут годы и годы. Как я поняла, последнее время он вообще не светился, предпочитая работать через уйму посредников, но все равно практически из всех нелегальных дел торчали его длинные уши.

Мои руки зажили в рекордно короткие сроки. Через три дня и я была здоровее всех живых, за что не забыла поблагодарить господина инквизитора, в ближайшую пятницу снова сходив к нему на свидание. Только на этот раз мы встретились уже на природе, поскольку светить своим настоящим лицом в городе я не рискнула, а Тео желал видеть меня настоящую. Свидание прошло более чем успешно – пуговицы остались на своих местах, но губы настолько опухли от поцелуев, что вечером, посмотрев на себя в зеркало, я могла лишь отмахиваться от нотаций хранителя да счастливо щуриться.

Господин Тразгаард, после того как оклемался в нашей лаборатории, предпочел уехать на пару месяцев на малую родину – проведать матушку. Отец в одном из разговоров упомянул, что дроу, даже несмотря на то что глава гильдии, довольно разумный тип, и согласился с доводами отца, что светить своим абсолютным выздоровлением перед ректором не стоит.

Вернулась Ингрид, но с приобретением нового и уже окончательно своего тела, как ни странно, решила погодить – перезнакомившись с моей многочисленной призрачной родней, преимущественно мужского пола, девица по секрету призналась: «Твой троюродный дедушка такой пуся… Давай немножко попозже, ага?» Попозже так попозже, мне вообще без разницы.

Спасенный котенок оказался не котенком, а практически новорожденным детенышем мантикоры. Мамулю уже успели пустить в расход, а малыша должны были оприходовать на днях. Узнав, кого я притащила домой, храшхен весьма выразительно закатил глаза к потолку, но после моих убойных аргументов (сам дурак!) предпочел согласиться стать мелкому папой. Ну а Анни, соответственно, мамочкой – кормила малыша из пипетки, чуть ли не по часам меняла лечебные амулеты, а пару раз, когда я не уследила, даже утаскивала его к себе в постель.

Так уже через три недели малыш достаточно окреп и, признав в Анни достойную замену матери, смел даже огрызаться на меня, когда я пыталась высказать все, что думаю о подобном баловании. В итоге получил кличку Засранец. Ну, это я так, про себя его называла. Анни же звала его Золотцем. Его блеклая шкурка, благодаря уходу и заботе, стала действительно золотистой, а храшхен в один из вечеров просветил меня, что я умудрилась стать владелицей очень редкого вида мантикоры – боевого и весьма разумного. Ну и слава богам, лишь бы эта зараза полосатая ничего Анни не сделала, иначе развею к чертовой бабушке.

Обучение группы пятикурсников также продвигалось весьма удачно. Не скрою, порой я выходила из себя и довольно резко их отчитывала, когда они не могли достаточно оперативно использовать изученный материал, но парни схватывали на лету. Уже на четвертом занятии я не нашла ни одной зацепки, о чем не поленилась сказать вслух, похвалив рекшей и отметив удачно сработавшуюся тройку полудемонов.

Увы, не могло все продолжаться ровно. Когда до практики оставалась последняя неделя, судьба снова столкнула меня с драконом.

Интересно… а дракона очень сложно убить или я справлюсь?

– Бонни Вианта, какая неожиданная встреча… – Язвительности дракона можно было позавидовать, но у меня самой лицо было настолько кислым, что сопровождающие его коллеги странно переглянулись, но предпочли пока промолчать.

Хотя… Твою протухшую мумию! Драконы! Три дракона на одну маленькую и «беззащитную» меня! Ироды! Радовало лишь одно – сегодня Анни оставалась дома. Золотце довольно плохо переносил моих учеников, и дочка решила, что недельку-другую еще потерпит и посидит дома, но травмировать «нежную» психику мантикорыша не будет.

– А уже какая приятная, господин Трорргут… – Вернув ему его же «вежливость», поняла, что просто так мимо них я не пройду, – дракон стоял четко на моем пути и пропускать меня, судя по всему, не планировал. – Вы что-то хотели?

– Да, бонни, хотел. Хотел убедиться, что вы до сих пор живете в городе и слова вашего хранителя не пустой звук. – Медовые глаза полыхнули раздражением, и он продолжил: – А то странные вещи творятся: вы вроде бы и есть, но вас вроде как и нет…

– На что вы намекаете, бонн?

– Не намекаю, бонни, говорю прямым текстом. Ваша личина, безусловно, удивительно стабильна и мощна, но она все же личина.

– И вы взяли с собой помощников, чтобы снять ее с меня? – С трудом удерживаясь от трансформации в настоящую нежить, высокомерно оглядела его коллег. – Боитесь, что не справитесь сами? А как же ваше обещание нас не трогать?

– А я и не буду, бонни… сам не буду.

Стоя четко напротив меня, дракон выглядел настолько самодовольным, что непроизвольно начали чесаться и удлинять когти. Благо я вовремя спрятала руки в карманы…

«Хран! Меня сейчас будут взламывать!»

«Иду, тяните время», – пришел напряженный ответ хранителя, и я стала лихорадочно соображать, как бы его действительно растянуть, не выводя драконов на конфликт – троих сразу я не вывезу, однозначно.

– И все равно, господин Трорргут, я не понимаю вашей настойчивости… Зачем вам это? Неужели вы думаете, что Анни простит вам такое?

– Анни? Значит, Анни… – Посмаковав имя, дракон на мгновение прикрыл глаза, и на его губах скользнула загадочная и совершенно неуместная улыбка. – А с чего вы, дорогая моя, возможно, будущая теща, решили, что она об этом узнает?

– Возможно? – Голову набок – и уже я растягиваю губы в усмешке. – То есть вы планируете обойтись без такого придатка, как теща? Прямо сейчас?

– А вы удивительно сообразительны, бонни… – Показав чуть заостренные зубы, дракон выглядел настолько самодовольным, настолько самоуверенным…

Но когда рядом со мной прямо из воздуха проявился хранитель, причем в полной боевой ипостаси, улыбка с его лица сползла сама собой, так разительно его преобразив, что я не удержалась и усмехнулась:

– Благодарю, господин Трорргут за комплимент, но мы с вами уже заболтались, а мне пора к дочери, всего доброго.

– Всего… – скрип зубов и ненавидящий взгляд на хранителя, – …доброго. Но не думай, что тебе это поможет.

– Это? А вам это поможет? Господин Трорргут… вы хоть и дракон, но слишком глупый дракон… Я ведь не чужая ей. Пускай я и не ее биологическая мать, но я ее старшая. И любое ваше слово, любое ваше действие… – мимолетный взгляд на двух других, весьма внимательно слушающих нас драконов, – любое не ваше действие, и она узнает обо всем. И не думайте, что простит. – Четкий и прямой взгляд в его потемневшие медовые глаза и капелька усмешки. – Такое не прощают. Как вы думаете, почему так случилось, что чистокровная эльфийка лишилась всех родственников, да так, что старшей для нее пришлось стать той, кого вы видите перед собой? Подумайте об этом, господин Трорргут… если сможете. И еще! Вы ведь не считаете, что если я прячу свою настоящую внешность, то я сама сирота?

Последняя усмешка… и я, положив ладонь на шипастую холку хранителя, удалилась, оставив за спиной трех недоумевающих драконов. Я шла, готовая в любой момент получить пульсар в спину, – шаг, другой… десятый, – и только свернув за угол, поняла, что все это время была невероятно напряжена.

Пронесло… сегодня пронесло. Но что будет дальше?

Нет, однозначно надо уходить. И чем дальше, тем лучше. Неделя в городе, неделя практики и все. Все…

Зачетная неделя. Как много в этой фразе для тех, кто все полугодие занимался всем, чем можно, но только не учебой. Хм… Да, конечно, к лоботрясам относилась и я, но что такое первый целительский курс, когда ты закончила четыре с половиной некромантских? Нет, отличницей я не была – так, середнячок, но на самые простые вопросы ответы я выдавала без запинок. Даже наш куратор магистр Премиус выделил меня из нашего потока, похвалив за проявленное усердие и усидчивость. Он даже заявил, что «еще немного, еще чуть-чуть», и я стану не просто отличницей, а весьма перспективной и довольно удачливой целительницей, так хорошо мне удавалась теория.

Да упаси боги!

С отцом и Тео, которого все-таки пришлось познакомить с семьей, мы разработали довольно безумный, но в то же время грандиозный план. План, в котором мы спасаем всех и убиваем тех, кого надо. Мило? А то!

А все начиналось так спокойно. Пятница, последний сданный зачет, два дня выходных на сборы на ту самую практику… Первокурсники, толпящиеся у доски, где вывешены результаты зачетов и списки распределения на практику…

– Адептка Тихонко, зайдите в мой кабинет, будьте любезны. – Магистр Инари, выделив из всего первого курса довольно невзрачную девушку, махнул ей рукой и, ничуть не заботясь о том, пойдет ли она за ним, тут же развернулся и направился на третий преподавательский этаж.

Делать нечего, пришлось идти… Интересно, с чего бы? А до вечера потерпеть нельзя?

– Проходите, адептка, и будьте любезны рассказать… – мощная защита на стены, пол, двери, потолок и окна, – …какого лешего, Ви?!!

– Магистр? – Округленные от непонимания глаза, но тут позади раздается ироничный смешок, и я ме-е-едленно разворачиваюсь на звук. – Господин инквизитор?

– Милая моя Ви, можешь не притворяться, я тут по нашему делу. – Тео, стоявший в тени возле стеллажей с книгами, немного осуждающе покачал головой. – Ты зачем к драконам лезешь, дорогая?

– Я к ним лезу? Я?!! Да я твоего Хана…

– Не моего, Ви, – прервав меня, подошел и укоризненно заглянул в глаза, тогда как отец в это время активировал портал, – а как оказалось, именно твоего. Почему я узнаю обо всем последним?

– Не последним… – ворчливо заметил отец и взмахнул рукой. – Идемте, не стоит задерживаться здесь.

Проведя нас домой, но не став спускаться к родне в подвал, а, наоборот, поднявшись в кабинет, немного подумал, а потом качнул головой и открыл бар.

Оценивающий взгляд с прищуром на меня, и он достает не два бокала, а три. Даже так?

– А теперь, Ви, сними личину… Да, так лучше. И давай с самого начала, как он узнал и почему я не в курсе.

– А поточнее можно? – Приняв бокал с коньяком, задумчиво покрутила его в руке. – Кто и о чем?

– Девочка моя, не дури, – с осуждением посмотрел он на меня и, повернувшись к Тео, вздохнул: – И это моя дочь… родному отцу ничего говорить не хочет!

– Ох, магистр! Знали бы вы, как мне тяжело пришлось! – Смеющийся взгляд не вязался с серьезным тоном инквизитора, который все говорил и говорил. – А ведь я чуть ли не до последнего даже подумать не мог, как зовут девушку, решившую в одиночку пойти не только против ректора, но и против дракона! Вы представляете? Сижу я на работе несколько дней назад, никого не трогаю, и тут мой непосредственный начальник, Шемерзхан Трорргут, врывается в здание инквизиции и только Гроззхон и Черринхон – другие наши два зама – могут удержать его от массового разрушения первого этажа. В итоге на планерке было вынесено семь предупреждений, четыре выговора и одиннадцать штрафных санкций по исключительно незначительным нарушениям. Вечером же, посидев в кабачке и кое-как придя в себя, шеф удостоил нас с кузеном чести стать доверенными лицами в одном загадочном, но оч-чень деликатном деле. Оказывается, наш шеф ни много ни мало, а нашел свою истинную половинку! Представляешь?

К этому моменту я уже выпила коньяк и подошла к бару сама, чтобы налить добавки. На трезвянку подобные новости шли плохо… Нет, я уже примерно представляла, что услышу дальше, но легче от этого не становилось. Интересно, и почему я не почуяла слежку?

– И?

– Ну так вот… Узнали мы имя, расу, примерный район, где она живет, и знаешь, что я понял? – Мой «убойный» взгляд оборотня ничуть не смутил (привык, зараза!), и он продолжил рассказ: – А понял я, что, во-первых, демоницу снова зовут Ви… во-вторых, это та самая демоница, которую мы видели рядом с Салимом, ну а в-третьих, у нее есть пес! И не просто пес, а самый что ни на есть настоящий хранитель! И знаешь, что забавно? А ведь это тот самый хранитель, который участвовал в той самой последней вылазке… – Косой взгляд на отца, а затем подмигивание мне. – Да-да, в той самой, где весьма непрофессионально наследила одна маленькая дриада, увлекающаяся некромантией. Знаешь, я ведь действительно словно слепым был! Ведь так просто сложить дважды два и понять, что дриад-некроманток не бывает. Точнее, такое возможно, но исключительно в единичном экземпляре.

Кивок отцу, только какой-то странно заговорщический, а затем снова все внимание мне одной.

– Итак, бонни Инари, мне безумно приятно наконец-то узнать твое настоящее имя. Но я крайне раздосадован твоими промахами. Ты понимаешь, что и ректор не дурак? Ты понимаешь, что Хана сдерживает только слово, данное твоему хранителю? А у него ведь не только руки чешутся содрать с тебя личину. И если он ее снимет до того, как ты станешь живой, долго ли ты проживешь, милая?! – Голос не повышался, а, наоборот, становился все более зловещим, так что под конец оборотень практически шипел. – И скажи, дорогая моя Ви, у тебя уже есть достаточно качественный план по ликвидации ректора и его сына? Или снова такой же, как и при последней вылазке?

– Есть.

– Будь любезна озвучить.

– Легко.

Разложив четко по пунктам, как я буду не только проходить практику, но и контролировать тех, кто помечен как ставленники ректора и жертвы, пояснила:

– Да, у меня уже есть примерные списки и тех и других. Помимо этого, я думаю, что результатами практики планирует поживиться сам ректор. Призраки и библиотекарша знают о какой-то грандиозной подготовке. Все мы сходимся во мнении, что он планирует повторить создание «управляемой смерти».

– Может, ты тогда знаешь и главную жертву?

– Знаю. Это его внук, Тирэль.

Два недоверчивых взгляда скрещиваются на мне, чтобы затем посмотреть друг на друга и зависнуть.

– Дочь, ты уверена?

– На девяносто девять процентов.

– Ладно, с жертвой понятно, а место?

– Лес – идеальное место. Пап, ты помнишь о заброшенном храме?

– А то! – Рука непроизвольно сжала колено, а я неуловимо усмехнулась. Да, сильно ему тогда досталось… и нелепо. Вытаскивал практикантов и сам подставился… Хорошо, что смог до дома добраться. У нас дома и стены лечат, что уж говорить о лаборатории. – А с чего такая уверенность, милая?

– Это не только мои умозаключения. Ты же знаешь, что после того, как уехал господин Тразгаардт, его замещает Винс? – Понимающий кивок отца, но Тео хмурится от того, что не в курсе. – Винс мой друг, Тео, не надо делать такое лицо. Настоящий друг, а не просто случайно подвернувшийся мужик. Так вот, с неделю назад ему поступил заказ на кое-какие редкие ингредиенты, впрочем, не только ему, но и в остальные гильдии. В итоге, объединив список, стало понятно, что готовится весьма древний и оч-ч-чень темный ритуал, причем еще и усовершенствованный нашим безумным ректором. И вся проблема в том, что заранее запастись ингредиентами было явно не судьба, а после того как прошла «загадочная» серия поджогов стратегически важных для ректора объектов, это стало еще и невозможно. Так что пришлось ему воспользоваться услугами гильдий, что ректор терпеть не может. Ну да ладно, это несущественно. Но теперь я знаю место, время и суть ритуала, – победно посмотрела я на задумчивых мужчин и напросилась на комплимент: – Я молодец?

– Ты не просто молодец, Виолетта, – впервые назвав меня полным именем, Тео одобрительно улыбнулся, – ты чудо, как молодец. Но может, теперь и нам расскажешь, чтобы и мы в курсе были? Суть усовершенствованного ритуала?

– Слушайте…

В итоге мы так и проговорили за полночь, обсудив не только сам ритуал, но и мои примерные наметки, как ректор мог его усовершенствовать. За полугодие, что я «училась» в Академии, я прошерстила абсолютно все запрещенные фолианты и теперь могла сама… шучу-шучу… в общем, могла с полной уверенностью сказать, что он будет делать.

Благодаря тому, что уже были составлены группы практикантов, мы смогли понять, что будет как минимум три волны атаки – для ритуала потребуется три круга жертв со все увеличивающимся выплеском магии и жизненной силы. Первыми погибнут самые слабые – несколько троечников-целителей, затем, скорее всего, придет черед эльфиек-девствениц, ну а потом он примется и за боевиков.

Интересно, в его плане учтен форс-мажорный фактор по имени Ви?

За несколько часов до…

– Магистр Инари, можно вас на пару слов?

Нельзя сказать, что посещение Академии представителем инквизиции являлось чем-то неординарным. Однако для того, кому было что скрывать, оно могло оказаться преждевременным.

– Господин следователь? – Внимательный взгляд с едва заметным прищуром, и после короткой паузы кивок согласия. – К вам или ко мне?

– Кабинет защищен? – Вроде бы и странный вопрос, но для каждого из них он достаточно важен.

– Да.

– Тогда к вам. – Немного неуместная полуулыбка на лице всегда серьезного и собранного оборотня дала понять некроманту, что разговор будет достаточно необычным. Неужели…

В кабинет, защищенный абсолютно от всего, они прошли молча, так же молча заняли кресла, да и последующую пару минут просто внимательно друг друга разглядывали. Один недоумевал, как он мог не понять очевидного, из-за чего ему пришлось потерять почти полгода, второй же оценивал не только внешность, но и силу возможного будущего зятя.

– Магистр Инари, скажите, как вы относитесь к межрасовым бракам?

Немного неожиданный вопрос, хотя он ждал чего-то подобного. Однако отвечать с ходу, будучи и сам умудрен не самым приятным опытом, мужчина не торопился и, прикрыв глаза, задумчиво поинтересовался:

– Какие именно расы вы имеете в виду, господин следователь?

– Эльфийка и дракон, оборотень и дриада.

– Эльфийка и дракон? Можно узнать имя того несчастного? – чуть недоверчиво поинтересовался магистр, удивленно приподняв бровь.

– Вы его прекрасно знаете, это Хан, мой начальник. – Усмешка, неуместная на достаточно суровом лице оборотня, одетого в форму инквизитора. – А вторая пара вас не смущает?

– Ну… как вам сказать, возможный муж некой дриады… это, увы, решать не мне.

– Возможный? – Во всей фигуре Теодора появилось напряжение, а его тон стал чуть резче, чем мог бы быть: – Вы против?

– Нет. Не у меня нужно спрашивать, у нее. Неужели вы, господин следователь, думаете, что в моих силах повлиять на ее решение? Девочка уже давным-давно выросла, и я могу лишь попытаться предостеречь ее от неверно принятых решений. Конкретно против вас я ничего не имею, так что если нужно мое одобрение, то оно у вас есть. Но меня все же интересует вторая пара. Можно о них поподробнее? И кстати, мысль о том, кто будет возможным тестем этого дракона, вам не приходила в голову? Да и неплохо было бы услышать от вас, как вы планируете воспитывать двух некроманток сразу… Уверены, что потянете? И если что, то я хочу как минимум троих внуков. Мальчиков.

– Ну что вы, магистр, я планирую пятерых. – Взаимные усмешки понявших друг друга с полуслова мужчин… и они одобрительно закивали, соглашаясь хотя бы в этом.

– А теперь о драконе. Нам его жаль или будем воспитывать?