Глава 11 · Усадьба у Кабаньей Ямы

Рыжему хватило ума отложить начало своей новой трудовой деятельности на несколько дней. И вот закрутилось…

Всё свободное от работы время Меланья проводила в оболочке, помогая Рыжему, или в комнате, в поисках способы увести Эштона от Листовки. Идею, как это сделать ей в свою очередь подал Рыжий. Потом пришло оборудование. Меланья забрала его из пункта доставки и вроде бы никто не смотрел на неё как на преступницу. Может, повезло и никто не лез в коробку. По большому счёту кому какое дело, кто там и что заказывает, если это не бомба?

Вечером четвёртого дня Меланья и Рыжий закрылись в её комнате поздно вечером — обговорить последние детали. Всё было готово. Ночью Рыжий пустит ложный след работающей в запрещёнке базы, который выловят местные кибербезопастники. По идее они должны подумать, что физически это место недалеко от Листовки и работает прямо сейчас. Рыжий нашёл какой-то заброшенный посёлок в тридцати километрах к востоку, который будет приманкой. Если всё пройдёт как задумано, туда ринутся законники, чтобы проверить место выхода. И Эштон, несомненно, будет в их числе. Конечно, ничего там не найдут, но потратят на проверку несколько часов. Этого времени хватит, чтобы выйти в запрещёнку. Правда, придётся взять Рыжего с собой в дом Эштона, дистанционно обойти сигнализацию в доме он не сможет, значит, кто-нибудь их увидит… и все будут знать о странном визите. Но это не страшно, Меланья придумает что-нибудь, например, что решила познакомить старого друга с новыми… или посидеть с Василиском, потому что Эштон срочно уехал. Да мало ли!

В общем, всё было готово. Они обговорили план в последний раз и больше не нашли в нём изъянов. Меланья опустила голову и замолчала. Некоторое время они сидели в тишине.

— Поспи пару часов. — Сказал Рыжий.

— А ты?

— Ну, я тоже подремлю.

Он сполз с кровати и лёг на ковёр. Развалился на спине с открытыми глазами и замер. Как будто о чём-то задумался.

Вначале Меланья хотела вернуть его на кровать, чтобы Рыжий не замёрз, но не стала. Просто сбросила ему одеяло. Тот еле покосился на тряпку, упавшую на живот, но не пошевелился.

— Укройся, смотреть холодно.

— Мне нет.

Меланья вздохнула и отвернулась к окну. Судя по звукам, Рыжий всё же укрылся.

Она не любила эти последние часы перед началом работы, а поход в запрещёнку с Василиском для неё был как раз работой. Хотелось начать уже быстрей и быстрей закончить. Жаль время не слушает ничьих желаний.

Она так и пролежала с закрытыми глазами и, кажется, не спала. И Рыжий, возможно, не спал, но они ни слова друг другу не сказали. И всё же Меланья — вот так, когда Рыжий рядом, чувствовала себя спокойней.

Он встал первый, зашуршал одеялом, вздохнул.

— Уже? — Меланья села. Надо же, вроде не спала, а состояние такое, будто она только что проснулась. И не выспалась.

— Да. Пора. Начинать? — спросил Рыжий и зевнул.

— Сейчас.

Меланья встала и пошла за водой. Выпила целый стакан, потом принесла воды Рыжему. Тот тоже пил, будто страдал от жажды. Может, нервное.

Меланья посмотрела на него. Надо же… она совершенно отвыкла вот от этого — от первого шага, когда ты начинаешь что-то очень серьёзное, какое-то дело, способное перевернуть всё с ног на голову. И, конечно, способное навсегда разрушить твою текущую жизнь. Риск… В последний раз Меланья сделала этот первый шаг, когда сбежала. Кажется, с тех пор сто лет прошло.

— Если ты не уверена… — Начал Рыжий.

— Я уверена. Просто… как ты сам сказал — расслабилась. Отвыкла. Изменилась. Теперь мне страшно потерять то, что у меня есть.

— Мужика что ли? — Брови Рыжего удивлённо полезли ему на лоб.

— Ты пока не понимаешь. — Меланья покачала головой. — Но ты поймёшь… однажды. Надеюсь.

Рыжий пожал плечами. Спорить? Опять нет.

Меланья вздохнула. Ну что же.

— Начинай. — Сказала твёрдо, как могла.

К рассвету законники должны были выехать. Вскрывать канал их переговоров Меланья и Рыжий не стали, лишний риск, поэтому пришлось ждать ещё несколько часов.

Потом Меланья просто позвонила Василиску. Тот, конечно же, ответил не сразу, потому что ещё спал, но всё же ответил.

— Эштон уехал? — Спросила Меланья.

— Это ты? Да, — Василиск прокашлялся. — Да, шумел в коридоре. Подожди. Вот, он мне написал. «Срочный выезд, меня не будет несколько часов».

— Понятно. Готовься. Скоро мы придем. У нас несколько часов, чтобы закончить то, что нужно. Напиши Эштону отложенное сообщение с просьбой заранее предупредить, когда он будет возвращаться. Типа ты хочешь что-то приготовить на обед. Понял?

— Кто это мы? — Сдавленно проговорил Василиск.

— Ешь и натягивай костюм. — Ответила Меланья. — И помни, что сейчас твой единственный и последний шанс попасть туда, куда ты хотел. Если ты передумал, говори сразу, чтобы я не рисковала. И мой друг.

Василиск пару секунд посопел, но потом быстро ответил:

— Я не передумал. Жду вас.

Меланья вышла из общежития первой, а Рыжий выскользнул через чёрный ход, чтобы его не засекли камеры на фасаде. Конечно, камеры есть и на улицах, но причины проверять их пока ни у кого нет. Меланья надеялась, что она и не появится, потому что врать ещё больше, чем она уже врёт, совершенно не хотелось.

Встретились они только в начале улицы, где дом Эштона. Пошли рядом, как будто случайные знакомые, которым вздумалось погулять перед рассветом. К входной двери дома Меланья пошла первая, та уже была открыта, она проскользнула внутрь и через пару секунд к ней присоединился Рыжий, который, несмотря на свои габариты, тоже умел двигаться молниеносно и бесшумно.

Меланья захлопнула дверь. Всё.

Василиск стоял на лестнице и смотрел на них во все глаза. И он уже был в игровом костюме.

Бряц! Рыжий уронил на пол сумку с деталями, сел над ней и молча стал доставать оттуда всякие устройства.

И начал командовать:

— Мел, держи эти провода, подашь красный разъём. Пацан, выключай электричество в доме. Закрой все шторы, свет может мигать, нас могут увидеть с улицы. Если есть колонки, все выдернуть из сети! И воды налей.

Василиск, к его чести, не кочевряжился и не спорил. Он быстро и точно выполнял то, что сказано.

Через несколько минут Рыжий вставил в проводку свой самодельный аппарат и они с остальным оборудованием спустились в подвал. Меланья смотрела на платы и предохранители, которые Рыжий вытащил из оболочек в общежитии и ей было стыдно. Надо будет попробовать вернуть… если будет что возвращать. Рыжий говорил, что предохранители скорее всего все перегорят, хорошо, если несколько часов продержаться. А значит сгорит также часть плат. Так что вернуть их никак не выйдет.

Жалко.

Рыжий продолжил колдовать над системой сигнализации Эштона. Меланья тихо радовалась, что этого не пришлось делать ей самой. Она бы только перекрыла излучение да оторвала этот бесячий прибор к чёртовой матери! А Рыжий замаскировал исходящие сигналы так, как если бы в оболочках ничего особенного не происходило. В смысле, никто не ходил в какие-то подозрительные места.

— У вас есть три часа точно. Потом возможны варианты. Если предохранители продержаться, то и пять часов будет. Но вам столько и не нужно, сам путь часа два и остальное — поиски. Тут уже от пацана зависит. — Сказал Рыжий, вскочил на ноги и понёс ворох своих приборов к стене, где всё это сложил, а сам выпрямился. — Пацан, врубай свет и можете идти. Только кофе мне сделай вначале.

Василиск посмотрел на него круглыми глазами и сразу же метнулся делать кофе. Меланья тем временем забралась в оболочку. Ей нужно было ещё исказить их данные, чтобы никто не отследил точку выхода в запрещёнку. К счастью, тут она прекрасно справилась и без помощи Рыжего. Рыжий тем временем устроился на диване и зевнул. Видимо, планировал вздремнуть.

Появился Василиск с дымящейся чашкой и с тарелкой бутербродов.

— Оставь ему свой планшет и дай доступ. — Сказала Меланья. — Если Эштон приедет раньше, он тебе напишет. Ты же попросил его?

— Да. — Василиск достал свой планшет и принялся нерешительно вертеть его в руках. Меланья закатила глаза. Ну что там? Секретные данные, которые он боится кому-то показать? Как будто там может быть что-то неожиданное! Наверняка себя голым снимал или порнушку качал. Странно, что он вообще способен чего-то стесняться… после запрещёнки!

Наконец, Василиск разблокировал планшет и протянул Рыжему. Тот взял без улыбки.

— Идите. — Поторопил Рыжий. — Не тяните.

— А… кто ты? — Спросил Василиск.

— Тот, кто вам помогает. — Буркнул Рыжий. И хотя казалось, что вся эта ситуация проходит мимо Рыжего, Меланья видела, что он Василиску симпатизирует. Наверное, даже жалеет по-своему.

— Ну давай же! — Повторила Меланья. — У нас мало времени!

Василиск поплёлся к оболочкам. Меланья распахнула одну из них и жестом предложила ему забираться внутрь. Но Василиск вдруг остановился и стал мяться на месте.

— Что ещё? — Спросила Меланья.

Тот опустил глаза и пожал плечами. Такое лицо у него было… Меланья вдруг вспомнила, как в его возрасте ненавидела этот вот момент — когда тебе нужно войти в оболочку. Когда нужно попасть в запрещёнку… и там начнётся весь тот мрак и ужас, о котором хочется забыть.

Она подошла к Василиску и заговорила тихо. Рыжий, конечно, всё равно слышал, но смысл тихого голоса был не в этом.

— Я тоже боюсь. — Призналась Меланья. — Я бы ни за какие коврижки туда не вернулась… просто так. Но мы должны это сделать как раз для того, чтобы потом навсегда забыть. И это… думай о чём-нибудь другом и делай, как я скажу. Думай, например, как мы выберемся… когда закончим, ты станешь весёлый и смелый, и пригласишь на свидание Лесю.

— Что? — Тут же взъерепенился Василиск. — Лесю? С какой стати? С чего ты взяла? Я не собираюсь звать её на свидание! Очень надо!

— Ну смотри, — сказала Меланья. — Ты не станешь — однажды её позовёт кто-нибудь из братьев Куркиных. Ну, или ещё кто-нибудь. И она согласится.

— Да и плевать! Какое мне дело? — Василиск зло пыхтел, зато сразу направился к оболочке и полез в ней. С таким видом, будто лучше его не трогать, а то огребёшь.

Меланья переглянулась с Рыжим, который показал ей большой палец, улыбнулась и полезла в соседнюю оболочку. Хотя ей тоже не хотелось туда идти. И дышать становилось сложней, и в глазах темнело. Но она взрослая и смелая… и делает это ради себя и ради Эштона.

Дверца оболочки закрылась и стало темно, а потом вспыхнули огни. Включился виртуальный мир.

Меланья стояла в начальной, домашней зоне. Отсюда нужно было выйти в какую-нибудь общую, чтобы встретиться с Василиском, а потом уже нырять в «мусорку» и перебираться в запрещёнку. И лучше делать это быстро, тут как в реальной жизни — чем дольше ты остаёшься в общественном месте, тем больше вероятность, что тебя кто-нибудь заметит и запомнит.

Меланья перебросила Василиску координаты пустой зоны и переместилась туда. Она надеялась, что Василиск быстро сообразит и быстро отреагирует. Так и случилось, прошло всего секунд пять и рядом прорисовался Василиск. На нём был игровой костюм, то есть как-то изменять свою внешность он не стал.

Место, на котором они встретились пока было пустым. Не застроенным. Вокруг медленно клубился туман и не было света. Игроки видели, конечно, себя и туман, но большего разглядеть не могли. Никто не знал, откуда появилась эта пустота и как далеко она простирается. Просто она тут была и всё. Конечно, постепенно её застраивали виртуальными объектами… но сколько её ещё осталось, этой пустоты, никто не знал. Считалось, что её создали для удобства восприятия человеческим мозгом пространства, состоящего из «ничего». Но некоторые считали, что она возникла сама собой, потому что пустоты в принципе не бывает.

Впрочем, им обоим сейчас не было до этого никакого дела.

— Ты быстро. — Сказала Меланья. В пустоте собственный голос слышался чуть иначе — приглушённым и будто звучал издалека.

Василиск скривил губы, поднял и опустил плечи. Но говорить ничего не стал. Нервничает.

— Готов? — спросила Меланья.

Он кивнул.

— Сделаем так. Иди за мной. Делай, что говорю. Ну ты понимаешь, да?

— Да.

Голос хриплый. Меланья улыбнулась.

— Хорошо, что ты в курсе. Когда я скажу, будет твоя очередь нас вести. Тогда тебе нужно понять, куда тебя тянет. Чтобы…

— Я и так знаю, куда. — Перебил Василиск.

— Да? Это хорошо. Куда? Возможно, я приведу нас ближе к месту, если скажешь.

Он резко кивнул.

— В Кабаньей Яме… там, позади неё был дом, длинный такой, как барак. Но назывался усадьба. И пристройка возле него… Там нас держали… мне туда.

Василиск дёрнул носом, как будто почувствовал вонь. И снова замер.

Меланья постаралась вспомнить… Кабанья Яма была в зоне апокалипсиса. Это полностью свободный от управления мир, где каждый выживает как может. Или как хочет. Реальный мир, то есть нет магии, рас и нереального животного и растительного мира. Ну, кроме костюмов самих игроков. Всё, как по-настоящему. Никаких правил кроме физических законов. Только там почти всегда сумерки или ночь, время года — демисезон. Мрачные пейзажи, тёмная зелень и серое небо. Этот мир был довольно старым. Там давно сформировалось несколько крупных банд, во главе каждой стоял живой игрок. У каждой банды свои зоны влияния, своя территория, и, конечно, у каждой есть рабы. Одно из главных развлечений — неожиданно напасть на базу другого игрока и украсть всех его рабов.

Большая часть рабов, конечно, НПС, неигровые персонажи, то есть созданные Сетью. Но среди них попадались и такие, как Василиск… считалось, что они реагируют… на разные забавы гораздо более натурально, чем виртуальная модель.

Меланья поморщилась.

Этот мир она знала не очень хорошо. Волки, у которых она росла, хотя они, скорее, Шакалы, специализировались на другом мире. Но всё же примерно она представляла, где эта самая усадьба.

— Хорошо. Готов?

Он снова кивнул. Меланья вздохнула, расправила спину… ощущения тоже были немного другие. Хотя сейчас она расправила спину на самом деле, физически, в оболочке, но в игре это чувствовалось иначе. Совсем чуть-чуть, но достаточно, чтобы напомнить — это игра, здесь всё не по-настоящему. Тем более сейчас она сама пришла и её никто не контролирует. И задача у неё простая и приятная — помощь подростку.

Всё, долго тянуть не стоит, потом ещё сложней будет зайти… заставить себя… Заставить!

Она набрала код и открыла канал в обход одной из общих игр. «Восточная сказка». Там что-то про гаремы, томных красавиц и восточных султанов. Подробностей игры Меланья не помнила, но, по крайней мере, там было красиво.

И вот перед ними открылся узкий лаз — натурально дыра с неровными краями, которая просто висела в воздухе. Меланья в последний раз оглянулась, убедилась, что Василиск не драпает отсюда как ошпаренный и полезла внутрь. Стенки тоннеля были упругими, так что застрять в нём было невозможно, но всё равно попадались тесные участки, которые сдавливали тебя и становилось страшно.

Сзади лез Василиск, его было слышно по тяжёлому дыханию.

Лаз был довольно длинный, временами приходилось карабкаться вверх, и пару раз спускаться глубоко вниз. Именно поэтому он и был таким узким — чтобы передвигаться было удобно.

Временами сквозь стенки лаза виднелись какие-то пятна света, краем глаза можно было заметить движение. Пару раз Меланья слышала голоса. Тогда она надеялась, что лаз не прорвался. Он был старым и им пользовались множество людей. И сейчас был шанс встретиться с кем-то… Пусть и небольшой.

И вот, наконец, впереди лаз перекрыли огромные зелёные листья, похожие на лопухи. Выход.

Меланья подобралась к листьям, раздвинула и опустилась между стеблями на землю. Отступила, чтобы освободить место Василиску. Вскоре тот стоял рядом.

— Ждём. — Одними губами сказала Меланья.

Куст рос в огромном прекрасном саду. Тут была тьма тьмущая кустов, цветов, вьющихся растений и фонтанов. На изящных ветках сидели птицы с цветным оперением, у каждой из которых был свой особенный голос, по дорожкам из песка и мелкой гальки гуляли небольшие милые животные. Вдали виднелась белоснежная ажурная крыша беседки. На лазурном небе светило нежное солнце.

Меланье вся эта красота казалась приторной, но проходимость у «Восточной сказки» была так высока, а тайных местечек вроде этих кустов в ней было так много, что это лучший вариант для сквозного прохождения в запрещёнку.

Меланья пальцем указала на двух прекрасных девушек — фурий. На них были полупрозрачные шаровары, низко сидящие на крутых бёдрах и крошечные лифчики, ничего толком не прикрывающие. У каждой длинные волнистые волосы. Наверняка игроки. НПС — это всегда массовка, а все самые красивые модели предназначены именно игрокам.

Красавицы в ярких полупрозрачных одеждах прохаживались по дорожкам, а за ними следовал павлин с огромным раскрытым хвостом. Павлин пел. Сверху над ними летала какая-то небольшая малиновая птичка и время от времени осыпала воздух перед красавицами сверкающей пылью и розовыми сердечками, которые медленно таяли.

Меланья показала знаками, что нужно переждать, а потом бежать туда, слева от беседки, где толстое низкое дерево. За ним проход дальше.

Василиск кивнул.

Они дождались, пока игроки ушли достаточно далеко. Не то чтобы это было обязательно, но лучше лишний раз не светиться. На них была простенькая маскировка и со стороны они казались обычными НПС, но если игрок к ним обратится с каким-нибудь приказом, тогда случится ах… Тогда их могут раскрыть. Так что лучше спокойно пробежаться, когда нет риска ни с кем столкнуться.

Как только красавицы исчезли с поля зрения, Меланья вышла из кустов и побежала к дереву. Она не проверяла, идёт ли за ней Василиск, потому что была уверена, что идёт. А если даже нет… ну, не ей нужен этот поход.

За деревом места было ещё меньше, Василиск, который появился через пару секунд, еле втиснулся и прижал плечом Меланью к стволу.

Она нащупала на стволе петлю, потянула за неё — кусок коры отвалился и за ней был очередной лаз.

Этот лаз была короче и вскоре они стояли в пустой комнате с кирпичными стенами — самая простая визуализация из всех существующих. Проще только пустота. Ключевая точка, из которой начиналось путешествие в саму запрещёнку, в любой из её отсеков.

Василиску тут было неуютно. Меланья это сразу поняла по тому, как он ёжился. Она и сама терпеть не могла это место. Но спешить нельзя.

— Дальше ты знаешь что. — Заговорила Меланья.

Василиск кивнул.

— Когда законники накрыли Кабанью Яму, сама яма осталась, где была… ты же понимаешь? Они просто ликвидировали оболочки и организаторов. Сама игра просто сбросилась до последнего сохранения. Вы из неё исчезли, все остальные игроки остались.

Василиск снова кивнул.

— Это хорошо, потому что там осталось то, что ты потерял. Иначе нам не было бы смысла пробовать.

И опять кивок.

— Мы попадём почти в то же самое место. Ну, я надеюсь.

— Там сейчас есть игроки?

— Да. Вначале я думала, будет достаточно запустить пустую копию… но почитала разные истории в Сети… кажется, она совсем пустая… ты там ничего не найдёшь.

— И как нам пройти?

— Слушай, законники сильно потрепали эту игру. Понимаешь? Выдернули часть высокоуровневых игроков, нарушили баланс. Сейчас тут не должно быть много народа. И скорее всего нет живых рабов. Это на случай, если ты увидишь что-нибудь… Наша цель — найти то, что ты оставил. Понимаешь? Нам нельзя отвлекаться. И мы всё равно никому здесь ничем не поможем.

Вообще-то раньше следовало поговорить на эту тему. Но Меланья решила, что так у него не будет времени рефлексировать, потому что они будут двигаться к цели. Главное, чтобы мальчишка ничего не увидел… такого, чего не стоит видеть.

— Я готов. — Сказал Василиск и стиснул зубы.

— Опиши ещё раз зону. Кроме усадьбы, что было вокруг?

В игре его и чутьё доведёт, но пока была возможность выпрыгнуть поближе к месту. Это лучше, чем пробираться по зоне, где можно встретить игроков.

— Длинный светлый дом, вокруг парк, на ним поля. — Глухо заговорил Василиск. — В доме этажа два. Недалеко вышка… там была такая вышка… не знаю, для чего. Как водонапорная башня, но без бочки.

— Вышка связи?

— Наверное.

— Ещё что?

Он вздохнул и принялся тереть рукой лоб.

— Там… там был какой-то пруд. Стоячая вода. Там они… топили…

— Не вспоминай. — Прервала его Меланья. — Пруд, здание, вышка. Да, похоже, это там, где я думаю. Недалеко был склад оружия, который мы грабили. И потом гнали… другую банду. Как раз до какого-то белого дома. Тогда ты меня и видел. Да?

Меланья не помнила Василиска, хотя пыталась вспомнить. Не могла понять, где и когда он успел её увидеть. Тот пожал плечами. Может, и сам не помнил, где конкретно её видел.

Меланья подняла руки и открыла карту зоны. Увеличила северную часть.

— Смотри… вот эта усадьба. Похоже?

Она максимально увеличила нужное место. Ближе не получится, так сделано специально, чтобы никто не смог рассмотреть подробностей твоих земель с воздуха. На карте был длинный белый дом с большой площадкой перед ним и в окружении парка. А по бокам начинались поля и посадки, с редкими домиками рабочих.

— Не знаю. Я не видел яму с воздуха.

— Тогда просто полетели и посмотрим. Дом в какой стороне от ямы был?

— Там. — Василиск махнул налево.

Меланья примерно представила, откуда он мог видеть дом. В том месте рос редкий лес весь в пятнах проплешин, вполне возможно, там могли быть и ямы, и что угодно. Так что всё совпадает.

— Идём.

Она ткнула пальцем в ближайшую доступную к месту точку переноса и на миг стало темно, их тряхнуло и через секунду они стояли в молодом лесу. Деревья тут были тонкие, росли редко, а прямо перед ними начинался глубокий овраг, из которого торчали толстые корни. Небо серое, потёмки, но хорошо хоть не ночь, ночью было бы совсем темно.

Меланья повернулась к Василиску и увидела в его глазах страх. Вот такой, мгновенный, который охватывает тебя за долю секунды и ты даже толком не можешь вздохнуть.

К счастью, он проходит. Меланья схватила Василиска за руку и развернула лицом к себе.

— Смотри на меня.

Он послушался. Некоторое время они смотрели друг на друга и просто дышали, до тех пор, пока Василиск не пришёл в себя и не расслабился.

— Теперь ты. — Сказала Меланья. — Теперь ты должен понять, куда идти.

Василиск быстро огляделся. Сразу показал в самую густую часть леса.

— Яма там.

— Пошли.

Меланья пошла первой. Вокруг никого не было, и звуков никаких не слышалось, но мало ли что тут может появится. Она прислушивалась к каждому шороху и ловила каждое движение. К счастью, ничего подозрительного.

Метров через сто они вышли к яме…

Это действительно была яма в земле, вытянутая, с пологими краями, очень глубокая. Метров пять на десять по площади. В яме валялись какие-то рваные грязные тряпки, целая гора серых тряпок. И в её дно было вкопано несколько столбов с какими-то жуткими металлическими конструкциями, которые теперь болтались без дела. Они точно, чтобы удерживать рабов.

А вот рабов, к счастью, ни одного. И трупов нет. Можно выдохнуть.

— Эта яма? — Спросила Меланья, не оглядываясь.

— Да.

Голос у Василиска был спокойным. Хорошо. Но он может и сорваться.

— Не думай ни о чём, кроме того, что ты забыл. Здесь забыл? Внизу?

Василиск молчал.

— Здесь или нет? Давай, вспоминай! Только ты можешь понять!

Он ещё несколько секунд молчал, потом вздохнул.

— Нет. Там.

И указал на усадьбу, белоснежный бок которой виднелся вдали за холмом.

— Всё-таки там?

Меланья поморщилась. Она надеялась, идти к зданию не придётся, там самая большая вероятность кого-нибудь встретить. Но похоже, не повезло.

— Там. — Упрямо повторил Василиск. Он смотрел на усадьбу, не отрывая глаз, как завороженный.

— Это плохо. Но что поделаешь, пошли туда.

— Там же никого не должно быть. После… Эштон говорил, что Яма с тех пор стоит пустая. Они или поделить её не могут… или своих домов пока хватает. Я помню, он говорил, что за последние пару лет запрещёнку сильно потрепали и игроков становится всё меньше.

— Хорошо, если так.

Только платят теперь они, наверное, за свои хотелки ещё больше… Спрос рождает предложение.

Но не сейчас. В любом случае нужно идти вперёд. Не зря же они так далеко забрались?

— Пошли.

Меланья снова двинулась вперёд. Минула яму, в которую старалась больше не заглядывать и направилась к усадьбе. Довольно быстро лесок закончился и начались поля. Большие квадратные куски земли, разделанные на грядки, из которых торчали какие-то сухие стебли. Поля были огорожены низкими плетёными изгородями, на которых с одинаковыми промежутками стояли пугала с головами из мешков, набитых сеном. Когда дул ветер, тряпки и верёвки, которыми были обмотаны пугала, болтались и постоянно отвлекали внимание.

Зато не было ни игроков, ни рабов. Пусто. Видимо поместье и правда разграбили.

Туда ему и дорога!

Меланья увидела тропинку через поля, которая вела прямо к дому, и пошла по ней. А вот теперь плохо, что на улице сумерки, а не ночь, сейчас на открытом пространстве их легко заметить. Но ничего не поделать, усадьба со всех сторон открыта. Единственное, что они могли — передвигаться как можно быстрей.

Усадьба становилась всё ближе… вдруг Василиск сказал.

— Туда.

Он показывал не на сам дом, а на небольшую пристройку, так хитро спрятанную за углом, что её почти не было видно со стороны полей.

— Там кухня и рабочие помещения.

— Ясно.

— Нас держали там… иногда.

— Ясно.

— Можно я пойду первым?

Меланья оглянулась, окинула его придирчивым взглядом. Вроде с ним всё в порядке.

— Да.

Василиск пошёл вперёд, и чем дальше он шёл, тем быстрей перебирал ногами. Меланье пришлось почти бежать. Но останавливать его она не рискнула — вдруг собьёт внутренний компас и Василиск потеряет дорогу. Тогда поиски могут затянуться.

К концу они просто неслись со всех ног, Меланья еле успевала смотреть по сторонам. Хорошо, что к усадьбе они подбирались с тыльной стороны, сбоку, наискосок.

— Сюда.

Василиск подбежал к крошечной пристройке, тоже выкрашенной в белый цвет, но не сложенной из кирпича, а сколоченной из досок и схватился за ручку двери. Обычная межкомнатная дверь, сильно покосившаяся и вся грязная. Когда-то тоже белая.

— Стой! Не открывай.

Василиск отдёрнул руку от дверной ручки и отступил. Нервно сглотнул. Взгляд, которым он смотрел на эту дверь отдавал безумием.

— Я проверю.

Меланья прижалась к стене и толкнула дверь. Та стала медленно открываться. Потом замерла, уперевшись в какой-то камень. Меланья выждала несколько секунд и всё это время Василиск смотрел на дверь и, кажется, даже не моргал.

Тикали секунды, но звуков никаких не было.

Меланья заглянула в пристройку первой.

Узкое пространство с земляным полом, с одной стороны — грубо сколоченная скамейка или, скорее, полка, на стене два гвоздя со старой одеждой, на полу — тряпки. Огрызки какие-то в мятой железной тарелке: древние, окаменевшие. Меланья посторонилась — мимо протиснулся Василиск и замер, громко дыша ртом.

— Здесь тебя держали?

— Нас. — Он кивнул. — Здесь.

— Здесь твоя вещь?

И снова кивок.

— Ищи тогда.

Меланья вышла, чтобы не мешать и выглянула за угол. С этой стороны усадьбы располагался центральный вход и площадка, к которой вела дорога. Дорога ныряла за высокий кованый забор на столбах из такого же белого кирпича, как и здание. Сейчас там было совсем пусто: ни машин, ни людей, ни животных. Ни брошенный вещей, ни трупов. Неужели усадьба действительно заброшенная? Но она очень большая, красивая, можно сказать — престижная… игроки любят такие места. Странно, что её до сих пор никто не занял. Пусть даже своих баз достаточно… хотя бы застолбить и охрану оставить. За владение виртуальной усадьбой по любому капает плата в виде игровой валюты. Так что непонятно.

В каморке громко шебуршал Василиск, но так как никого не было, Меланья не стала его останавливать. Пусть шумит.

Убедившись, что вокруг тихо, Меланья вернулась к каморке и заглянула внутрь. Василиск включил единственную тусклую лампочку и стало светлей. Он пересмотрел и откинул в стороны все тряпки с пола, опрокинул лавку и теперь копался в земле. В дальнем углу.

Похоже, это надолго.

Меланья вздохнула и прислонилась плечом к стене. Подумала, повезло, что не нужно обыскивать саму усадьбу. Можно только представить, сколько там всего закопано… сколько скелетов в шкафу и не только в шкафу.

А небо такое… тёмное. Тучи размазаны и ни одной звезды. Над небом тут, в отличие от устройств для рабов совсем не старались, сделали тяп-ляп.

Противно.

Вдруг раздался шум. Машина. Ехала машина, причём большая, с мощным двигателем! Меланья быстро проверила — нет, их не видно со стороны дороги. Но долго копошиться тут не стоит. Кто бы это ни приехал, ей знакомиться с ним не хотелось.

— Ну что, нашёл? — Тихо спросила она Василиска.

— Пока нет. Тут пусто… был тайник, но сейчас тут пусто…

Меланья увидела ямку в углу. Василиск раскопал её и теперь сидел и пропускал почву сквозь пальцы.

— Ищи дальше. Только, пожалуйста, быстрей. Там машина. Не знаю, кто и зачем.

Василиска передёрнуло. Он поднял на Меланью испуганный взгляд.

— Нас не видно, не бойся. Не тяни! Вспоминай!

— А если нас найдут? — Его голос сорвался.

— Эй! Ты что, забыл, что мы сами сюда залезли? Мы сами по себе и можем выйти, когда хотим!

— Для этого нужно вернуться на входную точку…

— Или на любую другую ближайшую. В крайнем случае, умереть.

Василиска прямо передёрнуло. Меланья закатила глаза и бодро сказала:

— Не дрейфь, доверься мне и просто ищи эту проклятую штуку!

Они замолчали, потому что в этот момент шум мотора стал совсем громким. Затаились. Прислушались. Судя по звукам, машина подъехала к усадьбе… и остановилась. Хлопнула дверца, раздались шаги, голоса, но тот, кто приехал явно не знал, что у него гости. Кстати, он вёл себя, как хозяин, потому что голос был громким и властным, и хотя слов было не разобрать, ясно, что человек явно приказывал. И ещё, судя по шагам, приехало не менее трёх человек. Многовато, чтобы попадаться им на глаза.

Василиск понял, что никто не бросился их искать и снова вернулся к земляному полу пристройки. Подумал и стал рыться в другом углу, на этот раз стараясь не шуметь.

Меланья стояла и изнывала от безделья. Только бы нашёл! И вообще ей жутко здесь не нравилось. В этой игре. Эти мрачные тени… серые цвета, пустое небо. Пустота… как в межигре. Но там не было ничего, кроме тумана, а тут ещё хуже — будто мир вымер, не осталось ничего живого. Хотелось впасть в панику и выть от ужаса. Чтобы не думать обо всём этом, Меланья решила попробовать понять, кто это такой приехал. Но просто выглядывать было глупо — они могли заметить движение. Поэтому она достала зеркальце — обычный зеркальный кусок величиной с большую монету на телескопической палочке, села на корточки и выставила зеркало из-за угла. Его поверхность была матовой, да и солнца здесь не было, так что не должно отсвечивать.

Ну и кто тут у нас? Какой-то толстый мужик с красной шеей и двое охранников. Причём один из охранников тоже игрок. Меланья знала одного игрока, который нанял себе «пустышку», а сам был при нём охранником. И когда появлялись киллеры, рисковал всегда «пустышка». Этакий теневой кардинал. Когда об этом узнали в игровом мире, такое надолго вошло в моду — притворяться обслугой кого-то, кого на самом деле не существует. Так что непонятно, кто здесь кто. Возможно главный — охранник. Но так это или нет, приезжие явно не считали, что в усадьбе есть кто-то живой. Они просто выгрузили вещи из багажника и пошли открывать центральную дверь. Говорили громко, не скрывались, смеялись.

Кажется, всё нормально, бояться нечего.

И только Меланья успокоилась… как снова услышала звук мотора.

Чёрт! Ещё одна машина! Но почему они решили устроить здесь, в заброшенной усадьбе сборище именно сейчас? Сегодня? Какое невезение!

Меланья убрала зеркало и решила дождать, пока приедут следующие игроки, чтобы заодно взглянуть на них. Она и боялась увидеть кого-то знакомого, и хотела. Хотела не для того, конечно же, чтобы выскочить навстречу и броситься обниматься. Нет, она хотела убедиться, что эти гниды ещё живы, потому что не желала им лёгкой смерти. В последнее время после приезда в Листовку и знакомства с Эштоном она иногда думала, что хорошо бы всех сдать. Конечно, после побега Меланьи и Рыжего Волчья стая сменила многие точки базирования, но все сменить не могла, это слишком долго и дорого. Да ещё и время прошло… они, наверное, расслабились, решили, что теперь им ничего не грозит. Что беглецы или сгинули, или сидят тихо.

— Вот.

Меланья подняла глаза. Перед ней стоял растерянный Василиск и протягивал ей руку. На ладони лежала маленькая игрушечная машинка. Кажется, жёлтая, под слоем грязи цвет было видно плохо. Простая, из некачественного пластика, в общем, без слёз не взглянешь.

— Это? Ты это забыл?

Василиск кивнул.

Меланья удивилась. Не то чтобы она хорошо разбиралась в вещах, которые мог забыть «откушенный», но какая-то пластиковая игрушка? Серьёзно?

— Точно это? — Уточнила она.

Василиск кивнул и бережно сжал машинку в руке.

— Хорошо. Идём.

Но тут заскрипели колёса и к усадьбе подъехала вторая машина. Мотор заглох, потом открылась дверца и кто-то вышел наружу.

Меланья и сама не поняла, зачем, скорее всего, просто машинально, она выставила зеркальце и посмотрела в него. Ну, а ты кто такой?

У второй машины стоял и хмуро смотрел на усадьбу Эштон.