Глава 21

Аня переводила взгляд с вещей на документы, разложенные перед ней на столе. Напротив хмурная и не бритая, явно чем-то недовольная рожа Натана.

— Чего смотришь? Это твое, Ань: ключи от квартиры, свидетельство о праве собственности. Адвокат дело выиграл, все вернули, хоть сейчас заселяйся. Правда, там только голые стены, но это мелочи, — он очень внимательно рассматривал свои руки, не поднимая на нее головы.

— Тебя дома не было два дня. Вон, помятый весь, осунулся, — тронула пальцем связку ключей, но тут же отдернулась, будто обожглась.

— Это специально, Анечка, чтоб конкуренты боялись, — дернул шеей, вспоминая, когда последний раз в душ ходил.

Вчера вечером с Донским коньяк глушили, а позавчера дел было столько, что он себя не помнит.

— Что молчишь? Не слышу радости? — выдохнул похмельем и криво улыбнулся своим паршивым мыслям.

Скоро кареглазая исчезнет из его жизни. Зачем молодой и красивой женщине потасканный мудак?

— Радость так и хлещет, — Аню не отпускала, мысль, что он хочет от нее поскорее отделаться.

Опустив глаза, которые могли выдать щенячью точку, судорожно стала собирать документы, ключи сгребла в кулак. Кинув короткий взгляд на ничего не выражающее лицо, буркнула «спасибо».

— Аня, завтра съездим посмотреть что там, да как, — высказал ей в спину, дав им небольшую отсрочку. — Отдохну сегодня, приведу себя в порядок.

— Хорошо, — глухо ответила, развернувшись в пол оборота. — Обед на плите. В холодильнике салат.

Сердце тоскливо заныло, но Аня пыталась себя одернуть. Натан — чужой человек, просто проявивший заботу и сострадание. Такова жизнь, что ты хочешь одно, а приходится делать совершенно другое.

Перед коридорным зеркалом Васнецова еще раз причесалась и натянула шапку. Не дожидаясь, пока Белович оденется, вышла на улицу. Холодный ветер в лицо лупит снегом. Автомобиль, заведенный с кнопки, урчит, разогревая двигатель.

— Почему ты не хочешь с нами ехать на лыжную базу? У нас там домик снят на несколько дней. Мои снохушки все уши прожужжали: «Возьми Аню! Аня пусть тоже приедет!» — спародировал писклявым голосом.

— Квартирой займусь, — стала отмазываться она. — И у Маши после нового года операция, а до этого ей нужно колоть лекарство каждый день. Мне, кажется, что кошка меня тихо ненавидит из-за того, что причиняю ей боль.

— Мы часто причиняем боль «во благо» своим близким, не считаясь с их мнением. Я тоже такой. Могу решить один за всех. Сыновья будут обижаться, бухтеть, бросать трубки… Делаешь морду лопатой и снова стоишь у них на пороге.

— Прогоняют? — Аня, нашарив лимонную леденцовую карамельку в кармане пуховика, развернула ее и закинула в рот, почмокивая от удовольствия.

— Конечно, — кивает Натан. — Но я не ухожу, и буду спать в машине у их дома, пока не впустят и не выслушают. Да и девчонки на моей стороне — Ольга и Николюшка. Не дают папку в обиду, — в голосе послышались теплые нотки. Белович сощурился довольно, вспоминая своих снох.

Знакомый двор откапывают дворники от снега. Припорошенные автомобили стоят в ряд. Натан, заметил свободное местечко и завел своего монстра туда, как раз напротив ее подъезда.

— Немного страшно, — Аня подняла глаза на свои окна. — Думала, никогда сюда не вернусь.

— Никогда не говори «никогда», — посмотрел на нее искоса. — Пошли, поглядим твое отвоеванное жилище.

Они поднялись на лифте до нужного этажа, не зная, что еще сказать друг другу. Аня вынула ключи из внутреннего кармана рюкзака и открыла двери.

— Ань, да тут ремонта на целый месяц, — хлопнул в ладоши и довольно потер руки Белович. — Даже сантехника не работает толком, — понажимал кнопку сливного бачка, сделав умную мину.

Он наделся, что Васнецова не поймет, что вода просто перекрыта… Здесь в принципе можно жить, только мусор вынести, да помыть. Но Натан свою позицию уже озвучил, сам не зная, зачем ему этот месяц. Просто не хотел, чтобы Анна уезжала. Привык к хорошему запаху в доме, ее ползающей кошке, к вздернутому носу, который морщился смешно… Все надеялся еще раз услышать про «Натанчика».

Бесцельно ходя по комнатам, Аня на удивление не вспоминала прошлое и бывшего мужа. Белович предложил сделать ремонт? А почему бы и нет. Вон, ламинат кое-где отходит, да и обои можно поменять. Она не заметила, как резко развернулась и впечаталась в широкую мускулистую грудь. Чтобы не упасть, обхватила его, сомкнув руки на мужской спине. Замерла.

Натан не шевелился и можно сказать, не дышал. Он дал ей шанс отойти… Всего один шанс: «Ну, же! Беги!»

Губы со вкусом лимонной карамели сами его нашли.

— Малыш, я стар для тебя, — чуть отстранившись, заглянул в глаза с поволокой…

А руки говорили другое.

Хрупкое тельце, которое жалось, выпускать не хотелось. Гладил ее по плечам, по рукам, чувствуя не только мягкий кардиган, но и все изгибы под ним.

— Это я не твоего уровня. Слишком простая, да? — провела языком по нижней губе, слизывая их первый поцелуй.

— Анька, фигни не говори, ладно? — обхватил ее подбородок, и в глубине зеленых глаз вспыхнуло откровенное желание. — Все будет по-взрослому, понимаешь?

— Да, — она ответила, соглашаясь на все, отпуская свои запреты и страхи.