Глава 17

— Я смотрю у вас все зашибись? — прищурившись уточняет Валера.

— С чего такие выводы? — вытянувшись на заднем ряду и привалившись головой к стене интересуется Вадим.

— Вижу. — коротко и ясно.

Вадим только хмыкает и прикрывает глаза. Ночь была по истине волшебной, тело до сих пор в приятной неге.

— Ты бы не ломал девчонке жизнь, — грозно шепчет друг.

— В каком это смысле? — также лениво.

— Да в том, что ты не можешь удержать член в штанах. А она ведь втюрилась в тебя. И чем дальше ты с ней заходишь, тем глубже будет рана у нее на сердце.

— Ты стал экспертом в любовных делах?

— Это не любовь, а фарс. Я тебе ничего не говорил, когда ты пользовал девчонок. Каждый день новая. Но Аня…

— Что Аня? — расслабленность спала, он весь подобрался.

— Она другая. Нельзя с ней так.

— А уж не сам ли ты на нее глаз положил? — рычит Вадим.

— Ты идиот? — в шоке. — Нет! Она, конечно, очень мила, но нет. Мне нравится Айла, — произнес тихо.

— Кто это? — нахмурился, перебирая всех знакомых.

— Диснеевская принцесса, — усмехается. — С Анькой таскается, не замечал?

— Нет.

— Странно, — внимательно смотрит на друга. — Не уж то опять, Вадь? — видя не понимающий взгляд друга, поясняет. — Влюбился? Правда?

— Сам не знаю, с Леркой было иначе, — пожимает плечами.

— А может именно с Лерой ты перепутал желание и любовь?

— Все может быть, — тут прозвенел звонок и им стало не до разговоров. Объясняли написание диплома, а для этого необходимо сосредоточиться.

После двух напряженных пар, они с тубусами на перевес шли по коридору, как вдруг внезапно один вскрик заставил их вздрогнуть и замереть на месте.

— Вадим!

Он медленно обернулся, не сразу сообразив верно ли расслышал. Может этот голос ему лишь чудится. Но нет, это была она.

— Привет! Валера, привет!

— Здравствуй, Лера, — выплевывает друг.

— Что хотела? — интересуется Вадим.

— Поговорить, — глаза бегают, она жмется и оглядывается, словно её могут застать на месте преступления. И ему так противно становится. Как он раньше не замечал её ужимок? И правда — любовь слепа. Хотя сейчас глядя на эту ухоженную женщину рядом с собой, он снова засомневался в своем юношеском чувстве.

— Не о чем, — разворачивается чтобы уйти, но она хватает его на рукав свитера.

— Есть о чем! Прошу.

— Вадь, пошли, — одергивает друг.

Вадим долго вглядывается в бывшую возлюбленную. Разглядывает черты, пытаясь понять, чем она была ему так дорога? И не находит ответов. Глупая, дешевая девка коих он перетрахал уже около полусотни. А эту даже для короткого траха не хочется. Мерзко.

— Мне не о чем с тобой говорить, Лера, — решительно произносит он, отцепляя ее холодные пальцы от своей кофты. С омерзением на прекрасном лице отряхивает руки..

— И лицезреть тебя тоже нет желания.

Разворачивается и спокойным шагом покидает её.

А вот Валера остается на месте и как только друг сворачивает за угол решительно поворачивается к застывшей женщине.

— Слышь ты, — резко произносит он, что Лера аж вздрагивает, — экстрима не хватает, что ли? Или старое тело осточертело? Так вали торгуй мордашкой, у тебя это зашибись получается.

Смерив её брезгливым взглядом уходит вслед за Вадимом.

Аня

Новый год. Время чудес, не так ли?

Но ведь если задуматься, чудеса с нами редко бывают. Порой люди сами творцы "чудес". Но со мной чуда не произошло. Вадим отказался встречать новый год с моими родителями, а когда я предложила остаться с ним сказал что в этом нет необходимости. Мы вместе уже четыре месяца, но холод в наших отношениях никак не уходит. Я не слышала и слова о любви. Когда я признаюсь в своих чувствах он лишь страстно целует меня.

И вот я трясусь в переполненной электричке, одна. Люди с елками и большими пакетами толпятся, толкаются и психуют. За окном кружит крупный снег, а блестящие сугробы переливаются в свете фонарей.

Грустно.

И одиноко.

Мы поругались перед отъездом. Я кричала, что устала от такого отношения. Он спокойно отвечал, что предупреждал. И мне нечем было крыть. Я сама в это влезла, сама влюбилась в него. Начиталась классических романов, где героине непременно удается изменить героя. И они живут долго, счастливо, с десятком детей.

Усмехаюсь.

— У Вас красивая улыбка, — говорит парень напротив. Не заметила, как он подсел.

— Спасибо, — тут же отворачиваюсь к окну.

— Не смущайтесь. — улыбается он. — Я Павел, — тянет ладонь.

Я просто киваю. Раньше со мной никто не знакомился.

— Хм, — улыбается он. Я наблюдаю в отражении за ним. — Вы на какой станции выходите? Могу проводить.

— Меня встретят, благодарю!

— Да бросьте, мне не сложно.

— Вы навязчивы.

— Я знаю, — кивает он. — Поэтому у меня нет друзей.

— Достали своей болтовней? — вырывается у меня.

Он выгибает бровь и оглядывает меня с ног до головы. Меня бросает в холод от этого взгляда. Маньяк какой-то!

— За личиной ангела, скрывается дьявол? — наклоняется вперед.

Снова смотрю в окно. Становится страшновато, ведь на самом деле меня никто не встречает. Родителем я сказала, что доберусь сама. Вот черт! А моя станция уже через две остановки.

Уже через одну. Боже. Что же делать?!

И вот когда я уже на грани паники, и думаю о том, чтобы увязаться за кем-нибудь из встречающих других людей. Мне на плечи опускаются теплые ладони.

— Нам на следующей, — вскидываю голову и вижу Вадима. Сразу забываю все наши ссоры. Он здесь!

— Конечно, — поднимаюсь и пытаюсь пройти.

— Это Ваш знакомый? — с горящими глазами спрашивает странный тип.

Выдергиваю из его рук свою куртку.

— Проблемы? — интересуется Вадим, сверля того взглядом.

Тот лишь усмехается и плотоядно смотрит на меня. Точно маньяк.

— Вечно ты влипаешь в какие-то ситуации, — строго говорит Вадим, когда мы выходим в тамбур.

Вздыхаю. Он прав и не смысла спорить.

— Решил проводить меня?

— Решил познакомиться с твоими родственниками.

— Что?

— Не думал, что у тебя проблемы со слухом.

Двери открываются и он помогает мне выйти на перрон. Только сейчас замечаю, что у него в руках не только моя сумка, но и его.

Не показываю своей радости. Кто знает, чем может обернуться знакомство.

— Мам, пап, мы приехали, — кричу, зажигая свет в прихожей.

— Наконец-то, — мама заключает меня в теплые объятья.

— Познакомьтесь, — я смущаюсь, — это Вадим.

— Здравствуйте, — произносит он.

— Здравствуйте, какой красавец, — улыбается мама.

— Это моя мама, Виктория Вячеславовна, — улыбаюсь, — а это мой папа Роман Сергеевич.

— Приятно познакомиться, — выдерживая тяжелый папин взгляд говорит Вадим.

— И нам, — оттаивает папа и подает руку для пожатия. И я выдыхаю.

Мама кормит нас вкусным ужином, обстановка семейная и легкая. Я рада, что родители не против Вадима. Но меня не оставляет в покое мысль, что папа будет искать информацию о нем, и это пугает.

— Уже поздно, — говорит мама, — вы идите отдыхайте, я все уберу.

Вадим благодарит за ужин и уходит с папой в гостиную.

— Мам, не нужно отдельного спального места, — робко произношу я. — Вадим будет спать в моей комнате, — закусываю губу.

— Я это поняла, — смеется мама. — Отдыхайте.

Забрав Вадима из папиных лап, веду его в свою комнату. Она не большая, но уютная. Двуспальная кровать, небольшой шкаф и стол со стулом.

— А теперь поговорим, — разворачивается ко мне Вадим. — Никогда не смей убегать от меня, как сделала это сегодня. Это не только вопрос наших отношений, но и твоей безопасности! Что за ребячество, Ань?

— Не кричи. Думаю, ты понятно объяснил мне, что не желаешь ехать со мной, да и вообще…

— Но проводить тебя я и не отказывался!

— В другой город? Кто так делает вообще?

— Тот кому не все-равно! — снова повышает голос.

— А тебе не все-равно? — шепчу.

Он в бешенстве смотрит на меня. Отворачивается, зарывается руками в волосы и выдыхает.

— Неужели я кажусь настолько бесчувственным?

— Нет, — пытаюсь успокоиться, — но ты никогда не говорил…

— А нужно говорить? — снова психует. — Вот я здесь перед тобой, — разводит руки в стороны, — весь твой. Разве нужны слова, когда есть поступки?

— Прости, — обнимаю его за талию, утыкаюсь лицом в его грудь. — Я такая глупая.

Он обнимает в ответ, стискивает меня в объятьях.

— Хватит сомневаться во мне. И хватит бежать, больше догонять не стану.

Я всхлипываю, и он сильнее прижимает меня к себе, целуя в макушку.