Глава 23
Аня
Ожидание сводит с ума.
Я уже часа два сижу в коридоре суда и жду вердикта. Разве заседания проходят так долго?
Я прогуляла все пары, просто не смогла бы их высидеть. А даже если бы и смогла, все равно ни черта не поняла, так что смысла не было туда идти. Ручки моей сумки уже мокрые от моих вспотевших ладоней, правая нога отбивает чечетку, губы постоянно пересыхают и я их облизнула уже раз сто.
Папа звонил десять раз и пытался внушить мне уверенность. Хоть мы и с небольшого городка, но структура везде одна. Он поспрашивал у «коллег» и якобы те сказали, что все на «мази». Что это означает, ума не приложу, но папа уверен в нашем выигрыше.
За окном светит яркое солнце, словно погода издевается надо мной. А может наоборот это хороший знак? И кто-то там на небесах, например, ангел хранитель посылает мне таким образом надежду на хороший исход?
Два с половиной. Встаю и хожу взад вперед по коридору. Из чего эти двери? Слышимость нулевая.
С другой стороны, почему я так волнуюсь? Вадима же не посадят, просто присудят вернуть все деньги отцу. Да, у нас их нет, но ведь делают там какие-то постановления об удержании определенного процента из зарплаты? Выкрутимся.
Но для самого Вадима это будет подобно второму удару. И деньги тут не при чем.
Резко хлопает дверь. Я аж подскакиваю.
— Хорошего вечера, сучка! — мимо пролетает отец Вадима, лицо красное, злое.
Следом выходит двое мужчин, видимо его адвокаты и вид у них не лучше.
Пусть это будет то, о чем я думаю!
— Солнцева Аня, — долетает до меня, — мы победили!
С визгом бегу навстречу Ваде и кидаюсь ему на руки, он подхватывает меня и кружит.
— Я знала, — хаотично целую его, — я верила!
— В здании суда, — слышу жесткий, без эмоций голос, — за это можно и штраф получить.
Сползаю с рук и оглядываюсь. Голос принадлежит мужчине. Молодому мужчине. Красивый брюнет с цепким взглядом и лицом не выражающим ничего. Знаете, обычно такими визуализируют вампиров в фильмах. Красота и холод. Жутко если честно.
— Абрамов, завтра в девять в моем офисе. Всего доброго.
Он уходит, а я выдыхаю.
— Ну и энергетика, — сглатываю.
— Да уж, — хмыкает Вадим. — Это Багиров.
— Да ладно? Неужели бывают настолько разные дети?
Вадим смеется, обнимает меня за шею и целует в макушку.
— Ты у меня еще такая мелкая.
— Я не мелкая, — дуюсь.
Мы выходим из здания суда, и я вдыхаю свежий воздух. Как же хорошо, будто три часа не дышала и сейчас легкие, наконец, получили долгожданный кислород.
Нас ждет Валера возле своей навороченной машины, и смотрит вслед удаляющемуся джипу.
— Это он? — снимает очки авиаторы.
Вадим только кивает. Валера кивает в ответ, словно у них идет диалог понятный только им.
Мы садимся и едем в кафе рядом с универом. Я уже написала Айле и она должна подойти туда, чтобы вместе отпраздновать победу.
У них с Валерой вроде начал таять лёд. Хотя дальше разговоров они не заходят. И это понятно, хотя я думаю, она втюрилась в него, а когда любишь любые запреты выветриваются из головы.
— Давайте туда? — указываю на наш любимый столик.
— Нет, туда пошли.
— Почему? — теряюсь.
Вадим тянет меня на себя, обнимает и шепчет на ухо.
— Потому что тот столик всегда берет парень, вон тот в красной рубашонке и твоя грудь его очень привлекает!
— Бред, — облизываю губы.
— Уж поверь мне, солнышко!
Подчиняюсь и иду к другому столу, оборачиваюсь и вижу разочарование в глаза официанта. А ведь и правда, всегда он нас обслуживал, был очень мил.
— Чего только не сделаешь, чтобы залезть в трусики такой хорошенькой девочке как ты.
— Что?!
— Отвечаю на твой мысленный диалог.
Сажает меня к стене и садится рядом. Хватаю меню и утыкаюсь в него. Что это за концерт по заявкам? Неужели он ревнует? И неужели ревность настолько не приятна?
Полина всегда рассказывала мне, как кайфует когда её ревнуют. Но что-то я кайфа не ощущаю.
— Привет, — здоровается Айла. — Вадим, можно мне сесть с Аней?
— А чем тебе не мило место напротив?
Пихаю его в бок. Знает ведь, что ей нельзя сидеть рядом с парнем. Она итак нарушает тысячу и одну заповедь, вообще сидя рядом с нами. Или как это у них там называется?
Айла краснеет и теряется.
— Это харам сидеть рядом с мужчиной.
— А если этот мужчина муж?
— Вадим!
— С мужем можно, — кивает.
— Так садись.
— Он мне не муж.
— Но будет.
— Прекрати! — злюсь я, зачем он так с ней.
Айла всхлипывает и уходит. Выталкиваю Вадима и бегу за ней. Догоняю уже на выходе.
— Айла, не злись на него, пожалуйста, он шутит. Так тупо, но шутит.
— Я не злюсь, — вижу, что сдерживается. — Поздравь его от меня, я рада, что мой брат смог ему помочь.
— Айла…
— Я сегодня съеду в общагу, передай Валере. — обходит меня и быстрым шагом удаляется.
Смотрю ей вслед, сзади обнимают знакомые руки. Скидываю их.
— Какого черта?
— А что я такого сказал?
— Ты обидел её и унизил, там народу куча!
— Ань, ей надо выходить из зоны комфорта, — тошнотворно спокойным голосом объясняет мне, — она живет не в мире розовых пони. И не всегда с ней рядом будет верный пёс, смотрящий предано ей в рот.
— Да что с тобой? Она помогла тебе…
— Помог её брат.
— Но она его попросила, — уже кричу.
— Не кричи.
— Что не нравится такое внимание? А ей, думаешь, приятно было? — сама не замечаю как плачу. — Мне обидно за неё, она одна в этом мире «розовых пони» и ей тяжело с её воспитанием.
— У неё есть брат, — пожимает плечами. — И Валера, который…
— Который даже не вступился за неё. Не пошел за ней, а сидит сейчас там и ждет заказ, — тычу в сторону кафе.
— Да он уже больше года носится за ней как ишак. В квартиру свою впустил, помогает, как может. И что взамен?
— Взамен? — охаю. — Дашь на дашь? Рыночные отношения? Может у нас с тобой тоже такие отношения?
— Что?! — не веря. — При чем здесь мы? И почему мы вообще из-за этого ссоримся?
— Чем мы отличаемся от них?
— Мы любим друг друга.
— С чего ты взял, что они не любят друг друга? — я так обижена на него, что аж трясет. — Короче, она просила передать тебе свои поздравления, — вытираю слезы.
— Ань…
— А Валере, что она съедет в общагу. Пойду, помогу подруге собрать вещи.
Разворачиваюсь и ухожу. Сворачиваю за угол и бегу, может еще не поздно и я смогу её догнать и отговорить.
***
Какого хрена он взъелся на эту девчонку?
Пытался помочь? Да. Помочь другу, который с каждой их встречей все мрачнее.
Все-таки любовь это страшная вещь.
Валерка загрузил себя работой, похудел и спит крайне редко. Постоянно курит, к женщинам равнодушен. Подкатывала одна на работе, так он её послал.
И вроде как понимает он все, сам был в такой ситуации. Но его поддерживала злость, чувство двойного предательства не давало сдаться. А тут…
Да, он осознает что перегнул. И Аня абсолютно права, но…
— Молодец, — Валера переворачивает стопку.
— Сам знаю.
— Какого черта, а?
— Хотел расшевелить…
— Давай я тебя расшевелю? Твою мать! — выпивает еще одну. — Я, не мальчик и знаю что делаю, на хрена лезть?
— Ну ступил! Расстреляй меня теперь. Меня итак Анька пропесочила.
— Да пошел ты, Вадик, — пьет еще одну. — Не умеешь ты людей ценить.
Валерка уходит.
Такой день запорол. Откидывается на спинку.
В зале суда Багиров действительно всех порвал. Он вырыл такое, о чем Вадим даже и подозревал. Теперь отцом заинтересовался ФСБ. И ему вряд ли удасться выкрутится.
Такого облегчения он не испытывал уже давно. С тех самых пор, как его мир перевернулся с ног на голову. Когда предала Лера и отец, когда мать запила и почти свихнулась. Разве что Аня скрасила серые будни, окрасив их в вишневый цвет. И Айла действительно ему очень помогла, а он…
— Счет, — он напился? Сам не понял, как выдул литр водки в одну харю. Все плывет, голова кружится. Добраться бы до дома.
Оплатив счет, покачиваясь, выходит из кафе. Уже стемнело и похолодало. Свежий воздух немного отрезвляет. Отходит в сторону чтобы не мешать выходящим людям, достает телефон — вызвать такси.
— Слышь мужик, — слышит сбоку, — огонька не найдётся?