Глава 18. Карма

Всё, что последовало потом, напоминало сцену из голливудских боевиков… Я посмотрел на своего похитителя и нисколько не удивился, увидев на его лице злорадное чувство превосходства. Он словно стервятник выжидал в предвкушении падения своей добычи и жаждал насладиться этим великолепным зрелищем. Садист чёртов! – Что дальше? – спросил я просто от скуки уже ни на что не надеясь. Жаль только, что с Людой так толком и не поговорил… – Скажи, куда ты дел Синичкину, и умрёшь быстро, – без церемоний выдвинули мне столь щедрые условия моего пребывания в этом «санатории». – Синичкиной? Я уже говорил твоему Денису и повторю: я её знать не знаю и видеть не видел! – Ты можешь её не знать, не видеть, но это не помешало тебе спрятать её от нас. – Зачем тебе какая-то девица, когда у тебя есть Карина?! – постарался я изобразить недоумение, но с гудящей головой и связанными за спиной руками, Оскар за мастерство мне явно не светит. – Хватит нести чушь! Ты отлично всё понимаешь и прекращай водить меня за нос! – вскричал Ольшанский. В этот момент дверь в начале лестницы открылась, и к нам спустились двое мужчин. Один был мне хорошо известен: это был тот самый Денис, с которым у нас не задалось общение. Он по-прежнему был в своей излюбленной косухе. Его компаньон был мне незнаком. Молодой мужчина, лет двадцати пяти – тридцати, тонкий, какой-то вертлявый и невысокий, в отутюженном тёмно-сером костюме и в белой рубашке. У него была абсолютно невзрачная и не цепляющая внешность русоволосого жителя средней полосы России. Дёрганные движения и бегающий взгляд выдавали его волнение. – Наконец-то! Гость уже заждался, – недовольно процедил хозяин дома, кидая на меня выразительный взгляд. – А этого ты зачем привёл? – указал он на «невзрачного». – Так, вы сами велели молодняк натаскивать, вот я и… – буркнул Денис, исподлобья взирая на шефа. – Ах да, – милостиво махнул рукой «барин» и властно добавил: – у вас час, чтобы выведать у него местонахождение этой стервы. Олег спокойно закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди, удобно устроившись на своём месте в ожидании кровавого зрелища. Я же судорожно пытался придумать, как могу ещё потянуть время и чем мне в случае успеха обороняться? Стены этого подвала были девственно чисты, и даже ржавого гвоздя из стены не торчало. Денис оказался послушным и исполнительным мальчиком, поэтому после команды шефа сразу направился в мою сторону, снимая на ходу свою дорогую куртку и аккуратно складывая ту в угол: – Где Мария Синичкина? – Я не знаю никакую Синичкину! – упёрся я рогом. Я уже не жилец, но «счастья» побывать на допросе у гориллы Ольшанского я бедной девочке не желаю и сделаю всё, чтобы они до неё не добрались. На свободе Мария принесёт намного больше пользы, чем в лапах этих садистов. Денис довольно оскалился и достал из-за пояса чёрных джинсов длинный нож с зазубринами. – У тебя на ремне не видно ножен. Где же ты прятал столь длинный клинок? – не удержался я от откровенного стёба, намекая на его «заднеприводность». Денис не поддался. Вместо приступа ожидаемого бешенства он стал методично разрезать на мне футболку, освобождая мой торс от одежды. – Сейчас на тебе наглядно покажу, где я его прячу, – самодовольно оскалилась эта горилла, и у меня по позвоночнику пробежала нервная дрожь. Я же совсем не этого добивался! – После тебя не гигиенично, – снова мой язык зажил своей жизнью, не переставая нести откровенную чушь. Боже, пусть меня убьют быстро! – Что ты с ним тянешь? – недовольно проворчал Ольшанский, показательно смотря на циферблат часов. Я отвлёкся на блеск дорогого метала на руке Олега, поэтому удар по рёбрам, который прилетел мне от Дениса, застал меня в полнейшей неожиданности. Боль была адской! Я не мог вдохнуть или выдохнуть, задыхаясь, удерживал в себе остатки кислорода и смотрел на чёрные точки, пляшущие пред глазами. – Где Синичкина?! – заорал мне в ухо Денис так, что, кажется, меня ещё и контузило. – Не знаю, – прохрипел едва слышно и сделал судорожный вдох, впуская мизерную порцию кислорода в горящие огнём лёгкие. Эта мразь наверняка мне рёбра сломала! – Ты помнишь нашу последнюю встречу? – прохрипело это «чудовище» у моего лица. Я отрицательно мотнул головой, неспособный к нормальному ответу. Говорить мне было больно физически. Острая боль полоснула плечо и, повернув голову, я упёрся взглядом в окровавленный нож Дениса, оставляющий тонкую кровавую полосу на моей коже. – Знаешь, босс не любит долгих игр, и мне никогда не выпадал шанс освежевать живого человека. Но ведь он может и передумать. После этих слов мы все резко вскинули головы на непонятные булькающие звуки и увидели, как «подмастерье» Дениса, закрывая рот рукой, пулей несётся по лестнице и выбегает из подвала. Слабак! – Слабак! – вторя моим мыслям, Ольшанский совсем некультурно сплюнул на пол. – Ай! – едва ворочая языком, вскрикиваю, потому как Денис ножом оставил чёткий след полумесяца на моих рёбрах, аккурат поверх наливающегося синяка и кровоподтёка от удара. Видок тот ещё! Пикассо отдыхает! – Говори, тварь, куда твой приятель дел девчонку?! Всё моё тело вмиг покрывается льдом от плохого предчувствия, осознавая, что им может быть известно местоположение Серого. – Какого друга? – делаю новую попытку изобразить неведение. – Того, с которым ты говорил на парковке. Серый, кажется? – зло ухмыляется мне в лицо горилла, и я понимаю, что мы в полной заднице! – При чём тут Серый? – А ты не помнишь? Тебе позвонили, как раз когда ты подошёл к своей тачке. У вас с тем абонентом был очень животрепещущий разговор, напомнить? Нет! Я вспомнил! Мне и правда позвонил Серый, жалуясь на то, что его гостья ведёт себя не как забитая и напуганная свидетельница по серьёзному делу, а как атаманша в десятом поколении. Я ещё заржал над его сравнением и посоветовал сделать ей приятно, чтобы девица угомонилась. Наш разговор вполне могли слышать, так как я на тот момент пребывал в блаженной эйфории и совершенно не обращал внимания на окружающую меня действительность! Вот, дура-а-ак! Они же могли забрать мой телефон, отследить последний входящий… – Правильно мыслишь, Витя, – подал голос Ольшанский. – Отследить звонок при моих связях и деньгах довольно просто. Мои ребята уже выехали в ту глухомань, куда ты отправил девчонку, вот только там жуткие дебри. Для ускорения поисков нам бы не помешала помощь проводника, – убийственно улыбнулся мне этот… – Я ничего не скажу! – заявил я с уверенностью, которой вовсе не испытывал. – Что же, твой выбор, – флегматично пожал плечами Олег и кивнул Денису. Побуждая того продолжить допрос. Карина может быть довольна: карма меня настигла. Сейчас мне предъявят весь имеющийся у них арсенал для пыток. Удручало меня лишь то, что в отличие от моего спектакля в сарае, эти ребята всё будут использовать по-настоящему.