Глава 4

Ранним утром следующего дня они выехали в Вольмиру. Обратно добирались гораздо большим составом. И не так быстро, потому что Исха уговорила своего старого знакомца Статруна ехать вместе с семьей в столицу. Насколько успел узнать из их разговоров десница, дела у старика в лавке после сожжения ведьмы шли крайне плохо. А все из-за того, что логовцы знали: тот дружил с Исхой. Поэтому не было ничего удивительно в том, что тот, собрав пожитки в несколько телег, тронулся в путь вместе с ними.

Исха пообещала Статруну помочь устроиться в Вольмире. Веренир вздохнул, понимая, что заниматься этим придется ему, но не упрямился, ведь готов был щедро отблагодарить человека, который поддерживал Исху в те времена, когда почти все от нее отвернулись.

Она ехала вместе с его семьей на повозке, держа на руках спасенного малыша. Веренир оставил двоих дружинников в Логе. Те должны были проследить за тем, чтобы семью ребенка отправили на покой по всем канонам: предали огню. Остальные десять дружинников, включая спасенного им Бронта, ехали рядом с повозками.

Исха предложила, чтобы Веренир ехал с ними в телеге, так он мог бы отдохнуть и восстановить силы. Но маг не согласился. Он хотел привести мысли в порядок, а рядом с этой женщиной он менялся так, что сам себя еле узнавал. Поэтому сейчас он ехал поодаль, но не мог заставить себя перестать на нее смотреть.

Ее же, казалось, поглотила беседа со стариком, его женой и дочерью. Они что-то оживленно рассказывали друг другу. На ее лице то и дело мелькала улыбка. И от этого у Веренира щемило сердце.

Почему она так редко улыбается рядом с ним? Почему все эти люди из ее прошлого, мальчик Бо, даже этот малыш на ее руках — могут вызывать у нее такие эмоции, а он как будто только приносит боль? Да, она любит его. Он знает это. Но она словно не до конца счастлива рядом с ним. И Веренир уже не понимал, только ли участие в битве подкосило ее, или он в принципе не сможет по-настоящему ее осчастливить.

Теперь, когда дружинник Бронт ехал на почтительном от своей спасительницы расстоянии, Веренир не испытывал к нему злости. Однако то и дело прокручивал в памяти сцену, которая намертво въелась в голову. Исха трогает его обнаженную грудь. Так нежно. Ласково. Заботливо. Десница сильнее сжал кожаные ремни поводьев. Д-д-демон! Как это развидеть? Умом он прекрасно понимал, что она всего лишь исцеляла его. Но неприятный голос внутри все твердил, что ведьма прикасалась к этому мужчине уже просто так, когда рана была полностью залечена.

Он невольно мысленно сравнивал свое тело и тело этого дружинника. И сжимал челюсти до скрипа зубов. Нужно снова заняться тренировками с ножами и мечами. С использованием магии он почти совсем забросил физические упражнения. Да, его тело было подтянутым и упругим, но такого рельефа мышц, как у любого из ребят, которые их охраняли, не имело. А он хотел… Нет — жаждал видеть в глазах этой женщины восхищение им. Желал знать, что она точно так же в восторге от него, как и он — от нее. От ее божественного белого тела с рыжими веснушками на плечах и спине, на груди и даже кое-где на бедрах.

Некромант ощутил, как поднимается в нем желание. Обладать ею. Забрать от всех, спрятать от всего мира! Сделать ее только своей!

Прикрыл веки и глубоко вдохнул, пытаясь унять разбушевавшуюся кровь и ту тяжесть. которая наполнила его мужское естество при воспоминании об Исхе в спальне. На его кровати…

Когда теперь они смогут остаться наедине? Каким-то загадочным образом получалось так, что они обрастали детьми. Не своими, своих как раз-таки у них никогда не будет. Но теми, которых придется воспитывать. Если этот мальчик тоже обладает магией, а в этом десница еще успеет убедиться, его тоже следует воспитывать при дворе. Хотя Веренир сомневался, что Исха отдаст его кому бы то ни было в любом случае. Есть у этого ребенка магия или нет. Уж слишком нежно она его обнимала, слишком ласково смотрела. Точно так же, как и на Бо.

Веренир тихо вздохнул. Он не против детей. Вовсе нет. Бо даже казался ему милым, несмотря на иногда излишнюю назойливость и то, что мальчик постоянно крутился рядом с Исхой. Но маг тоже нуждался в ней! Нуждался не меньше, чем эти, мелкие. Только не мог же прямо так и заявить?! Исха посчитает это ребячеством. Да что там Исха, это смешно звучало даже в его мыслях! Он сам готов был смеяться над собой. Только смех вышел бы совсем не веселым.

Однако нужно решать проблемы по порядку. И самая важная сейчас — вернуться под защиту надежных стен замка.

Долго уговаривать Статруна не пришлось. Он даже не стал думать, как продать свою небольшую лавку. Собрал пожитки, взял семью — и вот он уже сидит с Исхой в одной телеге. Ей было очень приятно встретить старика. Она иногда думала о нем. Этот человек когда-то помог ей понять: не ее вина в том, что к ней так относятся все вокруг. Помог осознать, что есть люди, которым она небезразлична. Статрун. Сэя. Григ. Пожалуй, больше никого в Логе у нее и не было.

При воспоминании о Григе сердце начинало тянуть. Он работал на Йерская. Разнюхивал для него. Но вместе с этим его чувства были искренни. По крайней мере, какое-то время. И, несмотря на все, что между ними произошло, она дорожила воспоминаниями об этом человеке. Но его прах давно развеян над водой…

Воспользовавшись тем, что Статрун увлекся разговором с дочерью, которая была почти одного возраста с ней, Исха посмотрела на младенца. Его накормили козьим молоком, которое взяли у хуторчанина неподалеку от Лога, и мальчик спал у нее на руках, то и дело вздрагивая во сне. Что-то он уже понимал. И, наверное, сильно испугался, бедный.

Исха еще не успела понять, что для нее означает вся эта ситуация. Но бросать ребенка Сэи не собиралась. Все как-то само устроится.

Но, странное дело, в отличие от магии Бо, о которой она даже не подозревала, пока тот не дотронулся до ее медальона, в этом ребенке ее сила узнала себе подобную. Как только ведунья взяла его в руки в спокойной обстановке, ощутила магию как незримую нить между ними. Теперь она была уверена в том, что он действительно владеет силой. Исха пробудила в нем ее. И только она в ответе за этого маленького человека. Ведьма понятия не имела, что такое возможно. Но вот же. Живое доказательство прямо перед ней. В ее руках.

Она словила себя на мысли, что улыбается, глядя на крупного и розовощекого мальчугана. Бо был совсем не такой: бледный, маленький и весь такой… хрупкий, беловолосый. Иногда его волосы казались Исхе почти прозрачными, она до того не видела настолько светлых голов. Даже седина у стариков не настолько белая. А этот маленький человечек в неполный год весил почти столько же, сколько ее Бо сейчас. И имел темные волосы и невероятно темные глаза. В последний раз, когда она его видела, глаза его были еще голубые, но уже поменяли цвет. Малыш явно пошел в своего богатыря-отца.

Ведьма грустно улыбнулась. Боже Ясногорящий, они не успели совсем немного… Если бы только… Впрочем, какая теперь разница?..

Исха, медленно покачивая малыша у себя на коленях, уже несколько щепок смотрела на бабочку, которая присела на бортик повозки, словно отдыхая. Ее крылышки чуть подрагивали при движении телеги. Солнце пряталось за тучи, и в целом было слишком холодно для насекомых. Но красивая гостья с лимонного цвета крыльями никуда не собиралась улетать. А очень скоро к ней присоединилась другая. А следом — третья. Малыш проснулся и наблюдал за разноцветным хороводом, который устроили крылатые.

Исха словила взгляд Веренира. Они еще не успели поговорить обо всем случившемся, но тот многозначительно кивнул. Он тоже понял, что бабочки вокруг мальчика — это проявление его магии. Странно, ведь Исха никогда так не делала. А их сила была очень схожа. Видимо, не до конца. Что-то в его способностях было только его, ничье больше.

Некромант подъехал к ней, пустив своего коня рядом с повозкой. Маг странно себя вел. Исха хотела с ним поговорить, но вокруг находилось слишком много ушей, и она решила отложить разговор до приезда.

— Как его зовут? — Веренир наблюдал за тем, как малыш тянет ручки к нежным созданиям, и те без боязни садятся к нему на пальцы и ладони.

— Халим, — ответила Исха. — Халимион.

— Красивое имя, — кивнул десница. — Он… так играет?

— Мне так кажется, — растерянно улыбнулась ведьма. — Наверное.

— Интересно, — хмыкнул мужчина.

— Что?

— Да я так, мысли вслух… — Веренир действительно выглядел задумчивым. — Что будем с ним делать?

— А есть варианты? — подняла обе брови Исха.

— Возьмешь его, как и Бо? — уточнил Веренир.

— Ты против? — насторожилась ведунья.

Она даже не подумала, что Верениру это может не понравиться. Возможно, он совсем не готов к детям, которые свалились на него как снег на голову.

— Н-нет, — запнулся он. — Нет, я не против. Дети с даром — это хороший магический резерв, и они нужны княжеству.

— Они просто дети, Веренир! — воскликнула Исха громче, чем хотела, на них даже обернулось несколько дружинников, Статрун и его дочь. Жена старика дремала рядом.

Исхе показалось, что десница недовольно на нее глянул. Да что с ним такое? Почему он все воспринимает с точки зрения практичности?! И снова в голову закралась мысль о том, испытывал бы он к ней те чувства, которые есть сейчас, если бы она была обычной женщиной без магии? Если бы она не могла приносить ту пользу, которую приносит? Был бы он с ней?..

— Давай дома поговорим, — маг вздохнул и поспешил отъехать от ведьмы подальше. Видимо, чтобы она не решила продолжить разговор.

***

Хвала Ясногорящему! Добрались! Солнце уже клонилось к горизонту. Обратная дорога вышла гораздо более долгая. Эта поездка порядком утомила десницу. Все, чего он сейчас хотел, — лечь в постель и проспать как минимум до следующего вечера.

Серые каменные стены замка несли в себе чувство безопасности. Только когда их группа оказалась внутри, он смог спокойно вздохнуть. Можно расслабиться. Но сперва — доложить князю обо всем. Он даже не предупредил его лично, куда отправился. Так спешил, что передал все через Висгарта. Маг лишь надеялся, что Тройтан не будет гневаться на него за самоуправство. Хотя господарь доверял ему настолько, что Веренир получал почти полную свободу действий. Все же больше пятнадцати зим он верой и правдой служил правителю и княжеству.

Веренир подозвал одну из служанок, которая проходила по двору, и велел ей устроить семью старика в замке. Временно. Им всем нужно немного отдохнуть, а потом уже размышлять, что делать дальше.

— Давай подержу, — подошел маг к Исхе, которая собиралась с ребенком на руках выбираться из повозки.

Она странно на него глянула, будто решала, стоит ли это делать.

— Исха, я его не покусаю, — ухмыльнулся Веренир.

Кажется, она смутилась и подала мальчугана деснице. Малыш посмотрел на него и улыбнулся.

— Привет, — сказал маг.

Младенец в ответ что-то пролепетал.

— Он что, пытается говорить? — посмотрел некромант на ведьму, которая со стонами разминала затекшие ноги после долгой дороги.

— Ну да, дети примерно в это время и начинают говорить, — пожала плечами она.

— Но он еще слишком мал.

— Ты слишком мал, а зайка? — забрала Исха у Веренира ребенка, скривив ему смешную рожицу. Малыш залился смехом.

Зайка? Помоги ему небо! Веренир вздохнул и пошел следом за Исхой внутрь.

— Его уже давно нужно переодеть.

— Я прикажу, чтобы ему нашли няню.

И снова этот ее странный взгляд!

— Что я не так сказал? — Веренир начинал раздражаться.

— Все в порядке, — заверила его Исха. — Няня ему действительно будет нужна. Но пока ее нет… — ведьма сделала паузу, снова посюсюкавшись с малышом. — Я за нее, правда, котенок?

Мальчик снова улыбнулся и сказал что-то вроде «тенок». Веренир покачал головой. Оказывается, Бо еще очень ничего по сравнению с этим мелким… По крайней мере, с Бо можно поговорить.

Они поднялись в коридор, где располагались их покои. Веренир сперва хотел проводить Исху, а потом уже отправляться к себе. Навстречу им выбежал возбужденный Бо.

— А я знал, что вы придете с малышом! — выпалил он, кинувшись обнимать Исху.

— Видел в видении? — серьезно уточнил маг.

— Нет, мы в окно за вами наблюдали! — гордо выдал Бо.

— Ты с Игретой? — улыбнулась ведунья, потрепав белые волосы.

И как она запоминает имена всех слуг? Вернир покосился на Исху. Кажется, так звали няню мальчика, но с уверенностью он сказать не смог бы.

— Нет! — с какой-то гордостью покачал головой беловолосый и замолчал.

— Тогда с кем ты был? — Веренир видел, что Исха спрашивала, не особо задумываясь над вопросом, просто поддерживала беседу с ребенком, который по ней наверняка соскучился, а сама в это время пребывала в своих мыслях.

Они подошли к дверям покоев Исхи. Веренир толкнул дверь, чтобы пропустить вперед Исху с младенцем на руках. Бо вбежал первый.

— Он сказал, что очень хочет тебя увидеть! — сообщил мальчик громко.

— Да о ком ты говоришь, Бо? — все же «ожила» Исха, очнувшись от задумчивости.

— Думаю, речь обо мне, — из-за большого стола, который использовался для приготовления снадобий, поднялся мертвец.

Нет, он, конечно, не был мертвым сейчас. Он дышал, двигался и говорил. Но таковым его все уже долгое время считали.

Ведьма застыла на пороге, не в силах больше сделать и шага. Она побледнела так, что веснушки проступили на лице яркими пятнами. Верениру показалось, что она сейчас упадет. Она действительно пошатнулась. Он кинулся к ней, придержав.

— Подержи, — сдавленно сказала она и выпустила из рук Халима, а потом сделала несколько нетвердых шагов к человеку, который робко улыбался, глядя на ведьму.

Веренир и сам почувствовал, как земля уходит из-под ног.

Да как он смеет заявляться сюда… вот так?! И вообще кто его сюда пустил?!

Широкими шагами, он, не сводя взгляд с Исхи, которая, словно во сне, двигалась к бывшему мертвецу, подошел к широкой кровати и положил на нее Халима.

Десница сам находился как будто в кошмаре.

— Живой, господи Ясногорящий… — шептала она. — Живой…

Она приблизилась к нему, и он заключил ее в объятия. Ведьма не ответила на них, просто стояла, будто забыла, как двигаться.

Гнев, ярость, безумная злость накатили так внезапно, что Веренир даже не подумал воспользоваться магией. Стрелой он оказался возле возмутителя спокойствия и, резким движением оттолкнув его от Исхи, ударил кулаком в лицо.