Глава 22

Глава 22

На следующий день после разговора с Веландом ко мне заглянул Теодор. Вид у него был ещё более возбуждённый, чем обычно – он буквально светился изнутри, и я поняла, что в библиотеке нашли что-то особенное.

– Госпожа Карантар! – воскликнул он, едва переступив порог кабинета. – Вы не представляете! Я должен вам рассказать!

Я жестом пригласила его сесть и велела Дирку приготовить бумагу для записей – на всякий случай.

– Рассказывайте, Теодор. Только спокойно и по порядку.

Он перевёл дух, но глаза его всё равно горели.

– Мы с Веландом продолжили разбор библиотеки. Систематизируем по секциям, как вы велели. И знаете что? Там не только технические трактаты и магические фолианты. Там огромный раздел художественной литературы и искусства!

– Художественной? – переспросила я. – Поэзия, проза?

– И поэзия, и проза, и драматургия! – закивал он. – Целые стеллажи! Я нашёл сборники стихов, которые считались утерянными ещё триста лет назад. Пьесы, которые никогда не ставились при жизни авторов. Романы в стихах, эпические поэмы… – он перевёл дух. – И иллюстрированные рукописи! Миниатюры, орнаменты, портреты! Там такие работы, госпожа… я никогда не видел ничего подобного!

Я слушала, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри уже оценивала масштаб находки. Художественные книги – это не только культурная ценность, но и потенциальный капитал. Богатые коллекционеры платят за такие вещи огромные деньги.

– Насколько они древние? – спросила я.

– Самые ранние – примерно тысяча лет, судя по стилю и языку. Более поздние – лет пятьсот-шестьсот. Но сохранность! Вы бы видели эти миниатюры – краски не выцвели, золото не потускнело. Стазисное поле сработало безупречно.

– А содержание? Есть что-то, что может быть… опасным? Еретическим? Крамольным?

Теодор задумался.

– Вряд ли. Это в основном светская литература: любовная лирика, героический эпос, сатирические пьесы.

Я кивнула. Это хорошо.

– А что с авторами? Есть известные имена?

– О да! – глаза Теодора снова загорелись. – Например, я нашёл полное собрание стихов Элиана Среброуста. Считалось, что из двадцати его поэм сохранилось только семь. А здесь – все двадцать! И комментарии, написанные его учениками! Это сенсация, госпожа!

– Имена мне ничего не говорят, – призналась я. – Но я понимаю ценность. Сколько таких книг?

– Пока мы насчитали около двухсот томов, но это только начало. Там ещё много неразобранного. Я думаю, общее число может достигать пятисот.

Я присвистнула про себя. Пятьсот древних книг – это состояние. Но не только в деньгах дело.

– Теодор, – сказала я, – вы понимаете, что эта находка может изменить историю литературы? Искусства?

– Понимаю, госпожа! – он почти подпрыгнул на стуле. – И я готов работать день и ночь, чтобы всё описать, систематизировать, подготовить к публикации… если вы позволите, конечно.

– Позволю. Но с условиями. Во-первых, полная тайна, пока мы не разберёмся, что именно нашли и какова реальная ценность. Во-вторых, ни одной книги не покинет библиотеку без моего разрешения. В-третьих, вы будете составлять подробный каталог с описанием каждой рукописи: автор, название, датировка, состояние, особые приметы.

– Конечно, конечно! – закивал он. – Я уже начал!

– И последнее, Теодор. – Я посмотрела ему прямо в глаза. – Я понимаю ваш энтузиазм. Но помните: эти книги теперь мои. Я не собираюсь их прятать или уничтожать, но и раздавать налево и направо тоже не буду. Мы будем действовать осторожно и продуманно.

Он слегка сник, но тут же взял себя в руки.

– Я понимаю, госпожа. Честно говоря, я просто счастлив, что могу к ним прикасаться и читать. Если когда-нибудь их издадут – это будет величайшей наградой.

– Это может случиться. Но не сейчас.

Он кивнул и поднялся, но в дверях задержался.

– Госпожа, можно вопрос?

– Да.

– Вы… вы сами как-нибудь зайдёте посмотреть? Там есть одна книга с миниатюрами… я думаю, вам бы понравилось. Там изображена женщина, очень похожая на вас. Возможно, это портрет одной из ваших прародительниц.

Я чуть приподняла бровь.

– Интересно. Да, я зайду на днях. Спасибо, Теодор.

Он вышел, сияя, а я задумалась. Художественные книги, портреты предков… Карантар продолжал раскрывать свои тайны. И с каждой новой находкой я понимала, что этот род был куда богаче и значительнее, чем я думала. А значит, и моя роль здесь – не просто управляющей, а хранительницы этого наследия – становилась всё важнее.

Глава 23

Прошло несколько дней после разговора с Теодором. Я как раз заканчивала утренний обход, проверяя готовность зимних запасов, когда в воздухе передо мной возник знакомый синеватый сгусток. Магический вестник покружился на месте и опустился прямо на перила крыльца, оставив после себя плотный конверт с императорским гербом.

Я взяла его в руки. Бумага была тяжёлой, с золотым тиснением и личной печатью. Такие приглашения просто так не рассылают.

Поднявшись в кабинет, я вскрыла конверт. Дирк, увидев моё лицо, замер за своим столиком, но вопросов задавать не стал.

Письмо было кратким, как и полагается императорской канцелярии:

«Её милости, Ариадне горт Карантар, владетельнице земель и замка Карантар.

Император Великой Империи, Повелитель Южных и Северных земель, Хранитель Вечного Порядка, приглашает Вас на личную аудиенцию во Дворец Вечного Солнца в столице. Дата и время: завтра, в полдень. Явка обязательна.

Прилагаемая карточка служит порталом для прохода. Активируется простым нажатием. По окончании аудиенции вы будете препровождены к обратному порталу.

С уважением,

герольдмейстер империи граф Эренфельс».

В конверте действительно лежала тонкая металлическая карточка, похожая на ту, что использовалась для бала, но с другими рунами и более массивная.

Я перечитала письмо дважды. Личная аудиенция у императора. Не бал, не приём, а именно аудиенция. Это было неожиданно и… многозначительно.

– Дирк, – сказала я, не отрывая взгляда от письма. – Позови Иво и Марту. Быстро.

Он выскочил из кабинета, а я откинулась на спинку кресла, обдумывая возможные причины. Император мог заинтересоваться моими успехами – слухи о ярмарке, тканях, специях уже разошлись. Мог быть доволен тем, как я справилась с нежитью – гильдия магов наверняка докладывала. Мог… вариантов было много.

Иво и Марта влетели почти одновременно, запыхавшиеся.

– Госпожа? Что случилось? – спросил Иво, окидывая взглядом кабинет, будто ища опасность.

Я протянула ему письмо. Он прочитал, присвистнул и передал Марте. Та, прочитав, побледнела.

– Госпожа… это честь, но и… ответственность, – выдохнула она.

– Знаю. Поэтому вы здесь. Завтра в полдень я должна быть во дворце. Нужно подготовиться.

– Что нужно? – деловито спросил Иво.

– Самое главное – внешний вид. Марта, займись платьем. Не бальное, но статусное. Строгое, дорогое, без излишеств. Тёмные тона, благородные ткани. Украшения – минимум, но качественные. Из тех, что из клада, но не кричащие.

– Есть у нас одно, – задумалась Марта. – Тёмно-синий бархат, серебряное шитьё по вороту и манжетам. Строгое, но богатое. И к нему серебряный гарнитур – брошь, серьги, браслет. Не слишком много, но достойно.

– Отлично. Подготовь к утру.

– Сделаю, госпожа.

– Иво, на тебе всё хозяйство. Один день, максимум два. В случае ЧП – магический вестник. Я буду доступна.

– Не волнуйтесь, госпожа, – твёрдо сказал он. – Всё будет в порядке.

– Документы, – добавила я. – Дирк, собери всё, что подтверждает моё право на владение Карантаром. Грамоты, свитки, печати. На всякий случай.

– Сделаю, тётя Ариадна.

Они вышли, а я осталась одна. За окном уже темнело, в камине потрескивали дрова. Я снова перечитала письмо, повертела в руках карточку-портал.

Император. Личная аудиенция. Что бы это ни значило, отступать было нельзя. Я проделала слишком большой путь, чтобы сейчас дрогнуть.

Завтра – столица. А сегодня – собраться с мыслями и приготовиться к самому важному разговору в моей жизни.