Глава 17

Глава 17

Минувшая ночь казалась сном. Неужели я правда это сделала? Выпытала из Кая ответы, применив постыдную сторону своего дара, а ему это даже понравилось… Хуже, что и мне тоже. Понравилось смотреть на него в моей власти. Понравились его мольбы не прекращать. Понравилось желание в его глазах. Я ощутила себя богиней, способной на то, что другим недоступно.

Одинокая и никому ненужная богиня любви – как поэтично… Однако сейчас не время о таком думать. Прошлая ночь обнажила не только торс Кая, но и его тайные помыслы. Убить Беллиана… Не то чтобы я питала к эксцентричному королю искреннее уважение или тёплые чувства, но убийство?! Лучше бы я и дальше ни о чём не знала, ведь знание намерений принца Ада неминуемо ставит меня перед выбором: на чьей я всё-таки окажусь стороне. Как сделать правильный выбор и не ошибиться? «Выбрать себя», – подсказал просветлевший вместе с рассветом рассудок. Я понятия не имею, кто из них двоих герой, а кто злодей, но знаю себя и уверена, что смогу поступить правильно, когда придёт время.

Удивительно, с какой лёгкостью я вскочила с постели, хотя поспала всего несколько часов. Правда, высока вероятность, что и заряда бодрости хватит так же на пару часов, не более. Стоит провести их с пользой.

По-быстрому приведя себя в порядок и даже надев красивое платье (уж не знаю, с чего у меня сегодня такое игривое настроение), я покинула свои покои. На жилом этаже всё ещё пусто, никто после праздника не торопится проявлять признаки жизни. Даже пятна крови на полу в коридоре остались. На мгновение захотелось взяться за тряпку и самой стереть следы ночной потасовки. Но, увы, тряпки под рукой не оказалось, а магией воспользоваться побоялась. Пришлось оставить всё как есть и двигаться дальше.

И если на жилом этаже царила тишина и покой, то сердце замка бурлило жизнью и… паникой?! Стража сегодня как никогда путается под ногами. Они обучены так, чтобы быть не заметнее горшка с цветком в тёмном углу, но сейчас их голоса слышны отовсюду, да и самих их больше, чем обычно.

Сердце тотчас ушло в пятки. Неужели меня заметили на троне? Или видели, как я магией оттолкнула парней в жилом коридоре? А, может, в моей спальне имеется некий детектор магии, и он засёк ночные эксперименты над Каем?! Вчера я наделала слишком много ошибок. Многое могло меня выдать, а я даже не знаю, за что именно должна буду оправдываться, если меня схватят. Радовало лишь то, что Кристина и Лёша покинули замок с рассветом, и им не придётся нести ответственность за непутёвую подругу и сестру.

Инстинкт самосохранения велел бежать, но ноги намертво приклеились к полу, когда на меня обратил свой взор один из посыльных королевского дознавателя. Тот самый парнишка, которого я разгрузила, забрав в наказание половину его работы. Что он здесь делает и почему смотрит на меня?.. Воображение нарисовало, как он кричит и привлекает ко мне внимание стражников. Они, в свою очередь, хватают меня под мышки и тащат в подземелье, где отдают на откуп Рейке, а её угрюмое лицо становится последним, что я увижу в жизни…

От удручающей картины перед глазами меня всю передёрнуло. В итоге я и правда очутилась в подземелье, но на своих двоих и без конвоя. Парнишка-посыльный, чьё имя я никогда не стремилась запомнить, сообщил, что лорд Фёрстрайд вызывает нас обоих к себе. А раз так, то, скорее всего, у нас прибавилось работы. Ещё никогда я так сильно не радовалась возможности изнурительной беготни по замку после пары часов сна.

Дознаватель и его дочь нависали над кем-то прикованным цепями к железному стулу. За их обширными телами было невозможно рассмотреть фигуру жертвы, лишь ноги виднелись. По форме и размеру босых ступней предположила, что это женщина. Сердце ёкнуло в груди. Только бы это не оказалась Кристина.

– Ночью на Его Величество было совершено покушение, – обернулся к нам лорд Фёрстрайд. – Шпион воспользовался наплывом гостей в замок и проник в личные покои Беллиана, замышляя убийство, когда тот уснёт. Хвала королевскому роду, всё обошлось, и наш король жив-здоров!

Я всё ещё пыталась рассмотреть пленницу позади дознавателя, хоть уже и понимала, что Кристина здесь ни при чём. Однако перспектива пыток над женщиной совсем не радовала. Ненавижу это место, ненавижу эту работу и ненавижу чету Фёрстрайдов!

Мужчина отошёл к своему столу, склонившись над бумагами, а я наконец получила возможность рассмотреть пленницу. Ей оказалась Мирель – рыжеволосая ассистентка короля Ада. Угольно-чёрные тени поплыли, создавая ещё более воинственный взгляд, а само лицо выглядело бледно и измождённо. Женщина здесь всего несколько часов, но уже немало пережила.

Мы уставились друг на друга. Стоит Мирель заговорить, и я окажусь на соседнем стуле, однако она лишь молча отвернулась, сделав вид, что не знает меня. Стыд напополам с благодарностью окутал сердце. Я понятия не имею, что творится в Нижнем мире, но именно в такие моменты хочется принять противоположную сторону конфликта.

– Выяснилось, что это помощница самого Балтазара, – вновь заговорил лорд Фёрстрайд, нависая над документами. – До чего только ни готов опуститься правитель Нижнего мира ради получения преимущества в войне!

– Прямо как в древней истории, – ухмыльнулась Рейка, узрев возможность блеснуть эрудицией. – Когда правитель Нижнего мира Тарнут отравил благородного короля Вескона III и начал войну с ослабленным Верхним миром…

– …Но на трон взошёл принц Рейдон и выиграл все сражения, получив впоследствии имя Победоносный! – с гордостью подхватил за дочерью отец. – Всё так, милая.

– Простите, что перебиваю, – встряла, не в силах слушать праздную болтовню, пока рядом от боли корчится Мирель. – Зачем вы меня вызвали? Мой дар вряд ли подействует на представителя Нижнего мира, – уже привычно солгала я.

– Ты здесь не для этого, – ответила за отца Рейка. Жаль синяки на её лице уже полностью сошли. – Или уже забыла, что теперь у тебя другая должность?..

– Не забыла, – сквозь зубы процедила я. Однако злило меня вовсе не понижение, а надменный тон и самодовольное выражение лица девушки.

– Вы оба должны размножить и передать срочное послание всем гонцам в замке, – сообщил дознаватель, отлипнув от своего стола. – Никаких магических пересылок, лично в руки военачальникам. Вы меня поняли?

– Будет сделано! – тотчас поклонился парнишка-посыльный. Ещё чуть-чуть, и он поцелует собственные колени.

Я же лишь слегка кивнула, потянувшись за образцом письма.

Оказалось, парнишку-посыльного зовут Мич, и, несмотря на то, что он чистокровный уроженец Верхнего мира, бедолага не обладает никакими магическими способностями. Печать на его ладони так и не проявилась, и он был с позором исключён из Академии Печатей ещё в раннем возрасте. Однако происхождение и положение семьи позволили ему закрепиться в замке, пусть и на низкой должности. Сам Мич свою работу считает очень важной и почётной, каждую секунду попрекая меня за неразборчивый почерк. Спасибо хоть ручкой писать позволили, а не пером, иначе половина писем состояла бы из одних чёрных клякс. Использовать магию для приумножения посланий нам не позволили. А из самого текста становилось понятно почему:

«Его Величество Беллиан Астер I велит всем военачальникам оставить свои посты и явиться в замок на срочное заседание».

Магическое письмо, как оказалось, легко подделать, зато физическое с уникальной Печатью короля или, в моём случае, доверенного дознавателя – практически невозможно. Высокопоставленные военные никогда не откликнулись бы, не будь уверены, что не направляются в ловушку. Ведь это не обычное письмо, а написанное на той самой бело-золотой бумаге, выпив которую ты переместишься. А уже куда, к друзьям или врагам – вопрос другой.

– Как закончим, я сам отнесу письма лорду Фёрстрайду для закрепления Печатью, если ты не против? – поинтересовался Мич.

– Нисколько, – охотно согласилась я. Не хотелось бы видеть лица Рейки и её отца, когда они станут изучать мой не соответствующий местным стандартам почерк. А ещё меньше хочется видеть Мирель, просидевшую с этими двумя лишний час. Что они могли сделать с ней за это время?..

«Боги! – вдруг осенило меня. – Она ведь знает о Кае и обо мне! Как долго сумеет молчать, когда дознаватель пустит в ход все свои ужасающие таланты?..».

В горле тотчас образовался ком, а рука дрогнула, оставив на пергаменте длинную закорючку. Чистописание окончательно перестало меня заботить.

– Ты опять испортила письмо! – это не осталось незамеченным Мичем. – Нас просили закончить как можно скорее. Соберись!

– Мич… – осторожно обратилась к парню. – Что будет с той женщиной в подземелье?

– Шпионкой? Её допросят и, полагаю, казнят.

Я промолчала, склонив голову над очередным листком бело-золотой бумаги. Рука дрожала, так что в итоге не написала и трети от своей половины. Почти всё пришлось делать Мичу, чему он оказался только рад и даже не скрывал, что поставит в известность лорда Фёрстрайда и о своих заслугах в области каллиграфии, и о моей некомпетентности. Однако нагоняй от начальника волновал меня в последнюю очередь.

Когда всё было готово, дознаватель скрепил письма уникальным оттиском своей Печали, после чего мы передали их гонцам. Как оказалось, экстренное заседание военной верхушки Верхнего мира состоится в замке уже сегодня вечером, если послания будут доставлены вовремя. Звучали и другие слова, однако я слушала лишь те, которые могли угрожать лично мне; и не нагоняем за кривой почерк, а кое-чем пострашнее. Всё-таки Мирель провела достаточно времени в подземелье, но, учитывая, что я всё ещё на свободе – женщина пока не проговорилась, но надолго ли её хватит?..

После передачи Мич отправился по своим делам, а я принялась нарезать круги по замку, не в силах сдержать нарастающую внутри панику. Мир вокруг испарился. В нём не осталось ни красок, ни звуков. Не осталось ничего, кроме меня и страха перед тяжёлым решением. Должна ли я переговорить с Каем – или сейчас это пустая трата времени? Вряд ли он вообще знает о поимке Мирель, являясь в замке гостем, никак не связанным с королевским дознавателем и его работой.

«Что же делать, что же делать?..» – крутилось в голове на повторе.

Инстинкт самосохранения нашёл выход из сложившейся ситуации. Опасный и рискованный, но выход. И для осуществления задуманного мне лучше действовать в одиночку…

* * *

– Заходи, – улыбнулась я Мичу, распахивая перед ним дверь в личные покои.

Невысокий худощавый парень с высыпаниями по всему лицу широко заулыбался в ответ, с готовностью войдя внутрь.

– Неожиданная просьба, но тебе действительно не помешает поучиться чистописанию.

– Да-да, – подтвердила, закрывая за ним дверь и жестом приглашая за круглый столик. – У тебя очень красивый почерк: ровный и изящный. Тоже хочу так уметь.

– Я учился этому много лет! – гордо заявил парень, плюхаясь в кресло. – Когда меня отчислили из Академии, я каждый день практиковался в письме и скорочтении. А ещё – в стенографии.

– Правда? Как увлекательно! – полюбопытствовала с натянутой улыбкой.

– Ага! Ну-с, приступим? Тут главное – освоить перо вместо этой твоей шариковой ручки.

Ох…

Я писала, как получалось, а получалось даже хуже, чем утром. Однако Мич не ругался – напротив, то и дело подбадривая не только словами, но и прикосновениями. Сначала накрыл своей ладонью мою, помогая выводить на пергаменте изящные закорючки, а затем и вовсе принялся дышать мне в шею, кончиком носа касаясь кожи.

Волосы на затылке встали дыбом, но я стерпела, сделав вид, что меня всё устраивает.

– У тебя уже лучше выходит, – объявил парень.

– Потому что ты водишь моей рукой, – мой голос дрожал, впрочем, как и улыбка.

Спустя ещё десяток испорченных листков бумаги, на этот раз самых обычных, активность Мича замедлилась, а его голова окончательно опустилась мне на плечо.

– Прости, – прозевал он. – Что-то я замотался сегодня. Мы оба. Столько работы…

– И не говори. Отдохни, позже продолжим.

– Так приятно быть доверенным лицом при дворе…

– В верности твоей семьи никто не усомнится, – подтвердила, аккуратно скинув голову парня со своего плеча на спинку большого кресла, в котором мы поместились вдвоём, будучи одинакового телосложения.

– Будь у меня Печать, я бы ещё лучше служил своему королю… – эти слова стали последним, что успел сказать Мич, прежде чем провалиться в мир грёз.

Убедившись, что парень уснул, я резко вскочила на ноги. От улыбки не осталось и следа, зато руки задрожали сильнее. Тяжелее всего оказалось дожидаться вечера, когда в замок прибудут военачальники. Каждая минута промедления могла стоить мне свободы, а то и жизни, если Мирель проговорится. Однако будучи занятым приготовлениями к встрече, лорд Фёрстрайд не успел как следует над ней поработать. Вместе с дочерью он отправился на заседание, дав пленнице время на передышку.

Сейчас в подземелье, кроме Мирель, нет никого, а Мич проспит в моих покоях до самого утра, выступив в качестве неплохого алиби. Парень давно на службе у дознавателя, в его верности никто не усомнится, ведь данные им показания так легко проверить. Он не обладает ментальной защитой, да и саму магию Печати распознать неспособен – как и теперь, когда я применила к нему сонные чары, а он ничего не заподозрил. Сейчас парень должен видеть сны о том, как мы продолжаем практиковать чистописание. И хотя с двумя Печатями мне доступны заклинания любой сложности, я всё же волнуюсь за реализацию созданного впопыхах сновидения. Зато слуги видели Мича входящим в мои покои, так что если дело дойдёт до допроса, нашу историю будет кому подтвердить. Надеюсь, всё сработает как задумано, ну а пока остаётся самое сложное – не попасться самой.