Глава 13

Кара – кара?

Савельев весь вечер улыбался, а девушка-то оказалась с чувством юмора. Подставила Золотову свою веселую подругу. Правда, этим самым создала некоторые технические сложности для слежки, но эту проблему Никита очень быстро решил – оказалось, что и на том этаже, куда она перебралась, достаточно свободных комнат. В одной из которых детектив и разместился.

Ночь прошла спокойно. Сыщик не интересовался, что было у коллег объекта, ведь сама Кара оставалась у себя до самого утра. И потом не выходила. Так, пока около двенадцати часов следующего дня к ней в дверь не начала ломиться ее подруга. Сначала только стучала, потом дергала за ручку, звонила – никакого результата. Даже Савельев немного забеспокоился. Он-то знал, что объект там. Что могло произойти? Немного поразмышляв, мужчина решил, что не будет ничего плохого в том, если он как бы случайно пройдет мимо и поинтересуется, что произошло, ведь они же знакомы. Не откладывая в долгий ящик, сыщик направился по коридору к комнате Кузьминой.

– Здравствуйте, – кивнул он взволнованной Гуляевой, – что-то случилось? Вы же подруга Кары?

– А? – оторвала от телефона испуганные глаза Эмма. – Ой, это вы? Да, как же, видела вас вчера. Да, Кара куда-то пропала. Стучу в дверь – не открывает, звоню – трубку не берет, хотя гудок идет.

– Возможно, она просто хочет побыть одна? – сделал предположение Никита.

– Нет, – отрицательно помотала головой Гуляева, – не может. У нас ЧП и я ей уже целую кучу сообщений отправила. Она человек обязательный, когда касается работы – через не хочу отвечает. Это точно.

– Тогда выход один – позвать администратора и попросить отпереть дверь, – пожал плечами Никита. Он очень надеялся, что внешне оставался спокойным, хоть внутри сердце его бешено колотилось. Если это правда – Кара могла быть в серьезной опасности. Они так и поступили – вызвали администратора. Попав в номер, сразу обнаружили молодую женщину в своей постели. Она не отвечала на их вопросы, у Кары был сильнейший жар, и администратор тут же вызвал спасателей. Никита отправился в больницу вслед за объектом, их также сопровождала Эмма. Судя по всему, вчерашние события дали о себе знать, решил для себя Савельев.

Молодой человек до последнего надеялся, что Каре помогут сбить температуру и отпустят домой. Но шли часы, а ситуация только ухудшалась. Врачи сообщили о своем решении оставить пациентку на лечение и никому не разрешали навещать ее. Оставив Эмму одну, Савельев отправился делать доклад. Происшествие серьезнее некуда, он просто обязан. Но только один Бог знал, как он не хотел этого делать. Потому, что на этом его задание закончится.

– Вы хорошо поработали, – ответили ему в агентстве, – клиент благодарит вас и просит продолжать наблюдение до своего прибытия, которое, как он рассчитывает, случится примерно через восемь-девять часов. Его люди уже связались с лечащими врачами, так что никаких проблем у вас возникнуть не должно. Просто дождитесь клиента, а дальше его инструкций, которые тоже поступят через нас.

Савельев положил трубку. Восемь-девять часов. Клиент, чьего имени он до сих пор не знал, приедет, чтобы забрать Кару. Никита корил себя за то, что впервые на задании дал волю чувствам. Он не только поставил под удар свою карьеру, но и заполучил новую проблему – чувства к женщине, которым не суждено получить ответ. Никогда. Клиент увезет свою невесту и на этом история завершится. Только рана в душе глупого сыщика останется зиять на долгие годы.

Спустя четыре часа, доктор, наконец, вышел к ним. Эмма мирно дремала на стуле, и Савельев решил ее не будить. А только прикрыл своей курткой, кивнул врачу, и проследовал за ним в палату.

– Она приняла лекарство и спит, жар нам удалось сбить. Молодцы, что сразу позвонили, – объяснил доктор на английском языке, – ближайшие дни ей лучше остаться в больнице под нашим наблюдением, – Никита снова согласно кивнул.

– Хотите побыть здесь? Да? Но только не слишком долго. Лучше вам с подругой отправиться домой, с мадам Кузьминой все будет хорошо, она в хороших руках.

Доктор покинул помещение, а Никита придвинул стул для посетителей к кровати и осторожно опустился на него. Молодой мужчина не хотел разбудить больную. Он отлично понимал, что в его распоряжении всего лишь несколько часов, потом такая возможность вряд ли будет. Хотя, если они вернутся в Москву, он все равно ее найдет, вопрос, захочет ли она. Савельев протянул руку и убрал рыжий локон с лица Кары, молодая женщина пошевелилась и на короткое мгновение приоткрыла глаза. Лишь мгновение, а затем тут же погрузилась в глубокий сон.

Интересная штука, жизнь, размышлял Никита. Ты все время ищешь свою вторую половинку, свою любовь, женщину, которую ты полюбишь с первого взгляда. Идут годы, и ты начинаешь верить друзьям, что такой любви не бывает, все это глупости. Женщина должна быть красивой и хозяйственной. Выбираешь спутницу, подобно выбору нового автомобиля. А потом, когда совсем потерял веру, жизнь решает сыграть с тобой шутку и, наконец, знакомит тебя с Ней. Вот только она уже с другим. В первые мгновения ты не веришь, что это на самом деле случилось, сам себя оправдываешь привычными отговорками. Но чем дальше, тем отчетливее понимаешь, что с момента встречи с Ней жизнь разделилась на две части. До и после. Какое было «до» – ты знаешь, а вот какое будет «после», зависит от тебя самого.

Его брат так и не познал настоящую любовь. Предпочел верить деньгам и друзьям. Теперь одиноко коротает дни в обществе своего инвалидного кресла и пожилой няни. Загубил свою жизнь. Никита взял Кару за руку – она была теплой, жара уже не было, а значит, опасность действительно отступила. Как бы так загадать, чтобы ее жених не доехал до Парижа?

«– Гюзе-е-ель! Я больше не могу, я спать больше никогда не буду! Гюзе-е-ель!

Жоржина, любительница леопардовых юбок и колготок в сеточку, рыдала на всю округу. Прекрасные глаза свои она утирала кружевными стрингами.

-Я даже не знаю, с кем ей лучше быть! Никита такой милы-ы-ый…

– Жоржина, – высмаркиваясь в очередной раз, ответила заплаканная Гюзель, – конечно с Мирославом! Тут и думать нечего! От Савельевых женщинам одни только беды. Помнишь, что с Изабеллой случилось?

– Тк, то ж братец его, Дениска, а не он. Тот пил каждый день, а этот нет. Молодец, работает, квартиру огромедную купил, машину, положи-и-тельны-ы-ый…

– Ой, да перестань, – оборвала ее рассудительная Гюзель, – это еще не показатель! Его братец тоже не бедный был и чем все это закончилось?! Жоржина, не реви раньше времени, читай, давай!

А на улице «Красные огурцы», что в городе Замутилово начался сезон проливных дождей. Интересное природное явление, чёрная туча нависала непосредственно над городом, а в регионах, тем временем, светило яркое и очень теплое солнышко. К чему бы это? »

– Кара, Кара, ты спишь? – меня разбудил настойчивый шепот Эммы. – Да просыпайся ты, врач сказал, что ты уже в порядке!

Когда вас трясут за плечи, что есть мочи, трудно продолжать дальше видеть сладкие сны, пришлось заставить себя открыть глаза и тут же удивиться:

– Эмма? Что? Где я? Мы? – вопросы так и посыпались один за другим, и правильно, засыпала-то я в гостиничном номере, а проснулась… похоже, в больничной палате!

– Не кричи, – зашипела она на меня, словно змея, – а то сейчас Воронов придет.

– Кто?? – мои глаза готовы были повываливаться из орбит.

– Ты правильно меня услышала. Могу повторить – Воронов. Сама в шоке и совсем потерялась в том, что здесь происходит. Ладно, ладно, подбери свою челюсть и глазами похлопай, чтобы вернуть в прежнее положение. Быстро, пока никого нет, постараюсь рассказать, что и к чему, а дальше будем думать, как выбираться из этой ситуации. Я оценила твой подарочек в виде Золотова, и не смотри на меня так. Я гораздо старше тебя и, естественно, поняла, что в гости он к тебе собирался. А ты мне его в виде подарка. Мда, только он так перепугался, что над ним подшутили, что тут же собрал чемоданы и отбыл в Москву. Прислав мне приказ, завершить все намеченное и тоже возвращаться, но уже как планировалось изначально. И все бы на этом закончилось, подробности потом, так ты вчера заболела! Да так, что в сознание не приходила. Хорошо, что когда я ломилась в твой номер, мимо проходил Никита, твой знакомый, он-то мне и помог открыть дверь, а потом и скорую местную вызвать. Так тебя госпитализировали. Вообще, дорогая, мы сейчас должны уже быть в небе на пути домой и как мы будем билеты доставать – я теряюсь в догадках. Но самый цирк случился ночью. Явился Воронов! Вот уж кого я не ждала здесь увидеть! Не могу себе представить, он что, у Золотова теперь на побегушках? Мелкие поручения выполняет? Приехал нас с тобой проконтролировать? Другого варианта у меня нет для оправдания его приезда. А нет, есть! Он – инопланетянин! Все, на этом гипотезы закончились.

Я попыталась переварить услышанную информацию как можно быстрее, так как, единственное, из всего, что услышала – Мирослав здесь! В Париже. Что он здесь делает? Зачем? Почему? Вопросов только прибавилось. И додумать их я не успела. Дверь в палату открылась и на пороге, как по мановению волшебной палочки, появился Воронов. В безукоризненном костюме и пальто, весь супер идеальный, если не считать уставшие глаза – было отчетливо видно, что он давно не спал. Мое сердечко, как и всегда при виде Воронова, ухнуло в пятки с высочайшей горки, скорость набрало невероятную…

–Привет, – тяжело произнес он. – Эмма, можете оставить нас ненадолго?

– Да, конечно, – нервно сглотнула моя напарница и поспешила исчезнуть, оставив, нет, бросив меня на произвол судьбы! Зачем она так со мной?! Ведь же сейчас точно ничего хорошего не будет!

Когда дверь за ней закрылась, Мирослав обошел кровать и присел на краешек возле меня. Запах его парфюма попал на мою кожу, моментально приведя жертву в состояние восторженного возбуждения.

– Как ты? – испытующе заглядывая в глаза, спросил он.

– Ничего, – пожала плечами. Мы оба молчали. Столько было вопросов, но я боялась их задавать. Потому, что боялась услышать ответы. Не те, которые я была готова услышать.

– Врач разрешил, и я сегодня же перевезу тебя обратно в Москву.

– Но… Эмма сказала, у нас с ней работа не завершена… Золотов задание оставил.

– Если ему это надо – пусть сам летит и делает. А ты отправляешься домой.

– Но, почему ты все решаешь за меня? В конце концов – это моя работа!

– В конце концов, этот проект спонсирую я, а соответственно решаю, кто и что будет в нем выполнять.

Я оторопела. Вот он, настоящий Воронов. Жесткий и жестокий. Он так решил, поэтому так будет. Вот, о чем судачит весь деловой мир. Вот, чего боятся его партнеры. И теперь под этот бульдозер попала я.

– Скажи, а как ты здесь оказался? – в моей голове начали зреть некоторые нехорошие подозрения.

Его взгляд застыл, я явно затронула запрещенную тему. Которую он не был готов обсуждать.

– Это не важно, – наконец произнес он.

– А что важно?

– Важно то, что ты летишь домой. Твои вещи уже собирают. Мы немедленно выезжаем.

– Мирослав! – запротестовала я, хотя, честно признаюсь, это было настолько приятно, когда вот так за тобой приезжают и просто увозят, решив все проблемы. Однако, не в моем характере просто так уступать мужчине.

– Кара, сделай, пожалуйста, что я прошу, – он явно хотел встать. Но не сделал этого, а резко наклонился и припал к моим губам – меня слегка затрясло, долгожданный, любимый, мой…

– Почему же ты такая упрямая? – оторвавшись, Мирослав прижал свой лоб к моему. – Просто подчинись мне. Обещаю. С тобой все будет хорошо.

– Просто, я не уверена в тебе, – прошептала и осеклась. Воронов немного отстранился и опять пробуравил меня взглядом:

– Ты не уверена во мне?? – как будто я ему только что сказала, что земля треугольная. Интересно, а что здесь такого удивительного?

Спустя несколько часов мы уже взлетали. Напоследок, добрые французские доктора накачали меня лекарствами так, что я всю дорогу провела в состоянии сна. В ключевые моменты глаза открывались и тут же закрывались. Что-то помню, что из больницы Воронов нес меня на руках. И в самолет тоже. Да, и самолет мне показался каким-то маленьким. И людей там почти не было. Я, Воронов, Эмма, Карл и еще несколько человек. Кажется стюардессы, но я не уверена. Гуляева сидела напротив – ее лицо у меня перед глазами часто мелькало. А Воронов рядом со мной. Даже помню, как он накрыл меня своим пальто, заставил положить голову ему на плечо, после чего я снова провалилась в глубокий сон. Чудесные таблетки, мне понравилось летать с ними, и совсем даже не страшно. А может, страх ушел из-за того, что Мирослав всю дорогу держал меня за руку?

Из аэропорта Эмму отправили домой на одной машине, нас же с Мирославом повез Карл Иванович. Воронов так ни на миг не отпустил меня.

– Сегодня ты останешься у меня, – безапелляционно заявил он, когда мы уже подъезжали к дому.

– Но, я хочу к себе домой, – слабо попыталась возразить.

– Нет, об этом не может быть и речи. Во-первых, тебя уже ждет мой врач, а во вторых… – он не договорил. Просто замолчал. И я все поняла, как мне тогда показалось.

Следующие три дня провела, словно в раю. Под полной опекой Мирослава и Карла Ивановича. Еще два раза в день заезжал доктор, он полностью осматривал меня, брал анализы, выписывал таблетки, за режимом приема которых неустанно следил лично Воронов. О, быть его пациенткой – это что-то! Никаких возражений и «я это не ем», не принималось. Все ровно по часам и ровно так, как сказал доктор. Карл Иванович неустанно готовил наваристые бульоны, и Мирослав соблюдал режим вместе со мной. Но завтраки и ужины были за Вороновым. Он лично стоял за плитой, и, о боже, таких вкусных блинчиков и такой божественной яичницы я не ела никогда в своей жизни. А кофе – это настоящая сказка. Было одно крохотное «но» во всем этом – он поставил запрет на секс. Доктор сказал – нельзя и Мирослав железно даже не намекал. Однако, этот «недостаток» компенсировался долгими вечерними разговорами при свечах, а на ночь он читал мне книги. Вы представляете? В наше время? Он читал мне книги, и его голос стал для меня лучшей колыбельной. Вот уж, что я навряд ли когда-нибудь забуду.

Навряд ли когда-нибудь забуду хоть миг, проведенный с ним…

Однажды, во время таких душевных разговоров, когда я опять рассказывала о себе, а он внимательно слушал и задавал вопросы, Воронов спросил меня:

– Кара, о каком будущем ты мечтаешь?

Мы, как обычно оба устроились на огромном диване в его гостиной, он сидел, а я лежала, пристроив голову на его коленях. Рука Мирослава нежно гладила меня по волосам… О каком будущем, скажите, я еще могу мечтать в этот момент?

– Не знаю, – вдруг решила подразнить его, – замуж, наверное, выйти. Только вот жениха сначала надо найти порядочного.

Я старалась сдержать улыбку, но глаза, похоже, меня выдали. В любом случае, Воронов не поддержал меня в этом, а только хмуро спросил:

– А ты еще не нашла?

– Ммм, нет, вообще, есть тут один кандидат, только слишком уж загадочный и непостоянный, не знаю, как довериться такому, – попыталась продолжить шутку, но промахнулась.

Мирослав аккуратно переложил мою подушку на диван и поднялся. Несколько секунд он, скрестив руки на широкой груди, молча и неподвижно стоял у окна. И только потом сказал:

– Чуть позже, мы поговорим об этом. Думаю, пока еще рано.

На этом его откровения снова закончились. И опять бесконечное внимание и любовь. Я открылась на все сто, а он так и остался загадкой. Но, чем дальше, тем больше меня начинало это затрагивать – что же настолько тяжелое гложет его?