Глава 16

Я разлепила глаза только к вечеру. Если и дальше так пойдет, то меня смело можно будет приписать к пантеону вечно спящих божеств. Видит Варх, от меня столько же пользы, сколько и от них.

План Кольта работал. Никаких сомнений: ежедневные «развлечения» к Зведносводу меня доконают. И Адаму придется искать себе новую невесту.

Платья, любезно распотрошенного «инвестором», на мне не обнаружилось. Как не нашлось его и на стуле, и на кровати, и в шкафу. Оставалось молиться, что раздела меня Саяра, а одежду забрала на починку.

У постели стояло две коробки. Одна высокая, белая и квадратная, с узнаваемой цветочной эмблемой салона госпожи Хон. Трисольский шелк доставили… А я опоздала.

Во второй нашлось симпатичное повседневное платье ярко-синего оттенка. Я такой насыщенный цвет обычно не носила, стараясь не привлекать к себе в Тарлине лишнее внимание.

Мужчина, стабильно обеспечивающий меня головной болью, в отличие от порванного корсажа, никуда не испарился. Сидел в столовой, попивал вечерний чай в компании Даррена и кипы бумаг. Они обсуждали что-то важное, и я решила так сразу не набрасываться на мерзавца, изничтожившего мою одежду и гордость и напугавшего до звездочек перед глазами.

Интересно, он всех дам приглашает на экскурсию к алтарю или только мне так повезло?

– Вы не моя дама, мисс Эштон, – не отрывая глаз от документа, напомнил вархов опекун.

– К счастью.

– Вы моя гостья, – договорил Кольт и поднял на меня уставший зеленый взгляд. Судя по теням на лице, просидел над документами он весь день. – А показать дом – священный долг хозяина, об этом каждый тарлинец знает.

– Что это? – я ткнула пальчиком в широкую темно-синюю ленту, опоясывающую новое платье и отделяющую скромный верх от плотной, умеренно пышной юбки.

Что примечательно, в наряде не оказалось тугой шнуровки спереди. Платье застегивалось на спине на крошечные пуговки-жемчужинки, и без помощи Саяры я бы не справилась.

– Замена испорченного, – холодно объяснил Кольт. – Ваше было подпалено в нескольких местах, если вы не заметили… Полагаю, ученическими пульсарами второго уровня?

– Первого, – выдохнула неприязненно. На прошлую работу у меня была аллергия даже похлеще, чем на морских гадов. Да и на обычных.

«Подпалено»… А еще там был весь лиф варварски распотрошен в клочья! Но об этом Кольт почему-то решил умолчать.

Так кто меня все-таки раздевал?

– Я попросил Саяру избавить вас от… гхм… остатков.

– Вы заходили в мою спальню после этого? – уточнила, не отводя глаз от надменной физиономии.

Кто-то ведь принес коробки. Разложил их вокруг моей постели. Той самой, на которой лицом в подушку лежала я, «избавленная от остатков»!

– Я доставил вашу одежду. И это мой дом, – пожал плечами мужчина, видимо, ничего не слыхавший о личных границах.

Мои он так и вовсе растоптал. Вскрыл острым лезвием. Сковырнув невзначай мою гордость и предъявив во всей красе мою феерическую уязвимость.

– Оно выглядит дорогим. Я не могу…

– Я выставлю счет Адаму, – пожал плечами Кольт и отвернулся к бумагам и опешившему Даррену. – Разве не мужчина должен заботиться о том, чтобы его женщине было, что носить?

Я не нашлась, что ответить. О том, чтобы мне было что носить, до этого времени заботилась я сама. Хотя, чего скрывать, чужое небезразличие к вопросу моего гардероба было бы приятно. Но едва ли Адам обращал пристальное внимание на то, что на мне надето.

Кстати, об Адаме… А не намеренно ли Кольт организовал мне очередной обморок, услышав в мыслях, что я собираюсь написать жениху? Но это нечестная игра!.. Впрочем, вполне в стиле этого мужчины.

Грегори накрыл губы ладонью, словно желал скрыть выражение лица. Я возмущенно запыхтела, отвернулась к окну. Гад. Гад!

Сад тонул в вечерней дымке, серебристый туман укутывал аккуратные кусты… Мои мысли то и дело возвращались к крестику под одним из них.

– Вам еще не наскучило портить мне жизнь, сир Кольт? – я обернулась к «инвестору», которого бумаги в кои-то веки интересовали больше, чем попытки сделать меня посмешищем на собственной свадьбе.

Он с резким скрипом отодвинул стул и отбросил на стол папку. Встал, подошел, посмотрел напряженно, в упор, раздувая ноздри. Натянутый, как струна, как грикх, готовый к атаке.

И что его так взбесило? Ничего нового я ему не сообщила. То, что он невыносим, он и сам знает.

– Нет, мисс Эштон, – посопев с полминуты, выдал наконец маг. – Пока не наскучило. Заканчивай без меня, Даррен, мне надо прогуляться…

– Далеко, Грег?

– До набережной. Наверное. Не знаю, – передернул плечами «инвестор». – Куда ноги приведут.

– Тут будут нужны твои подписи, – растерянно поморгал семейный юрист.

– Подождут до утра.

Хмурый и всеми вокруг недовольный, Кольт вышел в сад и направился к воротам. Даже не обернулся ни разу. В маг-вояжер не сел – повернул направо и быстро пошел пешком.

– И что там… на набережной? – я нервно ковырнула глазами стремительно удаляющуюся спину.

Мы не договорили. И я не успела рассказать все, что я думаю о его современном алтаре, декоративном кинжале и древних метео-ритуалах.

– На набережной… да много всякого, мисс Эштон. Не берите в голову, – вежливо улыбнулся юрист и предложил мне стул. – Чаю? Саяра скоро подаст легкий ужин.

– Какого «всякого»? – упрямо прикусила губу. Не то чтобы меня сильно волновало, куда вархов «инвестор» намылился на ночь глядя, но…

– Магам уровня Грега вредно копить негативную энергию в себе. Так и взорваться недолго. Вместе с окружающими, – сдержанно пояснил Даррен, откладывая очки для чтения и наполняя мою чашку. – Ему полезно… развеяться. Воздухом тарлинским подышать, знаете ли…

– Знаю, – фыркнула, догадавшись наконец, о каком таком тарлинском воздухе речь.

От партэлей всегда несло приторной сладостью дамских духов, это ощущалось даже на другом конце улицы. Одно из заведений Темоны находилось напротив лечебницы, где работала Алисса. Мы, бывало, проходили мимо, когда я встречала ее после смены. И я каждый раз с ужасом вспоминала визитку, затянутую в красный шелк.

Мне повезло, что у меня были Алисса и Мег, которые помогли со съемом комнаты и поиском работы. И с дядей Эрлом повезло, втайне от жены присылавшим небольшие, но очень важные суммы во время учебы.

Иначе, неровен час, и сама оказалась бы в одном из таких заведений… И сейчас вполне могла столкнуться нос к носу с невозможным, невыносимым Грегори Кольтом, решившим подышать «воздухом ночного Тарлина».

***

Я легла сразу после ужина, поданного Саярой. Торопливо сжевала печеные овощи, раскаленной шубой укрывающие нежнейшее мясо, залпом выпила травяной взвар и отправилась наверх.

В обществе Даррена мне было несколько неуютно: все казалось, что отвлекаю его от бумаг. Тереза к столу не спустилась, а без сбежавшего хозяина дом казался неприятно пустым. Очень странный эффект, если учесть, что я только и мечтала о том, чтобы Кольт куда-нибудь исчез с глаз долой.

Сон долго не шел, а когда наконец дошел, то принес с собой варховы зеленые глаза. Я уже видела их раньше – и в реальности, и в кошмаре – и потому не сильно-то удивилась.

Сейчас они не пугали – бесили. Бродят Варх знает где со своим несносным владельцем, а все равно норовят в голову влезть, даже на расстоянии. Да что ж такое!

Я, конечно, понимала, что Грегори Кольт тут не причем. Этот гхарр парнокопытный прогуливается сейчас по набережной, и уж точно последнее, что его заботит – мои полусонные мысли. Которые не стоило бы тратить на циничного хама, так хладнокровно разделавшегося с моим корсетом. Но я все равно тратила.

Явно у него по части раздевания дам большой опыт… Может, и кинжал с той же целью припасен – чтобы не тратить время на завязки? Что ж, в партэле он ему пригодится.

Дверь спальни скрипнула, и я вскинулась на кровати. Испуганно уставилась на черноту в проеме. Там никого не было. Мелькнул белый хвост каффы, доверительно льнущей к темной тени, и светлое пятно поглотил ночной мрак.

И чего я вскочила из-за сквозняка? Совсем расклеилась от варховых развлечений!

Исчадия Тьмы на развалинах, порталы посреди дома, обмороки, алтари, ритуалы… Немудрено, что по нервам словно стадо гхарров потопталось. В обе стороны.

***

Тарлинское утро было на редкость приятным. Крошечные соларки сонно разрезали черными крыльями серые облака над головой, оглашая город голодным свистом. Ветер угомонился, жаркое солнце лениво пряталось за пасмурной дымкой. Было тепло, но не душно, и свежо настолько, что хотелось накинуть легкую кофту.

В воздухе пьяняще пахло морем. Грудь щекотало непривычным желанием: хотелось неспешно прогуливаться по улочкам и любоваться пробуждающейся природой Эррена. Картину портил только изрядно невыспанный вид вархового «инвестора». Не удивлюсь, если этот гхарр сомкнул глаза только под утро!

– Как ваша набережная? – равнодушно спросила у спутника, с недоумением рассматривая предложенный мне локоть.

Я так издергалась в его обществе в последние дни, что даже в обычном галантном жесте видела подвох. Да и не хотелось мне расхаживать по улицам под ручку с «тем самым Кольтом»!

– На месте, я полагаю, – он без особо интереса пожал плечами.

– Не рассмотрели в сиянии алых огней ваших излюбленных заведений?

– Не дошел, – бросил Кольт. – Но, если вам так любопытно, можем как-нибудь наведаться вместе. В заведения. «Излюбленные». Устрою вам очередную… гхм… экскурсию.

Забыл добавить «незабываемую». В чем он не обманул своего воспитанника, так это в том, что невесте Адама скучать не придется. Я была знакома с Грегори какую-то неделю, а уже с тоской вспоминала серые будни, в которые совершенно ничего не происходило.

– Эту экскурсию я, пожалуй, пропущу, сир Кольт, – отказалась с издевательской вежливостью. – Впечатления от предыдущей никак не изгладятся.

– Что, и в Сеймур со мной больше не хотите прогуляться? – насмешливо переспросил гад, прекрасно зная, что меня размажет по порталу задолго до перемещения. Он взял мою ладонь и нахально просунул себе под руку, не дожидаясь, пока я сделаю это сама. – Утром прошел дождь, мостовая скользкая, мисс Эштон. Упадете – и мне придется собирать драгоценную невесту Адама по кусочкам. А в некромантии я, признаться, не силен.

– А вы туда еще собираетесь? В Сеймур?

Да пусть уже его засосет в портал и выплюнет на окраине какого-нибудь безвестного недружелюбного мира!

– Завтра. Сегодня – свадебный оркестр и мелодия для танца новобрачных, – он покосился на меня с обидным опасением. – Вы ведь умеете танцевать, мисс Эштон?

– Умею!

Мы дошли до ухоженного парка в паре кварталов от имения Кольтов. С Алиссой мы сюда никогда не заходили: знали, что это место отдыха эрренских богачей. И нам, простым тарлинкам, делать там было совершенно нечего. Если мы, конечно, не желали, чтобы нас поняли превратно. И пригласили в полночь в какую-нибудь Вархом забытую «Звезду».

Мне и сейчас стало не по себе. Выглядела наша прогулка крайне двусмысленно. В дочери Кольту я явно не годилась, и то, что мы прогуливались под руку в столь ранний час неподалеку от его дома, отчаянно намекало на совместный завтрак. Который действительно имел место.

– Вас так беспокоит мнение общественности, мисс Эштон? – «инвестор» недоуменно поднял брови и положил свою теплую лапу на мою. Чтобы не вырвалась и не сбежала, сверкая каблуками. – Эти люди вам незнакомы. Какая, к Варху, разница, какие нелепые мысли сложатся в их глупых головах на ваш счет?

– У простачек в жизни не так много ценностей. Чувство собственного достоинства – одна из них, – сухо ответила, не рассчитывая особо на понимание.

У Кольта явно были по жизни другие приоритеты. И моя «болезненная порядочность» его то ли раздражала, то ли смешила.

В глубине парка заиграл оркестр, выводя чарующую мелодию. И мужчина, оборвав беседу, уверенно потянул меня на звук.

– Как вам? – Кольт почесал подбородок и требовательно уставился на меня.

Смотреть в насмешливые изумрудные омуты, двумя колдовскими воронками засасывающие сознание, было некомфортно. Особенно после «экскурсии» к современному алтарю и ночи, проведенной в очередном бредовом кошмаре. Большого труда стоило не моргать слишком часто, выдавая волнение.

– Что именно? – бросила, осматривая пустынный уголок парка с единственной белой скамейкой, спрятавшейся под нависающими ветвями плакучей гавы. Тонкие гибкие прутья были усыпаны голубыми листьями и раскачивались в такт музыке.

Вспомнить бы, что мы тут выбираем. В обществе Грегори мои мысли все время устремлялись в неизвестном направлении. Далеком от приличного и не подходящем воспитаннице пансиона.

– Угадайте, – невозмутимо развел руками «инвестор». Опять играл в свои игры, в правила которых меня стабильно забывали посвятить.

К невыносимому типу тоже не помешала бы инструкция. Должна же где-то быть кнопка, целиком отключающая этот несносный, циничный, грубый и хамоватый механизм?

Утром за чашкой подкисленного взвара он одним щелчком пальцев отменил мой «девичник». Праздник для дев, провожающих невесту на брачное ложе, был неотъемлемой Тарлинской традицией. Подруги наряжались в пестрые платья и всю ночь танцевали у воды, пели песни и угощали друг друга фруктами, символизирующими плодородие…

Раньше прощальные пляски проводились прямо на городском озере, но после одного трагического происшествия девичники перенесли в термальные купальни Ашрани. Мы с Алиссой и Мег так мечтали хоть раз в них побывать, а тут и случай представился…

А этот ядовитый анжарский гад взял и отменил. Традицию! Незыблемую! Лениво, холодно, жуя тост, щедро смазанный крикеточным паштетом.

«Оплачивать эту ерунду я не собираюсь».

Так и сказал! И больше – ни слова. Встал из-за стола, отряхнулся, распахнул дверь в сад и, как ни в чем не бывало, предложил мне прогуляться до парка. А теперь вот стоял и терпеливо ждал, пока я отвечу на его вопрос.

Как мне что? Скамейка? Дерево? Погода, усмиренная варховым метео-ритуалом (за мой, между прочим, счет)? Его невыносимая ухмылка, которую так и хочется стереть хозяйской сковородой?

Я раздосадованно засопела: еще не успела смириться, что наш с Алиссой и Мег девичник в термальных купальнях накрылся начищенным сапогом не-старого-Кольта. Одернула гибкие ветви гавы, словно занавеску. И плюхнулась на скамейку.

Всем видом показывала, что с места не сдвинусь, пока он мне на нормальном, человеческом языке не объяснит, что от меня хочет. Без всяких игр и варховых развлечений. Я не игрушка, спасающая от скуки сильнейшего мага Эррена!

– Музыку, Софи, – Кольт сощурился, выискивая меня взглядом за растительной занавесью. – Мы выбираем мелодию для танца новобрачных. Я уже говорил, но вы так громко пыхтели, что все прослушали.

– Музыку, – растерянно повторила и прислушалась.

Мелодия продолжала литься из-за кустов, набирая обороты. Да, пожалуй, она была красивой. И если бы мое состояние не приближалось к очередному нервному срыву, я бы охотно ей насладилась.

Из-за колючих зарослей к нам продралась невысокая полная женщина и, подлетев к Кольту, затараторила:

– Сейчас заиграют вашу. Закройте глаза и позвольте музыкальной магии просочиться под кожу, – с восторженным придыханием объяснила дама. – На мой взгляд, она идеальна. Но только вы сами сможете понять, подходит ли мелодия именно вам.

Женщина приложила палец к губам и дала кустам отмашку. Я все пыталась разглядеть за ними оркестр, но… кажется, играли невидимки. Звуки были, а инструментов не было. Чудеса, да и только.

Чем ярче и громче разносилась по парку музыка, тем восторженнее улыбалась администраторша. И я всерьез начинала волноваться за ее здоровье: так и лицо порваться может. Придется «мрачному Грегу» оплачивать ей магическую пластику.

Чтобы не смотреть на нарочитое «счастье во весь рот», я прикрыла глаза. И музыка тут же захлестнула меня до самого последнего нерва. Влилась в кровь, вросла в кожу, зашевелила волоски на затылке… Лаская аккордами, волнуя чистыми нотами, заставляя сердце замирать с каждым ударом барабанной палочки…

Замечательная мелодия. Волшебная. Идеальная.

Так легко представить, как мы с Адамом кружимся под нее в танце и…

– Нравится? – в голосе Кольта послышалось скрытое недовольство, и я тут же загасила внутреннее восхищение.

Ясно ведь, что, если скажу, что музыка мне понравилась, этот гад ее забракует. И выберет назло душераздирающую какофонию, от которой у Ее Величества уши свернутся в две королевские трубочки.

– Так себе, – я пожала плечом, сохраняя хладнокровный вид. И стараясь не думать ни о чем. Вообще ни о чем. И ни о ком.

Кольт едко рассмеялся. И покачал головой, намекая, что мой фокус, в отличие от его вчерашнего, не удался.

– Слышала, Ди? Нам не подходит, – заявил мерзавец. – Проси следующую.

– Стойте! – я впопыхах вскочила с лавки, выпуталась из приставучих ветвей гавы, подлетела к гаду и ухватилась за его воротник. – Мне нравится эта. Очень нравится. Оставьте… хотя бы что-то.

– Просите? – он прищурился, скрыв зелень глаз темными ресницами. – Настаиваете?

Я убрала руки с его рубашки, скрестила их на груди и замолчала сердито. Просить его после заявлений за завтраком не стану. А настаивать – сил нет. Выдохлась за неделю. И уже поняла, что с Кольтом – как с каменной стеной: ничем не пронять.

– Оставим эту, – милостиво кивнул мужчина, не дожидаясь, пока я сделаю очередной невозможный выбор из двух одинаковых зол. – Если вы со мной потанцуете, мисс Эштон. Сейчас.

Кольт протянул руку. И я попятилась обратно к лавке.

Танцевать? Вот с этим?

На такие «развлечения» я не подписывалась. Уж лучше обратно на алтарь.

– Зачем вам это? – нервно уточнила, забираясь целиком за заросли гавы. Словно те могли спасти меня от сильнейшего мага Эррена, задумавшего какое-то очередное издевательство.

От вархового «инвестора» никогда не знаешь, что ожидать!

– Хочу убедиться, что мелодия подходит для вальса под Звездносводом, – сухо ответил Кольт. – И что воспитанница мэтра Сайлэ действительно умеет танцевать и не ударит в грязь лицом в присутствии Ее Величества.

– Я же сказала, что умею, – напомнила гаду.

– У нас с вами пока проблемы с доверием, разве нет? – он приподнял бровь в неясном намеке. – Я же сказал: хочу убедиться лично. Поверьте, мисс Эштон, я сам не большой любитель танцев и всей этой церемониальной шелухи. Но… обычно дамы мне не отказывают.

– Обычно вам никто и ни в чем не отказывает, – я закатила глаза, прячась за голубой растительной шторой. – Я не буду с вами танцевать, сир Кольт.

– Почему же?

– Не хочу.

– Кого волнуют ваши желания? – он резко отмахнул завесу из прутьев и встал прямо передо мной.

– Меня.

Я покусала губу. Да, Варх меня прибери, я привыкла мириться с неудобствами жизни в Эррене. Приспособилась, завела себе полезные привычки. Но это вовсе не значит, что у меня не имелось своих желаний.

И как любой романтично настроенной барышне в преддверии свадьбы, мне хотелось достойное платье, угощения, от которых я не пойду пятнами по всему телу, и девичник с лучшими подругами.

– Вы в меньшинстве, – фыркнул гад, хватая меня на талию и притягивая к себе. Вкрадчивым, опасным хрипом добавил в ухо: – Вам ведь нравится мелодия, Софи. Решайтесь. Условия вам ясны.

– Я не буду с вами танцевать, – я резко выдохнула, убрала его руку со свой талии и уселась на свою скамью. – Вы заставили меня купить прозрачное платье, которое носят без белья. Выбрали в меню блюда, на которые у меня аллергия. Отправили моего жениха на месяц в Либтоун. Уложили на алтарь, порезали руку, перепугали до чертиков. Заставляете терпеть ваше надменное, хамское общество! Нет, сир Кольт. Я лучше потанцую с Адамом в тишине, чем с вами – под эти чудесные звуки.

– Это ваше официальное решение? – Кольт нахмурился, вяло возвращая на лицо привычную маску равнодушия.

– Вполне.

Я насупилась и отвернулась к кустам, из которых все еще раздавалась, затихая, красивая музыка. Нос защипало обидой. Ничего более нежного и чувственного я еще не слышала. Все внутри отзывалось этой мелодии.

– Значит, в тишине? Что ж… дело ваше, – холодно согласился чародей. – Пусть будет так. Ди, обойдемся без оркестра.

– Сир Кольт! – улыбка мигом сползла с лица администраторши. – Вы хотите оставить гостей без музыки на три часа? Об этой траурной церемонии напишут на первой полосе…

– Я? Что ты! – отмахнулся он. – Это решение нашей многоуважаемой невесты.

– Вы всегда добиваетесь своего, да? – севшим голосом уточнила, поднимаясь со скамьи.

Победить Кольта было невозможно. Но хотя бы проиграть я могла достойно.

– В большинстве случаев. Если игра стоит свеч, – кивнул тот, хмурясь.

– Когда-нибудь я подсыплю вам яд, сир Кольт, способный отравить даже такого редкого гада, как вы, – заявила мужчине и поправилась: – Редкостного. Будьте уверены.

– Не боитесь так прямо угрожать? – его губы дернулись в подобии ухмылки.

– Нет, теперь уже не боюсь, – я сердито тряхнула головой. – Вы планомерно портите важнейший день в моей жизни, превращая его в дурацкий фарс себе на потеху. Вы невозможны. Невыносимы. У меня от вас голова болит!

– О, поверьте, мисс Эштон, это взаимно, – он снова привлек меня к себе, вжимая так плотно в ремень на брюках, что даже неприлично. – Так каков ваш ответ?

Мои руки упрямо потянулись к его шее со вздувающейся жилкой… Чудом остановила. Простачкам в эрренских тюрьмах приходится несладко. Хотя, видит Варх, еще немного, и Кольт доведет меня до греха.

– Один танец – и вы оставляете и мелодию, и оркестр, – я решительно положила руку на его плечо. Потом придушу. После церемонии. Сразу, как Ее Величество отбудет обратно в Хитану. – Но должна предупредить: танцую я сносно, но не более того. В пансионе не делалось акцента на светских развлечениях. И нет, сир Кольт, не пытайтесь мне предложить свои уроки.

– Я вас услышал, – скупо ответил тот. – Танцуем?

– В грязь лицом перед Ее Величеством я не ударю, но и удовольствие вы вряд ли получите, – зачем-то предупредила мужчину. Потому что понятия не имела, на что он вообще рассчитывал.

– Не беспокойтесь, мисс Эштон. Мое удовольствие – не ваша забота, – улыбнулся чему-то гад, похлопывая меня лапой по пояснице.

– И еще одно условие.

– Мое терпение не бесконечное, – он угрожающе сжал пальцы на талии. Но я не напугалась: у меня-то терпение давно кончилось. Пеплом обратилось и по Тарлину развеялось. – Выдвигайте свои условия поскорее.

В воздухе громыхнуло, погода начала портиться. Похоже, ненадолго его метео-ритуала хватило. Или крови было маловато.

– Этот танец будет первым и последним, – потребовала строго. – И вы не посмеете повторить свое издевательство прилюдно на нашей с Адамом свадьбе.

– Если церемония состоится и вы не сбежите в последний момент, обещаю, мисс Эштон: я к вам за весь праздник даже не подойду, – совершенно серьезно заверил Кольт, вытащил меня на площадку перед лавкой и махнул кустам.

С невидимых инструментов тут же сорвалась мелодия. Хлынула, поплыла, накатывая на нас освежающими волнами. Словно, затаившись, только и ждала отмашки.

– Расслабьтесь, мисс Эштон, – увлекая меня в танце, велел Кольт.

– Я не хочу расслабляться в вашем обществе, – процедила, отмечая, как предательски подрагивают мои пальцы, стиснутые в его ладони.

– Вы слишком зажаты. Это… невыносимо.

– Я от танца с вами тоже не получаю удовольствия, поверьте!

– Придется потерпеть, – проворчал вархов опекун, кружа меня по площадке. – Бросьте, Софи. Отпустите себя хоть на минуту. В танце для леди всего два правила: расслабиться и подчиниться. Кто-то еще упоминает доверие, но нам с вами оно необязательно.

Расслабиться. Подчиниться. Довериться. Именно эти три вещи я не могла делать в присутствии Кольта. И в его отношении.

– И на ноги наступать тоже необязательно… – прорычал Кольт спустя минуту. Как раз тогда, когда танец вдруг и мне начал приносить удовольствие.

– Простите. Я не заметила, – мстительно улыбнулась мерзавцу, с ажиотажем вонзая каблук в его ботинок.

– Софи…

– Вы сами настояли на танце, сир Кольт, – пробормотала, высматривая под ногами очередную жертву. – Придется потерпеть.