Глава 3

В том, что Грегори Кольт, несмотря на все свои громкие заявления, все-таки умудрился забыть, чья я невеста, я убедилась ближе к ночи.

Весь остаток дня он провел с бумагой и чем-то наподобие короткого толстого карандаша. Чертил странные схемы, хмурился, морщил лоб. Отвлекся только на легкий ужин из местных овощей и чего-то, похожего на сливочный сыр. Но, возможно, тоже сделанного из чьей-то слюны.

Я все-таки ненадолго выбралась «за порог» и набрала полный подол колючих розовых фруктов. Кольт оказался прав – хеккарово «молоко» позволяло легче переносить солнечные лучи. И я даже ни разу за прогулку не упала в обморок.

Я очистила плоды от мякоти, просушила косточки на палящем солнце. И теперь, позаимствовав у Грегори ритуальный кинжал, выковыривала из скорлупок сладкие ядра, изредка косясь на хмурого мага.

Едва красный пыточный агрегат, висевший на небе, завалился за горизонт, жара отступила. Кольт привстал с лежака, сгреб свертки в угол пещеры и из самого крупного достал ее. Расправил в воздухе, привлекая мое внимание, заставляя сердце в вожделении забиться чаще…

– Шкура… – пробормотала завороженно, встала и подошла потрогать чудо-чудное.

Мягкая, широкая, темно-коричневая с белесыми разводами… С коротким плотным мехом… Наверняка ведь очень удобная?

– Хотите? – поинтересовался гад.

– Хочу, – вздохнула, заранее ощущая в его вопросе подвох.

– А что вы мне дадите взамен?

Я нервно сглотнула. Даже и не собиралась спрашивать, чего бы он хотел. Чего бы ни хотел, я все равно не смогу это дать.

Некстати вспомнила Стервеллу, требовательно хныкавшую на дубовой столешнице в офисе на Ривер-Штрасс. Может, она тоже рассчитывалась за какую-нибудь шкуру? Или в том случае расплачивался, наоборот, он? Кто их разберет, этих предпринимателей. Я бы вот к Регине добровольно не притронулась.

– Для вас ведь не секрет, что я ни гхарра не порядочный человек, мисс Эштон, – он застелил манящей шкурой свою солому и с блаженным выдохом упал сверху. – Не стоит ждать от меня джентльменских поступков. Впрочем… Знаете, Софи, здесь легко уместятся двое. Поэтому, если вдруг надоест солома…

– Не надейтесь! – фыркнула я и, разгневанно сопя, уселась обратно на свой колючий тюк.

Дождавшись, пока он загасит огонь, я аккуратно выползла из платья и застелила солому тканью. Улеглась, стараясь сильно не ерзать, чтобы метелки подо мной не расползались в стороны.

Не так уж тут и ужасно. Всяко лучше, чем лежать рядом с Кольтом. Наверное.

***

Весь следующий день шел дождь. Оказывается, и в этом мире они случаются. Лес вокруг гудел, постанывая. Блаженно впитывал спасительную влагу, отдыхая от жары.

Капли с неба срывались такие крупные, плотные и упругие, что прогулки в непогоду были смертельно опасны. Упадет пара таких на голову – и вполне можешь лишиться чувств. Так что Кольт до вечера просидел со мной под навесом, отложив прогулки по партэлям до лучших времен.

– Что вы там целый день рисуете? – не выдержала я за ужином.

– Магические формулы. Результаты исследований. Наших собственных и тех, что я когда-то получил в Сеймуре от Чейза.

Он был немногословен. За весь день произнес не больше десятка фраз. Если и отвечал, то отрывисто и сухо. И мне от этой его отстраненности и погруженности в тягостные размышления становилось не по себе.

Нет, конечно, он не должен был меня развлекать и часами успокаивать, мол, вот-вот, и он решит все проблемы. И, вероятно, он все еще винил меня за то, что невольно растранжирила его неприлично большой резерв.

– Сир Кольт… Грег… Я понимаю, что не самая приятная вам компания. И это, видит Варх, взаимно, – завела неловко, откупоривая бутылку, обнаружившуюся в одном из свертков. – Но от вашего мрачного молчания мне совсем дурно. Объясните, пожалуйста, зачем эти бумаги.

Принюхалась к содержимому сосуда, поморщилась и протянула Кольту. Может, если отвлечется от неприятных, тяжелых дум, он хоть немного со мной поговорит.

Лицо Грегори чуть расслабилось, поджатые губы дернулись в улыбке, но тут же вернулись в исходное положение. Он принял бутылку из моих рук и взамен протянул мне бумаги.

– Боюсь, вам будет непонятно, Софи, – сдержанно пояснил он, кивая на записи.

И правда, чепуха какая-то: стрелочки, кружки, знаки.

– Я не такая глупая, какой вам кажусь. Объясните, я попробую понять.

Грегори поднял на меня уставшие глаза. В потускневшей зелени мелькнуло сомнение, но он все-таки произнес:

– Местные девицы поведали мне об одном человеке. Сильном маге. Из тех, кто никогда не опускается до партэлей, – он потер густую бровь, хмуро нависшую над правым глазом, и неприязненно скривился. – Таких здесь называют «зажиточными» или «фьёрами». В этом мире их всего десяток или два. Нам повезло, что один как раз уединенно проживает в поселении по ту сторону реки. Или не повезло – с какой стороны посмотреть.

Я удивленно похлопала глазами. В нашем мире Кольт и сам бы считался зажиточным. Еще бы, богатейший чародей Тарлина! И не видел он ничего зазорного в том, чтобы прогуливаться до набережной. Чем эти «фьёры» лучше?

– Здесь это считается неприличным? – осмелилась на вопрос.

Надо сказать, и в Эррене к девушкам Темоны относились с предубеждением. И подобная «борьба с напряжением» считалась скорее дурной привычкой, чем полезной.

– Наоборот, мисс Эштон. Пожалуй, на этих землях найдется всего один мужчина, который не был в партэле, – рассмеялся Кольт издевательски. – И это не я.

– Ну да. Вы-то там уже побывали! – едва не показала гаду язык. Все мои хорошие манеры в его обществе трещали по швам и рассыпались пылью.

– Вас это волнует, Софи? – прищурился мужчина.

– Ни капли, – фыркнула сердито, утрамбовываясь поглубже в свою солому и завистливо косясь на мягкую шкуру. Уверена, он вполне мог раздобыть две, но тогда бы у Кольта не было превосходства. – Главное, какую-нибудь местную хворь не подцепите: я вас выхаживать не собираюсь.

– Колючка, – хмыкнул он и вернулся глазами к бумагам в моих руках.

Я передернула плечами. Ну, хотя бы не «ледышка». Правда, в свете местного раскаленного климата это было бы очень сомнительное заявление.

– Если удастся добиться встречи с тем магом… – задумчиво продолжил Кольт. – С чародеем необычайной для этого дрянного мирка силы…

– То?..

– Мне нужно будет предложить ему нечто равноценное дыре в резерве, которой ему будет стоить портал до Эррена, – он развел руками. – Или хотя бы до Саци.

– Всегда хотела побывать на Саци, – вздохнула украдкой.

Мег как-то показывала нам «Энциклопедию Междумирья», где изображение роскошного мира-курорта было вынесено на обложку. Изумрудные воды теплых морей, прекрасный климат, чудесные рецепты… Чародеи со всего веера (те, кто мог себе это позволить) приходили туда восстанавливать энергетические потоки и просто отдыхать.

Я даже слышала об одной паре магов-новобрачных, что отправилась туда на медовый месяц. Но нам с Адамом это, конечно, было не по силам – во всех варховых смыслах.

Вот не могло нас с Кольтом вынести на Саци? А не в этот… Варх-вспомнит-его-название… жуткий мирок с красным плавильным шаром над головой?

– Если обмен пройдет успешно, у вас есть шанс там побывать. На Саци отсюда самый прямой коридор и самый легкий портал, тот мир охотно принимает гостей, – Кольт с надеждой воздел глаза к небу. Точнее, к каменному потолку пещеры. – «Любые магические удовольствия за ваши йоргены и иглеоны». А оттуда я уже, восстановившись, переброшу нас сам.

Звучало заманчиво. Даже не знала, что впечатлило меня больше – изумрудные воды мира-курорта, что так отчетливо плескались в глазах вархового «инвестора», или тот факт, что оттуда он сможет вернуть нас домой. В Тарлин. К несносным маг-вояжерам, воздушным судам, трисольскому шелку, Звездносводу и Адаму. К моему жениху, да.

– И вы хотите отдать этому… «фьёру»… все те знания, что копили годами? – поморщилась от неприятной догадки.

Неизвестно ведь, что с ними сделают в этом мире. «Прескверном», как выразился Кольт.

– Мои знания – единственная ценность, которой мы владеем в данный момент, – Грегори замялся, покосился на мою юбку, примятую коленями, и нахмурился. – Во всяком случае… единственная, которой я в праве распоряжаться. И которой могу заинтересовать деревенского «зажиточного». Надеюсь, у него не слишком большие запросы…

Я вернула Грегори бумаги, поднялась с соломы и подошла к краю пещеры. Выглянула наружу, но тут же спряталась, когда несколько огромных капель пролетели перед носом и приземлились с оголтелыми шлепками.

– Как думаете, кто нас сюда выкинул? И зачем? – прошептала, не оборачиваясь. – Это может быть связано с пропавшей из библиотеки книгой?

– Вполне, – я спиной почувствовала его кивок.

Кольт тоже встал и подошел ко мне сзади. Слишком близко, так, что дыханием задел плечо. Почти некомфортно, он не настолько, чтобы сбежать с «обзорной площадки».

– То есть вор, которого высматривали ваши следящие артефакты, оказался хитрее?

– Лишь на один шаг, мисс Эштон. Я ведь вернусь, – его густой голос зазвенел угрозой, от которой хотелось поежиться даже мне. – И я ведь найду. Достаточно глянуть, что увидели артефакты, и я все пойму.

– Той ночью в библиотеке стояла сирра Тереза. Я столкнулась с ней, когда шла к вам, – призналась, чуть развернув к нему лицо. – Она разглядывала картину с садом и… Ей не нравилось, что вы хотите переписать дом на Адама. У нее ведь есть доступ в ваш кабинет? И достаточно магии, чтобы отправить племянника в опасное путешествие?

Тяжелый вздох, непроницаемый взгляд. Сейчас мне самой хотелось стать магом-менталистом и пробраться в мысли помрачневшего Кольта.

– Вы правы, Софи, Тереза сильный маг, – наконец произнес Грег, отойдя в сторону на полшага, чтобы удобнее было на меня смотреть. Или мне на него. – Но вы не знаете о ней главного. Она была там, в имении Кольтов, в тот день, когда… Когда эксперимент отца провалился. И с тех пор строго ограничила себя в применении чар. Она видела то же, что и он, и никогда бы не рискнула…

– Провести опасный ритуал под самый Звездносвод? – догадалась я чисто интуитивно, с трудом понимая речь Кольта.

Снаружи пещеры темнело небо, разрываясь от грома и щедро осыпая землю гигантскими каплями. Остро хотелось спрятаться от грозы в каком-нибудь более надежном месте. И в более надежной компании.

Мы вот с Алиссой всегда в непогоду пекли пряное печенье, готовили альта-цитроновый взвар и, замотавшись до подбородка в одеяла, болтали до позднего вечера.

– Надо было оставить ее там же, где остальные, а не тащить в новый дом… – выдохнул Кольт и несильно ударил кулаком по свисавшему над головой своду. – Книгу, Софи. Не тетку. Но мне хотелось иметь при себе что-то, принадлежавшее отцу.

Грегори поморщился, словно от боли. И вряд ли дело было в ушибленном кулаке.

– Пожалуй, вы и тут правы, мисс Эштон. Я самонадеянный идиот, решивший, что никто не посмеет обмануть самого Кольта. Обычно все, даже очень жадные, завистливые и глупые люди, имеют инстинкт самосохранения. Ну… кроме вас, разве что.

– А пометки вашего отца… – я пропустила мимо ушей очередной намек на мою недальновидность. – Они ведь очень ценные?

Хотелось все же надеяться, что злоумышленник – просто конкурент Грега, решивший докопаться до тайны его успеха. Я слышала, что основное состояние Кольты сделали на производстве «темного топлива». А уж потом к ним добавились прочие магические фабрики и мануфактуры.

Тот же Йозеф Стерв, чей исследовательский центр материй выкупила корпорация Кольта, мог пойти на хитрость и просто выкрасть секреты великого тарлинского семейства…

Сюда бы Мег! Она обожает читать детективы. Лисси любит романы, а я… я предпочитаю реальную жизнь.

– Я вам расскажу, Софи, – кивнул Кольт с какой-то странной решимостью. – Но сначала уложу в постель.

Прозвучало настолько двусмысленно, что я не нашлась с ответом. Приоткрыла рот, чтобы как-то возмутиться, и… захлопнула обратно. Потому что Грегори принялся стягивать с себя рубашку, и мне пришлось отвернуться к темноте. Зашуршала солома, которую Кольт собрал в пышный тюк и хорошенько взбивал.

Мой расползшийся лежак вновь приобрел приличный вид. Грег покосился на платье, пока еще пребывавшее на мне. Взглядом спросил: «Помочь?». Я поспешно закрылась руками. Сама справлюсь!

Чародей резко погасил магическое пламя, поедавшее предложенный ему хворост. Стало так темно, что я поняла: идти мне на свой лежак вслепую. Нащупала стену и медленно побрела вперед. Гад! Мог и попозже затушить огонь.

– Мисс Эштон… – позвал голос «инвестора» и тело само повернулось в его сторону. – Подойдите, присядьте. Расскажу вам сказку на ночь.

Зачем-то повиновалась, сама себе удивляясь. И, наступив ногой на что-то мягкое, аккуратно нагнулась. Мое запястье тут же поймала вархова лапа и уверенно потянула вниз, так, что я плюхнулась задом на шкуру рядом с лежавшим на боку Кольтом.

– Не дергайтесь, Софи. Вы уже спали в моей постели и остались целы, – напомнил гад, устраивая меня удобнее.

Для себя, конечно, удобнее. Обхватил за талию и усадил поближе, так, что мое бедро уперлось в его согнутое колено. Голос Кольта раздавался со стороны второго бедра. Туда же утыкался и его локоть.

– Я… пойду к себе, – заявила дрогнувшим шепотом.

– Пойдете. Позже. Вы ведь хотели узнать о записях моего отца и секретных разработках моей семьи? – вкрадчиво уточнил гад, распаляя мое любопытство.

Я поерзала на шкуре между варховым коленом и локтем, чувствуя себя пойманной в капкан. Выдохнула воздух тонкой струйкой, пытаясь успокоиться. Взвесила «за» и «против», напомнила себе про доверие и выживание… Ладно, наверное, я могу попробовать. Доверять этому мужчине.

– Давайте сюда вашу сказку, – пробормотала согласно, сидя рядом с Кольтом застывшей статуей, готовой взорваться от напряжения.

– Магия… – начал он хрипло, неспешно. Настойчиво потянул меня за плечо, заставляя слегка откинуться и использовать его живот на манер спинки дивана. Струны мышц по всему моему телу натянулись и угрожающе зазвенели. – Да расслабьтесь вы уже наконец, мисс Эштон! Невинные простачки не входят в мой рацион!

– Магия, – напомнила мужчине, не готовая обсуждать его «вкусы».

– Магия миров нашего веера не тождественна. И при столкновении нередко случается… конфликт, – выдохнул Кольт как-то уж совсем тяжко. – Попытка совместить несовместимое плохо кончается. Всегда. Обморок при тесном общении с существом изнанки – меньшая неприятность, Софи.

– Вы хотите сказать, что разрывы случаются из-за столкновения разных магических энергий? – догадалась я. – И все эти жертвы… От контактов с исчадиями мрака…

– Несовместимая магия. Настолько разная, что при соприкосновении… Ба-бах! – он резко дернул меня на себя, завалив на теплую грудь. Совершенно неодетую грудь. Голую! Я испуганно вскрикнула и села обратно. Гад! – Но если найти преобразователь… Этакую призму-переходник… Что-то, что пропустит через себя «неправильную» магию и адаптирует ее под чародея…

– Это и искал ваш отец, да?

– Он исследовал вопросы извлечения, преобразования и накопления энергии. В теории, – добавил поспешно Кольт. – Кстати, эта проблема стояла и перед этим мирком, где магия особенно грязна, тяжела и неохотно втекает в человеческое тело. Местные нашли способ наполнять резерв, извлекая энергию из пространства, но… Вам бы он не понравился, Софи. Я уже говорил.

Его пальцы пробежались по позвонкам на моей спине. Погладили плотную ткань платья и пересчитали пуговицы. Я дернулась испуганно. Какого гхарра?!

Мы на сказки договаривались, а не на… вот это вот все. Хотела встать, но вторая лапа тут же схватила мой локоть, не давая сбежать со шкуры.

– Тише, мисс Эштон, – он ковырнул верхнюю пуговицу и выудил из петельки. – Вы не умеете просить о помощи, но это не значит, что она вам не нужна.

– Вы говорили про способ… и местных… и… – я дернула плечами, сбрасывая его руку по своей лопатки.

Гад анжарский, редкостный, умело заболтал свою жертву!

– Про способ я вам расскажу, если останетесь на этой шкуре до утра, – сдержанно ответил Кольт. Таким серьезным голосом, будто и не шутил вовсе. – Покажу даже. С вашего, разумеется, одобрения, Софи. Это… в ваших интересах.

– Издеваетесь?

Не знаю, как там магия разных миров, но мы с ним точно были несовместимы. Даже общий язык найти получалось с трудом. И при каждом контакте случался форменный «Ба-бах»!

– Нет, – строго выдал Грегори, и я рассмеялась. Нервно. Точно шутит! Или голову напекло. – Ах да, вы ведь меня ненавидите… Но разве собственная безопасность не важнее глупых принципов и этой вашей болезненной порядочности?

Я раздосадованно покосилась на черное пятно, что должно было быть его головой. Не ненавижу, но это совершенно ничего не меняет. И к вопросу совместной ночевки на шкуре не относится.

– Ладно, мисс Эштон. Вы снова правы: я шучу, – фыркнул Кольт в потолок и с шумным выдохом откинулся на спину, избавляя меня от раздражающе тесного общения со своей персоной. – Закругляемся, Софи. Идите к себе.

– Но вы недорассказали…

– На сегодня достаточно страшных сказок, – проворчал Грегори, быстрым, небрежным движением расстегнув еще пару пуговиц на моем платье. – Идите спать. И пошустрее, пока я не передумал.

***

Солома, пусть и старательно взбитая, но уже ничуть не мягкая, жестоко впивалась в бок. Казалось, я лежу на тысяче острых зубочисток, и стоит шевельнуться, как некоторые из них с азартом вонзаются в кожу через платье. Я провертелась всю ночь на этом пыточном ложе под мелодичный храп вархового «инвестора», толком не сомкнув глаз.

Наутро болело все. Решительно все, даже совесть. Оттого, что в какие-то моменты беспокойной ночи я начинала задумываться о шкуре. И о Кольте. О тепле, надежности, мягкости и уюте… Не Грега, конечно, а его ложа. И теперь было стыдно: я чуть не поступилась своими принципами ради комфорта!

Кольт стоял на солнце, подставляя могучие плечи розово-красным лучам и любуясь радугой. Увидев меня, отшатнулся. И осенил себя ритуальным знамением.

Вид у меня был такой же помятый, как самооценка и уверенность в завтрашнем дне. Во взлохмаченных волосах застряла солома, оставившая малосимпатичные отпечатки на обеих щеках. Так что понять я его могла.

– Хорошо спалось? – саркастично уточнил гад.

– Как же я вас ненавижу… – процедила недобро и отмахнулась.

Да шел бы он!.. К гхаррам, раскаленным пяточкам или местным драконам – куда захочет.

– И вам доброе утро, мисс Эштон, – ухмыльнулся цветущий Кольт, шумно хлебнул воды из кувшина и сладко потянулся, щурясь новому дню.

– Вы разве не можете добыть вторую шкуру? – покосилась недовольно на слишком уж довольного жизнью мужчину.

Мы застряли Варх знает где! Терпим бедствие, а он… Он начинал получать удовольствие от приключения. Видела это по его глазам, горящим сочной весенней зеленью.

– Могу. Но не стану, – пожала плечами широкая спина с варховыми ямочками. Похоже, Грег решил вовсе отказаться от одежды на верхней половине туловища. – Должно же быть у меня какое-то преимущество?

Я засопела, негодуя на себя за то, что завела этот разговор. С самого начала ведь знала, чем он окончится. Моим унижением.

– Преимущество! – фыркнула, принимая из его рук кувшин со свеженабранной холодной водой.

– Иначе вы забудете, кто вожак в нашей маленькой стае, а это уже чревато… – Кольт неодобрительно повел плечом, разглядывая украдкой, как я жадно пью. Из-за чего я была близка к тому, чтобы захлебнуться. – Плюнете на послушание и доверие… А это самый короткий путь к проблемам с выживанием. К тому же, я уже приглашал вас разделить со мной это нехитрое импровизированное ложе.

Я опешила от его наглости. Разделить ложе? Вот с этим? Грегори серьезно? Еще и помня о том, что он обещал мне способ какой-то продемонстрировать. Который мне не понравится… И тут я доверяла без сомнений. Видит Варх, не понравится!

Кольт хоть и считал меня беспросветно глупой самкой гхарра, готовой отправиться на заклание по щелчку пальцев… Но на самом деле, ни роль жертвы, ни роль очередного трофея анжарского змея меня не прельщали.

Вспомнился пансион. Первые годы, что я провела там после «темной катастрофы». Соблазнов вокруг хватало, всегда, но я очень старалась. Наделась, если жить по правилам, соблюдать их строго-строго… Если быть преданным другом, ответственным работником, верной женой… Словом, если быть идеальной воспитанницей вархового пансиона, то родители будут мной гордиться. Пусть там, за чертой, но все-таки.

Это был мой ориентир в незнакомом мире – не оплошать, не подвести. Так что уж что-что, а делить с Кольтом ложе, будучи невестой другого мужчины, я не собиралась. Даже в самом невинном, исключительно бытовом смысле!

Не только потому, что Грег вел себя, как ошалевший в брачный сезон гхарр и анжарский змей-искуситель в одном флаконе. И не только потому, что не желала становиться охотничьим трофеем избалованного вниманием мужчины. Добычей, замотанной в шкуру неизвестного мира…

Но еще и потому, что где-то там, в Тарлине, меня искал жених. С которым я, Варх свидетель, не разрывала помолвки. Об этом явственно напоминал впивавшийся в запястье браслет.

И Адам тоже не разрывал. Ведь, если бы он отказался от меня, я бы узнала, верно?