Глава 7

Я отряхнулась от соломы и попыталась улыбнуться новому дню. Еще одному утру, случившемуся в Вархом забытом мире. Собрала волосы гребнем, подтянула к себе голую пятку и нашла на ней тонкий розовый заживший рубец. Пощупала красивое пятнистое яйцо, из которого никто не спешил вылупляться. И выбралась на свет.

Кольт снова отправился в поселение, искать приключений на неинтересные мне части тела. Я же, ободренная хорошим самочувствием, занялась делами. Собрала хворост, принесла свежей воды, ополоснула овощи, из которых намеревалась готовить обед. Даже выбила пыль из варховой шкуры, такой желанной и такой запретной. Должна же я тоже приносить пользу нашей маленькой стае?

После обеда снова спустилась к реке и, пока Грегори не вернулся, залезла в воду прямо в сорочке. Единственный плюс адского пекла – одежда даже на теле высыхала моментально.

Плавать я любила, но наличие в ледяной воде гигантской креветки (возможно, вымышленной, но оттого не менее страшной) до сих пор меня останавливало. И все-таки я сделала пару гребков вперед, а, почувствовав, что дно подо мной исчезло, продолжила плыть дальше. Без особого труда я достигла противоположного берега и вылезла погреться.

Растения тут были другие, не те, что с нашей стороны. Почти от самой кромки воды начинался густой лес, вместо песка берег усыпали мелкие черные камешки. В кустах напротив почудилось шевеление, и я благоразумно отступила к реке.

– Я же говорил… Фьёлла! – с присвистом выдохнули из-за ствола слева.

– Да какая она фьёлла, Догон? Порченная, как и все, – из-за первого куста вылезла рыжая макушка. По моей сорочке, прилипшей к телу, плотоядно проехались два огненно-желтых глаза. Имира Сиятельная!

– Стой! Нас только двое. Мы не станем делиться! – с гортанным рыком проорал в мою спину второй, которого я разглядеть не успела. И сильно о том не жалела.

Вместо вежливого расшаркивания я бросилась в ледяную воду и отчаянно погребла к своему берегу. Варх Всемогущий, пошли мне навстречу красного огнедышащего!

С кем эти двое не станут делиться и чем именно, меня волновало в последнюю очередь. Хватало слов Грега о том, что встреча с местными не сулит мне ничего приятного. Я лучше в пасть к креветке добровольно пойду, чем вернусь к этим двоим, улюлюкающим мне вслед.

За спиной слышался плеск и звуки мощных гребков. Маньяки пустились в погоню. Но я уже выбралась на свой берег и полезла вверх по склону. Кошмар! Вархов кошмар, от которого никак нельзя проснуться!

Заметалась возле пещеры, всхлипнула и бросилась в сторону, в лысый лесок, в котором вчера умудрилась поранить ногу. Дыхание едва не останавливалось от ужаса. В глазах мутнело, размывая окружающие деревья. Это что, слезы? Они-то сейчас к чему?

Эти желтые глаза… Жуткие глаза! Они так смотрели. Сколько в них было неутоленного голода, странного, животного. Незнакомого. Невыносимая тоска, пустота в зрачках… Жажда, но не еды, не воды и не женского тела. Тогда чего?

Как давно эти двое за мной наблюдали, решая, фьёлла я или так себе, порченная? И только ли двое их было или обманули? Я юркнула в густые кусты, отчаянно молясь, чтобы внутри не нашлось других клыкастых обитателей.

– Чи-и-истая… Где ты, фьёлла? – позвал тот рыжий на знакомом эшерском наречии, озираясь по сторонам.

Он стоял у пещеры – коренастый, крепкий. Чуть ниже Грега, но, пожалуй, шире.

Я размазала ладонями грязь, в которую успела вляпаться, я мысленно проскулила, что не такая уж и чистая. Что с меня взять? Но столько благоговения было в его голосе, словно прочие девицы в поселении принципиально не мылись. А я вот, к несчастью, даже цветами пахла.

Второй – высокий, темный, длинноволосый – обошел скалу и вернулся с другой стороны. Покрутил головой и махнул рукой в сторону леса. Моего леса!

Он двинулся прямиком ко мне. Словно шел на магический маячок, звеневший на все лады и оповещавший о моем присутствии в конкретно этих кустах!

Рыжий вернулся к склону и спустился на берег. Но минутой позже я увидела, что он поднялся с другой стороны и вошел в тот же лес, только чуть дальше. Гады! Они словно охотились на дичь, загоняя ту в ловушку. И добычей была я.

Шаги раздались совсем рядом, и я зажмурилась и закусила губы до боли. Ни звука. Только бы не разреветься!

Это все перебор. Огромный вархов перебор для заурядной простачки из Тарлина.

У левого уха шаркнуло пару раз и затихло. Мужик остановился. Ждал. Так, как будто знал, что я сижу тут, у самых его ног, и с аппетитом впитывал мой страх. Мое отчаяние, такое плотное, что ощущалось вязким дрожащим комом, распирающим грудную клетку.

– Фьёлла… – задумчиво протянул местный маг на певучем эшерском диалекте и погладил ладонью куст. – Ты будешь моей первой. Я давно тебя жду.

В глазах потемнело. Слишком давно не дышала и, кажется, была близка к потере чувств. С другого бока послышались еще шаги, и мужик, недовольно сопя, пошел навстречу рыжему товарищу.

– В очередь. Я первый. Я не привык дели…

Остаток фразы поглотил странный булькающий звук. Беседу никто продолжать не спешил, и я все-таки судорожно вдохнула. Раз до сих пор не бухнулась в обморок, значит, уже не упаду. И на спасительную бессознательную черноту можно не рассчитывать.

На плече сомкнулась пятерня, выбив из груди жалобный стон. Меня резко выдернули из куста на свет и развернули к мужчине. К зеленым глазам. Не желтым.

– Грег?.. – с ошеломленным облегчением выдохнула в его подбородок.

– В дом. Быстро. Сидите тихо, Софи. Я вернусь, – Грегори стиснул зубы и подтолкнул меня к краю леса.

Уговаривать не пришлось. Припустила так шустро, как даже в детстве не бегала. Только у самой пещеры обернулась и нашла глазами темный силуэт Кольта, хищно движущийся по редкому лесу. В его руке металлом сверкал ритуальный кинжал.

Я почти час просидела без движения. Оцепеневшая, одеревеневшая. Замотавшись в шаль, сжимая горящую палку и изредка меняя ее на новую.

– Успел? – тихо спросил Кольт, пошатнувшись в проеме. – Софи? Я – успел?

Я коротко кивнула, шмыгнула носом, отбросила палку обратно в костер и опустила мокрые глаза. Кошмар закончился, но терзало чувство, что страшное еще впереди.

– Вы сами-то целы? – я все-таки подняла на него лицо. Ну и что, что заплаканное. Любой бы разревелся в похожей ситуации.

– Жить буду, – фыркнул Кольт, и в теле резко распрямилась сжатая пружина, подбросив меня с соломы ему навстречу.

– Вас ранили? Куда? – нервно затараторила, осматривая его фигуру, по важному поводу упакованную в рубашку и пиджак. – Показывайте немедленно!

Вечно он раздет, когда не надо. И одет тоже, когда не надо. Невозможный мужчина. Чувство, что все делает назло. Но, может, мне просто кажется.

– Прекращайте тарахтеть, как сломанный маг-вояжер, – прохрипел он, пробираясь внутрь пещеры и устало присаживаясь к огню. – Сказал же: царапина.

– Этот рыжий вас ранил, да? – я стащила с него пиджак, под которым обнаружился красный рукав рубашки. Еще утром он был белым. Я схватилась за свою голову, судорожно стянув волосы у затылка. Кошмар! – А вы его? А первого?

– Софи…

– Я не тарахчу. Я спрашиваю, – взволнованно ухватила его за шею и развернула лицом к себе.

– Не задавайте вопросы, на которые не хотите знать ответов, – пробубнил Кольт, раздраженно вырывая из моих пальцев свою шею.

– Чего они хотели от меня?

– Вам в красках описать?

– Без красок, – проворчала, подавая ему кувшин с водой. Кольт жадно к нему припал и выпил почти половину.

– А сами не догадаетесь? – от его кривой улыбки горчило сожалением. – Того же, мисс Эштон, чего хотят все, отчаявшиеся заполнить пустоту внутри себя…

– Они хотели заполнить ее мной? Эту свою пустоту? – недоуменно тряхнула головой.

Неужели все-таки местные сжирают девиц на завтрак?

– Кто бы не хотел? – глубокомысленно заявил Кольт, рассеянным взглядом уткнувшись в мои губы. – Ты очень чистая, Софи… И теплая… Когда не ледышка…

Да он бредил!

– А вас ничем случайно не отравили? – нахмурила брови, усевшись у него в ногах и глядя снизу-вверх на заросший подбородок.

– Отравили, конечно… Слабые, нищие маги не выходят из поселения без ядовитых клинков, – равнодушно пожал плечами этот невыносимый гхарр и отвернулся.

Я с силой ударила его в плечо. В целое, спрятанное под белым рукавом.

– То есть в ране яд, да? И вы вот даже не подумали, что ее надо промыть?

– Он не смертельный, – Кольт поморщился. – Просто неприятный. Не тряситесь вы так, Софи… Велисофья… А вас всегда сокращают по второй части имени?

– Мама иногда звала Вель, но мне больше нравилось, как папа… Какого гхарра вы мне зубы заговариваете? – зашипела на невозможного мужчину и пощупала его лоб. Да красная штука у нас над головами не такая горячая! – Надо промыть… Лисси всегда говорит, что яд в человеке – вещь совершенно лишняя… А в вас его и без отравленных клинков многовато.

Я расстегнула его рубашку и резко стянула с раненого плеча. Он был прав: порез неглубокий. Лезвие Кольта едва царапнуло. Да только у раны были совершенно черные края, а такого при обычных порезах не бывает. Мне, как самому часто травмирующемуся в Тарлине человеку, это хорошо известно.

– Мисс Эштон… Обойдемся сегодня без раздеваний, ладно? – вяло пробормотал Грег, пошатываясь и уплывая взглядом в дальние дали. Точно бредил. – Я неважно себя чувствую и вряд ли смогу порадовать… кхм… достойным обществом…

– Значит, сегодня моя очередь укладывать вас в постель, – фыркнула, опасно щурясь. Мне сильнейший маг Эррена нужен здоровым и в своем уме.

Избавив Грега от грязной рубашки, я завалила вархову тушу на шкуру. Переложила драконье яйцо на солому, распотрошила старую ночнушку на лоскуты. И, смочив те в воде, принялась промывать рану. В ней что-то жутковато шипело и побулькивало.

– Я Грегори Кольт, Варх побери! – возмущенно сопел мужчина, вертясь подо мной тем самым анжарским змеем. И одновременно будучи раскаленной сковородой. – Магия сама меня излечит…

– Сейчас вы одна сотая от Грегори Кольта. А то и тысячная, – напомнила ему скептически. – Так что прекращайте… подо мной!..

– Под вами невозможно… прекратить… – осоловело выдал Кольт еще одну глубокую мысль.

Его глаза закатывались, на лбу блестели капли пота, губы побелели, кожа на груди раскраснелась, словно перцем намазанная… А он еще и сопротивлялся!

У меня такой сноровки, как у Алиссы, не было, так что я уже дважды с него скатилась на пол, расплескав воду и растеряв все тряпки. Не-вы-но-си-мый человек!

Кольт бредил. Бормотал всякую чепуху, которую я старательно пропускала мимо ушей. Ворчал, сыпал смешными угрозами. Отмахивался от меня, как от назойливой мухи. Да так настойчиво, что я устала уворачиваться и вылавливать вархову пятерню. Уселась на него верхом и придавила мешающуюся лапу коленом.

– Лежите… смирно… – я сдула упавший на лоб темный завиток.

Затянула на промытой ранке кружевную повязку (другой у меня не имелось, так что Кольту придется смириться). И без сил сползла с него на шкуру рядом. Устала, как Варх знает кто. Не представляю, как Лисс доживает до конца дежурства.

– Я вас… не приглашал… – тут же недовольно прохрипел вымотавший меня гад, не открывая глаз.

Повернулся на бок, обхватил лапами и подгреб к себе, как ребенок любимую мягкую игрушку. Пробормотал что-то неразборчиво в затылок. Я расслышала только «в виде исключения» и «моей гостьей». И отключился.

Тихонько выдохнула, зажатая в капкане из раскаленных рук. Кольт кипел весь целиком. Я ощущала его жар, как свой собственный – лопатками, поясницей и всем, что ниже. Его колотило лихорадкой, пекло, как гхарра на поварском вертеле. И меня вместе с ним, за компанию.

Словно тугие плети, опутавшие меня накрепко, его руки не давали шевельнуться. Намекали, что на этот раз, волей-неволей, мне придется разделить с ним вархово ложе до утра.

С мыслью, как же с ним жарко, неудобно и вообще невозможно, я следом за Грегори провалилась в сон.

***

Выспалась я так хорошо впервые с тех пор, как мы угодили в чужой мир. Нет, неверно. Так сладко в последний раз я спала в нашей с Мег и Алиссой комнате. А с тех пор, как перебралась в дом Кольта, началась череда бессонных ночей и жутких кошмаров. Которая продолжилась тут, на варховой соломе под красной звездой.

Но сегодня… Сегодня я выспалась за троих. Потянулась сытой виррой, виляя телом на мягкой шкуре. Улыбнулась солнечным лучам, прокравшимся в нашу пещерку. Поерзала, ощущая ровное, приятное тепло каждым участком кожи… И с тонким писком отпрянула, когда на мое бедро опустилась вархова лапа и одобряюще это самое бедро похлопала!

– Хорошо спали? – вкрадчиво уточнили у моего уха. – А я говорил, мисс Эштон, что мужчина в женской постели никогда не…

– Замолчите! – велела Кольту, сгорая в священном огне стыда.

Ощупала пылающие щеки, коснулась пересохших губ. Очень хотелось пить, но вчера я всю припасенную воду растратила на дерущегося упрямца. И теперь надо было снова спускаться к реке, к которой я, по понятным причинам, совсем не стремилась.

– А вы тогда не ерзайте, как домашняя каффа, требующая ласки, – строго попросил Грегори. – Если, конечно, планируете покинуть эту шкуру в ближайшие полчаса… Я уже не так паршиво себя чувствую, как вчера.

Гад! Живой, что радует. Но еще минута беседы в таком ключе, и будет прикопанным под кустом с розовыми шишками. Вне зависимости от подаваемых признаков жизни.

– Я планирую покинуть ее немедленно, – прошептала, выпутываясь из всего, что меня так приятно опутывало. Со всех сторон это оказывалось Грегори Кольтом.

Боги Эррена, ну за что вы меня наказали этим невозможным мужчиной?

Я переползла на свою солому и смущенно замоталась в шаль. Представляю, как ярко алели мои щеки в красно-рыжих рассветных лучах!

Кольт поднялся, оглядел меня с головы до голых пяток, подхватил пустой кувшин и вышел на солнце. Вернулся спустя пять минут – с водой, чистый, мокрый и посвежевший.

Кружевную повязку он с себя снял, следы запекшейся крови смыл, и я без труда смогла разглядеть тонкий шрам. На варховом Грегори Кольте и впрямь все заживало, как на молодом гхарре!

Хорошенько рассмотрев рану, я теперь украдкой следила за перемещениями по пещере неодетого тела. Прикрывшись тенью ресниц, очерчивала взглядом широкую спину, крепкие плечи, две ямочки на пояснице над брюками, чуть приспущенными на бедрах.

Рассматривала гладкую загорелую кожу, еще не обсохшую от капель. И руки, увитые венами. Те самые, что прижимали меня к себе ночью так упрямо, будто я была самым ценным сокровищем обоих миров. Не какой-то там «фьёллой», вызывающей буйное помешательство у местных, а настоящим. Значимым.

В этих лапах оказалось приятно. Надежно и нестрашно. Стыдно признавать (и слава Варху, что он потерял способность читать мои мысли!), но мне не хотелось, чтобы Кольт ослабил ночью хватку. Чтобы вдруг разомкнул руки, подарив возможность выпутаться и перебраться на свою постель. И он, будто угадав мое странное желание, держал крепко до самого утра.

– Те люди вчера… Это были маги, да? – подала голос, с силой протирая лицо ладонями. Прогоняя из головы всякие глупости.

– Слабые и почти пустые. Я легко с ними справился.

– Как именно справились?

– Вам нужны подробности? – сосредоточенно уточнил Кольт.

Я резко мотнула головой. Обойдусь.

– Вас не было почти час, – напомнила Грегори.

– Беспокоились?

– Да. И, как выяснилось, не зря.

– Второй пытался уйти в поселение, Софи. Пришлось догонять, – он оперся спиной о стену и вытерся остатками моей сорочки. – Мы прячемся тут не просто так.

– Я не ходила за реку… Честно! – принялась виновато оправдываться. – Я только доплыла до другого берега и все…

Я помнила, что он запрещал ходить в поселение. И никогда бы туда не пошла. Было ужасно думать, что я сама навлекла на нас беду. Но я ведь просто купалась?

– Вас никто не обвинял, мисс Эштон, – Кольт почесал подбородок, с интересом поглядывая на мои голые коленки.

Я подгребла к себе мятый сарафан, который вчера так и не надела. Бегала по лесу в едва обсохшей шелковой сорочке.

– Их было только двое, Софи?

– Двое, – кивнула уверенно. – Тот высокий сказал рыжему: «Я же говорил: фьёлла». Словно он привел друга на меня поглазеть. Как на диковинную зверюшку!

– Значит, давно следил. И понял, кто вы…

– И кто я?

– «Фьёлла», – буркнул Грег, ничего толком не объяснив. – Он не рискнул напасть в одиночку, но жадность помешала ему взять больше людей… Он не из тех, кто делится. Нам с вами повезло.

На коже оседало странное тепло этого утра. Но дело было не в погоде и не в яркой красной звезде. Скорее, в том, что мы с Кольтом в кои-то веки не развлекались пикировками и не шипели друг на друга. И я все еще ощущала его невозможный, невыносимый жар.

– Куда вы?! – всполошилась, увидев, как он натягивает пиджак на голое тело. То самое. Жаркое, да.

– Надо раздобыть новую рубашку. И поторопить Хольцера с ответом, – Кольт повел плечом и наградил меня озадаченным взглядом. – Нам нельзя задерживаться здесь дольше, мисс Эштон. Магов начнут искать, в лес пойдет половина деревни и…

Не договорив, Грегори вышел на залитую красным светом площадку перед пещерой.

«И все они захотят заполнить вами свою пустоту», – мысленно договорила за Кольта.

***

За весь день я к реке так и не спустилась. Решила, что не так плохо побыть немножко грязной, раз уж местные помешаны на чистоте. Сидела на соломе, грызла подсохший ломоть хлеба и косилась на мягкую шкуру. Перенервничала.

Видит Варх, найдя черную рану на Кольте, я испугалась даже больше, чем когда длинноволосый маньяк подошел к кустам. Каким-то непостижимым образом этот гад – анжарский, редкостный – умудрился стать мне небезразличен.

Вчера, проснувшись посреди ночи и ощутив лопатками все тот же дикий, ненормальный жар, я затряслась, как вояжер, вылетевший на разбитую брусчатку. Ужасала уже одна мысль, что ранение окажется страшнее, чем он полагал. И к утру я могу оказаться в гордом одиночестве в чужом, незнакомом мире.

Но разве мог Грегори Кольт, сильнейший маг Эррена, просто исчезнуть? Умереть, раствориться магической пылью? Человек, излучающий такую уверенность и силу, что подавлял всех вокруг и занимал собой все пространство. Энергией, голосом, запахом. Жаром кожи.

Нет, конечно. Он не мог взять и исчезнуть. Выжил бы назло, чтобы продолжать доводить меня намеками, издевками и небывалой высотой вархового самомнения.

Красный пылающий шар над головой потух, и на землю чужого мира резко опустились сумерки. Заслышав шаркающие шаги – непривычные, заплетающиеся, – я выбежала на порог «дома». Кольт появился из темноты и остановился в паре метров от меня.

Я неодобрительно поджала губы: нашел он себе не только рубашку! Его пальцы крепко сжимали горлышко бутылки с понятным содержимым. Правда, судя по тому, как покачивалось тело мага, почти все содержимое успело из бутылки перекочевать в него.

– Мисс-с-с… Эш-ш-штон… – опознали меня зеленые глаза. Тело пошатнулось вперед, но замерло, не сделав шага.

– Вы пьяны, – обвинительно прошептала.

– Не так сильно, как хотелось бы.

– А бывает сильнее? – удивилась совершенно искренне. На мой взгляд, Грег был близок к тому, чтобы упасть лицом в траву и отключиться у моих ног. – Зачем вы… так? Это из-за сделки с фьёром? Она сорвалась?

– Сделка в силе.

– Дело в Хольцере?

– Нет, – Грегори качнул головой, завесив загорелый лоб черной растрепанной челкой. – Хотя… и в нем тоже, да. Впервые в жизни, мисс Эштон, выпил для храбрости, идя на встречу с женщиной… С девушкой. Представляете?

– Вы серьезно? – я задохнулась воздухом, разыскивая глазами ту самую женщину, к которой он шел на свидание. Или они уже встретились? Или он только собирается?

– Я о вас, Софи, – фыркнул гад больше горько, чем насмешливо.

– Вы опустошили эту бутылку перед тем, как прийти ко мне? – я обессиленно оперлась спиной на камни. Невозможный мужчина. И до чего же непонятный. – Варх побери… Но для чего?

– Искал смелость вернуться, понимая, что мне предстоит сделать…