Глава 51

Артем

Чтобы не ехать в больницу зря, набираю администрацию и прошу связать меня напрямую с лечащим врачом Антонины Васильевны. Узнаю, что Ева все еще находится в больнице и прошу ее там задержать до моего приезда. Решаю брать все в свои руки. Беготня Евы порядком поднадоела. Пора заканчивать детские истерики и переходить к взрослым отношениям.

По дороге в больницу заезжаю за кофе, чтобы выпить кофе и проснуться. Беру крепкий двойной эспрессо и выпиваю его залпом. По пути немного просыпаюсь, выстраиваю планы на встречу с Евой. Проговариваю, что ей скажу, но когда приезжаю, удается встретиться в коридоре с врачом. Решаю переговорить с ним по поводу перелета. Все-таки, Антонина Васильевна уже немолода, да и после болезни ей может быть трудно перенести поездку.

– Противопоказаний к полету нет, иначе бы мы, конечно, не рекомендовали. В целом, пациентка чувствует себя отлично, шутит даже, ждет полета. Отказываться пыталась, но внучка ее убедила.

– Отказываться?

– Сами знаете, женщина в возрасте, а тут такие деньги на операцию.

– Понимаю.

В палату захожу без стука. Поначалу думаю, что застану там осунувшуюся старушку, но за то время, что я не видел Антонину Васильевну, она почти не изменилась. Жизнерадостная, улыбчивая, счастливая. При виде меня она пытается вскочить с кровати и подойти ко мне, чтобы обняться, но я подхожу сам. Обнимаю бабушку Евы и тут же вспоминаю, какие вкусные голубцы она готовила. Замены им не найти, честное слово.

– А что ты здесь, Тема, а? Ева тебе рассказала, что я в больницу попала?

Бросаю беглый взгляд на Вересову. Она мотает головой, показывая, чтобы ничего бабушке не рассказывал. На этом все мои планы и рушатся. Пока ехал, думал, что первой, кто узнает о наших отношениях будет как раз бабушка Евы. Разве беременность не повод для того, чтобы прекращать ломать комедию и сообщить всем? Окончательно ведь понятно, что я Еву не отпущу.

С бабушкой Евы проводим некоторое время. Она все расспрашивает меня о личной жизни, о том, не собираюсь ли жениться. Я лишь отмахиваюсь и радуюсь, когда в палату заходит медсестра и выгоняет нас с Евой под предлогом необходимости поставить капельницу. Мы выходим вместе. И сразу же в коридоре Ева налетает на меня с вопросом:

– Что ты здесь делаешь?

– Пришел поддержать тебя и бабушку. Планировал порадовать ее новостью о том, что мы вместе.

– Не думаю, что потрясения, пусть даже и хорошие, пойдут ей на пользу.

– Она все равно узнает перед полетом.

– Это почему?

– Потому что я тоже лечу.

– Зачем? Мы справимся. И что мы скажем бабушке?

– Правду, Ева. И бабушке, и нашим родителям. Всем. Я думаю, пришло время.

– С нашего разговора не так много времени прошло, а ты уже собрался всем и все рассказать?

У меня после вопроса Евы два варианта. И оба – неутешительные. Первый – она не хочет воспитывать ребенка со мной и поэтому молчит. И второй – Ева вообще не хочет ребенка и приняла решение сделать аборт. Для меня ни один из вариантов неприемлем, потому что я… неожиданно хочу, чтобы у нас был ребенок. Девочка или мальчик – без разницы. Я отчетливо представляю, как мы всей семьей ездим на отдых, устраиваем пикники и ходим на развивающие занятия.

Ирония судьбы. В моей жизни была не одна женщина, которая сообщала мне о беременности. Все они – шарлатанки. Разумеется, ни один сделанный тест на отцовство не подтвердился, а у некоторых даже беременности не было. Оказывается, женщины могут пойти на что угодно, лишь бы убедить мужчину в том, что у них скоро появится маленькое чадо. Меня такая информация никогда не умиляла. Скорее, наоборот. Раздражала. И вот единственная женщина, беременности которой я рад, мне об этом не рассказывает.

Намекать я в этом случае не хочу. Испытываю острое желание лезть напролом, не видя препятствий, но с Вересовой это не работает. Не удивлюсь, если спрошу о ребенке, а она скажет, что понятия не имеет, о чем я. В какой-то момент вообще начинаю сомневаться, что ребенок есть, но нет. Ева не пила, а Миланья была разочарованной, да и с чего бы ей врать? Я, конечно, бываю законченным мудаком, но ребенка своего никогда бы не бросил.

– Артем? Ева? – родители Вересовой возникают, словно ниоткуда.

Ее отец протягивает мне руку для пожатия. Обмениваемся дежурными фразами.

– А вы здесь… какими судьбами? – спрашивает мать Евы. – Приехали забрать Еву, да? Она в последнее время наверняка очень много прогуливает. Бабушка заболела все-таки.

– Ева отлично справляется со своими обязанностями, – спешу заверить ее маму. – Я здесь, чтобы ее поддержать и помочь.

– Любезно с твоей стороны. Еве после разрыва с Никитой очень тяжело.

Удивительно, как это не слышно скрип зубов, когда я стискиваю челюсти. У меня зубы сводит, так сильно я их сжимаю. Вот как, значит? Ева переживает? Я как-то даже не заметил…

– И ничего я не переживаю, – влезает в разговор Вересова. Оживает. – И вообще Никита давно в прошлом.

– Хороший был парень, – вздыхает мать Евы, а я буравлю саму виновницу разговора взглядом.

– Когда будем им рассказывать? – шепчу на ухо, когда родители отворачиваются.

– Не сейчас. Сейчас не время.

– А когда будет? Когда придет Никитка и встанет на колено?

– Артем!

– Что Артем? Пора им все рассказать!

Решительной походкой направляюсь к автомату с кофе, куда подошли ее родители. И правда хватит… еще я буду слушать про прекрасного мудня Никиту.