ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Холод. Он сковал все тело…

Боль в запястьях от тугой веревки… Она врезалась в кожу, сдавливала сосуды. Пальцы онемели и почти не двигались.

Дышать было тяжело, почти невозможно ― что-то давило на грудную клетку…

С трудом открыв отекшие от раздражения глаза, я пыталась понять, где нахожусь, и что происходит.

Это невозможно…

Длинный стол в моей студии, совершенно целые мольберты и…

Олег.

Бывший муж смотрел на то, как я отчаянно пытаюсь осознать, что все вокруг ― не моя больная фантазия.

― Ты вообще что делаешь? ― я не узнала собственный голос, ― что происходит? Как я тут оказалась? Я же была в другом месте!

― Да не Олег это! ― голос за спиной пронзил в самое сердце. Тут же развернув корпус, я увидела связанную Настю, совершенно озлобленного Корвина и всю остальную компанию, которая находилась без сознания.

― Тогда кто?― я с ужасом смотрела на то, как лицо бывшего мужа постепенно меняет очертания, а вместе с ним изменения происходили и с помещением.

Спустя мгновение от студии не осталось и следа, как и от Олега.

Мастер сидел за невысоким деревянным столом, и все мы находились в шатре с не известными мне символами, нарисованными на деревянных столбах по всему периметру. Он смотрел на то, как меняется выражение моего лица, еле заметно улыбаясь при этом.

― Что происходит?

― А сама-то как думаешь? ― Мастер улыбнулся, еле заметно облокачиваясь на край стола.

Я ничего не ответила, в ужасе рассматривая мага визуализации. Он казался совершенно спокойным, уверенным в себе и до ужаса бесил одним своим видом.

― Все это время… Это были вы, да? Гранги, Леллея, подстава вампиров…

― Ну, смысла скрывать очевидное не вижу, ― Мастер кивнул, приказав кому-то принести бокал вина. На столе передо мной тут же поставили блюдо с едой и какие-то фрукты. Вот только руки у меня были связанны…

― Вы что делаете? ― Мастер сел рядом, взял в руку яблоко и предложил откусить фрукт. Он меня что, кормить собственноручно собрался? Да не в этой жизни!

― Катерина, ― голос мягкий, серьезный, ― ты себе даже не представляешь, насколько твой дар редкий. Ты не осознаешь этого… Ты пришла из другого мира и не понимаешь, что происходит на самом деле…

― Так может, вы меня просветите? ― огрызнулась я, отворачиваясь от бокала вина. ― Я не намерена быть ни чьей марионеткой.

― Ты уже ею стала, ― Мастер кивнул в сторону Корвина. Я заметила, что с демоном что-то не то. Он молчал, почти не двигался… Лишь увидев его руки, я оказалась не в силах сдержать стона ― Корвин терял кровь, много крови из-за сильных ожогов и глубоких ран. Ему было настолько больно, что он всеми силами старался сохранить положение тела и не двигаться. Бросив взгляд в сторону Насти, я поняла, что на ней нет ни единой царапины… Он защитил… Я была уверена в этом, Корвин закрыл ее собой, ― посмотри на него. Корвин ― правитель демонов, один из сильнейших в нашем Совете. Посмотри на то, что с ним происходит, на то, кем он стал…

В шатре появилось несколько гранг. Они с силой дернули длинную ткань, которая закрывала тело демона. Корвин невольно взвыл…

Корвин. Взвыл…

Все тело покрывали ожоги. Сильные, огромные, глубокие. Они поражали спину, руки, грудь и сильно кровоточили.

― Рэндон! ― я тихо взвыла. ― Ты так говоришь, будто бы я должна сейчас что-то понять, но я ничего не понимаю! Что происходит? Отпусти Настю!

― Я отпущу ее только в том случае, если ты примешь мою сторону. Я пощажу твою сестру, отправлю домой, позволю жить, но ты останешься и станешь моей ученицей. Ты будешь всегда рядом. У тебя есть немного времени подумать, а пока… Лазар!

Мастер кивнул в сторону гранга, который повернул на земле странный, граненый камень и тут же в воздухе возникла фигура… Вытянутая, отвратительная, прозрачная. Ее тело покрывали разодранные ткани, глаза отсутствовали, как и часть волос.

― Это призыв. Как только Анастасия покинет свое тело, дух-паразит с превеликим удовольствием его займет, ведь так, Лазар?

Дух ничего не ответил, потому что у него в принципе не было ушей. На их месте красовались странные обрубки, явно прижженные чем-то еще при жизни. Он сделал несколько кругов вокруг сестры, показывая свое нетерпение. Настя лишь обреченно сникла, прекрасно понимая, что на сей раз позвать на помощь у нее не получиться.

Как только Мастер покинул шатер, я тут же потребовала объяснить мне, что происходит.

― Нас что, всех убьют? ― рыкнула я, понимая, что скоро совсем перестану чувствовать руки. Мастер знал, что делал ― магия визуализации давалась мне через управление ладонью и пальцами. Он сделал так, что этот вид энергии и его преобразование стал мне недоступен даже при условии, что я выберусь из плена ― онемение пальцев просто не позволит колдовать.

― Нас заменят, ― Видар оказался жив. Он с большим трудом открыл глаза, пытаясь сфокусировать на мне свой взгляд, но у него получалось с большим трудом, ― так же, как и мой вид…

― В смысле? ― из-за отсутствия информации я начинала сходить с ума, ― я так скоро просто рехнусь! Что произошло?

― Их нет, ― Видар смеялся, пытаясь при этом откашляться, ― их больше нет. Уже давно нет, а я и не заметил… Это бред… Как такое вообще возможно?

― Да кого нет? ― не выдержала я. Мне казалось, что отец просто не понимает, что разговаривает вслух.

― Ледяных эльфов, ― за Видара ответил Корвин, ― мы в Кор’ру. В самом его центре. Этот шатер ― одно из тренировочных мест для таких, как Видар. Именно здесь обитают ледяные эльфы. Точнее ― обитали. Их убили. Всех. Город, в котором мы находимся, совершенно пустой. В отличие от Насти, ледяные эльфы не видят истины вещей, они могут чувствовать лишь ложь в словах, а Видара как все ненавидели, так и продолжали ненавидеть. К тому же из-за того, что он стал отшельником, ему приходилось годами находиться в полном одиночестве. При таком раскладе сыграть определенную роль несложно, нужно лишь выбрать правильный облик. Все, что осталось от его народа ― это горстка сошедших с ума эльфов, не способных здраво мылить. Я понятия не имею, как Рэндон это все провернул, я не знаю, как он смог убить их всех и выжить сам.

― Так гранги действительно спрятались в Кор’ру… Погодите-ка, ― до меня внезапно дошло, что происходит тут на самом деле, ― он что, всех нас заменить собрался?

― Именно, ― все так же спокойно ответил Корвин. ― Какой смысл отвоевывать земли, если можно просто стать тем, кем хочется? Его магия действительно сильна… Он способен не только свой облик менять, но и грангов. При помощи амулетов, но я не знаю, как именно он это делает. Каким-то образом, благодаря собственной крови, он создает иллюзию, которую нельзя разрушить при прикосновении.

― Так все это из-за власти, ― прошептала я, стараясь освободить руки, но ничего не получалось. Пальцы теряли чувствительность, я уже не ощущала собственных ладоней.

― Угу, ― печально ответил Корвин, стараясь побороть подступивший кашель, но не получилось. Из-за резких телодвижений раны вновь открылись и стали кровоточить с удвоенной силой, ― мой народ не пойдет за ним. Война за власть приведет лишь к еще большим потерям, так зачем страдать, если можно просто взять и обмануть всех? Этой твари нужна моя кровь ― судя по всему, только так можно создать полноценную прочную иллюзию.

― А где архимаг? Вы его видели?

― Видели, ― так же тихо ответила Настя, наблюдая за тем, как перед ее глазами мельтешит дух-паразит, ― он подвешен под ребра к потолку. Живой еще. Крови много потерял, а вот та тварь, что тут бродит и чай нашему Мастеру носит ― это не настоящий Рагнар. Так. На всякий случай тебе говорю.

Стало плохо. Тошнота не отпускала, голова закружилась, и я почувствовала, что задыхаюсь.

Мастер просто решил заменить самых главных демонов, получив при этом абсолютную власть! Школа магии теперь под его контролем, и неясно, когда именно произошла замена! Земли Корвина, да даже клан Вольфгантов!

― Теперь понятно, почему он так жаждал поймать тебя, а не убить на месте, ― обратилась я к Корвину. ― Нужна твоя кровь.

― И не только моя. Север ― глава стаи. Оборотни ― огромный перевес в силе. Вольфганты тоже не лыком шиты ― они, несмотря на то, что вампиры, имеют свой вес в сфере политики. Про себя я молчу. А вот с ледяными эльфами все сложнее… Они сходят с ума, не поддаются контролю. Их магия сложная, непонятная и совершенно новая. Рэндон просто не сможет ее повторить, к тому же обмануть их намного сложнее.

― Поэтому он просто перебил их всех. Но они же считаются самыми сильными! ― как такое могло произойти, что существа, которых боятся все без исключения, просто так взяли и исчезли с лица земли? Они должны были размазать Мастера еще на подходе к их территории!

― Катя, ― Видар внезапно успокоился и пристально посмотрел на меня, ― ледяные эльфы очень сильны, но Мастер обладает самым редким даром. Рагнар ― единственный в своем роде, кто создает визуализацию, а не простую иллюзию. Это то же самое, как я могу создать лед из воздуха. И этот лед будет настоящим. Гранги перевешивают численностью. Поймать ледяного эльфа до безумия сложно, но это возможно, а заменить его, как оказалось, для Мастера не проблема. Судя по всему, он постепенно, шаг за шагом, проникал в самое сердце Кор’ру, а эти гордые идиоты, помешанные на собственной силе и гордости, ничего не заметили. Такие, как мы, не видим истины вещей, мы чувствуем ложь, а Мастер, видимо, не врал. К тому же, не забывай о том, что среди моего народа не тронутых умом и магией остались лишь единицы. Остальные вкладывали все силы в то, чтобы сдержать магию, но я все равно не понимаю, как целый вид мог просто исчезнуть? К тому же меня не было в клане долгие годы. Я, знаешь ли, очень обидчивый интроверт.

― Благодаря своему гадкому характеру, ― Корвин переиначил последние слова Видара, выражаясь более простым языком, ― ты остался жив.

― А они все мертвы, ― голос Видара дрогнул, ― я мог остановить грангов. Я единственный, кто все еще не рехнулся из-за действия магии.

― Ты не можешь этого знать, ― Настя смотрела на то, как Корвин постепенно меняет положение тела. Ему было настолько больно, что на глазах проступили слезы. Даже думать не хочу о том, насколько сильные муки он сейчас испытывает.― Никто из нас не понимает, что произошло с твоим народом на самом деле. Мы не знаем, каким образом Мастер уничтожил их всех, да и уничтожил ли? Может кто-то выжил? Но сейчас у нас проблема иного рода. Как вы все заметили ― нас скоро убьют.

― Не скоро, ― Корвин хрипел, ― такая магия требует особой подготовки. У нас есть от силы три дня, не больше. И не забывайте о том, что эта дрянь будет переманивать тебя на свою сторону всеми возможными и невозможными способами. И да, гарантии того, что все эльфы мертвы, у нас нет.

Судя по всему, сейчас наибольшей опасности должна была подвергнуться Настя. Она ― рычаг давления. Что же делать? Серен и Леонид без сознания. Влад с Дором и Севером очень далеко от нас. К тому же мы еще раньше обсуждали невозможность нахождения гранг в Кор’ру. Из этого следует то, что они не пойдут искать нас в этом лесу. Настя не сможет связаться с ними, Корвин выбыл из игры, руки отца связаны и ведет он себя странно, словно его чем-то опоили. Я тоже вне игры и… И что, нам не выбраться?

Нет… Не может быть.

Внезапно в шатер вошел архимаг. Живой, целый и невредимый, но… Он не источал свою особую ауру ― скопировать можно было лишь внешность, но не дар! Да в школе эту подделку сразу раскроют! У нашего архимага столько поклонниц, готовых изучать его тело часами на наличие всех родимых пятен. Да эта орава бешеных женщин не оставит от гранга и капли крови! И как Мастер собирается скопировать силу Корвина? Хотя… Хотя создать иллюзию тумана не так сложно… Накидать пару трупов, обыграть сцену и вуаля! Живой Корвин вновь у власти.

― Ты так на меня смотришь, ― улыбка лжеархимага вызывала лишь омерзение. Судя по всему, этот гранг просто не понимал суть силы инкуба. Скопировать внешность ― это сущая ерунда, ― нравлюсь?

― Очень! ― Гранг улыбнулся еще шире, явно списав мое покраснение на смущение, а не на лютую ярость.

― Твой взгляд, Катерина, как всегда красноречив. Дорогая моя, ― он источал своим голосом нотки слащавости. Приторность просто зашкаливала, ― пойдем со мной, Мастер научит тебя очень многому. Ты даже не представляешь, на что мы будем способны! Вся власть в наших руках! Ты получишь все, что пожелаешь!

― А можно мне кое-что узнать? ― я попыталась сделать из себя полную дуру, надеюсь, что получилось.

― Конечно! Все, что угодно!

Я дала понять грангу, что хочу прошептать ему что-то на ухо. Наивный идиот подошел так близко, что один взмах моей ноги отбил ему все самое ценное.

― Ого, значит, ты все же мужского пола. Спасибо за ответ, теперь я утолила свое любопытство.

― Тварь! ― лжеархимаг взревел, но сделать со мной ничего не мог. К моему облегчению, я пока что нужна Мастеру, а значит, такие шалости мне простят.

― Зато теперь ты видишь мое истинное к тебе отноше…

Я ошиблась в расчетах. Да, я была нужна Мастеру, и гранг это знал, но… Но ответ на мои действия последовал незамедлительно. Лжеархимаг схватил графин со странной серой жидкостью и насильно влил его содержимое в рот Видара. Отец рассмеялся, сплевывая зелье и… Опьянел, тут же теряя сознание.

― Еще одна такая доза, ― голос гранга изменился, стал более высоким, ― и твой друг умрет. Все поняла?

Друг? Мой… Друг? Так они не знают… Они и понятия не имеют, что я его дочь…

― Ты что творишь? ― Корвин был в бешенстве, но показать этого не мог ― боль не позволяла, ― с ума сошла? Ты хоть осознаешь, в какой мы ситуации?

Не осознаю…

Я действительно ничего не понимала. Словно пыталась сбежать от того, что происходит, отрицала очевидное и совершала совершенно необдуманные поступки. Злость внутри кипела, наливалась жаром, заполняла разум, не позволяя все как следует обдумать. Я зря ударила гранга, это было так глупо и необдуманно и… так по-детски… Словно все, что происходило со мной ― сказка. Очередная иллюзия, что скоро исчезнет, и все вновь станет хорошо.

Настя сильнее меня ― ее ум более хладнокровен. Ей хватило мозгов не лезть на рожон, сидеть тихо и претвориться глупой беспомощной девочкой, скрывая от Леллеи, на что она способна.

От стыда и паники я опустила голову, стараясь побороть подступившие слезы.

― Катя, ― Леонид постепенно приходил в себя. Вампир был привязан к высокому толстому столбу при помощи цепей. Его руки были связаны за спиной и, судя по выражению лица и движениям тела ― сильно болели. ― Катя, успокойся. Ты должна вести себя тихо и покорно и делать это не потому, что сдалась, а потому, что такое поведение продлевает жизнь и дает возможность все тщательно продумать.

― Ты мне что, предлагаешь его предложение выслушать?

― Именно, ― вампиру было плохо. Он словно не мог сфокусировать взгляд, ― его болтовня и лапша, которую он будет вешать тебе на уши, оттянет время нашей казни. Да что же это такое… Ничего толком не вижу… Сильно же мне прилетело по голове во время взрыва… Что с Владом?

Я рассказала, что произошло в замке. Все и так сидели молча и слушали, но после упоминания большой драконьей тени приуныли.

― Сейчас у драконов спячка, ― заметил Леонид, ― но Карл… Он же не мог…

― Это сейчас не главная проблема, ― оборвал Корвин, ― мы ранены, почти без сил.

― Мне кровь нужна, ― как бы между прочим заметил вампир, ― человеческая. Я тогда сильным стану, раны смогу заживить и кому-нибудь шею свернуть…

― Вот только людей тут, ― я осеклась, чуть не выдав себя врагу, ― близко сидящих к тебе людей тут нет… Интересно, что будет, если ты кровь Видара попробуешь?

― Знаешь, Катя, ― вампир аж хрюкнул от возмущения, ― если и помирать, то не такой жестокой смертью. Понимаю там… разбавленную, как некогда при знакомстве кое с кем… Ну, вы меня поняли, а тут… это верная смерть. Нет, я, конечно, не пробовал, но рисковать не горю желанием.

― Да ничего с тобой не случится, ― Видар был совершенно пьян, его язык заплетался, и слова получались очень растянутыми, ― ну, помрешь быстро. Но ведь быстро! Даже не почувствуешь ничего…

― Учту, ― рыкнул Леонид, отпрянув от отца.

― Да что ты там учтешь? ― Видар продолжал бубнить себе под нос, ― ничего ты не учтешь. Ты ничего не сделаешь. Мы все к столбам привязаны, пошевелиться не можем, меня опоили, сволочи, магия пропала… или не пропала? Или пропала… Не понимаю…

Видар внезапно замер, выпучил глаза, напрягся и…

― Пропала, ― мужчина опустил голову, повиснув безвольной куклой.

― Что они ему дали? ― я смотрела на отца с ужасом, не понимая, как помочь в данной ситуации, и можно ли вообще что-либо сделать? Нам, как никогда, сейчас была нужна его сила и… Я же тоже так могу, как он. Да? Я ведь полукровка… или как там это называют… А если веревки заморозить? Интересно, получится их расколоть так, как это показывают в фильмах? Или я лишь хуже сделаю?

― Сиди смирно, ― Корвин рыкнул, наблюдая за тем, как меня озарила очередная глупая идея, ― они ему отвар дали, при помощи которого ледяные эльфы магию сдерживают. В случае с Видаром это зелье смертельно. Насколько я понимаю, если неправильно рассчитать дозировку, он умрет. Но к нашему счастью, ничего морозить и экспериментировать сейчас не надо.

Я поняла последнюю фразу правильно, на время оставив идею проверить свои способности. Корвин прав ― сейчас не тот момент для подобных экспериментов. Стоит выяснить, кто на стороне Мастера, кто еще предатель, и где Карл!

― А ты всех туманом убить не можешь? ― в надежде спросила я.

― Руки сломаны, ― спокойно ответил демон, словно ничего страшного не произошло. ― У демонов повышенная регенерация, скоро кости срастутся, но если я не развяжу ладони, то все будет очень плохо ― их придется заново ломать.

― Они так спокойно на нас напали! ― не выдержала я, ― и мы даже защититься не смогли! А ведь считаемся одними из сильнейших… Да и Карл...

― Они напали именно из-за Карла, ― Леонид пытался пошевелить руками, хоть немного ослабить веревки, но ничего не получалось, ― дракон дракона за милю учует, а раз Карл впал в спячку, значит он больше не является проблемой. Но я не понимаю, куда он делся. Уйти сам не мог ― значит похитили, но следов взлома мы не нашли, да и царапины на камне точно от когтей Карла. Не понимаю.

― Нас вообще смогут найти в этом лесу? ― я решила уйти от печальной темы, не желая вспоминать о драконе.

― Только если с воздуха, ― ответил вампир, ― иначе могут месяцами искать. Кор’ру очень опасен, он огромный, и у нас нет карт этой местности.

Внезапно я ощутила боль. Острую, пронзительную боль, поразившую собой все тело. Руки онемели ― я их не чувствовала… плохо… Это очень плохо!

― ЭЙ! ― заорала я, что есть сил, ― Мастер! РЭНДОН!

― Что с тобой? ― рыкнул Леонид, но Настя его остановила. Сестра сразу поняла, в чем дело.

― У нее сильно руки перетянуты. Если не ослабить веревку, придется ампутировать отмерзшие конечности.

― И в таком виде я точно магом не стану! ― вновь заорала я. ― Слышишь, Мастер? Если хочешь меня калекой сделать, то ты, гад, на правильном пути! Я рук не чувствую! Тебе нужна моя магия или нет?

Внезапно в шатер вошел Рэндон. Он выглядел крайне недовольным и злым, привел с собой очередного гранга, бросив его тело к моим ногам:

― Ты вязал? ― рыкнул он, спрашивая у твари.

― Д-да, Мастер…

Как только гранг ответил на вопрос, его голова с легкостью отделилась от тела при помощи острого меча в руках мага. От увиденного меня тут же стошнило, но сказать что-либо я не могла. Только смотрела на то, как длинный хвост с шипом слегка дергается, получая последние импульсы.

Внезапно веревку ослабили. Я не ощутила этого момента, но резко возникшие мурашки, похожие на тысячи раскаленных игл, вонзившихся мне под кожу, дали надежду на то, что руки все же останутся при мне.

― Как же больно… Черт… как больно!

Я согнулась пополам, с силой ударившись лбом о поверхность стола, но даже этот удар не заглушил дикую боль в руках. Кровь постепенно наполняла спавшиеся сосуды, вызывая при этом неконтролируемую дрожь во всем теле. От всех этих ощущений свело челюсть. Я очень сильно сжала зубы, мысленно молясь о том, чтобы боль как можно быстрее прошла.

― Мне жаль, ― прошептал Рэндон, словно действительно был способен на подобные эмоции. Он позвал в шатер очередного слугу, но вместо гранга на сей раз вошла незнакомая мне женщина. Действительно ли передо мной стояла демоница или это была очередная замаскированная хвостатая тварь я не знала, но женщина молча стала осматривать ладони, которые все же остались связанными. Она массировала их, разминала, поливала какой-то дрянью, но благодаря этому боль прошла, и я почувствовала облегчение, глотая подступившие слезы.

Пока чувствительность пальцев возвращалась, я наблюдала за тем, как уносят мертвое тело. Гранги боялись мага, они трепетали перед ним, готовые выполнить любой приказ, даже пожертвовать своей жизнью.

― Тебе лучше? ― голос Рэндона звучал как гром среди ясного неба, словно скрежет металла. Я лишь кивнула в ответ, стараясь не думать о том, что произошло у меня на глазах. Думаю, эта смерть была показательной. Теперь он ясно дал понять, что будет с теми, кто не подчинится. Ко мне это тоже относилось ― какой смысл оставлять в живых врага, способного на ту же магию, что и сам Мастер? ― Тогда пойдем со мной…

Он осторожно прикоснулся ко мне, вызывая при этом чувство страха с примесью омерзения, заставил встать со стула.

Ноги тоже затекли, я вновь ощутила эту дикую волну, разливающуюся по всему телу, но на этот раз она длилась не так остро и долго.

Мастер заставил следовать за ним, при этом он не выпускал меня из поля зрения.

Как оказалось, за пределами шатра находился целый мир… Огромный, покрытый льдом, он вызывал чувство ужаса и природного страха.

Широкие, густые кроны высоких деревьев скрывали собой огромный город, словно выстроенный из ледяных блоков. При ближайшем рассмотрении я поняла, что это лишь внешняя оболочка ― внутри помещения ничем не отличались от тех, в которых живут простые люди. Стволы деревьев были наполовину покрыты льдом, и, судя по тому, что они оставались живы, их корневая система не была затронута. Сквозь кроны еле заметно пробирались солнечные лучи…

Даже если Влад с Севером догадаются искать нас в Кор’ру с воздуха, они не найдут это место ― оно идеально скрыто от внешнего мира и в то же время находится у всех под носом.

Везде лед. Сплошной, плотный, холодный. Он не таял на солнце, источал странную дымку и отдавал синевой. Его поверхность была шероховатой, слегка блестела и выглядела кристально чистой, прозрачной.

Все дороги были покрыты этим ледяным полотном, высокая трава, скованная магией, блестела в свете солнца, звенела при соприкосновении друг с другом и трескалась при сильных порывах ветра. Город вымер, но в то же время казался живым, наполненным звуками, странным мельтешением и шорохом.

Мастер вел меня вглубь города, наблюдал за тем, как я испытываю удивление, не веря в то, что вижу.

Как ледяные эльфы могли оставить все это? Такое просто невозможно… Город невероятной красоты и размеров, скрытый от всех… да какой бы сильной ни была их борьба с магией, они не могли так просто отдать свой дом, я не верю в это. Тут что-то не так.

― Что ты сделал с ними? ― вопрос был совершенно логичен, но Мастер тоже не дурак. Он лишь хмыкнул, отмечая мою наивность касательно этой темы.

― Все, что тебе следует знать, это то, что самых сильных магов нашего мира больше не существует, я их убил…

После этой фразы он замолчал, а я обрадовалась ― врет. Врет! Существуют… Они все еще существуют, именно в этой части фразы отчетливо звучала ложь, но… Он действительно многих убил… Не понимаю… Видимо, в этом городе произошло что-то ужасное, раз не видно даже следов борьбы и крови… Весь город казался кристально чистым. Он использовал свою магию? Но как визуализация способна убить магов льда?

― Если ты их убил, то где тела? ― вопрос, как мне казалось, тоже был логичен. К тому же благодаря своему дару я могу попытаться заставить его говорить, но… Но что, если я этим поступком лишь разозлю Рэндона, и он решит сорваться на сестре? Нет, рисковать нельзя…

― Это неважно. В любом случае они лежат так глубоко, что ни тебе, ни Корвину до них не добраться.

Он сказал ― лежат. Он не сказал, что они закопаны… Хотя, какой смысл закапывать трупы? Но тогда тут стояла бы несусветная вонь… Хотя среди такого холода и льда, возможно, закапывать и некуда… Я запуталась!

― Посмотри на этот город, ― голос Рэндона звучал спокойно, тихо. Мужчина был полностью уверен в себе и в том, что он обязательно добьется желаемого. Глядя на него, я могла подумать, что именно так оно и будет. Он умудрился просчитать каждый свой шаг на годы вперед, настроить Корвина против вампиров, отвлечь внимание и шаг за шагом проникать в самое сердце запретного леса. ― Он прекрасен, не так ли? Он чист, совершенно пуст, словно горный хрусталь ― кажется хрупким, но на деле прочнее металла. Этот лед сам по себе ― произведение искусства, его структура отличается от обычной замерзшей воды. Ты ведь знала, что отшельник ― ледяной эльф?

― Знала, ― не было смысла скрывать очевидное.

― Тогда, в школе, тебя должны были доставить прямиком в Кор’ру. Я дал четкие указания, но из-за Корвина с его братом все, как всегда, пошло не так. Это уже своего рода традиция. Я искал отшельника много лет, но поймать его оказалось делом сложным, и вот теперь благодаря тебе он здесь. ― Мастер вывел меня на огромную площадь, в центре которой стоял невероятной красоты фонтан. Вода в нем не текла ― она застыла огромными каплями прямо в воздухе… Словно само время остановилось. ― Катерина, в моем плане был момент приручения тебя, не буду этого скрывать. Я очень хотел и хочу сейчас, чтобы ты была частью команды, но прекрасно понимаю, что Корвин уже пустил свои когти в твой разум, и мои желания неосуществимы. По крайней мере, на тех условиях, на которые я рассчитывал ранее.

Рэндон указал в сторону небольшого дома, чем-то напоминавшего лазарет. Я понятия не имела, что таилось за закрытой дверью, но сквозь окно, покрытое слоем льда и измороси, можно было разглядеть странную человеческую фигуру.

― Открой окно, ― подсказал Мастер, ― оно не закрыто. И то, что ты увидишь ― не иллюзия. Это истина, которая ждет твою семью.

Я медленно, трясущимися руками открыла небольшое окно, толкнув его вовнутрь, и мгновенно заорала.

Кас… Его окровавленное тело было подвешено за крюки и тихо раскачивалось из стороны в сторону.

Ученик уже давно был мертв…

― Но… но он же… он ведь… ― я пыталась отдышаться, прийти в себя, осознать, что это не дурной сон, но все напрасно. Оставалось лишь в истерике размахивать руками и остервенело глотать воздух.

― Я не прощаю предателей, ― Мастер смотрел на бывшего ученика с презрением, ― он не имел права сообщать кому-либо, что ты тренируешься магии. Но завышенное самомнение и осознание своей исключительности свою роль сыграли. Он завидовал, ревновал ко мне, хотел быть единственным в своем роде. Тем, кто как никто другой сможет защитить то, что ему дорого. Но тут внезапно появляешься ты и рушишь все его надежды на светлое будущее. Разве можно конкурировать с ведьмой, освоившей сложнейшие манипуляции с энергией всего-то за пару дней? Даже у меня так не вышло…

― Я не понимаю, ― подступили слезы. То самое состояние, когда нет возможности сопротивляться тому странному тягучему ощущению в горле.― За что ты убил его?

― За то, что он хотел убить тебя, просто не успел добежать, вот и все…

Это я сейчас что, должна ему спасибо за спасение сказать?

Тело бывшего ученика медленно раскачивалось под самым потолком. Из-за сильных и ярких эмоций я не могла понять, иллюзия ли это. Что, если таким образом Рэндон пытается вывести меня из хрупкого равновесия, тонко намекая на то, что будет с моей сестрой после моего неповиновения?

― Тут есть маленький нюанс, ― прохрипела я, наблюдая за самодовольной улыбкой мага, ― если с моей семьей хоть что-то случится…

― Ты меня убьешь? ― Рэндон перебил, не дав закончить фразу, но я спокойно продолжила свою мысль:

― Ты не прав, я убью себя. И если моей семье уготованы мучения ради того, чтобы я приняла твою сторону, значит, мне незачем жить. Они хоть и умрут в муках, но эти страдания не растянутся на десятилетия, и, несмотря на всю твою любовь к садизму, твой интерес к ним угаснет намного раньше, чем если бы я продолжила жить. Моя мысль теперь ясна?

Рэндон на секунду замер, его зрачки невольно расширились, выдавая истинную реакцию.

― Ты не сможешь, ― прошептал маг, подойдя ко мне совсем близко.

― Это можно легко проверить, ― на самом деле я не играла. Эта мысль внезапно пришла ко мне в голову, и хватило лишь мгновения, чтобы понять, что ради семьи я готова на все. Какой смысл сопротивляться, наблюдать за страданиями Насти, если при малейшем моем проколе и недовольстве она будет получать порцию страданий и в конечном итоге умрет? Если конец уже определен, то какой смысл его оттягивать? Рэндон потеряет своего последнего ученика и, если честно, я не понимала, зачем я нужна ему. Он ведь не идиот, прекрасно понимает, что я не подчинюсь, так…

Все дело в управлении… Если я буду жить, значит мной можно управлять через Настю. А Настя сделает все возможное, чтобы защитить меня, и ради Насти Корвин пожертвует всем. Хотя в последнем моменте я начинаю сомневаться. Демон ― разумный, логичный, сильный. Он выбрал любовь, но не думаю, что ради одного человека он подставит под удар весь свой народ. Он защитит своих подданных, и это будет правильно. Я не смогу принять это, не смогу видеть его, но…

Я пойму, почему он сделал такой выбор.

― Мы обязательно проверим, ― Рэндон вздернул бровь, с куда большим интересом рассматривая мое лицо, ― не сомневайся в этом. Но сейчас с тебя хватит впечатлений.

Меня повели обратно в шатер и на этот раз не мучили расспросами.

***

— Ты уверена? — за эту ночь Видар успел прийти в себя, несмотря на то, что примерно каждые три часа в наш шатер приходил гранг. Существо насильно вливало отвар моему отцу прямо в рот, наблюдая за тем, что отшельник действительно проглотил жидкость, ― И как только рецепт узнали… Сколько лет ваш Рэндон сидит в Кор’ру? Хотя не отвечайте, в этом уже не смысла.

― Уверена, ― прошептала я, ― он сказал, что они «лежат», но не говорил, что они закопаны…

― Это не доказательство, ― Всю ночь Корвин совершал непонятные мне ритуалы. Что именно он делал, я не знала. Демон оставался неподвижным, но при этом раны затягивались прямо у всех на глазах. Ожоги покрывались странной коркой, глаза Корвина при этом стали черными, раны кровоточили намного сильнее, но при этом осколки, застрявшие в мышцах, выпадали. Он каким-то магическим способом прочищал свои раны… И почему люди так не могут? ― Рэндон собирал информацию, не забывай об этом. Он будет играть с тобой, манипулировать, создавать ложную надежду.

― Все равно это странно, ― Видар говорил обрывочно, не произносил вслух имен, но намекал о том, что речь идет о его народе, ― столько силы в одном месте, и внезапно тишина вокруг. Даже не тишина, а зловещая пустота без единого кровавого пятнышка. Это необычно…

― Может, есть что-то, что мы не знаем? ― предположил Леонид.

― Конечно, есть! ― Видар этого даже не скрывал. ― Или я, по-твоему, должен вот так просто взять и рассказать, на что способны ледяные эльфы? Не в этой жизни.

― Вот почему я так не могу? ― Леонид не обратил внимания на резкий ответ моего отца, но зато наблюдал за тем, что делает Корвин. ― Раз, два… и нет ран… как же все зудит! Я сейчас просто сдохну… Серен, будь добра… Почеши мне спинку…

― У меня руки связаны… ― прошептала девушка, открыв сонные глаза. Она смотрела на пленных измученным, обреченным взглядом, не выражающим воли к победе, ― знаете что, я, кажется, устала…

― О чем ты? ― Леонид совсем не ожидал подобных слов, да и мы все тоже.

― Я о том, что сидеть в плену мне надоело, ― демонесса вытянула ноги, стараясь потянуться всем телом, но что-то пошло не так, и она рыкнула от резкой боли, ― кажется, ребро сломано… Я хочу обычной жизни, без дворцов, замков, прислуги и прочих благ… Хочется просто уйти туда, где меня точно никто не найдет и не будет снимать живьем кожу…

― Прекрасное желание, моя родная, ― Леонид весело хмыкнул, ― я бы с радостью тебе в этом помог, но при условии, что ты все же будешь не одна. Не забудь, что ты невеста вампира, и от этого уже никуда не денешься ― я не позволю. И, кстати… Это действительно больно!

Послышался резкий хруст. Леонид стиснул зубы, что-то промычал в побелевшие от напряжения губы, но не заорал…

Он вывихнул себе большие пальцы рук, чтобы освободиться. Снять веревки удалось с большим трудом, но все же вампир был свободен и спустя некоторое время вправлял обратно несчастные пальцы.

― Ненавижу так делать, ― шептал он, ― это чертовски больно, это адски больно! Просто невероятно неприятно, если так вообще можно говорить!

― Ты что творишь? ― я наблюдала за тем, как вампир вновь завел за спину руки и стал совершать не понятные мне движения, явно привязывая себя к столбу обратно.

― Не могу же я бежать сейчас? К тому же, если я вас всех развяжу, то это, как минимум, вызовет подозрение. А так есть шанс напасть на врага тогда, когда он этого не ждет…

― Я уже давно так сделал… ― заметил Корвин. ― Это не больно.

Леонид обреченно хмыкнул, но мой отец окончательно добил его самоуверенность:

― Я тоже, ― прошептал Видар, ― колдовать не могу, но морды набить ― святое.

― Да вы тут все словно в кино играете! ― я огрызнулась, но только из-за того, что сама так не умела и даже не представляла, как подобное можно сделать, ― боевиков насмотрелись?

― Понятия не имею, о чем ты, ― заметила Серен, ― но, кажется, я поняла, куда уйду после того, как мы сбежим… Насть, у тебя квартира, вроде, пустует, да?

― Ага, ― подтвердила сестра, ― как выберемся, я тебе ключи отдам. Но там не убрано ― меня все-таки уже давно в моем мире не было. Ого… а ты тоже так умеешь пальцы выворачивать?

― Нет, ― спокойно ответила Серен, демонстрируя длинные острые когти, ― странно, что Рэндон мне их не отрезал. Ими очень удобно веревки пилить, но есть одна загвоздка ― что делать с цепями?

В отличие от меня, сидящей от всех отдельно и просто привязанной к столбу, ребята были скованны единой цепью. Она обвила их ноги, не позволяя бежать и совершать резкие движения.

― А пульсаром ее не перебить? ― предположила я, но Настя меня огорчила:

― Нет, пульсары на это не способны, к сожалению. Предлагаю этот момент обдумать, послушать, что еще скажут наши хвостатые, и уже потом действовать.

― Ага, ― вампиру план не очень понравился, ― а если на рассвете всех нас убьют? Если бежать, то сейчас.

― Мы прикованы цепями, ― заметила Серен, ― их так просто не сломать. Если побежим сейчас, то уж точно всех разбудим… Нет, нужно думать, как избавиться от оков, Настя права.

― А если их заморозить и дернуть? ― предложила я, ― ну… Вы же поняли, о чем я, но… Но кое-кто и понятия не имеет о том, как подобное происходит.

Я тонко намекнула на свое родство с Видаром, все тут же замолчали, явно думая о том, каким образом меня освободить от веревок.

― Пульсар? ― вновь предложила я, ― Настя же может в меня им запустить…

― Ага, а тушить тебя кто будет? ― прошептала сестра, явно обдумывая варианты. ― Проблема не в том, что мы не можем тебя освободить. Как раз-таки можем, хоть сейчас! И я, и Серен способны колдовать ― избавить тебя от веревок труда не составит, но проблема в том, как сделать это все незаметно. На рассвете Рэндон вернется и будет очень плохо, если он почувствует паленый запах и увидит, что с твоими веревками что-то не то. К тому же моя основная способность ― это ходить где угодно вне своего тела, а обычная магия дается мне с большим трудом, и…

Все резко замолчали. В шатре появился Лазар. Его прозрачное тело медленно вплыло в помещение, слегка взвыло, словно возмущалось, что нашим шепотом мы не даем этой гадости совершать свои не особо благие дела. Дух-паразит подлетел к Насте, резко вдохнул воздух у самого ее лица, и печально опустил голову.

― И главное эта тварь всегда так печально расстраивается, ― с удивлением заметила сестра, когда дух покинул помещение, ― что невольно хочется ее пожалеть.

― Не советую, ― Серен осматривала шатер в сотый раз, пытаясь найти хоть что-то, что сможет помочь. ― Если колдун при жизни был убийцей, насильником, извращенцем, то после смерти ему уготована судьба «паразита». Такой душе нет места ни в нижнем мире, ни в верхнем… Так что жалеть его не стоит, поверь мне.

― Вывести вас из Кор’ру могу только я, ― Видар зевнул, боролся со сном, но выходило плохо. ― В этих лесах столько тварей водится, что одни вы помрете. И Корвин со своим туманом вам не поможет. Кстати, помнишь «болото»?

Последняя фраза была обращена ко мне, и я тут же кивнула.

― Разве такое забудешь?

― Так вот, на него смертельный туман не действует, ― Видар бросил в сторону Корвина суровый взгляд, ― поэтому в болото не идем. С подобной тварью можно бороться только льдом.

― А почему туман не действует? ― спросила Серен, с удивлением смотря на Видара. ― Это «болото» ведь тоже нечисть?

― Эта нечисть защищена болотной плотной самовоспламеняющейся жижей, сквозь которую никакой туман не проникнет, ― ответил Видар, стараясь изменить положение тела. Он словно что-то рыл руками за спиной, стал пыхтеть и возмущаться, но никто из нас так и не понял, что задумал отшельник. ― Поэтому в случае моего отсутствия постарайтесь выжить. Катя, кстати, Катя, ты еще не забыла, как создавать копию по натуре… Он идет!

Все как по команде резко замолчали. Очередная порция отвара для Видара была готова и бережно хранилась в небольшой стеклянной чаше, которую нес на подносе невысокий, но с виду очень сильный гранг.

Я не совсем поняла, к чему был задан последний вопрос, но замерла, затаив дыхание, словно ожидала шага от отца.

Кинув в сторону сестры взгляд, я увидела, что и Настя и Корвин были недовольны. Они смотрели на Видара, явно хотели что-то сказать, но не могли из-за гранга, который в очередной раз заставил отца выпить порцию странной и непонятной дряни.

― Да не сбегу я, ― кряхтел Видар, сплевывая противную жидкость, когда гранг вышел из шатра, ― я ж не совсем идиот. Там стража стоит, бдит… У нас помимо цепей еще и эта проблема. И как только рецепт зелья нашли, уму непостижимо! Одни неприятности из-за этого… Давно бы всех переморозил… А это еще что за…

Внезапно я почувствовала, как к моей ладони кто-то прикоснулся… Кто-то мягкий, влажный и… усатый?

― ТИША! ― я распознала мантихору лишь по обугленному хвосту. Кот жалобно мяукнул, тут же прижался ко мне еще сильнее, стал мурчать, словно старый паровозик, ― Тишенька, моя прелесть! Как же я тебя люблю, мое маленькое солнышко… Может ты и еще кого с собой прихватил, а? Так… а это у него что привязано такое на лапке?

Корвин прищурился, всматриваясь в небольшой символ, нацарапанный на куске оторванной ткани, и тут же округлил глаза, явно распознав в нем что-то знакомое:

― Это знак Севера, ― шепнул демон, и мы тут же все просияли.

***

Дор. После похищения Екатерины

― Не торопи меня, ― Лиам не мог усидеть спокойно, постоянно оглядывался по сторонам и сильно нервировал натянутой тетивой. ― Так, эльф! Я, знаешь ли, от вас, остроухих, очень устал! Перестань нервировать и убери стрелу!

― Не уберу! ― шикнул ушастый, тут же достав из колчана очередную свою «прелесть». ― Они меня успокаивают!

― Таким темпом они скоро меня упокоят! ― рыкнул я, пытаясь не сильно шуметь в ближайших к вражескому лагерю кустах. ― Ну, сколько можно?

― Сколько можно, столько и нужно! ― встреча Лиама с себе подобными гладко не прошла. Как выяснилось, остроухий остроухому рознь. Причем ледяные эльфы набросились на бедного лучника с таким остервенением, что чуть все волосы не выдрали в порыве страсти.

― Да вы оба меня уже достали! ― Север, как самый крупный из нас, в кустах не помещался, поэтому переживал отдельно от основного лагеря. ― Лиам, ты своей тетивой даже меня бесишь! Успокойся, ну вырвали они тебе пару волосин, мне вон хвост чуть не откусили ― так я ж не жалуюсь!

― Подумаешь, хвост! ― эльфа явно задели за живое. ― Нашел, с чем сравнить!

― Дор, ― Север не выдержал, решив сменить собеседника, ― напомни мне по приходу в родные края его налысо побрить… Достал уже, сил нет…

Лиам хотел возмутиться, но Тиша не дал.

Все это время мантихор сидел между мной и эльфом, обреченно опустил свои мохнатые уши, всем видом показывая недовольство и раздражение. Я понял, что скоро что-то произойдет в тот самый момент, когда кончик хвоста Катиного котика стал очень медленно, но с завидным постоянством, подметать сырую землю. В конечном итоге Тиша не выдержал, запустив когти эльфу в пятку. Он лишь царапнул, гневно рыкнув при этом, но желаемое получил ― все резко замолчали, стараясь не шевелить кусты, а то говорящая в ночи зелень действительно выглядела подозрительно.

― Видишь, они какую-то дрянь варят… ― Влад все это время держался чуть в стороне, больше времени проводил за анализом местности и явно пребывал в ужасе от увиденного. Если в начале нашего похода он сходил с ума от ледяных монстров, то после того, как увидел их город, скрытый в лесу на протяжении многих веков, ушел в себя, стараясь переварить полученную информацию. ― Они это в котле варят, постоянно следят за температурой и лишь в самом конце, перед тем, как отнести зелье в шатер, бросают в него непонятные коричневые плюшки.

― Интересно, что это за коричневая гадость? ― Лиам тоже обратил на это внимание, но с такого расстояния понять, что это за ингредиент, оказалось невозможным даже для эльфа. ― И в чем смысл зелья?

― Мы когда твоего собрата по ушам убивали, ― шептал вампир, ― у него на поясе висела фляга. Она треснула и из нее вот такого же цвета дрянь вытекла…

― Видар говорил, что его народ с потоком силы не справляется, помните? ― Север принюхался, но шатер стоял на ледяной территории, которая скрывала все запахи. ― Может, это то самое зелье, которое силу блокирует?

― Логично, ― ответил я, ― в любом случае, они этим ядом наших травят. Нужно незаметно испортить его, но как? Эй… Вот ведь… Пушистая гадина, ты куда?

Тиша не выдержал нашего разговора. Иногда мне казалось, что кот смотрит на всех нас, как на идиотов. Мантихор передвигался в невысокой траве настолько бесшумно и незаметно, что мы все почувствовали укол зависти, но то, что сделал Тиша после того, как подкрался к емкости с зельем, поразило всех нас вместе взятых.

― Этот кошак больно сообразительный… ― заметил Север, ― и главное, не изменяет принципам. Если уж гадить, то по полной…

― А кстати похоже на те самые коричневые плюшки… очень похоже… Это, получается, наши ребята Тишины какахи пить будут?

― Да уж лучше это… чем то… ― скривился Лиам, с ужасом наблюдая за тем, как гранг зачерпывает из этого котла зелье и несет в шатер.

Послышались звуки перепалки ― Видар пытался сопротивляться, но, судя по всему, он был единственный, кто пришел в сознание после того, как их всех доставили в этот шатер. Его явно заставили выпить зелье, но ничего страшного не произошло, по крайней мере, мы все на это очень надеялись.

― Что делать будем? ― я тихо подполз к Северу, дав всем сигнал о том, что пора уходить глубже в лес. ― Они долго не протянут. Рэндон даст им от силы пару дней.

― Меньше, ― тихо ответил Север, пробираясь сквозь густые заросли, ― у этого гада все заранее спланировано, и явно есть запасные варианты действий на случай непредвиденных ситуаций. Я думаю, что уже следующей ночью нам нужно вытащить Корвина и остальных из плена. Осталось понять, как именно.

― Вы пока этим гадам в зелье гадили, я уже успел уснуть! Чего так долго? Знал бы, что так все выйдет, черта лысого согласился бы на этот дебильный план!

― Угомонись, Карл! Мы ждали атаки, но не …

Дракон резко перебил Лиама, гневно рыкнув и выдохнув из ноздрей дым:

― Но не знали, что все как обычно выйдет через задницу! ― дракон был в ярости. ― Я предупреждал, что после моего якобы исчезновения они начнут действовать! И говорил, что где-то в замке засела крыса, и предупреждал, что нужно быть готовыми прямо здесь и сейчас! А вы что? «Успокойся, гном!», «Мы знаем, что делаем, Карл», «Не мешай наслаждаться тишиной, огненная ящерица»! Тьфу на вас! Я теперь от клейма предателя не отмоюсь, а Катя с остальными и понятия не имеет, что я хороший!

― Мы тоже не знали, вообще-то, ― заметил я с укором, злясь на брата за то, что меня не ввели в курс дела.

Карл вернулся сразу после исчезновения Кати. Север, Корвин и Настя были в курсе того, что никакой спячки на самом деле нет. Последние двое даже разыграли на всякий случай спектакль! Эти заговорщики предположили, что враг сдерживает силы просто потому, что в их рядах затесался еще один дракон, которого Карл за версту почует. Доставали же они каким-то образом необходимую кровь для защиты от магии? И так как все знали, что наш огнедышащий друг скоро впадет в спячку, они решили выманить таким образом врага, спровоцировать его брешью в защите, заставить действовать, но не подумали, что главный злодей примет решение атаковать почти сразу! Как по мне, так ход Рэндона был логичен и предсказуем! И в вопросе реагирования я принял позицию Карла. И какого лешего меня не предупредили обо всем? Я у них что, в списке возможных предателей числился после того, что пережил за последний месяц? И это я молчу про навязанный сорвавшийся брак с грангой!

― Да чтоб вас… ― Карл постепенно выходил из себя. Как только мы скрылись в густых зарослях, наш обожаемый дракон наступил на спящего, давно сошедшего с ума эльфа. Он выпустив точечную струю темного пламени, а нам оставалось только закапывать мертвое тело, надеясь на то, что ни запаха, ни гари, ни пламени наши враги не увидели.

― Карл, мы тут, вообще-то, ― рыкнул Лиам, ― выжить пытаемся. Будь так любезен, не пали контору!

― Я смотрю, ты времени зря не терял, ― удивился Север, ― словечек из другого мира нахвататься успел. Но в целом я с тобой согласен. Карл! Не дыши огнем! Нас заметят.

― Бесите! ― это было последнее, что сказал дракон перед тем, как свернулся калачиком под невысокой сосной и уснул.

***

― Куда он ее тащит? ― я наблюдал за тем, как Катя с ужасом осматривается по сторонам, щурится, привыкая к яркому свету, но ничего не мог сделать ― стражи в этом месте как собак нерезаных.

― Соблазнять будет, ― хмыкнул Карл у самого уха, ― да не кипятись ты! Соблазнять принять его сторону! Не смотри на меня, как на врага народа! Катя ― ценный маг, такие, как она, нужны Рэндону, все же он хоть и единственный сильный маг-визуал, но жить вечно он не будет.

― Катерина нужна для контроля, ― Лиам устроился на нижних ветвях дерева, осматривая территорию своим пристальным взором, ― и… кажется, они ругаются… Он замер… Она явно сказала что-то, что не вписывается в его план ― вон, как глаза злобой сверкают!

― Может, «злобно сверкают»? ― Карл поправил эльфа чисто инстинктивно, прекрасно понимая, что в данной ситуации совершенно наплевать на правильность речи.

― Нет, дракон, нет! ― эльфу явно не понравилось то, что он видел. ― Если бы взглядом можно было убить, Катя бы точно трупом валялась, поверьте. И в данном случае создается ощущение, что вокруг Мастера темная аура витает. Короче, гневается наш враг, злится.

― А значит, начнет действовать раньше, ― шепнул я, жалея, что не могу видеть так же хорошо, как и Лиам. ― Нам надо их предупредить, что мы рядом. Не думаю, что ребята догадываются о прекрасном нюхе мантихоры. Если бы не Тиша, я бы и не подумал в Кор’ру идти.

― И не ты один, ― Влад вернулся с разведки и был недоволен увиденным. ― Там очень много гранг. Нам одним не справится! А ты уверен, что здесь нет того дракона?

― Уверен! ― Карл пыхтел при каждом упоминании предателя. ― Я бы его гнилую душонку еще у границ почуял! Прячется. Наверняка в горах скрылся. Это ж потом еще искать его надо будет.

― Смотри на это позитивно, ― предложил я, ― вот сдерем с него шкуру ― заработаем! Это ж сколько в одном хвосте чешуек!

― Раньше я был категорически против, ― Карл о чем-то задумался, ― но ты прав, это чудесный способ заработать! Прикупить домик в Настином мире, открыть оружейный магазинчик…

― Кто о чем, а ты, Карл, вообще не меняешься, ― хмыкнул я, наблюдая за тем, как Катя возвращается обратно в шатер. Я не мог видеть с такого расстояния ее лицо, но отчетливо ощущал, что все происходит не самым лучшим образом, ― надо дождаться темноты и отправить знак Корвину при помощи Тиши. Нас, крадущихся в кустах, однозначно заметят, а вот маленького котика нет.

― Маленького котика размером с корову, ― шепнул Карл, тут же увернувшись от когтистой лапы, ― но у Тиши явно больше шансов. План простой ― своих спасаем, всех поджигаем и валим! Ну, как такая идея?

― Идея очень хорошая, ― подтвердил Север, ― но давайте более подробно все обдумаем. Поджечь всех гранг ты, может, и сможешь, но понять, где прячется Рэндон с его невероятной силой, не получится. Нам нужно главаря убить, после этого расправиться с грангами будет не так сложно.

― И как выманить Рэндона? ― Влад уже давно обдумывал план, советовался с Севером, но никто из нас так и не смог понять, как отделить Рэндона от его возможной визуализации, ― хотя, если мы спасем Настю, то проблем с иллюзиями не будет. Она истинного гада увидит. В любом случае, медлить нельзя.

Мы приняли решение ждать ночи. Другого варианта просто не было, потому что сейчас шатер охранялся с двойным усердием, но чует мое сердце, нашего появления здесь не ждали…