ГЛАВА ШЕСТАЯ

Дор смотрел пристально, надменно… Рот слегка приоткрыт, дыхание прерывистое ― демон был сильно взволнован. Он замер напротив меня, затем медленно подошел…

― Кать, ― он прошептал имя у самого уха, и я тут же вздрогнула. Да что на него нашло? Он же знает, как я отношусь ко всему рогатому и клыкастому? ― Катя!

― Дор, отойди, не подходи ко мне так близко… Дор, я же прошу, не нужно хватать меня за руки и…

Он не дал договорить. Прижав меня к стене, он резко поцеловал, впиваясь в губы.

Я чувствовала его дыхание, ощущала, как сильные мужские руки гладят талию, как ловкие пальцы быстро расстегивают пуговички, нежно оголяют плечи. Он не прерывал поцелуя, продолжал прижимать к себе, словно не мог насытиться, что-то шептал, но я не понимала. Я вообще не понимала, что происходит.

Запустил ладонь в волосы… Заставил отклониться назад… Смотрит… Прямо в глаза смотрит. И видит, что мне нравится…

― Катя, ― вновь шепот, почти у самого уха. Как же мне все это нравится! ― Катя! Эй, ведьма! Вставай уже! Хватит одеяло грызть!

― Что?

― Вставай, говорю! ― демон и правда был рядом со мной, вот только вместо страстного поцелуя схватил меня за плечо и бесцеремонно тряс, пытаясь вырвать из моих рук истерзанное одеяло, ― я до тебя докричаться не смог, поэтому и вошел. Что с тобой? Ты чего так на меня смотришь? Красная какая-то, заболела, может быть?

Он дотронулся до моего лба, а я, воспаленная после такого сна, могла лишь отпрянуть в сторону, оттолкнуть его руку и вновь вцепиться в одеяло.

― Катя, ты чего это? ― Дор был сильно удивлен, явно обиделся, но старался не подавать виду. ― Не проснулась еще?

― Прости, ― я постаралась сгладить ситуацию, но выходило плохо. ― Дор, это же неприлично ― вот так входить в комнату. А если я голой сплю?

Демон удивленно вздернул бровь и слегка покраснел… Ага, судя по всему, он на это очень даже рассчитывал…

И вот приснится же такое!

― Все внизу, в обеденном зале, ― демон говорил тихо, удивленно. ― Ты как совенок.

― Как кто? ― я не сразу поняла, о чем он, продолжая рассматривать до ужаса соблазнительного демона. Чувства после сна еще не успели утихнуть, и голова отказывалась мыслить здраво.

― Ты как совенок, ― повторил Дор, ― встрепанная, маленькая и милая. И напуганная. Что случилось?

― Сон странный приснился, ― я отбросила от себя одеяло, встала с кровати и скрылась в ванной комнате. Набранная в графин еще с вечера вода уже давно остыла, зато помогала проснуться и мыслить здраво. Что это сейчас было во сне? Я, конечно, взрослый человек с определенными потребностями, но не извращенка же…

Придя в себя, окинув взором подготовленное платье, я поняла, что одна не справлюсь…

― Дор, ― демон ухнул в ответ, ожидая вопроса, ― а как это платье надеть? Тут внутри какие-то завязки.

― Позвать прислугу?

― Да нет, не стоит. Я сама попробую…

Спустя примерно десять минут, я поняла, что разобраться в слоях ткани самостоятельно просто нереально. И зачем столько сложностей в одежде? Победив нижние слои, я все же сдалась на пуговицах…

― До-ор! Ты еще здесь?

― Я тебя все еще жду, позвать прислугу?

― Нет, просто помоги застегнуть, мне не дотянуться…

Я вышла из комнаты, придерживая длинное, пышное платье нежно-голубого цвета. Демон застыл на месте, продолжая смотреть на меня, словно загипнотизированный, но после того, как я повторила просьбу о помощи, встрепенулся и подошел.

Демон делал все очень аккуратно, почти не дышал, каждую пуговичку застегивал до ужаса медленно. Вначале я подумала, что ему мешают когти, но у него же у самого рубашка с пуговицами ― он ведь как-то ее застегивает, значит, за сто с лишним лет приноровился к подобному…

― Катя, ― демон отошел от меня, ― помнишь, когда мы пришли к Корвину, с нами был пленный гранг?

― Конечно, разве такое можно забыть?

На моей кровати спал Тиша. После вечерней погони за Карлом котик сильно устал, явно проголодался и требовал ласки, но вставать с теплого места не хотел, поэтому просто нежился на мягкой постели и изредка поднимал голову, наблюдая за тем, что происходит в комнате.

― Нам нужна твоя помощь. Я понимаю, что ты не умеешь управлять даром, ничего не знаешь о нем, но вдруг получится заставить его рассказать необходимую информацию?

― Мне казалось, вы все мастера пыток, ― честно призналась я, не ожидая подобной просьбы от демона. ― Неужели Корвину не удалось расколоть его?

― Поверь, ему удалось, но не до конца. И вот именно этот конец нам и нужен. Поэтому сейчас мы все спокойно поедим, а затем обсудим детали, хорошо?

Я кивнула в ответ, понятия не имея, что делать дальше. Дор спокойно взял меня за руку и вывел из комнаты вместе с Тишей. Мантихор не пожелал оставаться один, к тому же он хотел есть, поэтому следовал за нами хвостиком, вилял между ног демона, нежно мурлыкал, требуя лакомства, и вел себя как истинный хороший котик.

Прикосновение Дора вызвало бурю эмоций. Его пристальное внимание, постоянные разглядывания, странное признание тогда в лазарете… Может, я поймала во сне не свои чувства, а его? Что, если это эмоции демона? Может, благодаря своему дару я на такое тоже способна? Но ведь демон не может быть с человеком. Хотя Корвин с Настей вместе, и никто им ничего не говорит по этому поводу, вот только Корвина все боятся, а Настей восхищаются ― они не самый лучший пример, им многое простительно.

Мы молча шли рядом, я чувствовала его запах ― еле уловимый аромат жасмина. Дор смотрел вперед, даже не замечал того, что я его разглядываю. Какие же у демона пушистые ресницы! И густые… Все же Дор очень красив… для демона.

― Подожди, ― я слегка придержала Дора возле двери. Мы почти подошли к обеденному залу, еще мгновение, и дверь была бы полностью открыта, но я заметила сквозь небольшую щель Настю, ― дай мне минуту времени…

Демон все понял, лезть не стал и терпеливо ждал, пока я наблюдала за парой.

Она стеснялась Корвина, точнее всего, что происходило с ней. Краснела пуще спелого помидора. Демон это видел и, мне кажется, ему это нравилось. Очень нравилось! Он всегда был рядом, почти никогда не выпускал ее руки, пытался найти любой предлог, чтобы прикоснуться. Я видела, как он еле заметно вдыхал ее аромат, как смотрел на нее ― не как на свою собственность, а как на человека, которого безмерно любишь.

― Ты себе даже не представляешь, как сильно он ее любит, ― тихо прошептал Дор, стараясь не привлечь внимание брата. Слух у Корвина был просто отменный.

― Она его тоже, ― мне стало грустно. То, что происходило у меня внутри, сложно было описать словами. С одной стороны, я видела те эмоции, что испытывали эти двое, но крылья за спиной и рога… Это было выше моего понимания. Да, я сама нахожусь среди демонов, я каждый день наблюдаю за Дором… Да он мне даже во сне приснился! Но! Это все просто не укладывается в моей голове. Словно страшный сон, от которого я скоро проснусь, и вместо чужого мира увижу знакомый потолок со старой, еще советского времени, люстрой.

― Хватит шептаться, я вас учуял еще из другого зала! ― Карл показался внезапно, просунул голову в щель, выражая при этом печаль и ужас от встречи со своим мучителем.

― Как ты? Тренировки пошли на пользу? ― я хмыкнула, Тиша рыкнул, а вот Карл был опечален.

― Ты с меня словно шкуру живьем содрала, ― голос дракона был уставшим и нервным, ― я ног не чувствую и хвоста! Твоя мантихора, кажется, от меня кусок отъела!

― Не сочиняй, Карл, ― Тиша недоуменно муркнул, явно понимая, что дракон сказал неправду. Я это тоже почувствовала, но не понимала, как именно. ― Ты хитришь, ничего у тебя не отъели, и хвост твой в полном порядке. Не могут же могучие драконы быть такими нежными и хрупкими?

― Я ― вымирающий вид! ― Карл раскрыл двери и пропустил нас вперед, ― меня нужно гладить по головке, массировать плечики и целовать мои пяточки!

― Ого, а спинку вареньем не помазать? ― от такого заявления Лиам, не выдержав, рассмеялся, ― хватит ныть. Я с тобой вместе бегал, причем против воли! Но, честно признаться, это пошло на пользу, я хоть мышцы размял, разогрелся.

― Вы так почаще бегайте, ― Корвин слегка поклонился, приветствуя меня с Дором, ― будет, что детям рассказать.

― Ты смотри! ― шепнул мне Дор, ― он про детей заговорил! Хороший знак!

― Какой, к лешему, знак? ― Я и так на нервах, а тут еще такие темы поднимают! ― Настя маленькая еще!

― Мне двадцать пять лет! Скоро вообще двадцать шесть будет! ― возмутилась сестра, краснея при этом.

― Ага, двадцать пять ей! ― я всплеснула руками, ― А ему вообще третий век пошел! Вот это я понимаю ― любить мужчин постарше! А я еще возмущалась, что ко мне старики пристают. Да они на фоне Корвина еще в самом соку…

― Ага, в собственном, ― бросил мне Карл, присаживаясь рядом с Лиамом, ― люди меньше живут, быстрее стареют и срок годности у вас не очень…

― Тиша!

― Я ПОШУТИЛ! ― Карлу моя идея не понравилась, а вот Тиша одобрил. Котик мгновенно юркнул дракону на колени, мило мурлыкнул и выпустил острые коготки.

― Коты, Карл, они такие, ― тихо проговорила я, ― мстят тогда, когда ты этого уже не ждешь. И, судя по Тише, это блюдо он преподнесет тебе далеко не в тапки…

― А давайте поедим, ― эльф не выдержал перепалки, осознав, что пахнет жареным. Лиам прекрасно видел, что я не нравлюсь Корвину, а Корвин бесит меня. Но демон не вмешивался, понимая, что его чувства вызваны именно моей реакцией, и как это изменить, он не знал. Я видела, что этот рогатый мужчина коварен и умен и просто выжидает благоприятного момента для разговора… ― Екатерина, вы что пить будете? Может, попробуете эльфийского эля?

― А он чем-то отличается от обычного? ― осторожно поинтересовалась я, но вместо Лиама ответил Карл:

― Мозги их эль выносит знатно! ― дракон тут же схватил графин с напитком и налил себе огромный стакан, ― тебе нельзя, ты у нас девушка с тонкой душевной организацией, если не забыла…

― Ага, ― подтвердила я. ― но попробовать-то дайте.

― Держи, ― Лиам осторожно налил мне рюмку, ― но сразу много не… пей.

― Эль как эль, словно наша текила, а в чем суть-то? ― эльф уставился на меня, словно на кикимору, Карл от неожиданности замер, Дор удивленно вздернул бровь, а Настя обреченно сникла. Да, моя сестра помнит, как я отрывалась в институте, пока мне мама мозги не вправила… Было время моей молодости.

― И как голова? ― на этот раз молчание нарушил Корвин. Видимо, этот напиток действительно очень крепкий.

― Нормально, а что, должно что-то произойти?

― Ребята, ― Настя вмешалась, слегка подергивая крыльями от смеха, ― ей ваш эль как водичка. Моя сестра вполне способна перепить вас всех вместе взятых…

Карл мило улыбнулся, поставил передо мной три рюмки, и сказал «Пей!». Ну, я и выпила. Эль как эль, не особо крепкий, кстати, в нашем мире коктейли и хуже есть. Самое главное его преимущество ― он вкусный. Немного сладкий, с приятным послевкусием.

Если честно, я уже долгое время не пила спиртные напитки и особого желания не испытывала.

― Я на первом курсе института попала в плохую компанию, ― судя по удивленным лицам, придется немного о себе рассказать, ― творческие люди не всегда способны творить без пришествия музы. И когда случались застои, многие напивались или делали что похуже. Подобные вещи способны пробудить мозг, открыть второе дыхание, но лишь на время. Алкоголь постепенно убивал их. Я видела это, но не могла остановиться ― с каждым днем все больше и больше, словно болото ― засасывало, держало крепко, и остановиться сил просто не было. А потом пришла мама…

― Судя по всему, ― тихо произнес Дор, наливая себе стакан воды, ― она тебе мозги знатно промыла…

― О да, вы себе даже не представляете, что там было, ― на самом деле, дело было не только в маме. Мне кажется, Корвин тоже не знает. Настя не сказала ему… И правильно, все должно быть постепенно, размеренно, с расстановкой. Не нужно им пока знать о семейных трагедиях. ― Но давайте оставим эту тему и… Карл, не смотри на меня так, словно я твоя смерть с косой…

― Ты не смерть, ― эль на дракона тоже действовал слабо, но и выпил он пока намного меньше меня, ― ты чудовище! Я еще удивлялся, как человеческая женщина смогла пригвоздить волка к стене…

― Да уж, Екатерина, ― все это время Дор неотрывно следил за тем, что я пью и что ем. Это не укрылось от Корвина, но понять по лицу демона, как он к этому относится было невозможно, ― а ведь ты в темнице мне всю плешь проела своей тонкой душевной организацией…

― Кстати, а где остальные? ― я решила уйти от темы.

― Вампиры с моей сестрой в школе магии, ― Корвин приказал слуге принести блюдо с непонятным для меня названием. Молодая демоница тут же поклонилась и вышла, оставив нас одних. ― Мы тоже туда пойдем. Заодно проверим, что за дар в тебе скрывается, и можно ли его хоть немного развить без инициации. Поэтому после завтрака готовься к путешествию. Времени терять нельзя ― пойдем через порталы. Пойманный гранг в темницах школы, под магической защитой.

― Но Катя же не ведьма! ― Настя удивленно уставилась на демона, я же посмотрела на него с вызовом, намекая на то, что если он захотел избавиться от меня таким способом ― не выйдет.

― Порталы были опасны для тебя, потому что мы не знали, что произойдет с твоим телом в момент расщепления, ― спокойно ответил Корвин, слегка прижимая Настю к себе. Это у него вышло уже автоматически, он словно не хотел отпускать ее далеко, ― у твоей сестры дар иного рода, и она не покидает свое тело.

Порталы… Порталы! Это как в тех фильмах, да? Когда можно войти в непонятную арку, наполненную светом, и по щелчку пальцев оказаться где угодно и когда угодно? Такое тоже существует?

― А где Север? ― мой вопрос оказался неожиданным, но почему-то я не могла представить наш поход без оборотня. Он был неотъемлемой частью команды и на данный момент ее слабым звеном.

― У себя в комнате, мы не трогаем его. Захочет ― выйдет, ― эльф мгновенно стал печальным, не в силах скрыть истинные эмоции.

― И где его комната?

― На том же этаже, где и твоя, только крыло соседнее. Вы словно зеркально отображены, ― пояснил Карл. ― А что? К нему собралась? Не советую ― он очень злой и точно ни с кем разговаривать не захочет. Мы проверяли.

― Я тоже проверю, ― взяв со стола блюдо с выпечкой, я вышла в коридор и попросила никому за мной не идти. Подобные разговоры и их последствия ― нечто очень личное. Нечто, что не должно стать достоянием общественности. Не знаю, примет ли Север мою помощь, но попытаться стоит. Близким людям всегда сложно раскрыть душу, а вот чужим ― другое дело.

Быстро миновав коридоры и лестницы, я оказалась на своем этаже, повернула в указанную Дором сторону и убедилась, что тут действительно все построено по принципу зеркала. Его комната была с такой же дверью, как и у меня, даже замок скрипел похоже.

Я постучалась, дождалась невнятного мычания в ответ и вошла.

― Доброе утро, ― Север сидел напротив окна, склонив голову над стаканом воды, ― можно войти?

Он не ожидал меня увидеть, но уже давно почуял мое приближение. Его взгляд был до ужаса печальным, тяжелым и безвольным. Когда человек теряет близкого, он словно ломается изнутри. И собрать себя по кусочкам порой бывает просто невозможно. Душевные травмы не лечатся…

― Север, ― я села напротив мужчины, ― я хочу вам рассказать одну историю. Ее начало покажется вам странным, но я прошу выслушать меня до самого конца. Вы не против?

Он поднял на меня глаза, медленно, еле заметно кивнул, явно не понимая причины, по которой я пришла сюда, затем сказал:

― Тебя Корвин подослал?

― Нет, я сама пришла. А почему именно Корвин должен был кого-то прислать?

― На него это больше похоже. Несмотря на внешнюю холодность, внутри он просто душка.

― Запомню это, ― прошептала я, не понимая, как кого-то подобного Корвину можно назвать «душкой», ― Север. Я не буду просить рассказать мне о том, что творится у вас в душе, я не могу себе представить то, что вы испытываете, но просто выслушайте одну историю. Возможно, она вам сможет хоть немного помочь.

Дождавшись молчаливого согласия, я продолжила:

― Нас должно было быть трое. Я, Настя и маленький братик. Сейчас мы стараемся не произносить его имени, но мама хотела назвать его Сергеем. Я старше Насти на десять лет и прекрасно помню то, что произошло тогда, а вот сестра уже забыла. Она видит, как иногда наша мама плачет. Без слез… Видит, но не осознает до конца всю ту боль, что испытывает женщина, теряя кого-то настолько близкого. Когда я поступила в институт ― это что-то вроде вашей школы магии, но для художников ― на первом курсе я ушла в конкретный отрыв. Гулянки, постоянная выпивка, плохая компания. Я могла не разговаривать с мамой неделями, мы постоянно ругались, ссорились, не могли найти общий язык ― я всегда считала, что она никогда не сможет меня понять. Вечная проблема переходного возраста. На тот момент она была беременна, срок поздний, ребенок уже толкался. Ее сбила машина вечером. Пьяный водитель не справился с управлением. Маму спасли, а вот братика нет. Я видела, что она звонила мне, но не поднимала трубку ― я была с друзьями. Мы пили, веселились, наслаждались жизнью. А потом звонки прекратились. Настя была совсем маленькая, она не знала, как со мной связаться ― звонила с маминого телефона, но я не отвечала. Звонили и незнакомые номера, но мне было совершенно наплевать на то, что меня кто-то ищет… А потом она пришла ко мне в общежитие. Я увидела ее в проходе, в дверях, и поняла, что что-то не то. Живота не было… Она села рядом со мной и тихо, без истерики, без злости и обвинения рассказала, что произошло. Она рассказала, что нуждалась во мне, что плакала и звала меня по ночам, а я не поднимала этот чертов телефон. Она рыдала, глядя на меня, не могла остановиться и… В тот момент я поняла, что моей мамы больше нет. Она сломалась внутри. Я возненавидела себя за то, какой была, проклинала тот день, когда не взяла трубку, винила себя в том, что в самый тяжелый период жизни самого дорогого и родного мне человека меня не было рядом. Я проклинала того водителя, который решил выпить после рабочего дня. Возненавидела свою жизнь, но, самое главное, мне стало мерзко от самой себя.

Север слушал, не перебивал, молча смотрел на то, как я беззвучно плакала, глядя в окно:

― Я говорю это тебе сейчас, потому что видела подобное раньше. Я не представляю, что творится у тебя внутри, даже не хочу пытаться это почувствовать.

― Твоя мама, ― Север произнес эти слова очень тихо, почти шепотом, ― как она справилась?

― Она не справилась, ― я говорила честно, открыто, не врала, потому что ложь способна сделать лишь хуже, ― она до сих пор гладит живот, чисто рефлекторно проводит по нему рукой. Иногда, когда я прихожу в гости и остаюсь с ночевкой, я слышу ее слезы. Но она сильная женщина, которая в своей жизни добилась очень многого. В тот момент я ушла из института для того, чтобы быть рядом с мамой. Я переехала к ней, помогала восстановиться и физически, и морально. Я не отходила от нее ни на шаг и каждый божий день просила прощения за то, что в момент краха не была рядом. Твое горе сможет понять лишь тот, кто ощутил в своей жизни потерю, подобную краху. Краху всего мира. Ты потерял жену, с которой был рядом целый век, а она потеряла ребенка, которого так и не смогла обнять. И сейчас, сравнивая тебя с моей мамой в тот период ее жизни, я вижу, что вы очень похожи, и поверь, нельзя держать все в себе. Тебе нужно выговориться, иначе внутренняя боль уничтожит изнутри.

Север молчал, долго смотрел в одну точку, а потом… Потом по его щекам побежали слезы, и задрожала нижняя губа. Он не мог говорить, не знал, с чего начать, но в его случае это было не так важно. Я села рядом с огромным мужчиной, обняла его за плечи, почувствовала, как он опустил голову на мое плечо, и молча слушала беззвучные рыдания.

Я знала, что все это время за дверью стоял Дор. Я чувствовала его, ощущала всем телом. Что же, значит, он знает теперь мою историю…

***

― Это что? Это портал? ― я стояла напротив огромной сферы, заключенной в каменные врата, извергающей при этом молнии.

― Он самый! ― Карл с удовольствием смотрел на мое мученическое лицо. ― Настал наш черед измываться над тобой, Катерина!

― На-астяя! ― проблеяла я, хватая Тишу за шкирку. Кот не понял моего страха, но сопротивляться не стал.

― Кать, не бойся, тебе понравится! Это незабываемые впечатления! Главное ― расслабься и следуй потоку!

― Легко сказать! У меня это все впервые!

― Зато как весело тебе будет! ― Дор все это время стоял рядом, слегка подталкивал в спину и явно намеревался сделать со мной то же самое, что и я с сестрой, когда та училась летать. Карма меня настигла…

― Тебя как, слегка подтолкнуть или пнуть как следует? ― злобно поинтересовалась Настя, хищно улыбаясь Дору. Демон все понял, крепче меня сжал и явно получал от процесса удовольствие.

― А можно как-нибудь мягко? ― стало дико страшно от осознания, что сейчас меня не станет на какое-то мгновение. Просто не станет ― расщепит на атомы, затем соберет воедино! И главное, чтобы правильно все на место вернулось! ― Может там… Массажик плеч, торжественная речь или… АЙ!

Тут уже Карл не выдержал ― помог Дору, толкнув меня в портал.

Перед глазами все заискрилось. Тысячи маленьких молний будто сплелись воедино, образовав вокруг тела сеть. Они мерцали, били слабым зарядом, словно проникали под кожу, растворяя ее в пространстве. Это дикое ощущение нельзя сравнивать с чем-либо еще ― словно ты есть, и в то же время тебя нет. Я видела, что происходит, ощущала, что существую, но не могла увидеть собственное тело, потому что его попросту не стало. Осталось лишь сознание как единственно важная субстанция.

Не хватало воздуха. Я пыталась сделать вдох, но это априори стало невозможным.

Внезапно белая пелена распалась на тысячи осколков, в глаза ударил яркий, ослепительный свет, и я ощутила легкое дуновение ветра…

― Добро пожаловать в Рэн’Дор, ― я увидела, как кто-то протянул мне руку. Подняла глаза и осознала, что передо мной на огромной, высокой, затерявшейся в облаках площадке стоял Влад. Его светлые волосы отливали рыжиной в свете солнца, улыбка, как всегда, была ослепительна, и взгляд завораживал, но… Но это был лишь образ. Чудесный, потрясающий, сногсшибательный образ.

― Спасибо, ― пролепетала я, пытаясь прийти в себя после портала, ― так школа магии находится в городе под названием Рэн’Дор? Интересно звучит, мне нравится.

За спиной послышался треск, словно статическое электричество…

Первым вышел Дор, затем появилась Настя вместе с Корвиным и все остальные. Я замерла на самом краю площадки, не в силах поверить в то, что вижу.

Невероятная высота, потрясающие виды гор, покрытых густой растительностью. Вдалеке виднелись огромные каменные статуи воинов ― они стояли на страже, защищая эти земли. Вокруг них вились стаи больших белых птиц, издающих странные, громкие, гортанные звуки. Они то пикировали к подножию скалы, врезаясь в водную поверхность бурной реки, то взмывали в небо, гонимые ветром.

Яркое голубое небо заволокло черными, низкими тучами. Вдалеке можно было увидеть вспышки молний, и уже спустя минуту раскаты грома поражали всех до глубины души. Сильные порывы ветра сбивали с ног, не позволяли дышать, но…

Дор замер рядом, крепко держа за руку. Он выглядел счастливым, чувствуя, как ветер играет в его волосах, как нежно, мягко обволакивает все тело, прикасаясь к коже. Он взмахнул свободной рукой, и сильные порывы сменили направление, превращаясь в небольшие завитки воздуха.

Настя встала рядом со мной, залезла на самый край каменной защитной ограды и… Расправила крылья.

― Готова? ― Улыбнулся Дор. Он принял странную позу, словно готов был кого-то ловить. Настя кивнула ему и…

Прыгнула вниз, с невероятной высоты, поймав поток ветра…

Я думала, что помру прямо здесь, на этой площадке, но сестра справилась. Она смогла обуздать поток и выбрать необходимое направление.

― Красиво летит, да? ― Дор улыбался, помогая Насте с ветром. Он управлял им, поддерживал ее, позволяя мягко приземлиться на землю. ― Что с тобой? Ты чего так застыла?

― Я просто дико испугалась, ― я выдохнула, не в силах сдержать стресс. ― Нельзя же так, без предупреждения. Видимо, я не скоро привыкну к такому…

― Привыкнешь, куда ты денешься? ― Карл, точно так же, как и Настя, встал на самый край, ― ну, до скорой встречи, двуногие!

― Показушник, ― фыркнул демон, наблюдая за тем, как огромный дракон пикирует вниз, и зачем-то обхватил меня за талию. ― Готова, ведьма?

― К чему? ― прошептала я и тут же пожалела о том, что вообще родилась на этом свете.

Дор взмахнул свободной рукой, поймал сильный порыв ветра и… прыгнул вместе со мной за край.

Нет, я не кричала ― дикий ор застрял в горле. Единственное, что я могла делать, это молиться, материться и просить о помощи.

Это что-то вроде свободного падения в тандеме ― вроде понимаешь, что ничего страшного не произойдет, что ты под защитой, но страх настолько сильный, что он просто сковывает все тело. Ты не можешь ни выдохнуть, ни вдохнуть, остается только ждать конца, когда тело соприкоснется с землей…

― Катя, ты как? ― Дор держал крепко, прижимал к себе и улыбался. ― Для полета не нужны крылья.

― Я это уже поняла… Кажется… ― ноги тряслись, руки тоже. Из глаз ручьем текли слезы, и я просто не могла себя заставить отпустить его руку. Вцепилась в демона с такой силой, что не чувствовала пальцев, прижалась к нему, все еще не осознавая, что жива, ― так же нельзя… Я высоты боюсь…

― И кто еще тут показушник, а? ― Карл стоял, как ни в чем не бывало, в человеческом облике. Как эти драконы так быстро меняют ипостась, да еще и одетыми при этом остаются ― понятия не имею, но хочу так же. Хочу стать огромным драконом и откусить этому демону голову по самые пятки… ― Катерина, ты как, дышишь?

― Дышу, ― пролепетала я, но Дора не отпустила. ― Ты за что так со мной? Тебя-то я чем обидела?

― Катя, прости, неужели ты настолько сильно высоты боишься?

Отвечать было не нужно ― все было видно по моей реакции. Мертвая хватка вокруг шеи демона не позволяла тому сделать и шагу в сторону. Он печально вздохнул, как следует растормошил меня, вновь крепко обнял и заставил идти следом за Карлом в сторону огромного замка.

― Прости, я не подумал…

― Угу, ― буркнула я, но Дора не отпустила.

Перед нами стоял замок ― огромный, черный, с острыми шпилями башен, уходящими высоко в небо. Большая территория, высокие стены, широкие внутренние дворики, множество узких улочек и извилистых троп, переплетавшихся с одноэтажными домиками, в которых жили ученики.

Немного в стороне стоял отдельный кампус, где что-то взрывалось, из окон валил зеленый дым и стоял благой мат по поводу того, что кто-то что-то не то смешал. Тут же в небе пронеслись странные пушистые твари, за ними с диким смехом и криком летели демоны верхом на крылатых лошадях. Они держали в руках лассо, пытались поймать неизвестных мне существ, но выходило все плохо.

Все это время Тиша был у меня на руках. Точнее, еще до портала он спрятался под тканью платья, высунул мордочку возле моей шеи и умудрился заснуть в таком положении. Его даже полет не разбудил, словно кошак только и делал, что летал до этого постоянно!

― А что они делают? ― удивленно уставилась я на стаю белых крылатых лошадей. Вспомнилась детская песенка со словами «облака-а, белокрылые лоша-адки-и», которая очень подходила под ситуацию.

― Та пушистая тварь ― один из редких видов ездовых животных, ― Дор умилялся, наблюдая за моей реакцией. ― Те студенты, которые окончат первый курс обучения на отлично, смогут попытать счастье его поймать. Как только лассо окажется на шее у камбина, животное полностью подчинится. Но есть другой вариант, менее вероятный и более надежный ― когда эта тварь сама себе хозяина выберет.

― И часто камбин выбирает себе кормильца? ― хмыкнула я, наблюдая за тем, как странное пушистое нечто сбрасывает с крылатого коня нерадивого студента.

― На моей памяти ― ни разу, ― Корвин шел вместе с сестрой, ловил на себе восхищенные взгляды молодых ведьм, но не обращал на них никакого внимания. Похвально, даже бесит… Я хоть какой-нибудь изъян найду в этом демоне? Мне же нужно к чему-то придраться?!

Настя так же не была обделена вниманием. Причем как хорошим, так и плохим. Кто-то откровенно ей завидовал ― я видела это, ощущала всем телом огромную волну злости и ненависти ― а кто-то искренне восхищался. Одно я знала точно ― ни одна из ведьм и пальцем ее не тронет. Все до одури боялись гнева Корвина, а если учесть то, какая компания ее окружала, то в сторону сестры лучше было даже не чихать.

― Как тебе портал? Голова кружится? ― Влад пытался поговорить, хоть как-то сгладить ситуацию и мое к нему отношение. На самом деле сглаживать уже было нечего. Наблюдая за сестрой, я осознала, что еще ни разу в жизни не видела ее настолько счастливой. И это при том, что вокруг происходила война, убийства, гранги с их хвостами и мертвые волки.

― Нет, у меня после свободного падения уже ничего не кружится, ― спокойно ответила я, поднимая на Влада глаза. Да ― вампир прекрасен. ― Кстати, ты не забыл про свое обещание?

― Это то, где я тебе позирую без одежды? ― вампир при этом ухмыльнулся, сверкнул белозубой улыбкой и бросил в сторону Дора ехидный взгляд.

― Да, оно самое. Ну, так как? Когда мне тебя голеньким к себе ждать?

― Стоп, ― Карл резко затормозил прямо перед моим носом, ― я думал, что вы шутите. Какое еще обещание? Каким голышом? У нас гранг в темнице недомученный, очередная ведьма неинициированная, который леший знает, на что способна, а вы тут голые представления устраивать собираетесь?

― А у меня душевная организация требует дозы эстетического удовольствия! ― возмутилась я. ― К тому же все пройдет чинно и благородно. Обещаю не приставать и непотребства не предлагать! Только рисовать и немного щупать…

― Чего, прости? ― Владу последняя фраза не особо понравилась. Вампир напрягся, посмотрел на меня с удивлением, но больше возмущаться не пробовал.

― Шучу, никого я трогать не буду. Просто порисую в тишине и покое, и все. Ничего плохого я в этом не вижу.

Карл закатил глаза, обреченно взвыл и прошептал, что от женщин одни сплошные проблемы, а от меня так их и вовсе целая телега.

Мы всей толпой быстро продвигались в сторону небольшого, отдельно стоящего здания, окруженного рогатой, вызывающей ужас и уважение стражей. Они следили за каждым, кто хотя бы дыхнет в нашу сторону, не говоря уже о тех, кто пройдет мимо непростительно близко.

― Леонид внизу, вместе с Серен, ― пояснил Влад, ― они пытаются обойти защиту, но даже у твоей сестры это выходит с большим трудом.

― Все настолько плохо? ― голос Севера прозвучал настолько неожиданно, что все мгновенно вздрогнули. Никто не трогал мужчину, не разговаривал с ним. Все просто ждали, когда он сможет побороть горе и вернуться в строй хотя бы полуживым. Видимо, это время настало.

― Да, ― Корвин как всегда оставался непробиваемой скалой, но я видела в его взгляде беспокойство за оборотня. Видимо, все, кто собрался здесь, для демона были очень важны ― намного больше, чем он привык показывать. ― Дело не в самом гранге, а в магической блокировке. Он и хотел бы поведать нам страшную тайну, но чье-то мощное заклинание не дает ему сказать ни единого слова. Я надеюсь, что разговор с Екатериной поможет разъяснить, насколько мы далеки от результата. Ее магия иного рода ― это последний шанс выпытать информацию.

Мы все вместе вошли в охраняемое здание, которое оказалось своеобразным входом в подвальные помещения. Настя тут же поежилась, словно вспомнила нечто неприятное. Судя по всему, окружение сильно напоминало темницу, в которой ее держали.

Низкие потолки, высокая влажность, звук разбивающихся о ледяной пол капель… Все стены заросли мхом и еще какой-то зеленой растительностью. Они источали сладковатый аромат, приторность которого сильно действовала мне на нервы.

Я ожидала увидеть подвешенное к потолку тело, истерзанное пытками, оторванные конечности, внутренние органы ― что угодно, но не гранга, спокойно сидящего за столом в закрытой камере и смотрящего в одну точку.

― Пытки психологические во многом продуктивнее и полезней, чем физические, ― спокойно пояснил Дор, пропуская меня вперед, ― привет, Леонид, Серен!

Вампир с женщиной стояли возле пленного и что-то обсуждали. Сам гранг выглядел, как пустая оболочка… Он смотрел в никуда совершенно отсутствующим взглядом. Его рот был слегка приоткрыт, с уголка губ стекала слюна, и существо при этом улыбалось безумной улыбкой…

Его хвост был прикован к стене, руки связаны, на шее болтался металлический ошейник, который не позволял совершать резких движений. Да гранг и не пытался.12727c

― Это магия Забвения, ― Серен развела руками. Женщина выглядела очень уставшей, измотанной. Она подошла к сестре, крепко обняла ее, словно родную, и тихо поздоровалась со мной, ― ее можно обойти только магией, превосходящей ее по силе. К сожалению, я такими знаниями не обладаю.

― Что за забвение? ― тихо спросила я, наблюдая за тем, как гранг начинает медленно раскачиваться на стуле.

― Скажем так, ― вместо Дора заговорил Лиам, внимательно рассматривая существо, ― враг при помощи магии заставил его забыть то, что нам нужно. Это как стена, которую не пробить.

― И чтобы ее преодолеть, необходим бульдозер или кто-то с крыльями… ― поняла я, примерно представляя, что от меня хотят получить. Хорошо, но я же не владею магией… Я понятия не имею, как ей пользоваться.

― Я не буду давать тебе советов, ― сестра подошла ко мне, положила руку на плечо, ― в моем случае все происходило чисто на интуиции и диком желании выжить. Поэтому просто действуй. Делай то, что считаешь верным.

Меня впустили в камеру, позволили сесть напротив гранга. Рядом стоял Корвин, за спиной ― Дор, а чуть сбоку Лиам. Эльф был наготове, сжимая в руках боевой лук. Вне камеры за процессом допроса следили Серен и вампиры. Карл устроился на невысоком стульчике и мирно разжевывал непонятно откуда взявшуюся тростинку. Точно такую же он молча протянул Северу, и мужчины синхронно вздохнули, явно не ожидая от этого допроса ничего интересного.

― Привет, ― сказала я, ― как дела?

Вся нечисть уставилась на меня, как на ненормальную. А что вы все хотели? Я впервые нахожусь в подобной ситуации, понятия не имею, о чем с этой тварью говорить!

― Ты моего брата пригвоздила к стене, ― тихо прошептал гранг, наблюдая за тем, как я молча покрываюсь потом, ― на отца мантихор натравила. Чуть меня не убила… Живучая ты, человечишка…

― Тебя как зовут-то, смерть моя неудавшаяся? Странный ты, сидишь тут, меня еще обвиняешь в чем-то… Сами виноваты, на меня напали ― получили, что заслужили. Или вы думали, что я просто так белые ручки свои перед вами сложу, и в землю кланяться буду?

Гранг рассмеялся, что-то прошептал на своем змеином языке, и судя по реакции Севера, оскорбительное.

― У нас не принято имя спрашивать, ― пояснил Корвин, ― через имя можно многое узнать, так что тут мы бессильны.

― Так вас что, тоже всех как-то иначе зовут? ― удивилась я, ― это нечестно как-то… Мое имя все знают… Но ладно, сейчас не об этом… Я вам на кой черт сдалась? Жила себе спокойно, никого не трогала ― рисовала картины, личную жизнь разрушала, на развод подала, думала, что все ― конец моему существованию, но не-ет! Пришли вы!

― Ты же и так все знаешь, ― гранг вздохнул, всем своим видом показывая то, насколько я ничтожна по сравнению с ним. Его взгляд, поза ― все говорило о превосходстве. Он смотрел на меня, словно на таракана, будто видел перед собой кого-то слабого, ничтожного и глупого.

― Раздражает, ― даже мой голос изменился. Я вновь ощутила ту жгучую волну ярости, что охватывает каждую клеточку организма. Подобное уже происходило, когда я увидела пикантные подробности второй личной жизни своего бывшего мужа.

Все резко замолчали. Я чувствовала, как Дор невольно отошел от меня на шаг назад. Даже Корвин дернулся ― не ожидал такой перемены.

― Я смотрю, злость проснулась, ― гранг сглотнул, он явно надеялся на то, что магия спасет его от меня, но с каждой секундой все, что происходило в этой камере, вызывало лишь дикую ярость, ― дальше начнем меня пытать, я угадал?

― Нет, ― в голосе холод, ― пытать не буду. Пока что. Вы пришли в мой дом, вы знали, где я живу ― откуда?

― Я ничего не скажу тебе, я даже подумать об этом не могу, ― гранг улыбался своей беззубой улыбкой. Я ощутила волну гнили из его рта, этот ни с чем несравнимый запах, от которого к горлу подступила рвота. Отвратительно.

― Врешь, ― я видела, что его слова были неправдой. Да, он не мог рассказать ― магия не позволяла, но первая часть фразы была полностью пропитана ложью, ― ты расскажешь. Ты все мне расскажешь. Как вы узнали, где я работаю? Я не появлялась в студии несколько дней, почему не пришли домой?

От последнего слова повеяло холодом. Каждый звук с такой ненавистью срывался с моих губ, что стало страшно за то, что в скором времени я просто не смогу себя контролировать.

Гранг сильно взмок. Он ерзал на стуле, резко дергался и не мог отвести от меня взгляда. Его рот то открывался, то вновь закрывался, но продолжал источать этот отвратительный зловонный запах.

― Я не… Я не… нет… Ты не можешь… Невозможно, это все не так!

― Откуда ты узнал, где я буду? Откуда знаешь, что именно я ― сестра ведьмы? Среди нас предатель.

Последняя фраза прозвучала как утверждение. Все, кто находился в камере ― замерли, словно забыли, как дышать. Эти слова подействовали на всех, кто присутствовал сейчас при допросе. На самом деле это было логично. Тут не требуется особая магия, чтобы догадаться о первоисточнике.

― К-как т-ты… Нет, ты же не инициирована. Так не может быть, ― Гранг сопротивлялся, он сжимал зубы, дергался на стуле, его тело охватило судорогой. Я догадалась об очень важном моменте ― это и есть та самая лазейка. Не нужно выуживать информацию. Для начала необходимо сбить с толку врага, заставить поверить его, что я сильнее, что именно он выдал себя, что именно он рассказал то, что скрыто магией… Это обезоружит, выведет из равновесия и в конечном итоге позволит узнать все необходимое.

― И он здесь, ― я говорила уверенно, делая вид, что вижу эти ответы в его глазах. Я уставилась на пленного, рассматривала его, притворялась, обманывала и в конечном итоге вновь оказалась права. Я видела, как он испугался, значит, я попала в точку, ― он в этой школе. Ну же, пленный, расслабься, тебе ведь не больно, зато мне весело. Расскажи, кто такой хороший, нашептал тебе мой адрес? Кто ваш источник?

― Это… Это… ― гранг не мог сопротивляться. Я понятия не имею, как это выходит, но он просто не мог мне соврать. Возникло сопротивление, сбой начальной программы, установки на блокировку памяти и знаний. Я разрушала всю эту защиту, ломала ее, ведь мне нельзя врать. Почему-то именно сейчас я наконец-то осознала, что больше никто и никогда меня не обманет. Я не позволю. ― Как ты это делаешь? Я не… Я не могу… Он убьет… убьет меня!

― Он не успеет, ― спокойно заверила я гранга, ― в этой камере много тех, кто с удовольствием отрежет твой хвост и повесит на своей стене в качестве трофея. Кто предатель?

― Он уже близко, ― внезапно гранг закатил глаза, из его рта пошла темная пена, ― он убьет вас всех, уничтожит. Я не один, нас много. Ты виноват, ты разрушил… Ты разрушил!

Он указал на Корвина, резко опустил голову, его тело обмякло, и гранг умер…