Глава 32 · На чай?

Ещё шесть дней. Шесть бесконечно долгих дней и всё закончится. Точнее… начнётся что-то новое и прекрасное. То, чего мы с таким нетерпением ждём с Кириллом. Будто у нас будет личный Новый год.

Меня уже даже не занимают слухи и шепотки на работе, я не реагирую на взгляды Кати. Сердце не ёкает, когда на меня смотрят. Мне плевать. Я счастлива, и не хочу больше реагировать на чужие козни. Меня занимает только Кирилл. И наши жаркие объятия и поцелуи посреди рабочего дня.

Никак не удержаться.

После вчерашней ночи, после всего, что мы позволили друг другу, держаться теперь в тысячу раз сложнее. Раньше мы хотя бы не знали, каково это — касаться друг друга так интимно, доводить до исступления, чувствовать, как тело откликается на каждое движение. Теперь знаем. И это убивает. Это не даёт сосредоточиться на работе.

В голове только всё самое неприличное крутится. И никак не избавиться от этого наваждения. Особенно когда я вижу его. Такого статного, красивого. И я прекрасно знаю, что скрывается под этими строгими костюмами…

Чёрт. Я сойду с ним с ума.

А ещё я понимаю прекрасно — ещё одна ночь в его квартире, и наш «месяц» рухнет окончательно. Мы оба на пределе. Нужна передышка. Хотя бы одна ночь раздельно, чтобы прийти в себя, остыть, вспомнить, что мы вообще-то люди, а не ходячие сгустки гормонов.

Поэтому после работы я заявляю ему, что поеду к себе домой. Категорично. Чтобы он не стал меня уговаривать. И он не уговаривает. Почти.

— Я отвезу тебя, — говорит Кирилл тоном, не терпящим возражений. — Провожу до двери.

— Только до двери, — предупреждаю я, пытаясь быть строгой.

Правда кого я обманываю? Звучит, это так жалко. И что-то мне подсказывает, что одним провожанием дело не закончится.

— Обещаю, — усмехается он.

Ну вот. Он врёт. Я знаю. И он знает, что я знаю. Но что поделать? Мы оба играем в эту игру.

Машина останавливается у моего подъезда. Мы поднимаемся по лестнице в тишине, которая звенит от напряжения. Я чувствую его взгляд на своём затылке, на шее, на губах. Чувствую, как плавлюсь от одного его присутствия.

И вот мы добираемся до моего этажа. Я поворачиваюсь, чтобы сказать «спокойной ночи», и в ту же секунду оказываюсь прижата к стене. Его губы находят мои. Кирилл целует меня так жадно и нетерпеливо, будто мы с ним вообще давным-давно таким не промышляли. Будто он уже дико соскучился по мне.

— Кирилл… — выдыхаю я.

— Ммм?

— Ты обещал…

— Я обещал проводить до двери. Я проводил. — Его губы скользят по моей шее, и мысли путаются. — Дальше мои обещания не распространяются.

Я смеюсь, запрокидывая голову, давая ему больше доступа.

Глупая. Слабая. Счастливая.

— Ну может… на чай зайдёшь? — шепчу я, понимая, что всё снова улетело в тартарары. — Раз уж ты здесь.

Кирилл отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Женя, ты только что сделала мой вечер.

— Я ещё ничего не сделала, — пытаюсь парировать, но он уже открывает дверь и втаскивает меня внутрь.

И мы замираем.

Потому что в моей скромной прихожей… бардак. Разбросанная обувь, чья-то куртка, не моя, не Евина… мужская. Из комнаты сестры доносятся приглушённые звуки. Кажется, музыка. И чей-то смех.

— Что за… — начинаю я в полном шоке.

И тут вдруг из комнаты вылетает Ева. В халате. С растрёпанными волосами и таким выражением лица, будто её застукали на месте преступления. За ней, неторопливо, с абсолютно невозмутимым видом, выходит… Костя.

Тот самый Константин. Друг Кирилла с ужина в «Моретти». В одних джинсах, с голым торсом и лёгкой, совершенно непрошибаемой улыбкой на лице.

Чего, блин⁈

Я смотрю на Еву. Ева смотрит на меня. Кирилл смотрит на Костю. Костя смотрит на Кирилла. Мы все, кажется, забыли, как дышать.

— Ева? — выдыхаю я. — Ты… что? Как? Почему?

— Женя, — произносит сестра спокойно. Ева, надо отдать ей должное, приходит в себя первой. Она поправляет халат, завязывает пояс потуже и принимает свой обычный невозмутимый вид. — А мы думали, что ты переселилась к Кириллу.

— Что? Нет, я… То есть да, но… — я замолкаю.

Не знаю, насколько переселилась. Просто неделю уже зависаю у него, и мы как-то не обсуждали этот момент. Не можем отлипнуть друг от друга, вот и всё. Это ведь не значит, что я переехала.

Правда же?

— Так и есть, — подаёт голос Кирилл. — Женя переселилась ко мне. Просто пока не окончательно.

Правда? А я как-то предложения о переезде не услышала…

— А ты, значит, решил не терять времени даром? — обращается он уже непосредственно к другу.

Костя пожимает плечами с таким видом, будто мы застали его за чтением книги, а не полуобнажённым с моей растрёпанной младшей сестрой.

— Мы познакомились поближе, — говорит он своим бархатным голосом. — После того ужина. Обменялись контактами. И вот… — он обводит рукой пространство, — я решил зайти на огонёк.

— На огонёк, — эхом повторяю я, чувствуя, как к горлу подступает истерический смешок.

— А вы, я смотрю, тоже не скучали, — Ева переводит взгляд с меня на Кирилла и обратно. Её бровь медленно ползёт вверх. — Судя по помятому виду и припухшим губам…

— Ева! — шиплю я.

— Что? Я просто констатирую факт, — она пожимает плечами и вдруг… улыбается. Моя сестра и улыбается. Что это всё значит? — Жень, знакомься. Это Костя. Мой… ну, пока не знаю, кто. Но надеюсь, что мой.

Костя подходит к ней, обнимает за плечи. На его лице играет лёгкая, довольная улыбка. Они смотрятся… странно. Неожиданно. Но при этом как-то правильно.

— Твоя сестра, — говорит он, обращаясь ко мне, — удивительная девушка. С ней интересно спорить о философии.

— И не только, — вставляет Ева, и я краснею.

— Так, — Кирилл выдыхает, проводя рукой по лицу. — Давайте по порядку. Вы двое… вместе?

— Вместе, — кивает Костя.

— И давно?

— Общаемся с того вечера в ресторане, — спокойно отвечает он. — И как-то наше общение перетекло…

— Ясно, — быстро вставляю я, пытаясь всеми силами перестать краснеть дальше. — Может чай? Думаю, неплохо будет всем пообщаться за столом.

И желательно в одетом виде.

Неудобно мне как-то, что в коридоре стоит полураздетый мужчина. Да и сестра в таком виде… Этот халат слишком уж фривольно смотрится. Я к такому никак не готова пока. Мне надо… адаптироваться. Прийти в себя.

— Чай — это прекрасно, — воодушевлённо тянет Кирилл. — Все перемещаемся на кухню.

Столпотворение в коридоре постепенно рассасывается. Костя натягивает на себя рубашку, Кириллу я поручаю хозяйничать на кухне, а сама тяну сестру за руку в свою комнату. Мне нужно задать ей парочку важный вопросов!

Боже. Неужели моя мелочь всё-таки выросла? Поверить не могу.