Глава седьмая. Честное королевское!
Глава седьмая. Честное королевское!
Я задохнулась от гнева. Нет, ну надо же!
— Так бы сразу и сказали, что вас интересует трон Ивернеса, — произнесла я, сорвав с себя браслет.
— Трон? — усмехнулся пират, подняв черные брови.
— Ну да, жениться на принцессе, чтобы стать следующим королем Ивернеса, — сжала я кулаки. Я уже собиралась уходить, как вдруг…
— Крессида! — рявкнул пират, поймав меня за руку. — Стоять!
— Отпустите, — дернулась я, делая глубокий вдох. — Если вам нужна корона, то вот!
Я стащила с головы корону и нахлобучила ее на голову пирата.
— Поздравляю! Теперь вы — следующий король Ивернеса! — произнесла я. — Надеюсь, что вы рады.
— Скажи, что пленен ее кр-р-расотой! — на весь рынок подсказывал Кракен. — И поэтому р-р-решил жениться!
— Ну да, моя красота стоит с топором и требует жертв! — возразила я, все еще вырываясь.
— Ты действительно подумала, что меня интересует трон маленькой зачуханной страны? Если я приведу свой флот к берегам Ивернеса, то вы сами вынесете мне корону и стул твоего отца! — произнес пират.
— Скажи, что влюбился с пер-р-рвого взгляда! — подсказывал Кракен. — Увидел в подзор-р-рную тр-р-рубу и влюбился!
— Видимо, он смотрел не на меня, а на принца, — ответила я, стиснув зубы.
— В чем дело, принцесса? — меня развернули к себе.
— Скажи, что влюбился! — подсказывал Кракен, усевшись на плечо Искандера. — Не стесняйся! Это не больно! Зажмур-р-рил глазки, пустил соплю и пр-р-ромямлил!
— Принцесс любят только за то, что они принцессы, — ответила я с горечью. — Поэтому я должна знать, что вам от меня нужно! Мне так спокойней.
— Вот это хар-р-рактер-р-р! Из нее получился бы отличный кор-р-роль! — усмехнулся Кракен.
— Из меня этот отличный король и получится. Когда меня выдадут замуж. И когда вокруг меня забегают акушерки! — ответила я, делая глубокий вдох.
— Как ты там говор-р-рил? Все пр-р-росто? Пар-р-ра комплиментов и все! Она уже р-р-раздевается? — послышался голос Кракена. — Я вижу, как она р-р-раздевается! Пр-р-рямо на ходу! Тр-р-русами на пальце р-р-размахивает!
Я развернулась и пошла по рынку. Изредка я оглядывалась. Пират не сводил с меня глаз.
И тут я остановилась возле одного прилавка. На цепочке среди других украшений висело сердечко с драгоценными камнями. Я протянула руку и замерла. В нем было что-то знакомое. Оно очень похоже на что-то важное. Но я не могу вспомнить на что…
«Я бы посоветовал вам, как придворный маг, убрать все, что могло бы напомнить ей о … Сами понимаете! Переселите ее в другие покои! Если память к ней вернется, она снова будет страдать. И это осложнит будущие помолвки! Заклинание, хоть и гарантирует результат. Но в любой момент она может что-то вспомнить!» — послышался голос в голове. Такой далекий и такой забытый.
— Что-то вспомнить, — шептала я, вертя в пальцах сердце.
— Ваше высочество, — послышался голос рядом. Я дернулась, поворачивая голову. Рядом со мной стояла фигура в темном плаще.
— Тише, не вертите головой. Он следит за вами, — послышался шепот. Капюшон приподнялся, и я увидела немолодое лицо лорда Оскара! Не может быть! Это же мой дядя! Правая рука моего отца!
— Что вы здесь делаете? — едва слышно прошептала я.
— Делайте вид, что рассматриваете украшение. И слушайте меня, — послышался голос дядюшки.
Первый министр Ивернеса! Он здесь! Значит, меня искали! Я знала его с детства. Отец и все придворные восхищались его честностью. Народ его за это очень любил. Именно он дарил мне самые красивые игрушки. И часто, когда я была маленькая, брал на колени! Можно сказать, я выросла на руках у дяди!
— Сейчас идете вдоль этого ряда. Там продаются наряды. Вы не ошибетесь. Выбираете любое платье и заходите примерочную! Дальше я позабочусь о вас, моя девочка, — послышался шепот дяди. — Я верну тебя домой. В Ивернес…
— А если меня снова заставят выйти замуж? — прошептала я, видя, как камни сверкают на свету.
— Я поговорю с твоим отцом. Тем более, сейчас с Ратенборном идет война. Вряд ли он захочет вас выдавать замуж. Ему сейчас не до этого, — послышался шепот.
— А как на счет моей репутации? Мне же не поверят? — прошептала я, закусив губу.
— Я скажу, что мне удалось вас перехватить сразу же после того, как вас похитили, — послышался шепот первого министра. — Так что за это не переживайте. Помните. Вдоль ряда. Примерочная. Смотрите, чтобы пират ничего не заподозрил.
И дядя ушел. Я осталась одна. Не может быть! Значит, меня действительно искали! А теперь нужно сделать так, чтобы Искандер ничего не заподозрил!
— Странный выбор, — послышался голос за моей спиной. — Тебе нравится?
— Да, — ответила я. На прилавок высыпались деньги. Я сжала сердце в руках, понимая, что нужно как-то отблагодарить. Желательно так, чтобы это выглядело мило и романтично. Пусть он думает, что нравится мне.
— Официально от лица всего Ивернеса, — начала я, — Я благодарю вас за этот подарок.
— Мне показалось, или где-то послышался хор, орущий спасибо? — поднял брови Искандер. — Если меня благодарит весь Ивернес, то пусть орут громче. Но этого недостаточно, принцесса. Ты должна мне еще два поцелуя. Это третий.
— Хорошо, когда мы прибудем в Ивернес, мой отец обязательно поцелует вас. От моего лица, — улыбнулась я.
— Прямо представляю, как король тянет ко мне свои губы со словами: «Сколько поцелуев должна вам моя дочь?», — на меня смотрели нехорошим взглядом.
— Чмок! Пр-р-роклятый пир-р-рат! Чмок! Вздер-р-рнуть бы тебя на виселице! Чмок! Чтоб тебя акулы сожр-р-рали! — потешался Кракен, сидя на плече у Искандера.
— У твоего отца есть борода? Я просто уже не помню! — усмехнулся Искандер. — Если есть, я воздержусь. Она колючая.
— А что? Был опыт? — спросила я. — О, я была о вас лучшего мнения!
— Как ты там говор-р-рил? Пар-р-рочка комплиментов, и она уже р-р-раздевается? — сипло спросил попугай. — Смотр-р-ри! Идет и тр-р-русами вер-р-ртит на пальце! Набр-р-росилась на тебя и утащила в каюту!
— Заткнись, — процедил Искандер. — И долго принцесса собирается строить из себя принцессу?
— До тех пор пока не выйду замуж. Тогда я буду строить из себя королеву, — ответила я, пожав плечами.
— Я хр-р-ренею с вашей р-р-романтики! — прокашлялся попугай.
Я шла по рядам, кусая губы. Нужно как-то усыпить его бдительность. Не понравилось мне это: «Влюбить и за борт!».
Дойдя до конца ряда, я замерла.
— Какая красота! — обрадовалась я, глядя на уродливые платья. Мне казалось, что их шили в темноте, наощупь.
— Ой, а покажите вон то! Да-да! Черное! — попросила я, мысленно ужасаясь фасону и цвету.
Торговец бросился снимать мне платье. Я приложила его к груди и расправила юбку.
— Ну как? Мне идет? — спросила я, шурша кружевом.
— Я считаю, что лучшая одежда для любимой женщины — это поцелуи, — усмехнулся пират.
— Да, тяжело вашей любимой женщине будет зимой! — согласилась я, кружась на месте. В зеркале отражалось платье, из которого торчала моя голова.
— Как вы думаете. Оно мне идет? — спросила я, глядя на торговца. — А с чем я его буду носить?
— Оно отлично гар-р-рмонир-р-рует с настр-р-роением Искандер-р-ра! — встрял Кракен.
— Мне не нравится, — послышался голос пирата. Он смотрел на меня пристально, словно что-то подозревал.
— А можно я просто померяю? — спросила я, глядя на небольшой шатер- примерочную.
— Сомневаюсь, что оно подойдет, — произнес Искандер.
— Просто померяю! — я направилась в сторону шатра. Торговец бросился за мной. Он отогнул ткань, и я столкнулась с девушкой.
— Тише! — послышался голос дяди. В прорезь показалось его лицо. — Она будет шуршать и разговаривать. У нас будет немного времени, чтобы уйти подальше. Быстрее, ваше высочество!
Я бросила платье девице. Меня потянули за руку, вытаскивая с другой стороны торгового шатра.
— Я так рад, что с вами все в порядке, — послышался голос дяди. На меня накинули серый плащ. Позади нас шла охрана. — Ваш отец с того момента, как вы пропали, места себе не находил! Но я очень рад, что мне удалось вас найти. Я не был на вашей свадьбе. И даже не знаю, состоялась ли она! Жаль, что я не смог повлиять на вашего отца. Брак с Ратенборном — не самый лучший выбор.
Мы ускоряли шаг. Я чувствовала, как в боку колет.
— Сюда, ваше высочество! — меня вели к какому-то дому. — Сегодня вечером в Ивернес отплывает корабль! Не переживайте, скоро вы будете дома!
Меня завели в роскошный дом. Тяжелая дверь закрылась. Дядя снял капюшон и кивнул охране.
Я почувствовала, как меня схватили и тут же засунули в рот кляп. Мои руки связали за спиной веревкой.
— Ну что ж, Крессида, — вздохнул дядя. Я смотрела на него в ужасе. Я знала его столько лет. Он всегда был близким другом и советником моего отца! Он нянчил меня, когда я была совсем крошечной!
— Твой отец, девочка моя, — усмехнулся дядя, смахивая с себя пыль. — Занимал у меня деньги на войну с Ратенборном. И так до сих пор и не отдал. Так что, придется немножко поторговаться.
— Ыыы! — вырывалась я, пытаясь освободить руки.
— Как тебе объяснить, милая. В Ивернесе тебя никто не ждет. Увы. Твой отец, как только вернулся, сразу сказал, что больше у него нет дочери. Что она утонула. В море. В тот момент, когда на корабль напали пираты, — вздохнул дядя, убирая прядь волос с моего лица.
Не может быть! Неужели? Как так?
— Но есть и хорошая новость, девочка моя, — улыбнулся дядя. Так же по-доброму, как в детстве. Когда дарил мне роскошную куклу. — Я нашел несколько покупателей. Принцессы, пусть даже бывшие все равно в цене. А ты — особенно.
Меня тащили в сторону огромной лестницы. Я упиралась, лягалась, но меня несли, как бревно.
— Я давно наблюдал за тобой, моя дорогая, — послышался голос дяди. — И заметил в тебе одну очень интересную странность. Сначала я подумал, что мне показалось. Но теперь, после свадьбы, я точно уверен. Да… Говорил я твоему отцу. Не женись на принцессе, в роду которой были ведьмы!
Меня донесли до какой-то комнаты. Я попыталась выскользнуть, но меня удержали.
— А он мне не послушал. Как он тогда сказал? Слухи! Ну вот тебе и слухи! — согласился дядя.
Меня бросили на диван.
— Принцесса, которая умеет проклинать, ценится намного выше, чем просто принцесса, — заметил дядя. Он обернулся к охране. — Кляп не вынимать! Следить, чтобы она его не вытащила. Дежурить в комнате и возле двери. Понятно?
Стража кивнула.
— Не смотри на меня так, девочка моя. Понимаю, в Ивернесе все считают меня очень честным и справедливым человеком, — пожал плечами дядя. — Но чтобы быть честным и справедливым в Ивернесе, нужно быть очень нечестным и очень несправедливым в каком-нибудь другом месте. Например, здесь.
Он вышел за двери. Перед тем, как дверь захлопнулась, я услышала:
— Так, партия рабынь готова к отправке? Если готова, то пусть забирают!
Я смогла усесться на софу. Сколько я не пыталась, выплюнуть шелковую тряпку, она не выплевывалась.
— Ничего так, принцесса, — заметил охранник. — Я бы хотел жениться на иностранной принцессе.
Мои глаза округлились от возмущения.
— Сидел бы я в замке, вокруг меня суетились слуги, — мечтательным голосом заметил охранник. — Рядом принцесса бегает, лопочет что-то на своем. А я к ней поворачиваюсь и говорю: «Дура, я все равно ничего не понимаю. Но очень интересно!».
— Слушай, ты думаешь, эта и правда проклинать умеет? — бросил второй охранник, зевая.
— Судя по глазам, она тебя уже три раза прокляла, — вздохнул первый, закинув ноги на красивый столик.
— Так я еще жив, — развел руками первый охранник. Я видела пистолет, лежащий на столике возле цветов.
— Ты-то жив. Но у тебя в штанах могло все умереть! — послышался голос второго. — И кому он ее пытается всучить, как думаешь?
— О, покупатель найдется. На ту красавицу нашелся. На эту тоже найдется! — согласился скучающий охранник. И зевнул.
— Ыыыы! — требовала я, пытаясь освободить руки.
Что я такого сделала? Я же наоборот старалась вести себя, как принцесса Ивернеса! Как меня учили! И теперь я узнаю, что больше не принцесса. И мой отец вместо того, чтобы заплатить выкуп, просто вычеркнул меня! С позором! Так, словно я каждый день целовалась с этим проклятым пиратом!
— Я ведь служил когда-то во дворце Ивернеса. Стражником был, — зевнул первый охранник. — Помню ее. Помню, как ее в первый раз замуж пытались выдать. Помолвка у них называлась! Привезли принца. Не помню, как его. Нас тогда у каждого куста понатыкали. Жара, солнце, и мы в доспехах стоим.
Я даже притихла, слушая внимательно. Если честно, то я плохо помню этот день. Мысли о том, что я больше не принцесса, и никогда ею не буду, заставили меня закрыть глаза. По щеке скатилась слеза. Я ведь не сделала ничего плохого! Я даже открыла посольство! Как меня учили!
— Эта стоит, скривилась, глаза закатила. А тут принца привезли. Она ему в пупок дышит. «Ну все!», — объявляет король. Типа, уже договорились. А эта за принцем как собачонка бегает. И так и эдак. А принцу сколько? Лет тринадцать. Уже взрослый, считай. Он от нее отмахивается, дескать, иди, дурочка отсюда!
Я лежала и слушала, пытаясь вспомнить, но ничего не получалось. Вспоминания о дворце, о хороших временах причиняли мне жуткую боль.
— А потом принц уехал. И через неделю приходят новости! Принц погиб. Королевский корабль захватили пираты. Никого в живых не оставили. Ну все! Ищем нового. А у этой истерика! Рыдает сутки напролет! Весь дворец на ушах стоял! — продолжал стражник. — Потом на утро смотрим. А эта ходит себе по саду! Цветочки собирает. Как ни в чем не бывало! Так что ей не в первой…
Я не помнила, чтобы плакала по кому-то… Тем более, по какому-то принцу! Если это правда, то я ничего не понимаю. Разве можно забыть такое?
Лежа на софе, я пыталась собрать воедино воспоминания. Значит, вот почему я так ненавижу пиратов!
Но теперь у меня единственная надежда, что меня спасут те самые мерзкие и отвратительные пираты!
Мне стало себя так жаль, что я снова чуть не расплакалась. Понимаю, принцесса Ивернеса не должна плакать. Но если я больше не принцесса, то придворным плевать, плачу я или нет? Тем более, что придворных у меня больше нет… У меня не осталось никого…
— Говорят, что придворный маг ей память почистил. Поскольку папашка ее уже другого жениха присмотрел! — заметил стражник, снова пронзительно зевая.
— Занятно, — второй стражник наблюдал за мухой. — Магия это всегда занятно! Чего только не удумают!
Муха жужжала. Я развернулась к спинке софы, поджала под себя ноги и попыталась коленом зажать уголок тряпки и вытащить ее. Мне казалось, что у меня челюсть свело.
— Как думаешь, что она там делает с такими звуками? — спросил один стражник другого.
— Плачет, наверное, — послышался голос второго. — Переживает.
Уголок снова выскользнул.
— Убивается, бедняжка, — вздохнул стражник.
— А ногами она что делает? — спросил второй. В его голосе прозвучало сомнение.
— Страдает, — послышался голос. — Женщины они такие.
У меня ничегошеньки не получалось. Я надеялась, что смогу хотя бы вынуть кляп изо рта, но пока что безуспешно. И тут я услышала голос Кракена.
— Пр-р-ривет, пр-р-ринцесса! — произнес призрак попугая. Я неловко вскочила на ноги, видя сидящего на подоконнике Кракена.
Стража вскочила.
— Че дер-р-ргаетесь? Сидите-сидите! Кор-р-роче! Пр-р-рощай! Мы отплываем! — выдал попугай.
— Ыыыы! — простонала я, бросаясь к нему.
— Только не надо, пр-р-ринцесса! Долгое пр-р-рощание — лишние слезы! — заметил Кракен, расхаживая по подоконнику. — Кр-р-рессида покидает пор-р-рт! Искандер-р-р пер-р-редает тебе пр-р-ривет! И желает счастья в личной жизни!
— Ыыыыы! — закричала я, сквозь тряпку. Меня накрыла паника. Как же так? Если мой отец от меня отказался? Если предал родной дядя? То… то… кто меня будет спасать? В книгах, которые я читала, пираты всегда спасали девушек!
Сердце колотилось. Я чувствовала, как мне не хватает воздуха.
— Инстр-р-рукция к пр-р-ринцессе! Записывайте! Пер-р-редадите следующему мужику! Пер-р-рвое! Не давать ей игр-р-рать на губной гар-р-рмошке! Это р-р-раз! Не позволять ей откр-р-рывать посольство. Это два. И тр-р-ретье, не р-р-расслабляться! — расхаживал Кракен по подоконнику.
Я застыла. Кракен расправил крылья и улетел. На горизонте виднелись крыши домов и море. Я видела, как по морю в сторону горизонта плывет одинокий корабль с рваными парусами. Это же «Крессида»!
По щеками потекли слезы ярости. Я опустила голову. А когда подняла, то увидела точку, растворяющуюся в тумане. Он меня бросил…