Глава 28 · «Убегать от реальности»

Лиля

На неделе после очередного мозгодробительного учебного дня Дина предлагает затусить вечерком в одном недавно открывшемся баре.

– Зря ты отказываешься. Или дело в деньгах? Так я могу одолжить. – Дина, широко открыв глаза, прокрашивает тушью ресницы.

Стоим с подругой на отапливаемом балконе ее квартиры, так как здесь больше света.

– Нет, не в деньгах. Просто не хочу быть третьей лишней. Будете с Лешей со мной нянчиться весь вечер.

– За барную стойку тебя посадим – и всех делов. Что за тобой присматривать? Не маленькая. Вроде как уже, – подмигивает ненакрашенным глазом.

Что это значит? Что за намеки?

– Ух ты. Зацени. С кем это наш Артемка приехал? – У Дины еще и рот открывается от удивления, когда она чуть ли не лбом припечатывается к стеклу.

В балконное окно с обзором во двор прекрасно видно Артема, выходящего из машины вместе с какой-то девушкой. Эффектной. Высокой. Стройной. Артем помогает нести ей сумки.

– Кто это? – встаю на носочки, чтобы лучше было видно.

– Понятия не имею. Девушка. – Дина жмет плечами.

– Не мальчик, так точно, – провожаю их взглядом, пока они находятся в зоне моей видимости и не скрываются за козырьком подъезда.

– Лиль, признайся. Было что с Артемкой?

– С чего ты взяла?

– Ты так на него смотришь.

– Обычно я на него смотрю. Как на всех, – на эмоциях скрещиваю руки на груди.

– Допустим. А с Тимуром он, наверное, в тот раз не поделил игрушечную машинку?

– Машинку, не машинку…

– Ладно, не лезу. Расскажешь, если захочешь. – Дина принимается за второй глаз. Аккуратно проходится кисточкой туши по ресницам. – Но не думаю, что их что-то связывает.

– Кого их?

– Артема и эту кралю, – кивает в сторону окна, – какой-то он отстраненный был с ней. Артем, мне кажется, очень тактильный. Взял бы ее за руку, а так шли, как будто чужие люди.

– А мне-то какая разница?

– «Один ебет, другой колясочку возит» – как говорит мой Леша. Вот в чем разница.

– У Леши выражения, конечно…

– Зато очень жизненные. – Дина проверяет время на телефоне. – Так и не поедешь с нами в бар?

Мне вдруг резко захотелось поменять планы на вечер. В данный момент больше всего не улыбается возвращаться домой в пустую квартиру. Ведь сегодня один из тех редких дней, когда и мама, и отец работают в ночную смену.

– Дин, а мы сможем заехать ко мне, чтобы я переоделась?

– Вот это совсем другое дело! – Дина хлопает в ладоши. – Заедем, конечно. Но с одним условием: ты наденешь юбку или платье. Перестань прятать ноги! Это преступление! А пока, – указывает рукой на стул, – садись, сейчас мы тебе такие стрелки забабахаем.

⁂

Мешаю трубочкой гору льда в стакане с безалкогольной пинаколадой. Бармен мне мило улыбается, заканчивая взбивать в шейкере очередной заказ. С изяществом выливает содержимое, превратившееся в сплошную пенку, в бокал. Украшает дольками фруктов.

Симпатичный этот бармен. Данила, судя по бейджу.

– Дань, повтори, пожалуйста, – слышу сбоку незнакомый мужской голос. – И девушке тоже.

– Спасибо, но это необязательно, – понимаю, что речь идет обо мне.

– Почему же? Я от чистого сердца и без всяких умыслов, – мужчина сверкает белоснежной улыбкой, а глазами пожирает мои ноги.

Сразу становится неуютно. Хочется юбку опустить пониже. Оборачиваюсь, сама не знаю зачем. Пробегаюсь глазами по залу, утопающему в полумраке вперемежку с яркими огнями стробоскопа. Ерзаю на стуле. Дина с Лешей еще где-то потерялись.

– Не нервничай так, – замечает мое волнение. – Я с миром, – усмехается. Принимает от бармена Дани стакан с виски и льдом, а рядом со мной как по волшебству возникает пинаколада.

Недоверчиво смотрю на коктейль.

– Безалкогольная, – поясняет Даня, обворожительно улыбаясь.

– Не пьешь? Похвально, – рука щедрого на напитки незнакомца приземляется на спинку моего стула.

Не знаю, что заставляет меня снова посмотреть в сторону выхода. Кого я там ищу?

– Сейчас должен подойти мой парень, – пытаюсь применить старую как мир отмазку.

К пинаколаде так и не притрагиваюсь.

– Конечно-конечно, – чувствуется, что не особо он мне верит, но руку все-таки убирает, – но мы же просто с тобой разговариваем. Или тебе твой парень запрещает просто разговаривать? – Теперь его взгляд ныряет в вырез моей футболки.

Вот чего сюда поперлась? Сидела бы дома. Наслаждалась бы одиночеством. Нет же, надо найти приключения на пятую точку. Уже думала применить вторую по популярности отмазку – свалить в дамскую комнату, – как с другого бока раздается:

– Извини, опоздал, – а вот этот голос я сразу узнаю.

От неожиданности встречи я открываю рот, который тут же накрывает жадный поцелуй с языком. Поцелуй, от которого хочется плотнее сжать ноги, а руками зацепиться за воздух, чтобы не грохнуться с барного стула.

– О, свалил. – Артем заглядывает за мое плечо, когда я перестаю ощущать прикосновения его горячих губ.

– Кто? – мысленно сметаю мозги в кучку.

– Старый хрен, который пытался тебя склеить.

– Так это представление было ориентировано на вполне конкретного зрителя?

– Ты хочешь сказать, что зря я впрягся за тебя? – немного раздраженно звучит от Артема.

– Тебя никто не просил, – отвечаю в той же манере. – Что ты вообще здесь делаешь?

Не виделись с ним несколько дней, обмениваясь лишь сообщениями. А тут как гром среди ясного неба. Явился.

– Сам не знаю, – стучит по барной стойке какой-то штукой, напоминающей флешку большого размера. – Не знаю… – повторяет, мотая головой. Заказывает у бармена стакан воды. Выпивает его в несколько глотков. Расплачивается. Так же неожиданно, как и пришел, уходит из основного зала.

– Ну классно, че, – подпираю лицо одной рукой, другой двигаю ближе к себе халявную пинаколаду.

Когда на дне стакана снова остаются одни круглые кусочки льда, с каждым ленивым движением трубочки уменьшающиеся в размере, ко мне подсаживается Дина:

– Вы че тут поодиночке скучаете?

– Мы – это кто? – кидаю пустой взгляд на подругу.

– Ты и Артем. Одна здесь протирает попу, другой – на диванчике около аэрохоккея.

– Не думаю, что он там скучает.

– Тогда зачем он мне позвонил час назад, спрашивал, где ты? Ведь это я ему сдала все явки и пароли твоего местонахождения. Подойди к нему. А то не нравится мне его состояние.

Я тоже заметила, что с ним что-то не так.

Аккуратно слезая с барного стула, проверяю в сумочке телефон. Артем и мне, оказывается, звонил.

– Ты же не куришь? – застаю Артема, сидящего в гордом одиночестве на кожаном диванчике и выпускающего дым изо рта. До меня доходит, что та самая штука в его руке – это не что иное, как электронная сигарета.

– Не курю. Но сейчас такое состояние, что хочется либо накуриться, либо набухаться, либо… с кем-нибудь поговорить.

Присаживаюсь рядом с ним, поправляю пальцами подол юбки.

– Можешь со мной поговорить. Минздрав вроде как не предупреждает, что общение со мной вредит здоровью, в отличие от алкоголя и сигарет.

Артем продолжает свое молчаливое занятие. Смотрит перед собой.

– Что у тебя случилось? – касаюсь его бедром. Сама уже в мыслях накидываю варианты.

Связано ли как-то настроение Артема с той девушкой, с которой я его видела?

– Аня беременна, – произносит без каких-либо эмоций.

Связано… Внутри меня что-то с треском раскалывается.

Зависаю на несколько секунд. От таких новостей накуриться и набухаться захочется и мне.

– Это значит, что ты в скором времени станешь… – пытаюсь собрать в слова разбежавшиеся в пространстве буквы.

– Это значит, что в скором времени я стану братом, – Артем, выпустив очередную порцию дыма, транслирует растерянность обращенным на меня взглядом.

– Братом? – Мне же не послышалось? Теперь уже я транслирую растерянность.

– Аня – это моя мачеха. Помнишь, я тебе рассказывал?

– А-а-а, – все, что могу произнести, чувствуя, как внутри меня что-то начинает склеиваться обратно.

– Отец вчера приехал к Диме и Эле сообщить радостную новость. А меня сегодня попросили Аню встретить с вокзала, так как все остальные отходят от праздничных возлияний.

Так я его с мачехой видела…

– Отец такой счастливый. Да все вокруг счастливы. Поздравляют. Один я что-то не могу разделить их веселье. Это ведь неправильно – так реагировать? – столько минора сейчас я вижу в его глазах.

– Почему же, ты имеешь право на эту реакцию. Тем более ты только узнал и еще не до конца принял эту информацию.

– Я уже ее не принимаю. И вряд ли приму.

– Артем, этот ребенок ни в чем не виноват. Как и ты.

– Он еще не родился, а его уже все любят и ждут, а меня…

Поддаваясь какому-то необъяснимому порыву, обнимаю Артема. Кладу голову ему на плечо. Я не знаю, что говорят в такие моменты. Все мои слова будут не те. Поэтому молчу. Иногда тишина и объятия ценнее слов.

Артем свободной рукой гладит мои пальцы, постепенно их переплетая со своими.

Мимо нас проходят люди. А мне так пофиг, кто что подумает. Мне так хорошо сидеть рядом с Артемом, ощущать тепло его руки, слышать его размеренное сердцебиение.

Понимаю, что сейчас Артем глубоко закопан в мыслях, поэтому принимаю решение как-то его переключить.

– Артем, – отстраняюсь, вырываясь из такого приятного тактильного уюта, – а ты можешь выдохнуть вот этот дым мне в губы?

Не сразу, но понимает, о чем я говорю.

– Ты действительно этого хочешь?

– Да. Видела, как Леша Дине так делал. Правда, это был дым от кальяна. Но мне все равно интересно, я никогда такое не пробовала.

Артем мне дарит улыбку, сопровождающуюся моими любимыми ямочками на щеках.

– Задержи дым сначала во рту, а потом уже пропускай в легкие, – инструктирует.

– Хорошо.

Артем глубоко затягивается, задерживает дыхание и негласно похищает мое, так как я тоже замираю. Наклоняется, накрывая меня теплом и запахом. Его приоткрытые губы дразняще щекочут мои. Медленно выдыхает. А я медленно вдыхаю. Чувствую, как мой рот наполняется горьковатым дымом со сладким фруктовым привкусом. Все мои здравые мысли спотыкаются об ощущение жаркой вспышки, которая залпом разливается по всему телу. И это не сигаретный дым, остатки которого окутывают наши с Артемом лица, заставляя нас закрыть глаза. Это что-то хрупкое, мурашечное и неописуемое.

Но всю романтичность момента я порчу тем, что с непривычки начинаю кашлять.

– Иди сюда, – Артем прижимает меня к себе, по-доброму усмехаясь. – Не умеешь – нечего и пробовать.

– Ты просто хреновый учитель, – откашлявшись, сама улыбаюсь своей неопытности. Замечаю, что взгляд Артема все-таки оттаял. Он на меня смотрит так нежно, что дышать становится трудно.

– Лиль… – произносит на выдохе, на пару тонов ниже обычного.

– У меня… – перебиваю, не зная, что Артем хочет мне сказать. Зато знаю, чего хочу я, – родителей всю ночь не будет дома. Придут только под утро.

– Ты меня приглашаешь?

– Выбор за тобой: сидеть в одиночестве здесь, загоняться, грустить, курить, закидываться алкоголем или…

– «Или». Я выбираю «или».

Ответ правильный. Если убегать от реальности, так вместе.