Глава 45 · «Чудо и волшебство»

Лиля

Почти месяц, как мы с Артемом вместе. Официально как пара. Несмотря на то что за окном середина декабря, в моей душе настоящая весна. А как может быть иначе, если Артем согревает меня лучами заботы и внимания? Бабочки, не переставая, порхают в голове и в животе от одного только его взгляда и прикосновения. Настолько острые и новые для меня ощущения, что порой не верится: «Это действительно происходит со мной? Наяву?»

В квартире Артема постепенно появились вещи и предметы, которые так и кричат о том, что здесь периодически, с завидным постоянством бывает девушка. И так как мне надоело таскать каждый раз с собой сумку, забитую всякой мелочовкой, то… В прихожей на тумбочке теперь лежат моя расческа и резинки для волос. На кухне рядом с кружкой Артема красуется моя кружка с изображением голого мужского торса, Артему же и принадлежащего. Это он так решил себя увековечить. Сказал, когда вручал мне подарок: «Будешь пить из нее кофе и вспоминать, что я такой же горячий и бодрящий». На полочке в ванной стоят две зубные щетки, а на настенной вешалке висят два банных полотенца. В комнате в шкафу любезно выделено отдельное место для женского нижнего белья и для пижамы, которую я надевала всего один раз и которую с меня стянули через минуту. Так как, видите ли, кое-кому кайфово прижиматься ко мне ночью, когда я совсем без одежды.

У меня тоже есть свои кайфовые пунктики. Например, так приятно готовиться к зачетам и экзаменам, когда, лежа на кровати, отрываешь взгляд от заунывных текстов учебников и тетрадей и любуешься широкой спиной Артема, сосредоточенно обрабатывающего фотографии на ноутбуке за рабочим столом.

Ночевать у Артема мне тоже по кайфу. Я уже не стесняюсь, что с утра могу как-то не так выглядеть. Артем вон вообще не парится насчет внешнего вида. Он может поднять голову с подушки, от которой на его лице остались следы. Потереть кулаком глаза. Поцеловать меня в нос, пожелав доброго утра. Сладко потянуться и пойти на кухню готовить завтрак. И за вид его голых ягодиц, которые через несколько секунд скрываются за боксерами, я готова простить ему все на свете. Я считаю, что только что проснувшийся Артем – это отдельный вид прекрасного. В такие моменты он даже пахнет как-то по-другому, чем-то теплым, уютным и родным.

В те редкие дни, когда мои родители отсутствуют дома, работая в ночную смену, мы засыпаем с Артемом на моей кровати. Не важно, что она односпальная, а не двуспальная. Наши объятия еще теснее и крепче. Да и присутствие Артема в моей комнате стало для меня чем-то само собой разумеющимся, привычным.

Вот что было совсем непривычным, так это, вернувшись из универа, увидеть куртку и кроссовки Артема у меня в прихожей в разгар рабочего дня. А о встрече мы с ним не договаривались. Так еще и дверь на кухню подозрительно закрыта. Такое бывает нечасто, в основном когда отец тусит там с каким-нибудь «коллегой по работе», разделяющим с ним его пристрастия.

Захожу в комнату, и мама, протирающая пыль на стеллаже, тут же начинает загадочно улыбаться:

– А у нас в гостях Артем.

Молча туплю, лишь глаза стреляют в сторону выхода.

– Он с отцом разговаривает на кухне.

Продолжая молчать, в удивлении приподнимаю брови.

– У них мужской разговор. Просили не мешать.

– Опасность какая-то, – кидая сумку на кровать, остаюсь стоять посреди комнаты.

– Почему сразу опасность?

– О чем они могут разговаривать, да еще и за закрытыми дверями? Надеюсь, они там не того самого? – в характерном жесте постукиваю пальцем по шее.

– Вроде нет. Твой отец пришел утром с работы, поспал и пока вполне себе вменяемый. Да и Артем приехал на машине. Не думаю, что он подобным образом стал бы налаживать с ним контакт.

Не догоняю, что происходит. Мой отец и Артем? Вот же конспиратор, ничего мне не сказал.

Мама улавливает мою напряженность, поэтому решает отвлечь меня разговором.

– Сегодня на работе подслушала беседу двух молоденьких девушек, которые остановились у нас в гостинице. Они так воодушевленно делились друг с другом впечатлениями о том, сколько на них подписывается незнакомых парней, ожидая ответных действий, с изрядным упорством лайкают их фотографии, ставят огоньки на истории. – Складывает книги со стеллажа в стопку, а я присаживаюсь на край стола. – Я вот подумала, как у мальчиков сейчас все просто. Понравилась девушка, нашел ее в соцсети, подписался и давай заигрывать лайками и огоньками. Только порой дальше всего этого ничего не идет. Ни живого общения, ни свиданий тет-а-тет. То ли дело в нашу молодость. Интернета не было, сотовых телефонов тоже. Только домашний, и то не у всех. И чтобы связаться с девушкой, пригласить на свидание, нужно было добыть ее номерок. А это задание не из легких. Узнать адрес, как зовут, чтобы пробить по справочнику. Но получить заветные циферки – это полбеды. Ведь, позвонив по указанному номеру, можно было нарваться не на девушку, а на ее отца. Это тебе не под ником «Sexy Boy» и аватаркой с котиком сидеть, скрывая свое истинное лицо, тут надо настраивать диалог с тяжелой артиллерией.

– Зато сразу проверка на прочность: умеешь ты добиваться поставленных целей или нет.

– У тебя сейчас Артем проходит проверку на прочность.

– Да я вообще в шоке, че творится в нашем доме.

– О, ты уже пришла, – лицо Артема, улыбающегося во все тридцать два, показывается в приоткрытую дверь.

– Что без стука? Ты входишь в комнату к девушкам, между прочим, – скрещиваю руки на груди.

– Ой, я пойду поставлю чайник, – мама суетливо подскакивает с места, забыв про книги и про пыль.

– Я опущу вопрос: «Что ты здесь делаешь?» – пытаюсь не подавать вида, что прикосновения подошедшего ко мне Артема сбивают весь мой враждебный настрой, – сразу перейду к главному: зачем ты разговаривал с моим отцом?

– Мне нужно было познакомиться с ним поближе, а ему со мной. А то пропадает его дочь с каким-то левым челом.

– Ты не левый чел.

– Для тебя нет. А он, кроме моего имени, ничего не знал. – Артем управляет моими руками, закидывая их себе на плечи. Я поддаюсь, обнимая его еще крепче.

– А теперь все-все узнал?

– Да, я рассказал ему, что собой представляю. Заодно описал всю серьезность моих к тебе намерений.

– А ему так важно было все это услышать?

– Мне было важно все это рассказать. Насчет остального не знаю. Хотя одно могу сказать точно: ему, как мужику, польстило, что его решили поставить в известность и выслушали его точку зрения.

– И ты выслушал?

– Да. Но поступлю я так, как посчитаю нужным. Я тоже мужик. Как уже говорил, теперь я несу за тебя ответственность. И в обиду никому не дам. Даже твоему отцу.

– О как.

– А ты как хотела? У нас с тобой отношения, а не просто шпили-вили, трали-вали.

– Трали-вали мы с тобой уже проходили.

– А какие были при этом шпили-вили! – Артем загадочно качает головой.

– Что значит «были»? – дергаю его за ухо.

– Сейчас наши шпили-вили вышли на другой уровень.

– Вот как я могу на тебя злиться, когда ты так на меня смотришь и такое говоришь?

– А не надо на меня злиться, меня любить надо.

А я люблю. Артем прошел все мои проверки и добился поставленных целей.

⁂

За несколько дней до Нового года в нашем университете состоялся «Отчетный фестиваль-конкурс студенческого творчества», завершением которого должен был стать новогодний бал. Хотя слово «бал» здесь достаточно громкое. Можно было назвать «танцевальный вечер» или попросту «дискотека для студентов». Но чем вычурнее заголовок на афише, тем больше привлекает к себе внимание.

Не могли обойти стороной эту намечающуюся студенческую тусовку и мы с Диной. По старой доброй традиции зависаем у нее дома, чтобы навести красоту. Прическу и макияж я безоговорочно доверяю подруге. Без остановки проверяю телефон. Жду звонка от Артема. У него последняя съемка в этом году, и я переживаю, что он не успеет приехать в универ на новогодний вечер. Съемка выездная, и по занесенной снегом дороге может не получится вовремя добраться до дома. А мне бы так хотелось, чтобы он сегодня был со мной.

Ведь я готовилась. Я красивая. Для себя. Но в большей степени, конечно, для Артема. На мне элегантное красное платье с сюрпризом. Очень надеюсь, что Артему понравится и сюрприз, и само платье. Вот мама чуть не прослезилась, когда я примеряла его. А Дина сказала, что я в нем соска, и, если бы у нее была такая фигура, как у меня, она бы из платьев вообще никогда не вылезала.

За окном кто-то запускает пробные фейерверки. В квартире Дины наряжена большая елка. По телевизору один за другим идут фильмы соответствующей тематики. Рассматривая искаженное отражение в новогоднем шаре, начинаю ощущать и осознавать приближение праздника. Предновогодняя суета накладывает свой отпечаток. Хочется какого-то чуда и волшебства, воспоминания о которых остались у меня в далеком детстве.

– Да я все понимаю, – разговариваю с Артемом по телефону, грустно разглядывая отражение уже в окне универа на первом этаже. Вокруг шумно толпятся студенты, одетые в вечерние платья и костюмы. Нужно соответствовать дресс-коду, ничего не поделаешь.

– Лиль, на дороге такая каша и пробки бесконечные. Даже обещать ничего не могу.

– Ты, главное, будь аккуратнее. Я тебя очень жду, – стараюсь не выдать голосом нахлынувшую печаль.

– Ну что, приедет? – Дина приобнимает меня сзади за плечи.

– Скорее всего, нет, – опускаю голову.

– Ты его ночью потом накажешь за прогул, а сейчас мы идем веселиться.

Веселиться, как же. Мало того, что любимого человека нет рядом, так еще «особо любимые» на горизонте появляются в очень нужный момент.

– О, к нам пожаловали Тимон и Пумба в женском обличии, – Тимур Сокович, в гордом одиночестве подпирающий стенку, в свойственной ему раздражающей манере горячо нас приветствует, когда проходим мимо.

– Сокович, лососни тунца, – Дина даже не удосуживается на него посмотреть.

– Чего? Динозавр, у тебя весь мозг в жир на заднице перетек, что ли?

– В моем случае хотя бы в жир, а вот в твоем случае – сразу в задницу.

Тормозим у зеркальной колонны.

– Каждый раз, когда его вижу, – подруга, встав вполоборота, борется с расстегнувшейся сережкой, – хочется послать его далеко и надолго. Бесит, – поправляет волосы. – Пошли, пока настроение не изгадил своим высокомерным видом.

– Подожди, – подкрашиваю губы матовой красной помадой. – Есть у меня одно незавершенное дело.

– Какое?

– Надо Тимура Соковича поздравить с наступающим.

Стуча каблуками, направляюсь уверенной походкой в его сторону. Он с самодовольной ухмылкой на лице раздевает меня взглядом властелина женской эрекции.

«Сколько самомнения», – стараюсь побороть рвотные позывы от мысли, что придется его касаться. Но так надо, чтоб получилось правдоподобно.

– Привет, Тимурчик, – кладу руку ему на плечо. – Какой ты сегодня нарядный. Прикольно, – разглядываю его с ног до головы. – А как тебе мое платье, прикольно? – пытаюсь пробудить в нем ассоциации на повторяющееся слово. Но он пока не врубается. – Как ты думаешь, если бы я покрасилась в рыжий, было бы прикольно? – пропускаю пальцы сквозь волосы, игриво щекоча прядями его щеку.

Тимур прищуривает глаза, и ухмылочка с его лица начинает постепенно исчезать. Взгляд с хищного меняется на вопросительный. Я понимаю, что до него доходит, кого я хочу ему напомнить.

– Ты все еще хочешь меня трахнуть? – томно шепчу. – Считаешь, это было бы прикольно, да? – издаю смешок. – Но… Ты и сам все понимаешь, – хлопаю по плечу. – Поэтому, милый, – поправляю воротник его рубашки, – закрой глазки, я не твоя сказка.

– Гордеева, – с ядом в голосе перехватывает мою руку за запястье. Но тут же отпускает, так как на нас все начинают оборачиваться.

– А теперь серьезно и без приколов. Никогда бы не подумала, что скажу тебе такое, – приближаюсь к его уху. – Спасибо. Спасибо тебе огромное, что у тебя тогда не встал.

Напрягся весь, забыв, как дышать. А я этой реакции и добивалась.

Вот теперь не запятая, не многоточие, а точка.

Отстраняясь, разворачиваюсь на каблуках. Высоко подняв голову и расправив плечи, иду к Дине, которая, как только я с ней равняюсь, сжимает мою ладонь. Она понимает, как никто другой, чего мне стоил этот разговор.

Под приглушенные, постепенно нарастающие звуки музыки следуем к актовому залу. Протискиваемся в открытые настежь двери. Огни гирлянд, световые фигуры и инсталляции на стенах и потолке, танцующие в отрыве студенты погружают нас в атмосферу движа, веселья и наступающего праздника. А я, немного потерянная, начинаю чувствовать себя неуютно. Дрожь пробегает по телу. Обхватываю себя руками. Замечаю, как к Дине подходит Леша. Приветственно мне подмигивает. Растерянно улыбаюсь ему в ответ. Я рада за них. Но они-то сегодня вместе. А я одна. Безумная тоска разъедает накопленное за весь день предвкушение волшебства.

Как назло, включается медленная композиция, сопровождаемая свистами и одобрительными выкриками. Окончательно падаю духом. Сейчас у меня перед носом под предлогом медляка будут зажиматься парочки. И мне придется на это смотреть.

Кручу головой в поисках места, где бы я могла себя чувствовать не так одиноко. И вдруг происходит то самое чудо, которого я так ждала. Посмотрев в сторону, совершенно неожиданно в толпе я встречаюсь с глазами Артема…