34

Ярослав

Адски хочется курить. Башка трещит, а кожу на шее дерет от острых Вариных ногтей.

Она все еще здесь. Со мной. В этой сраной комнате.

Какого черта вообще приперлась?

Дура!

Я и сам идиот, что на все это повелся. Эмоции, чтоб их.

Смотрю, как она собирает свои шмотки, и внутри что-то назойливо скребет.

Блять!

Сажусь на корточки, подхватываю ее штаны и протягиваю ей. Она тут же вырывает их из моей руки и, как затравленный зверек, забивается в угол кровати, начиная остервенело их на себя напяливать.

Переборщил.

Я вообще не ожидал, что она тут появится. Не думал, что вообще заговорит со мной после всего…

А потом набухался и сам ей позвонил. Что говорил — до сих пор вспомнить не могу…

Но, судя по всему, явно что-то про любовь.

Имбецил, говорю же.

Достаю сигареты и закуриваю прямо в комнате. В хате Стеклова — это вообще будет не нонсенс.

Варя тем временем сползает с кровати и, оттянув вниз футболку, крепко сжимает в ладони свой лифчик. На меня смотрит исподлобья.

— Ты в меня влюблена? — спрашиваю, затянувшись.

Иначе зачем ей было нужно устраивать весь этот спектакль?

Варя вздрагивает и тут же краснеет. Хотя секунду назад мне казалось, что покраснеть больше, чем есть, уже невозможно.

— Ответишь? — смотрю ей в глаза.

— Да, — кивает.

— Что «да»?

— Влюблена.

А вот теперь напрягаюсь уже я. Обычно в подобных ситуациях тебя на хуй посылают, а не в чувствах признаются.

После всего…

— И вот это все тебя не смутило? — смотрю на койку.

— Чувства нельзя отменить по щелчку.

— Я тебя унизил.

— Я знаю, — отворачивается.

— И я этого хотел. Намеренно.

— Ты хотел, чтобы я так думала, и просто от тебя отстала, — выдает в стиле интернет-психологини.

— И я хочу, чтобы ты от меня отстала.

— Недавно ты говорил, что тебя устроит секс.

— Ты ничего не умеешь. Секс с тобой скучный, пресный… и…

— Минут десять назад тебе все очень даже нравилось, — злобно шепчет, задирая подбородок.

Знает, что права.

— Ты самый ужасный человек, которого я встречала в своей жизни, но, к сожалению, сердцу не прикажешь, — пожимает плечами и подбирает с пола свою куртку. Она валяется у двери. — Я пришла сюда, потому что решила, что понимаю тебя. Что нравлюсь тебе, просто ты не хочешь этого признавать, — печально улыбается, сдерживая слезы. — Дура. Идиотка. Ты все правильно сказала. Я себя опозорила и опустилась на самое дно, — всхлипывает. — Это настоящий позор, — качает головой и снова начинает плакать.

Сглотнув, открываю окно и выкидываю в него окурок.

Варя в этот момент убирает волосы с лица и пытается надеть куртку, но из трех попыток ни разу не попадает в рукав.

Чувствую себя последним ублюдком, что, кстати, действительно впервые.

Раньше девки не устраивали подобных спектаклей. Да и грубый посыл понимали с первого раза…

— Я сейчас уйду, — начинает бормотать, — только никому не рассказывай обо всем, что тут произошло, и у тебя в квартире тоже. Не рассказывай, — мотает головой.

— Ты думаешь, я этим хвастаюсь? — ухмыляюсь, медленно понимая, что Вэлу-то все равно пизданул, что ее поимел.

— Я не знаю. Просто не хочу, чтобы кто-то знал.

— Никто не узнает.

— Спасибо, — наконец-то надевает куртку и застегивает молнию.

— Давай я тебе такси вызову…

— Не надо. Я сама. Пройдусь. Мне нужно прогуляться.

— Окей.

Варя тянется к ручке двери, и у нее звонит телефон.

Она тут же замирает, шарит по карманам и отвечает на звонок.

— Да. Да, Вань. Конечно, — улыбается сквозь слезы, — хорошо. До вечера. Конечно, я такое люблю. Пока.

Варя скидывает звонок, а меня почему-то так и подмывает спросить, кто ей звонил. Что, блять, за Ваня?

— Пока, — взмахивает рукой.

А я, я тоже качусь на ебаное дно.

— Что за Ваня? — спрашиваю, пересекая комнату, чтобы оказаться рядом с ней.

Варя запрокидывает голову и хмурится.

— Что?

— Че за додик тебе звонит?

— Мне кажется, это не твое дело.

— Тебе кажется.

— Тот, который будет меня любить, дарить цветы и писать стихи.