35

— Гонишь, — тяну ее на себя.

Варя смотрит с вызовом и даже привстает на носочки, будто это придает ей роста. Хотя в нашей ситуации это вообще ничего не меняет.

— Думай как хочешь, — шипит сквозь зубы.

Я свои тоже на автомате стискиваю, чтобы не сморозить очередную хуйню.

Она, блядь, вслух это сказала. Мне!

А теперь стоит и хлопает своими глазищами. Идиотка.

На секунду в этой сраной комнате повисает тишина. Гнетущая. Я слышу только свист в собственных ушах.

— Говорю же, — отталкиваю ее обратно к стенке, разжимаю пальцы на ее локте, — гонишь.

— Повтори, Ярик, ты можешь думать, что хочешь. Мне плевать, — последнее шепчет по слогам.

— Тогда какого хрена приперлась вообще? — выдавливаю из себя ядовитую улыбку. — Сама на мой член кинулась, а теперь строишь из себя нетакусю.

Бешенство, бушевавшее во мне еще секунду назад, стихает по щелчку. Оно сменяется ледяной уверенностью в собственной правоте, и я делаю шаг назад.

— Хотела окончательно убедиться в том, какой ты козел, — выплевывает по буквам.

— Убедилась? — перекатываюсь с пяток на носки.

— На миллион процентов.

— Ну и вали на хрен отсюда.

— С превеликим удовольствием, — язвит, отталкиваясь от стены и тянется к дверной ручке.

Отворачиваюсь и слышу хлопок. Будто невзначай оборачиваюсь и вижу, что Варьку как ветром сдуло.

— Сучка.

В голове в этот момент, как на зло, всплывают ее слова:

«…ты знаешь, секс с ним мне понравился больше, чем с тобой».

Во рту в эту же секунду пересыхает, а перед глазами встает картинка, как он ее трахает.

Какой-то почти обезличенный чувак.

Ну как обезличенный… Ваня же!

Он ее долбит, а она стонет и течет, как сучка.

Блядь!

Осознание того, что меня все это цепляет, ощущается больнее удара по роже в ринге.

Коза драная!

Разворачиваюсь и со всей силы херачу кулаком в стену. Раз. Второй. Третий. Пока кожа на костяшках не трескается, выпуская наружу кровь.

Отпрянув от стены, достаю еще сигарету и, упираясь ладонью в подоконник, открываю окно, пытаясь подавить подступающий к горлу приступ тошноты.

Меня никогда так не разматывало. Никогда я не чувствовал себя так ущербно.

Затягиваюсь и выпускаю дым в окно, слыша удары собственного сердца.

А когда поднимаю взгляд на свое отражение в оконном стекле, вижу свою перекошенную злобой рожу и начинаю ржать.

Это, блин, что-то новенькое.

Неделю спустя

— Хорошо отработал, — хвалит тренер, хлопнув меня по плечу.

Киваю, наблюдая, как он покидает зал, давая понять, что тренировка окончена.

Сую мобильник в карман спортивок и беру курс на душевые.

Быстро смываю с себя пот, одеваюсь и выхожу на улицу, нащупывая в кармане куртки сигареты.

Спускаюсь вниз по ступенькам, направляясь к тачке, и замираю, потому что боковым зрением замечаю Варьку. Она шагает по парку через дорогу с каким-то додиком. Ему для антуража только варежек на резинке не хватает.

Замираю на месте, пытаясь принять тот факт, что эта картинка меня триггерит. Сильно.

Хотя звоночки и так были. Всю неделю не жрать и толком не спать — это сильно. И причина на поверхности, только осознавать ее не хотелось. Совсем.

А сейчас будто кувалдой по башке, и все по мановению волшебной палочки встает на свои места.

Вот она, сраная причина! Шляется с каким-то хлюпиком.

Переношу вес на носки и, крутанувшись, снова направляюсь к своей тачке.

Закидываю сумку в салон и запрыгиваю за руль. Минуты две сижу обездвижено, только барабаню пальцами по рулю.

Почему меня это так цепляет? Почему хочется выйти и как минимум отправить этого козла в нокаут?

Ответов особо нет. Все построено на каких-то едва проклевывающихся чувствах.

Нервно потираю бровь большим пальцем, замечая через боковое стекло, как они уходят все дальше и дальше. И вот, когда их становится практически не видно, выскакиваю из машины и, сиганув через дорогу под красный, рысью бегу туда.

Все получается как в плохом кино.

Пелена застилает глаза. Моргаю и вижу перед собой ее.

— Ярик? — слышу испуганный Варин голос, который режет слух.

Но в этот момент ее силуэт для меня размывается. Теперь я вижу только его.

Вылизанный, вычищенный ботан Ивашка.

— Мы знакомы? — гундит этот придурок.

Но по взгляду вижу, что нервничает. Еще минута, и в штаны нассыт.