6
На следующий день
— Черт! — шипит Полька, раздосаданно вытряхивая содержимое своей сумки на подоконник.
— Что случилось? — застываю с зеркальцем в руках и перевожу взгляд на Полинку.
Мы зависли в коридоре универа сразу после четвертой пары.
— Телефон пропал.
— В смысле, пропал? — прячу зеркало в сумку, быстро оглядываясь по сторонам, будто Полинкин мобильник где-то тут может валяться.
— Вот так: перед парой был, а теперь нет, — вздыхает, прикусывая нижнюю губу.
— Надо в аудитории посмотреть. И вообще везде, где мы были перед парой.
— Нужно, — Полина воинственно кивает, и мы бежим шерстить корпус в поисках телефона.
Правда, успехом наша миссия не заканчивается. В общагу возвращаемся с пустыми руками.
— Что теперь делать? — спрашивает Поля и кидает сумку на кровать. — Телефон хоть и старенький, но проработал бы еще не один год.
— Может, найдется, — предполагаю лучшее. — Вдруг его найдут… на кафедру отнесут, например.
— Было бы хорошо.
— Будет, — улыбаюсь и наливаю нам с Полинкой чай.
Общага у нас не блочная, а комнатная. Кухня одна на весь этаж, но радует, что чайник можно греть в комнате. Ребятам этажом ниже так не повезло: у них если не на кухне ставят, пробки сразу выбивает.
Достаю печенье, кружки, ставлю всё это добро на стол.
Мы живем втроем: я, Поля и Ира. С последней общаемся в разы меньше. Как по мне, у неё взгляд холодный, бесчувственный какой-то. Аж до мурашек. Я на такие вещи очень чувствительная.
— Варь, телефон! Я тебе звоню!
Поворачиваюсь на Полькин голос. Мой телефон и правда звонит. Лежит и жужжит на столе. После пар до сих пор не сняла беззвучный режим.
— Алло? — говорю в трубку.
Поля замокает в ожидании и даже ноготь на мизинчике прикусывает.
— Варя?
— Ага. Это кто?
— Я нашла этот телефон в универе, в главном корпусе. Вы знаете хозяйку?
— Да, это моя подруга.
— Отлично. Как я могу его ей вернуть?
— Завтра на парах, — отвечаю, даже не спрашивая Польку.
— У меня до конца недели ни одной пары в главном не стоит. Может, где-то в городе пересечемся?
— Щас, — отвожу телефон от уха. — Поль, телефон твой нашли, — протягиваю ей трубку. — Договорись, где встретиться.
Полина расплывается в улыбке и начинает быстро тараторить, куда ей подойти.
Заливаю чайные пакетики кипятком, а Полина тем временем записывает на листочке адрес с местом встречи.
— Спасибо, да, я подойду. Все! — смотрит на меня. — Сегодня встречусь и заберу.
— Класс. А где?
— Вот адрес.
— Это же парк, — хмурюсь. — Тут недалеко, но там вечно гопники тусуются.
— Да? Я не знала…
— Ладно, вместе сходим, — протягиваю Полине чай. — А вообще, лучше на такие встречи днем ходить, Полин. Мало ли придурков.
Делаю глоток, а в дверь вдруг начинают долбиться.
— Ну, кто там еще? — ору недовольно.
— Вдруг коменда, — шугается Полька и бежит открывать.
Проворачивает ключ в замке, тянет на себя дверь и являет нашим взорам моих родителей.
— Варюшка! — кричит мама и бросается ко мне.
— Мам, вы тут как? — бормочу, зажатая в стальные тиски маминых рук.
Она у меня женщина сильная, волевая, плотная, с широченными плечами и ростом под метр девяносто.
Я в этом плане пошла в прабабку: мелкая и тощая. Меня всю жизнь все пытались накормить…
— Мы проездом, но решили с Лешкой к тебе заскочить. Еды вам захватили, — кивает на сумки.
Папа Леша все это время мнется в дверях. Он мне не биологический, но самый что ни на есть родной. С трех лет меня воспитывает.
— Так, девчонки, — командует мама. — Тут яйца, куры, мед, варенье. Одеяло тебе, Варька, пуховое привезли, чтобы не мерзла. Зима скоро. Обогреватель. Шторы я в гостиную новые купила, вам старые захватила. Повесите. Леш, ну чего встал, заходи, сумки разобрать надо.
— Спасибо, тетя Люба, — благодарит Полинка.
— Ешьте, девочки, ешьте. Как дела у вас? Учеба?
— Нормально, мам, — улыбаюсь.
— Вы курей в морозилку положите. Хорошо, что холодильник есть. Леш, положи!
Папа с улыбкой вздыхает, и мы с ним понимающе переглядываемся.
Родители у меня классные. Простые, как пять копеек, но нереально крутые при этом, понимающие и даже современные. Во всем поддержат!
У них свое большое хозяйство. Куры, утки, козы, корова, телята, кролики, пчелы.