9

Я вошла в кабинет, и дверь за мной захлопнулась, отрезав путь назад, словно за мной сомкнулись стены этой комнаты. Полумрак поглотил меня, и на мгновение показалось, что я попала в ловушку. Глубокий тёмно-зелёный цвет обоев казался живым, как будто впитывал каждый звук, создавая странную, давящую тишину. На массивном деревянном столе передо мной были аккуратно разложены бумаги, старинные перьевые ручки, кожаные папки — всё выглядело неестественно упорядоченным, как экспонаты в музее. В углу стояли позолоченные часы, их ровное тиканье казалось единственным живым звуком в этом поглощённом тьмой пространстве.

Тео-старший сидел напротив меня в массивном кожаном кресле, его фигура почти растворялась в полумраке, отчего он казался чем-то больше, чем человеком — статуей или тенью, которая наблюдает за тобой, едва не касаясь своим холодом. Его глаза, тёмные и проницательные, изучали меня с тем спокойствием, которое предвещает опасность, как взгляд хищника перед прыжком. Я ощутила, как внутри растёт чувство тревоги, и мне пришлось собрать всю свою волю, чтобы не показать этого.

— Дарин, — его голос прозвучал глубоко, с лёгким оттенком насмешки, от которой у меня пробежали мурашки по коже. — Я уже давно ждал этой встречи.

Каждое его слово казалось тщательно взвешенным, будто каждое имело скрытый смысл. В этом голосе чувствовалась безразличная угроза.

Я сделала глубокий вдох и, стараясь сохранить твёрдость, ответила:

— Вы хотели поговорить? — Я попыталась произнести это ровно, но голос слегка дрогнул.

Он усмехнулся, словно предвкушая что-то неприятное для меня, и чуть наклонился вперёд, его глаза сверкнули холодной сталью.

— Не только поговорить, — ответил он. — Я хотел увидеть тебя. Ты удивительно похожа на своего отца. Тот же взгляд… та же дерзость, что я вижу в твоих глазах сейчас. Правда, в твоём возрасте он уже понимал, в какой игре участвует. А вот ты… — он сделал паузу, усмехнувшись, — пока лишь гостья в этом мире.

Его слова прозвучали как вызов, будто он хотел испытать меня на прочность, и я почувствовала, как его голос и взгляд давят на меня всё сильнее.

— Мой отец не имеет к вам никакого отношения, — тихо, но твёрдо ответила я, стараясь не отводить взгляд, хотя внутри всё переворачивалось от напряжения.

Тео-старший усмехнулся, не скрывая издёвки, его глаза блеснули опасным интересом.

— Конечно, конечно, — проговорил он медленно, наклонив голову набок, будто раздумывая над чем-то своим. — Я слышал это и от него, много лет назад.

Я почувствовала, как ладони вспотели, но сжала их в кулаки, стараясь сохранить самообладание.

— Я не понимаю, о чём вы, — выдавила я, но сама слышала, как неубедительно звучат мои слова.

Тео-старший лишь хмыкнул, откинувшись в кресле, и продолжил своим ледяным голосом:

— Ты ведь знаешь, что он работал на меня?

Я замерла, не веря своим ушам. Эти слова звучали как злой розыгрыш, как неправда, которой он надеялся меня сломить. Я сжала кулаки, едва сдерживая гнев.

— Нет, — ответила я холодно, скривив губы. — Мой отец никогда бы не работал на кого-то вроде вас.

Тео-старший лишь усмехнулся, не обращая внимания на моё возмущение, словно мои слова не имели для него никакого значения.

— Ты уверена? — переспросил он, и в его голосе зазвучало пренебрежение. — Твой отец был одним из моих лучших людей. Умный, надёжный, преданный... почти. Пока не решил, что может уйти и зажить жизнью порядочного человека. Как будто он мог просто вычеркнуть своё прошлое и забыть о том, чем занимался.

Его слова пронзили меня, как лезвия. Я смотрела на него, пытаясь убедить себя, что он лжёт, что всё это — его способ манипулировать мной. Это было невозможно. Мой отец был честным человеком, он бы не связался с такими, как Тео.

— Я вам не верю, — тихо сказала я, но мой голос дрогнул, и я услышала это. — Вы просто пытаетесь запутать меня.

Он снова усмехнулся, его глаза сверкнули холодным светом.

— Ты можешь продолжать тешить себя иллюзиями, но правда остаётся правдой, даже если ты не хочешь её принять, — произнёс он спокойно. — Твой отец когда-то был частью этого мира, моей семьей. И сейчас, когда ты стала девушкой моего сына, я надеюсь, что он одумается и поймёт: возвращаться — его единственный путь.Твой отец много знает, и его знания опасные, — произнёс он медленно. — Когда он решил уйти, он сделал выбор не только за себя, но и за тебя, даже если ты об этом не подозревала. Оставить всё, бросить нас и исчезнуть — это риск, на который он пошёл ради своей семьи. Но он забыл одну простую истину: от прошлого не убежишь.

Его слова звучали как приговор. Сомнения, которые он посеял, словно прорастали ядовитыми корнями в моей душе. Мог ли мой отец действительно связаться с таким человеком? Возможно ли, что всё, что я знала о нём, было лишь тенью того, кем он был на самом деле?

— Зачем… зачем вы рассказываете мне это сейчас? — произнесла я, борясь с собственными эмоциями.

— Потому что, — В его голосе слышалось что-то пугающее, что-то неизбежное. — Я верю в судьбу. И то, что ты стала девушкой моего сына это возможность… Возможность для твоего отца прекратить многолетнюю войну и вернуться.