Глава 20

Рустам

Мой центр уже живет своей жизнью.

Открываются новые секции, мы стараемся подбирать лучших тренеров, мы аккредитованы.

Растем.

И на это мне не жаль никаких денег.

Мне нравится, что мелкие не бухают в подворотнях, не кидают под губу всякую дрянь… У них есть команда, есть интересы, цели…

Мечты даже.

Наверное, именно поэтому я выбрал детский спорт.

Наверное… Мне просто нужна была масштабная цель, чтобы не свихнуться.

Хотелось видеть, как горят глаза у этой школоты, чувствовать чей-то кураж, вспоминать, как сам шел когда-то к своим целям…

Без этого я бы, наверное, сам уже давно скатился. Пошел бы по стопам отца, или даже еще гораздо ниже.

Поднявшись на третий этаж, заворачиваю к своему кабинету.

– Рустам Эльдарович! – тут же звонко бьет по ушам. – Добрый день.

У дверей, за стойкой, стоит мой секретарь – Мария.

Девушка она неплохая.

Единственный её минус – слишком любит поболтать. Иногда от этого у меня начинает жутко болеть голова.

– Добрый, Маш.

– Я подготовила вам список лучших тренеров по баскетболу в крае. Как вы и просили. Пометила тех, кто может рассмотреть переезд при хороших условиях.

Киваю, принимая из её рук список, и прохожу в кабинет.

– Спасибо.

– Кстати, вчера по спортивному показывали вашу игру на последнем чемпионате в Бразилии.

– М-м…Ясно.

Сажусь в кресло.

– Вы играли просто блестяще!

Чувствую, как внутри начинают дребезжать все нервы.

Не люблю вспоминать этот матч.

И, опустив взгляд, пробегаю глазами по списку, пытаясь сосредоточиться хотя бы на нем.

– Кх-м. Спасибо.

– Но в момент травмы…

Крепче смыкаю челюсти.

А вот этот момент я не люблю вспоминать особенно.

– Знаете, мне было так жутко на это смотреть – чуть тише продолжает Мария. – Это ж вообще кошмар! Даже не представляю, что вы испытывали в тот момент… У вас столько боли на лице было. Наверное, ощущения просто адские… Да?

Да, блядь.

Умница, догадалась!

– Надеюсь, сейчас нога вас не беспокоит?

– Нисколько – спокойно вру я.

На самом деле, иногда беспокоит.

В основном – в хреновую погоду.

А еще реже – мучают приступы, природы которых врачи так и не смогли мне объяснить.

В Европе говорили, что эта боль, скорей всего, психогенная, но мне в этом разбираться некогда.

Не так уж часто это и бывает.

– Ой… Я считаю, что вам крупно повезло, Рустам Эльдарович… Это был такой жуткий момент. Слава Богу, что все в порядке.

– Да. Слава Богу. Маш, можно мне кофе?

– Конечно-конечно…

Выдыхаю, когда дверь за ней закрывается.

Последний чемпионат я ненавидел всей душой. И все потому, что там был именно мой промах, моя собственная ошибка.

Осознавать это – тяжелей всего.

Хотя, черт его знает, что хуже…

Всю жизнь прожить на самом верху, так и не узнав, что рядом с тобой люди, которые ценят тебя только за статус. Или скатится в самый вниз, разбить все кости вдребезги, но осознать, что бывает в жизни хоть что-то по-настоящему стоящее.

Бывает ведь?

Через час, разобравшись со всеми делами, скорей стартую домой. По пути прихватываю букет каких-то пышных цветов в магазине.

Нежные такие. Легкие.

Кажется, девочка-флорист называла их гортензиями, но я не уверен.

Я, блядь, как из каменного века. Даже не помню, когда в последний раз дарил женщине цветы!

Деньги на счет – перечислял, салоны красоты – оплачивал, но вот так идти к кому-то с цветами, как какой-то влюбленный пацан…

Такого у меня давно не было.

И чтоб мотор в груди бился на полную мощность – это тоже почти в новинку.

Приехав домой, открываю ключом дверь и, не разуваясь, иду по коридору.

Внутри слишком тихо.

И теперь – прежде такое привычное ощущение навеивает какую-то тоску. Я необъяснимо злюсь, прислушиваясь к звукам своих же шагов в мертвом доме.

Захожу в пустую кухню.

Псих сидит на подоконнике и меланхолично смотрит в сторону соседского дома.

Подхожу к окну, и мы с ним переглядываемся, как два узника в камере особого назначения, где любые слова и звуки – излишни.

Всё и так понятно.

Скатился ты, надзиратель. Скатился до простого пленника…

Ну и ладно…

Чего тянуть-то?

Хватаю кота подмышку. В другую руку беру цветы…

И вот с таким вот весомым набором артиллерийских орудий направляюсь к соседским дверям.