35. Меню для миллиардера

С утра было странное состояние. Какое–то внутреннее непонятное напряжение. На парах удавалось слушать вполуха, на вопросы отвечала невпопад, на переменах шарила глазами по лицам студентов. И только после второй лекции до меня дошло что со мной! Интуитивно я боялась встретить Арсения и посмотреть ему в глаза. Я же как бы предала свои чувства к нему. Отговорка, что временно, не облегчает душевные терзания. Но Матвеева опять нет, я после каждого «осмотра» лиц чувствую облегчение. Взываю к чувству вины в себе, а его нет. Вместо него – ожидание встречи с Костей. Он полночи писал приятные, местами откровенные и пошлые сообщения, от которых горели уши и сбивалось дыхание. Жалел, что отпустил вчера. А я нет! Если бы я осталась у него, то просто так уснуть и проснуться в доме мужчины уже не получилось бы. Мне его напор все сложнее сдерживать. И самой тоже. Мысленные обещания, которые давала Арсению сохранить себя для него, уже не кажутся важными. Оценит ли он? А вот Костя… Нет–нет–нет! – бью себя по губам. Даже не думай об этом! Утром мужчина напомнил о себе доставкой кофе и горячей выпечкой на наш адрес. На всех четверых. Заботливый мой. Я соскучилась. Из института прилетаю сразу после третьей пары. В кафе у меня выходной. Наверное, это нечестно из–за вчерашнего прогула, но я решаю подумать об этом потом. Да и что мне Иван сделает – выговор влепит, премии лишит? Пусть. Придумаю что–нибудь. Ужин у Кости дома важнее. Просто потому, что мне понравился его дед, и не хочется подводить жениха. Главное, не забывать, что он временный, а то я начинаю привыкать, что он у меня есть. Инспектирую балкон, холодильник, шкафчики и кладовку. Собираю продукты. Родители подкармливают бедных студентов провизией. Папа совсем недавно пополнял запасы. Все не заберу, девочкам тоже остается. Костя сказал, все купим в супермаркете, я отмела его предложение сразу. Разве можно сравнить маринованные мамины огурчики с магазинными? – Ты уверена? – с сомнением заглядывает в сумки Галка. – Этим хочешь удивить миллиардера? Давай я хоть выпечку какую из пекарни принесу. Кулебяку там или расстегаи. – У меня нет задачи удивить. Я просто хочу вкусно покормить мужчин. – Жареной картошкой, солеными огурцами и салом? – А еще селедочкой с лучком и томатами в собственном соку, – беру в руки баночку, кручу на ладошке как драгоценный сосуд. – И блинчиками со смородиновым вареньем! – Ну–ну. Надеюсь, ты знаешь что делаешь. Конечно! – Хотела бы я посмотреть на их лица, – хихикает Галка, впихивая в и без того полный пакет баночку лечо. А еще пять минут назад она вцепилась в нее обеими руками, не желая отдавать вкуснятину. Мама нашла рецепт лечо по–болгарски, вот уже третий год мы с ней по осени закатываем по тридцать баночек и все мало. – Ой, – бросаю взгляд на настенные часы, – скоро Костя за мной приедет, надо переодеться. – Эм–м… – что–то хочет сказать подруга, но я тороплюсь. Влетаю в комнату, распахиваю шкаф. Что надеть? Надо, чтобы было удобно, но и красиво тоже. Достойно семейства Шириных. Юбку, шорты, спортивный костюм, платье? И все–таки платье. Простое хлопковое, прямого кроя. Сверху фартучек и будет чудно. Надеваю его, кручусь перед зеркалом. Боковым зрением замечаю что–то необычное в комнате. Оборачиваюсь. А… Это как… Это кто… Когда… Надо позвать Галку, спросить, чьих это рук дело, вот только губы шевелятся, а голосовые связки пересохли. В дверь звонят. Это Ширин приехал за мной, надо открыть, впустить, всучить сумки, пойти вместе с ним к машине, но вместо этого я истуканом стою перед своей кроватью, пялюсь на фотографию на стене. Снова звонок. – Я открою, – кричит из коридора Галя. Буря, которая было поднялась во мне при виде фото, утихла. Любуясь изображением, прощаю девочкам их проделку. Господи, какой он же красивый! А эта дерзкая улыбка, ослепительно белые зубы, кошачий взгляд синих–синих глаз… Смотрит прямо на меня, будоражит, будит в животе бабочек. Тело мгновенно вспомнило и страстные поцелуи, и смелые руки… – Насть, там к тебе, – трогает меня за плечо Галка. – Его брат. – Кто? – отрываю затуманенный взгляд от фотографии. – Илья. Поговорить с тобой хочет. Прощения попросить… – Скажи ему, что у меня неприемный день. И ему лучше уйти прямо сейчас, если не хочет встретиться еще раз с кулаками Кости. Допроса избежать мне не удалось. Девчонки из меня вытянули подробности вчерашнего ужина. Поведение Ильи у всех вызвало негодование, а Кости – восхищение. – Вообще я ему уже все сказала, – виновато опустив глаза в пол, признается подруга. – Да? Ну и правильно. Ушел? – Неа. На кухне сидит. Закатываю глаза к потолку. Вот же упрямый. Как Костя. На Илью я не злюсь и не обижаюсь. В каждом человеке есть говнецо, просто в ком–то побольше, в ком–то поменьше. Костиного брата мне просто жаль. Он несчастен, а Милена не может ему помочь. Присосалась. Пиявка. – Насть… а его невеста… красивая? – вспыхивают алым Галкины щеки. О–о–о… – Тебе в подметки не годится. Чего стоишь? Иди, развлекай, раз выгнать не можешь, – подталкиваю ее к выходу. – Чаю ему предложи, – усмехаюсь. Получив разрешение на марш–бросок, Галка ловким движением поправляет содержимое лифака, смахивает прядку с лица и расправив плечи, шагает из моей комнаты. Через пару минут слышу ее заливистый смех. Так–то, зазнайка Милена, кое–кто может с легкостью занять твое место. Подруга у меня боевая, живо Илюша у нее под каблуком окажется. Не выйдет у Галки, подключатся Майка и Яна. «Я приехал, поднимаюсь» – получаю сообщение от Кости. Мамочки! Он же сейчас встретится здесь с братом! Если что – я не виновата!