Глава 13

Встать сегодня пришлось ещё раньше обычного — нужно было успеть спокойно выпить кофе, позавтракать и собраться на автобус.

На подушке сладко посапывала кошка — единственная, кто признавал только Войнова. Маленькая пушистая завоевательница и ночью не оставляла попыток захватить подушку в единоличное владение: растягивалась во всю длину, будто заявляя права на территорию. Захар не спорил. С улыбкой наблюдал за проделками любимицы, делился с ней постелью.

«Ну хоть кто‑то претендует на место в моей постели»,— с тёплой иронией думал он.

Кошка не упускала ни единой возможности выпросить ласку. И всюду следовала за ним по пятам, суя любопытный носик в каждое его занятие. Удивительно, но эта назойливость совсем не раздражала. Кто бы мог подумать, что он, всегда державшийся от животных на расстоянии, так привяжется — да ещё и к кошке!

Несколько дней назад они побывали в ветклинике. Диагноз врача — здорова, стерилизована — прозвучал как неутешительный приговор. Захар уже успел помечтать о том, как через несколько месяцев Ладушка принесёт ему котят. Теперь эти мечты рассыпались в прах. Кто‑то лишил кошку радости материнства, а его — возможности возиться с пушистыми комочками.

«Точно стареешь, Войнов. Уже и с детками хочешь возиться»,— мысленно усмехнулся он.

«Может, пора своих рожать? Только мамку для них нужно выбрать правильную…»

Взгляд невольно метнулся в сторону Ирины. Перед глазами всплыл её образ: спокойная, домашняя, с тёплым взглядом и обворожительной улыбкой.Хорошая женщина. Соблазнительная. Добрая.

Надо брать?

Или пока повременить? Присмотреться внимательнее?

Да сколько можно присматриваться? Да и толку? Люську он знал практически всю жизнь. И что? Это не уберегло его от разочарования и боли…

С утра в автобусе было тесно от народу. В основном — люди пенсионного возраста, и какие‑то озлобленные. Взгляды — будто готовы пригвоздить к месту; слова — словно проклятия выплёвывают. И даже не пытаются приглушить голос, обсуждая кого‑то или жалуясь друг другу на тяжкую долю.

Спорить тут бесполезно: жизнь у них и вправду не сахар — с их‑то пенсией. Но зачем вываливать всё на посторонних? Тем более с непременным выводом: во всех бедах виновата молодёжь.

Старики смотрели на молодых с такой неприкрытой неприязнью, что Войнов невольно сжимался. Ему всё сильнее хотелось спрятать Ирину — хоть полотенцем из рюкзака накрыть, лишь бы не пялились на её красоту.

Но на этом «приключения» не закончились. Выехав за город и проехав по трассе мимо пары небольших сёл, они вышли у третьего. Место ничем не примечательное. Вот только до села — а значит, и до моря — предстояло пройти ещё два километра. В принципе, расстояние невеликое… если бы не одно жирное «но»: солнце с самого утра нещадно палило, а ни малейшего ветерка не чувствовалось. Лишь высоко в небе безмятежно парили ласточки.

Ирина шла и беззаботно рассказывала о забавных случаях из своей жизни. Всё утро она старательно улыбалась, пытаясь убедить его, что у неё всё хорошо. Но Войнов видел: это не так. Он понял это ещё вчера, когда она вернулась с работы. Что‑то явно гложило её изнутри, но делиться проблемами она не захотела. Отмахнулась, заверила, что беспокоиться не о чем.

Такой ответ Захару категорически не понравился. Даже если она пока не его женщина — это не повод оставаться в стороне. Он хочет помочь. Может помочь. И обязан это сделать…

— Слушай, давай тебе щенка подберём? Смотри, какие милахи! — проходя мимо крайнего дома (за ним уже начинался спуск к пляжу), предложил Захар и кивком указал на трёх маленьких комочков шерсти, резвившихся в палисаднике.

— Угу. А ухаживать кто за ним будет? Ты? — с сарказмом отозвалась Ирина. Впрочем, на щенков она всё же посмотрела с нежностью.

Хорошенькие! Так бы и затискала…Но брать ответственность она не готова. Кто будет заботиться о крохе, пока она на работе?

— Могу и я — если оставишь меня насовсем, — с добродушной ухмылкой ответил Войнов и стрельнул в неё многообещающим взглядом. — Оставишь? — вдруг остановился он, преградив ей путь.

Ирина растерялась. Хлопнула ресницами, лихорадочно соображая, как мягко уйти от ответа.

— Да ладно, пошутил я, — хмыкнул Войнов. Но во взгляде читалось нечто, заставлявшее усомниться в шутке.

Тем не менее Ирина была благодарна ему за эту неожиданную попытку разрядить обстановку.

Они продолжили путь.

— Ну хоть море у вас чистое, — снова заговорил Захар, остановившись перед лестницей и окинув взглядом морскую гладь. — И людей не много — это плюс.

— И даже несколько зонтиков есть. Главное — успеть занять один из них.

— Отвоюем, не переживай, — игриво подмигнул ей Войнов.

Даже если бы Ирина захотела переживать из‑за такого пустяка, рядом с ним это было невозможно. Он излучал такое спокойствие и непоколебимость, что все тревоги словно растворялись.

Она улыбнулась и первой шагнула на лестницу.

Тихий шум прибоя дарил умиротворение. Солёный воздух хотелось вдыхать глубже, наполняя им лёгкие до отказа. Ирина наслаждалась каждым мгновением — улыбка сама расцветала на её лице.

Расположившись в тени пляжного зонтика, она время от времени бросала взгляды на море. Но не ради бирюзовой глади — её внимание приковывал Войнов. Он плавал с лёгкостью дельфина, его движения были точными и грациозными. Спортивное телосложение, уверенные взмахи рук — словно герой любовного романа сошёл со страниц книги.

Ирина с нескрываемым удовольствием наблюдала за Войновым, хотя в душе шевельнулась лёгкая ревность: несколько женщин явно старались оказаться поближе. Особенно две дамы средних лет — их выбор купальников словно кричал о завышенной самооценке. Бикини на пышных фигурах смотрелись вызывающе.

«Даже я, при вполне нормальной комплекции, не рискнула бы надеть такое»,— мысленно отметила Ирина. А эти две «сдобные булочки», ничуть не смущаясь, дефилировали вдоль кромки воды, будто демонстрируя себя всему пляжу. Вернее, Войнову.

Но ему, похоже, не было никакого дела до окружающих — он целиком погрузился в наслаждение плаванием. Лишь спустя минут сорок Захар вышел из моря, сияя от удовольствия. Улыбка во все тридцать два зуба, в глазах — восторг, а походка напоминала ленивого хищника, только что сытно пообедавшего.

«М‑мм, какой же он…»

Хорошо, что солнцезащитные очки скрывали её взгляд.

Дамочки что‑то крикнули ему, торопясь подойти, но Захар даже не повернул головы. Его взгляд будто приклеился к Ирине. И тут же её сердце пустилось в бешеный ритм, дыхание сбилось. Неосознанно она облизнула губы, спохватилась и заставила себя улыбнуться в ответ.

Войнов сел с другой стороны подстилки, проигнорировав полотенце, и повернулся к ней вполоборота.

— Почему не купаешься? — спросил он мягким, обволакивающим голосом.

Ирина на миг замерла.«Или это я перегрелась на солнце — и мне только кажется, что он флиртует сверх меры?»

— Не умею плавать, — пожала она плечами. — А просто зайти и постоять в воде… как‑то не комильфо. Я лучше на песочке полежу, море послушаю.

— Так давай научу, — легко предложил Захар.

Ирину обрадовало, что он не стал, как многие, удивлённо восклицать: «Как, ты всю жизнь живёшь у моря и не умеешь плавать?!» Подобные замечания неизменно выводили её из себя.

— Как‑нибудь в другой раз, — мягко отклонила она его предложение.

— Договорились.

Он потянулся за бутылкой воды, сделал несколько жадных глотков, отбросил её в сторону — и неожиданно откинулся на спину. Его мокрая голова слегка задела бок Ирины.

Она вздрогнула, неосознанно втянула живот и округлившимися глазами уставилась на него. Захар, довольно усмехнувшись, подмигнул ей и тряхнул волосами — брызги полетели во все стороны.

— Захар! — возмущённо воскликнула Ирина, невольно привлекая ещё более пристальное внимание «сдобных булочек».

Те уставились на неё исподлобья — взглядами, полными откровенной неприязни.

«Интересно, как бы они делили Войнова, если бы он обратил на них внимание? Подрались бы за него или с двух сторон задавили своими объёмами? Эдакий бутерброд получился бы…»— с лёгкой иронией подумала Ирина.

Хорошо, что Войнов не отвлекался на окружающих — его взгляд был устремлён только на Ирину. И настолько пристальный, что она невольно краснела.

И ещё лучше, что она ни за что не отдаст его этим дамочкам. Пусть ищут кавалеров в своей весовой категории — нечего засматриваться на чужого!

«Сухорукова, а с каких это пор ты его присвоила? Ты же постоянно вдалбливаешь себе, что бесперспективный бомж тебе не нужен»,— ехидно проскрипел внутренний голос.

Вдалбливает. Да только толку от этого — ноль. Он, зараза, умеет искушать одним своим присутствием.

— Извини, не удержался от маленькой пакости, — с обольстительной улыбкой и наигранно невинным взглядом произнёс он.

Захар лёг, умиротворённо выдохнул и прикрыл глаза.

Ирину вдруг охватило почти неодолимое желание пропустить сквозь пальцы его мокрые волосы, нежно погладить, приласкать. Но она тут же одёрнула себя: поддаваться искушению нельзя!

С усилием расслабившись, Ирина тоже прикрыла веки, заложила руки за голову и вновь погрузилась в музыку моря. Постепенно она ощутила полное умиротворение — не только от ласкового солнца и плеска волн, но и от близости мужчины рядом. Пусть между ними пока ничего нет… И, кажется, лишь из‑за её собственных сомнений и нерешительности.

Резкий, обжигающий поцелуй в область нижних рёбер заставил её вздрогнуть и оборвать мысль. В изумлении распахнув глаза, она ошеломлённо уставилась на Захара: он уже перевернулся на живот и опирался на предплечья. Его взгляд обжигал даже сильнее, чем недавний поцелуй.

— Ты что творишь? — прошипела она, словно разъярённая кошка, совершенно дезориентированная. Как реагировать? Отчитать? Или поощрить?

Ох, она окончательно запуталась.

Вместо ответа Захар вновь коснулся её губами — на этот раз чуть выше. А следом ещё один поцелуй — уже в опасной близости от груди.

Дыхание сбилось, сердце заколотилось как бешеное, во рту пересохло. Ирина с трудом удержалась от того, чтобы облизнуть губы — боялась спровоцировать его ещё сильнее.

Сглотнув, она продолжала ошеломлённо наблюдать, как он пружинисто поднялся, обхватил её за талию и резко потянул на себя. Она даже не успела возмутиться — в одно мгновение оказалась на ногах, плотно прижатая к его телу.

— Пойдём купаться, — хрипло промолвил он.