Часть 11

Состояние забытья, в которое я провалилась, было целительным. В голове хороводами мелькали картинки — то Нина скакала верхом на Виталике, то на Сергее, то просто превращалась в кентавра и растворялась в пространстве.

А еще я видела огромного медведя, за которым скрывался Дамир, он всегда приходил на помощь в то мгновение, когда я начинала подозревать, что окончательно схожу с ума.

В этот момент рядом был Ян. Он просто приходил в комнату, садился на край постели возле меня и сидел. И мне становилось легче.

Когда же в прихожей хлопнула дверь, возвещая о том, что брат собрал племянников и повел в садик, я больше не смогла оставаться в горизонтальном положении. Поднялась с кровати и поплелась на кухню. На столе увидела наспех нарисованное дочкой послание — тюльпан и подпись внизу: «Мама, ни балей!»

Возле картинки стояла чашка с дрип-кофе, еще не залитым кипятком, а также круассан в заводской упаковке.

Мне стало очень горестно на душе из-за того, что детки явно переживали. Сегодня заберу их из садика с обеда, а на работе скажу, что беру выходной. Мне все равно там должны отгулы, так что отпустят без труда. А я не буду думать ни о чем плохом, просто возьму детей в охапку, отведу в кафе. Мы будем много болтать обо всем, кроме того, что случилось. Есть мороженое и веселиться…

От этих мыслей из глаз брызнули слезы. Предательская влага потекла ручьями, так что когда Ян вернулся из садика, застал меня в ванной. Я просто сидела на бортике и ревела белугой.

— Сделаю нам кофе и подожду на кухне, — сказал хмурый брат. — Придешь и все расскажешь.

Его голос прозвучал уверенно, а я ухватилась всем своим существом за понимание: у меня есть поддержка. Я выстою. Иначе и быть не может.

Умылась и вернулась на кухню, где Ян уже приготовил нам по чашке бодрящего напитка и, усадив меня за стол, велел:

— Расскажи все. Дамир только вкратце поведал мне про Сергея. Я хочу знать все от тебя.

Я заставила себя пригубить глоток кофе со сливками и сахаром. Показалось, что хоть ненадолго, но стало легче.

Сергей ведь тоже уже поднялся, не так ли? Чем там его потчует Ниночка? Разносолами и сытными блинами-оладьями? Или у них в почете несколько иной вид трапезы с утра?

— На тех выходных, когда мы были у Рудиковых, Люда и Виталик активно намекали мне на то, что Лапушина спит с Карелиным. Потом я застала парочку, которая трахалась внизу. Ну как застала… слышала кое-что краем уха, когда спустилась, никого не обнаружила. Они уже закончили, — я немного перевела дух и продолжила: — Когда не смогла выдерживать шутки про Сережу и Нину, мы уехали. А потом я увидела Лапушину с Виталиком в секс-шопе. Они вели себя как пара. Я записала это на видео, показала Сереже. Вместо того, чтобы похохотать над этим вместе со мной, он отправился к Рудикову бить морду. А потом мне позвонила сама Лапушина и сообщила, что они с Сергеем будут жить вместе.

Я подняла на брата взгляд. Он смотрел одновременно шокированно и вопросительно.

— Карелин тоже взял трубку и подтвердил ее слова. Они будут жить семьей… наверно, шведской, — не удержалась я от ремарки.

Брат молчал. Только взирал на меня во все глаза, и его вид был лишь слабым отражением того, что ощущала я сама.

— Похоже, пить надо было вовсе не кофе, — пробормотал он, что вызвало у меня нервный смех.

— Дети в порядке? Не сильно переживают? — спросила я у брата.

Он поспешил меня заверить:

— Все нормально. Я соврал, что у тебя короткий вирус. Что папа их пока побудет не дома, чтобы не заразиться. А я могу быть рядом — ведь у меня иммунитет, а детям болезнь не передается.

Я протянула руку и с благодарностью сжала пальцы Яна. Он ответил тем же, делясь со мною своей поддержкой, в которой я так отчаянно нуждалась.

— Что будем делать? Соберем шмотки Карелина и выкинем к черту? — задал вопрос брат деловым тоном.

Я помотала головой.

— Не думаю, что это хорошая идея. Он приедет вечером. По крайней мере, обещал. Сможешь побыть няней еще и сегодня?

Я состроила просящую гримаску, но с братом можно было никого из себя не изображать. Он уверенно кивнул и заявил:

— Ты можешь на меня полностью положиться.

Из глаз моих вновь потекли слезы.

Свой план, который касался времяпрепровождения с сыном и дочерью, я выполнила. И как же славно было понимать, что он сработал! Мне стало гораздо легче, когда я провела время с моими малышами.

Я осознавала, что это чувство эфемерно, что когда я вернусь домой и тем более увижусь с мужем, мне станет плохо вновь. Но пока у меня имелись в распоряжении минутки легкости, я ими наслаждалась.

Я ими питалась.

И вот малыши были отправлены к Яну и бабушке с дедушкой, а я направилась в нашу квартиру, уже зная, что увижу там Карелина.

И точно — стоило мне оказаться у подъезда, я увидела машину, на которой приехал Сергей.

Буквально влетев на седьмой этаж, я ворвалась в прихожую ураганом, потому что в голове рисовались картинки того, как муж явился домой в сопровождении Ниночки.

Но Карелин был один. Он сосредоточенно собирал вещи в нашей комнате, и когда я увидела эту картину, сердце мое защемило от острой боли.

В противовес тому, что чувствовала, я подскочила к мужу и, пока он не успел ничего понять, размахнулась и влепила ему звонкую оплеуху.

Даже сладко на душе стало от того, какой тупой болью отозвался в ладони этот удар.

— Заслужил, — коротко откликнулся Карелин, глаза которого полыхнули угрозой. — Но больше так никогда не делай. А то можешь получить обратку.