= 35 =

Иви изменилась. В ее взгляде появилась тоска, а в суждениях — ирония умудренной опытом женщины. Она все так же льнула к Данияру, но уже не в поисках защиты, а в желании провести с ним то немногое время, что им отведено.

Данияр знал, что она все решила, и не спрашивал ни о чем. Что толку обсуждать неизбежное? Иви не успокоится, пока не добьется освобождения Данияра от связи с кольцом, а дальше от нее ничего не зависит. Пожалуй, кроме одного… Но этот вопрос Данияр задаст ей, когда вернет свободу.

А еще Иви что-то скрывала. Данияр чувствовал что-то нехорошее, тревожное, но она молчала, грустно улыбалась и тянулась за поцелуем, когда он пытался выяснить, что она задумала.

— Тебе кажется, — обманывала она. — Я грущу, потому что мы скоро расстанемся.

— Ты серьезно думаешь, что я тебя оставлю? — удивлялся Данияр. — Правда, маленькая?

— Ты не можешь жить в моем мире, я не могу в твоем. У нас нет выбора.

Выбор есть. Иви не догадывалась о нем, потому что выросла в Шер-Телене. Здесь люди не привыкли к тому, что миров много, и нужно лишь найти подходящий. У Данияра даже есть такой на примете. Однако он молчал, чтобы не давать Иви ложную надежду.

Во-первых, он все еще раб артефакта. Освободит ли его Владыка? Учитывая, что он позволил Иви забрать кольцо, да еще угрожал прибить, если Данияр ее обидит — не факт. Владыка вполне может оставить «обезьянку» в распоряжении правнучки. Особенно если сочтет, что это достаточное наказание для Данияра.

Во-вторых, если Владыка все же соизволит разрушить чары кольца, не факт, что он отпустит Данияра на свободу. Навряд ли убьет… Хотел бы, покарал бы еще в гареме. Но он вполне может назначить наказание, которого Данияру не избежать. Например, для того, чтобы другим неповадно было нарушать ход истории чужих измерений.

В-третьих, даже если Данияр избежит кары, он не может сразу забрать Иви в другой мир. Согласие Иви обязательно. Возможно, она не захочет оставлять семью и привычный уклад жизни. Вполне вероятно, что не сможет привыкнуть к условиям нового мира. И уж абсолютно точно, Данияр должен обеспечить Иви всем необходимым, а это не так просто. Нарушать чужие законы он больше не будет, поэтому придется постараться…

Слишком много «если», чтобы объявить Иви о том, что у них есть выбор. Лишь бы она не наделала глупостей…

Данияр не колебался, когда Иви отправилась в королевский замок с Альтаном. Такого удобного случая больше не представится: Иви оставила артефакт для связи с Владыкой дома. Правда, заперла в шкатулке, а потом и в ящике стола, но Данияра не остановили ни замки, ни магическая защита.

Владыка явился на зов почти сразу и, окинув взглядом комнату, с любопытством поинтересовался, не обнаглел ли раб. Данияр встретил его, как положено, коленопреклоненным, вежливо поприветствовал, а на вопрос ответил без обиняков, что и рад бы не наглеть, но обстоятельства вынуждают.

— Обстоятельства… — фыркнул Владыка. И устроился в кресле, закинув ногу за ногу. — Помилование просить будешь? Давай, проси.

— Нет, я хотел узнать о ваших планах, повелитель. Разумеется, относительно меня.

Владыка поперхнулся воздухом, вытаращил глаза, а потом захохотал. Данияр скромно молчал, втайне радуясь, что его не испепелили на месте.

— Хороший ход, Дан’Яр Лами Ашид, — сказал Владыка, отсмеявшись. — Я тебя выслушаю, несмотря на то, что ты умудрился покрыть свой род позором.

— Отец знает? — уныло спросил Данияр.

— Судя по тому, что ты жив и даже не покалечен, нет.

— Это дает надежду, что вы пощадите меня, дядя.

— Не смей. — Владыка сузил глаза, и на его скулах загуляли желваки. — Не смей напоминать, что ты из моего рода. Да, я ничего не сказал кузену, но лишь потому, что не хочу его расстраивать.

— Возможно, не только его? Как насчет юной девушки с волосами цвета золота?

Владыка стукнул кулаком по подлокотнику кресла, и дерево разлетелось в щепки. Данияр заранее позаботился о том, чтобы никто в доме не услышал разговора, так что жуткий треск остался незамеченным.

— Чего ты добиваешься, Дан? — мрачно спросил Владыка, возвращая креслу первоначальный вид. — Хочешь сыграть на том, что я неравнодушен к судьбе своей правнучки?

— Я не играю. — Данияр сел на пятки и слегка расслабился. — Думаю, вы поймете мои чувства. Я люблю Иви.

— И поэтому хочешь, чтобы тебя освободили и благословили?

Он отрицательно покачал головой.

— Повелитель, моя судьба в ваших руках. Я подчинюсь вашей воле. Но прошу об одном, скажите сейчас, что меня ждет, чтобы я смог уберечь Иви от страданий.

Владыка долго прожигал его взглядом, а потом проворчал, отворачиваясь:

— Я оставил Иви кольцо. Полагаю, пока она владеет им, тебе ничего не грозит. А позже…

— Иви обратится к вам с просьбой освободить меня от связи с артефактом, — перебил его Данияр. — Скоро. Возможно, даже сегодня, после разговора с отцом.

— Могу отказать… если хочешь.

— Она будет настаивать. Иви умеет быть убедительной.

— Допустим. Но ты заслужил наказание, Дан. Ты нарушил законы чужого измерения. Ты был в рабстве у смертного.

— Тогда я буду просить у вас милости для Иви. Если я не могу остаться с ней, измените ее воспоминания. Пусть она забудет обо мне. Это же никак не повлияет…

— Погоди! Что означает, «если не могу»? — насторожился Владыка. — Если ты вернешь силу и сущность, то не сможешь остаться с ней в любом случае.

— Нет, — возразил Данияр. — Есть мир, в котором мы можем быть вместе.

— А если она не захочет покидать Шер-Телен?

— Пусть выберет то, что сочтет нужным. Но теперь вы понимаете, почему я прошу…

— Ты молод и глуп, Дан. — Владыка устало прикрыл глаза. — Твой порыв благороден. Но ты представляешь, что тебя ждет? Иви состарится на твоих глазах и умрет, а ты останешься таким же молодым. Ты переживешь своих детей и внуков. В каждой правнучке ты будешь видеть любимые черты…

— Поверю вам на слово, дядя.

— Не дерзи.

— Я люблю Иви, — повторил Данияр. — Пусть жизнь человека коротка по сравнению с жизнью демона, но в моих силах сделать ее счастливой. Неважно, что будет после.

— Посмотрим, как она тебя любит… — Владыка поднялся. — Я понял тебя, Дан. Чтобы я не решил, у тебя будет время и возможность поступить должным образом.

Он ушел, не попрощавшись, но на душе у Данияра стало спокойнее. Грозный и могущественный Сар’Кум Бали Ашиарра, Владыка демонов, определенно испытывает слабость к рыжеволосой правнучке. Он не допустит, чтобы она страдала.