= 7 =

Бестолковая служанка молча упала на колени и коснулась лбом пола. И это вместо ответа! Данияр задал слишком сложный вопрос? Он уже набрал воздух в легкие, чтобы гаркнуть: «Встать!», но подавился им, услышав голос Иви.

— Зачем вы кричите на Майю? — возмутилась она. — Я же уснула, меня и ругайте.

Данияр закашлялся, скрывая смех. Плохое настроение как рукой сняло, едва он взглянул на Иви. Когда он вошел в комнату, она лежала на животе, накрытая легким одеялом. Сейчас же села, позабыв про наготу, тюрбан съехал набок, но забавнее всего выглядела кроваво-красная масса на ее лице. Похоже, маска из клубники? Данияр принюхался. Со сливками!

— Прикройся! — сурово сказал он, обращаясь к Иви.

Она спохватилась, натянула на грудь одеяло, однако от Данияра не ускользнуло и недовольство, промелькнувшее в ее взгляде. Он мог поклясться, что она подумала что-то вроде: «А что ты тут еще не видел и не щупал?»

— Майя, встань, — велел он, игнорируя Иви. — Мне повторить вопрос?

Данияр перестал рычать. Майя не виновата, что он не в духе, а Иви хоть и причина отвратительного настроения, но… его истинная, нравится ему это или нет.

— Простите, господин, — запричитала Майя, поднявшись. — Я делала, что мне велели, а Иви Хатум уснула, и я не стала ее будить…

— Понятно, — махнул он рукой. — Скажи Айне, что я тебя отпустил. И что доволен твоей работой.

— А… Я же еще не… — замялась Майя. — И компресс…

— Ничего, сама справится. Мне надо убедиться, что она усвоила основные правила.

Данияр не собирался этого делать, хотел лишь проверить, что с девушкой все в порядке. Однако теперь загорелся идеей забрать Иви к себе в покои. Разумеется, под благовидным предлогом. Новые наложницы, наверняка, расскажут остальным, что Иви сопротивлялась и вела себя неадекватно. А его прямая обязанность — следить за порядком в гареме.

Майя поклонилась и вышла.

— Спасибо! — крикнула ей вслед Иви.

— Иди за мной, — приказал ей Данияр.

Иви брезгливо поджала губы, коснувшись босой ступней мраморного пола.

— Он чистый, — бросил он через плечо. — Поторапливайся.

Ни обуви, ни одежды ей не оставили. Должно быть, тунику и сандалии должны принести позже. Ничего, завернется в одеяло и пробежится босиком, не велика беда.

— Он холодный… — проворчала Иви едва слышно.

Но все же встала, поправила тюрбан и, обмотав вокруг себя одеяло, пошла за Данияром.

Поначалу ее непокорность раздражала. Как можно быть такой глупой и не понимать, что сильнее тот, у кого власть? Не дерзи — и никто тебя пальцем не тронет. С другими девушками таких проблем не возникало. Однако после разговора с Омаром Данияр присматривался к поведению Иви с интересом.

— Давай начистоту, Омар-ага, — сказал Данияр, расплатившись с работорговцем. — Что за история с этой рыжеволосой девушкой? Я склонен верить тому, что она говорит.

— Что ее подменили? — вскинулся Омар. — Ай, да нет же!

Получив деньги, он больше не опасался, что сделка не состоится, и охотно говорил о том, что знал.

— Зря я связался с родственником, — сокрушенно качал он головой. — Девушка с проблемами, хотя по сделке все чисто.

— Что за проблемы?

— Муслим уверял, что проблем не будет. Говорил, красивая девушка. Говорил, опекуны не побегут жаловаться. Ай-ай… — Омар пил чай из пиалы, а Данияр его не торопил — бесполезно. — Не обманул, девушка красивая. Красивая, да?

— Да, — согласился Данияр. — Редкая красота. Эмир ее заметит.

— А с опекунами по-разному вышло…

— Это как?

— Приемный отец обрадовался сделке. У него были долги, серьезные. А мать, хоть и не могла возразить, убивалась по дочери.

— Отчего не могла? Пошла бы к властям…

— Ай, нет. Дело в том, что ребенок им достался незаконно. Эту историю я не знаю, не спрашивай, Данияр-ага. Знаю только то, что мне Муслим сказал. Мол, девочка эта похищена у настоящих родителей, а опекунам продана, чтобы ее не нашли. Если за ниточку потянуть, то и самим отвечать придется…

— Так, ладно. Это я понял. Так тебе продали ту девочку или другую?

— Ту! Я ее смотрел, проверял.

— А если их две? — усмехнулся Данияр. — Две одинаковых?

— Сестры? — удивился Омар. — Нет, у них была одна дочь. Да, забыл сказать! Она же пыталась сбежать.

— Вот как…

— Я пришел за ней, когда опекун бил ее за побег. Ай, Данияр-ага! Этой красавице здесь будет лучше. Мать ее любила, но отец… Ай, да она женой эмира станет!

— Возможно, дочь и сбежала, — медленно произнес Данияр. — Но кого поймал отец? Дочь или двойника? Слушай, Омар, если подмена все же была… и та, первая девушка… Она не расскажет обо всем властям? Ее не связывают никакие тайны.

Омар витиевато выругался, поминая всех дивов, шайтанов и бесов ада.

— Как же я теперь ее найду? — Он задумчиво почесал бороду.

— Поищи семью с фамилией Коулли, — посоветовал Данияр. — Девушка утверждает, что ее имя — Иванна Коулли. Узнай, не пропала ли у них… дочь.

— Коулли? — Омар заметно побледнел.

— А что так? Ты с ними знаком?

— Да мало ли Коулли в королевстве… — пробормотал он.

— Говори. Мне любопытно, — пояснил Данияр. — Ты же знаешь, мне больше не ходить зеркальными ходами.

— Есть в том королевстве один известный Коулли, — нехотя признался Омар. — Чародей по прозвищу Лютый. Но навряд ли его дочь будет гулять по городу ночью в одиночестве.

— Почему?

— Потому что он — лорд. Следовательно, его жена и дочери — леди. Он приближен к королю… Я слышал, Лютый помог ему взойти на престол. Да, навряд ли рыжая из этой семьи.

— Проверь, — попросил Данияр. И повторил: — Мне любопытно.

И ведь не соврал, ему действительно любопытно, откуда Иви. Она сдержанно рассказывает о себе, а расспрашивать — выдать свой интерес. Откуда в ней кровь демонов? Конечно, можно предположить, что когда-то давно какого-нибудь демона занесло в Шер-Телен. И там он мог иметь связь с женщиной. Мало ли, может, демон был слаб умом. И у женщины родился ребенок…

Арш-ш-ш! Не могла женщина выносить ребенка без помощи демона. Плод убил бы ее задолго до родов. А демон не оставил бы ребенка… даже полукровку. В крайнем случае, забрал бы с собой обоих — и мать, и дитя.

А если демоница забеременела от человеческого мужчины? Ай, бред! Но вдруг она… скрылась от главы рода? Родила в Шер-Телене, и ее ребенок стал обычным жителем королевства. Полукровки не умеют оборачиваться, их дети — тем более… Но кровь! Кровь взывает о помощи, когда женщина-носитель в беде. И у Иви лишь капля той крови…

Они давно пришли, и Иви переступала с ноги на ногу, поджимая озябшие пальчики, и исподлобья смотрела на Данияра. Похоже, ее непокорность — следствие воспитания. Богатая и знатная женщина не старается угодить, как та, что выросла в бедноте. Ее не прельщает сытая жизнь в гареме. Она держится уверенно и с достоинством.

А мрамор, и правда, ледяной.

— Сядь. — Данияр указал Иви на низкую тахту, усыпанную подушками.

Он крикнул служанку и велел той принести ему обед. Что-нибудь сытное, но легкое, и побольше, так как он голоден. А еще тунику и сандалии для глупой новенькой, которая сама не смогла позаботиться об одежде.

— Умывальня тут. — Данияр распахнул дверцу, искусно спрятанную в интерьере. — Иди.

— Я уже мылась, — возразила Иви.

Он скрестил на груди руки и вопросительно приподнял бровь.

— Господин, — добавила она поспешно.

— Иви, если ты будешь добавлять «господин» после каждого слова, послушной ты не станешь. Там есть зеркало. Взгляни в него перед тем, как умоешься.

Иви встала и сердито прошлепала в умывальню. Через мгновение оттуда раздался ее вопль.

— А что я говорил, — усмехнулся Данияр.

Служанка принесла одежду, и он зашел в соседнюю комнату. Иви яростно терла лицо — клубника успела высохнуть. Данияр положил на мраморную столешницу полотенце, бросил на пол сандалии, а тунику унес обратно в комнату, вспомнив о компрессе.

К тому времени, как Иви вернулась, служанка успела и лекарство принести, и стол к обеду накрыть.

— Дай сюда. — Данияр отобрал у Иви полотенце, которым она прикрывалась вместо одеяла. И кивнул на тахту: — Ложись на живот.

Личико, розовое от водных процедур, покраснело, как маков цвет. И, похоже, не только от стыда, но и от злости.

— Не надо, — выдавила Иви, замерев. — Пожалуйста, не надо, господин.

— Не надо — что? — поинтересовался Данияр.

Забавная девочка. И дразнить ее… даже приятно.

Иви молчала, таращась на него так, что он не выдержал.

— Ладно, проясним кое-что. Ты — собственность эмира. Я могу трогать тебя, учить… особенным вещам. — Об этом лучше бы позже, иначе она еще и плакать начнет. — Но заниматься с тобой сексом я не могу. И не буду. Чего ты еще боишься? Что я тебя ударю? Выпорю после того, как сам приказал вылечить от предыдущих побоев? Возможно, если ты нарвешься на такое суровое наказание, девочка. Итак?

Иви запыхтела, как зверек, и бочком шагнула к тахте. Сдвинула подушки и растянулась на животе. Данияр покачал головой и смочил льняную тряпочку в лекарственном отваре. Чтобы повязка держалась, он обмотал Иви бинтом, а после этого позволил ей надеть тунику.

— С-спасибо… — Иви выглядела смущенной. — А вы… А у вас…

— Хочешь о чем-то попросить? — Данияр ободряюще улыбнулся. — Не бойся, говори.

— Мне надо расчесать… Они спутались под… этим. — Она сняла тюрбан и тряхнула головой. — Где мне взять щетку?

Волосы были похожи на воронье гнездо. И почему Майя сразу не позаботилась об этом?

— Держи. — Данияр протянул ей щетку.

Судя по округлившимся глазам и испугу во взгляде, Иви что-то удивило. Данияр нахмурился, потому что щетку она не брала.

— Что? — недовольно поинтересовался он. — Она чистая, новая, из кладовой.

— Как… Откуда… — пролепетала Иви. — Откуда она взялась?

Ах, вот в чем дело. Она не знакома с таким колдовством.

— Из кладовой, — пояснил Данияр. — Я знаю, где лежат щетки, и перенес сюда одну для тебя.

— Разве так можно… Вы сильный чародей, господин.

— Я — демон, — ответил Данияр. — Тебе еще не сказали?